Санитар сочувственно смотрел на женщину, которая стояла перед ним с лицом, застывшим в ожидании самого страшного подтверждения. Ксения кивнула, давая понять, что готова. Мужчина открыл тяжёлую дверь, и она с силой вцепилась в ремешок сумки, словно это был единственный якорь, удерживающий её от падения. Следователь не сводил с неё глаз, изучая каждое движение.
— Это ваш муж? — спросил он. — Посмотрите внимательно.
Санитар откинул простыню. Ксения взглянула на тело, зажмурилась и покачнулась, схватившись за вовремя подставленную руку мужчины. Следователь поддержал её, дождался, когда дыхание выровняется, и повторил вопрос:
— Вы подтверждаете, что это ваш муж, Алексей?
Ксения с трудом открыла глаза, промокнула платком выступившие слёзы, вгляделась в лицо лежащего на столе. «Да, это Лёша, — подумала она. — Только постарел за эти годы, вес набрал лишний». Но вдруг её взгляд зацепился за странную деталь. А это что у него ниже плеча на правой руке? Татуировка? Не может быть. Лёша был категорически против рисунков на теле. Что же с ним случилось? Почему такие странные перемены?
— При нём были найдены документы на имя вашего супруга и личные вещи, — следователь показал на другой стол.
Он торопился поскорее закрыть дело. Его нервировала медлительность жены погибшего. Чего она разглядывает там? Всё ясно как день, только время тянет. Он был обязан задать вопрос, но делал это с заметным раздражением:
— Вы сомневаетесь в чём-то? Тело неизуродовано, годно для опознания. Документы при нём. Не понимаю, что вас смущает.
Ксения не ответила. Её внимание привлекли часы, лежавшие на столике рядом с личными вещами. Она взяла их в руки, повертела. Лёша никогда не носил часы. Говорил: счастливые часов не наблюдают. И что с того? — следователь начинал раздражаться. Ему могли подарить. Может, он хранил их как память?
— Да, — задумчиво проговорила Ксения. — Из командировки он вернулся именно в них.
Она перевернула часы. На обороте была выгравирована надпись. Женщина, прочитав её, изменилась в лице. Подняв глаза, она растерянно посмотрела на следователя и тихо произнесла:
— Это… это не мой муж.
---
Ксения привлекла Алексея сразу, как только первый раз появилась в офисе. Он долго не решался подойти к ней. Ему казалось, что такая красивая девушка даже не повернёт головы в сторону его скромной персоны. А она даже не подозревала, что стала объектом его внимания.
— Вы не знаете, кто принёс эти цветы? — растерянно спросила Ксения, беря в руки скромный букет нежных белых хризантем.
— У тебя появился тайный поклонник, — посмеивались над ней коллеги. — Как романтично!
Через день молодай женщина обнаружила на своём столе два билета в театр.
— Я не понимаю, кто подарки мне приносит, — растерянно оглядела она коллег. — Это чья-то шутка?
— Очень скромный у тебя кавалер, если боится признаться в своих чувствах, — заметила кто-то из сослуживиц.
Алексей поджидал её после работы. Он страшно волновался. А вдруг она посмеётся над ним? Ксения вышла из здания, и он окликнул её. Девушка оглянулась.
— Меня зовут Алексей. Это я прислал вам билеты в театр. Не откажетесь составить компанию?
Он замер, ожидая её ответа. Ксения внимательно разглядывала юношу. Он был ей симпатичен — скромный, обаятельный. Белозубая улыбка располагала улыбнуться в ответ. Серые глаза выжидающе смотрели на неё.
— Да, я не откажусь, — ответила она, покраснев и удивившись собственной смелости.
С этого дня они уже не расставались. Через два года юноша сделал девушке предложение, а потом они сыграли скромную свадьбу.
— Ксюша, — однажды сообщил ей Алексей, — я хочу открыть свою юридическую фирму. Как считаешь? Сможем самостоятельно раскрутиться?
— Уверена, у тебя всё получится, а я помогу, — поддержала его жена.
Алексей оказался хорошим руководителем, и бизнес вскоре пошёл в гору. Оба супруга много работали. Постепенно штат начал увеличиваться. Ксения всё чаще думала о том, что пора бы им стать родителями. У нас есть дом, стабильный доход. Нашему тихому семейному счастью не хватает только детского смеха.
Однажды, вернувшись с работы, Алексей удивился, увидев зажжённые свечи, бутылку вина и красиво сервированный стол.
— О, по какому случаю праздничный ужин? Я что-то упустил из виду?
— Лёша, у меня для тебя сюрприз, — загадочно проговорила Ксения. В её карих глазах поблёскивали искорки нетерпеливого желания поделиться с мужем радостью.
— Я уже заинтригован, — улыбнулся он, подошёл к жене, нежно поцеловал её.
— Подожди, дай мне сказать. Проходи за стол.
Она дождалась, когда муж сядет поудобней. Остановила, когда он хотел налить вино в её бокал. Алексей вопросительно посмотрел на неё. Выдержав паузу, Ксения сообщила:
— У нас будет ребёнок.
— Любимая! — воскликнул мужчина. — Как же долго я ждал этих слов! Ты сделала мне сегодня самый лучший подарок.
Он бросился к жене, схватил её за руки, принялся целовать, потом опустился перед ней на колени, прижался к её животу щекой и замер.
— Там растёт наш малыш. Даже не верится. Я счастлив, милая моя.
Он решительно встал, вернулся на место, поднял бокал.
— С завтрашнего дня ты не работаешь. Занимайся домом, отдыхай, гуляй. Я хочу, чтобы ты и ребёнок были здоровы.
— Лёша, — рассмеялась Ксения. — Я беременная, а не больная. Неужели ты хочешь запереть меня в четырёх стенах?
— Никакие отговорки не принимаются, — замахал на неё руками муж. — Сиди дома, занимайся собой. Нужно многое сделать, прежде чем стены нашего дома услышат крик младенца. В первую очередь подготовить детскую. Я полностью доверяю тебе обставить её по своему вкусу. Хочу, чтобы у нашей дочери было всё самое лучшее. А вместо тебя я найму человека.
— С чего ты решил, что у нас будет девочка? — рассмеялась женщина. — Срок ещё очень маленький.
— Я точно знаю, что скоро у нас появится дочка, — упрямо заявил Алексей. — Она будет похожа на тебя.
Мужчина окружил жену заботой и вниманием, выполнял все её прихоти, ни в чём не отказывал. Пришёл день, и Ксения действительно родила здоровую девочку. Она стояла у окна палаты, держала в руках драгоценную ношу и нежно улыбалась мужу, который светился от счастья и готов был перецеловать всех врачей и медсестёр, помогавших появиться на свет его дочери.
— Что застыл, папаша? — насмешливо поторопила Алексея медсестра, когда он пришёл забрать своих девочек из роддома. — Принимай.
Она вложила в руки растерянному отцу розовый конверт.
— Да не бойся, привыкай. Дочка у тебя красавица, а женихов отбоя не будет.
— Какая она маленькая, — дрожащим от волнения голосом проговорил новоявленный отец. Он осторожно откинул уголок одеяльца и увидел розовое сморщенное личико девочки.
— Спасибо, милая, за дочку, — Алексей с обожанием смотрел на жену и бережно прижимал к себе ребёнка.
После рождения малышки Ксения с головой ушла в материнство. Алексей не возражал и даже был рад этому.
— Вот и папочка пришёл, — весело говорила Ксения, выходя вместе с Лией в гостиную встречать мужа.
С годами они не растеряли чувства, а рождение дочери сблизило их ещё больше.
— Как же я устал, милые мои девчонки, — целуя поочерёдно сначала дочь, потом жену, говорил Алексей, с удовольствием возвращаясь в дом, который построил сам.
— Скорей садись, ужин на столе, — торопила Ксения.
Она хорошо готовила, всегда находила возможность порадовать его любимыми блюдами.
— Я зверски голоден, готов прямо сейчас съесть тушу кабана.
— Где ты нагулял такой аппетит? — смеялась Ксения.
— Ты же знаешь, юриста ноги кормят. Наша клиентура увеличивается, приходится крутиться.
Алексей каждый вечер спешил после работы домой, предвкушая семейные посиделки на диване в гостиной у камина. Обычно он садился в центр, а его девчонки располагались по одну и другую руку. Они могли просто молча смотреть на огонь. Иногда Алексей принимался рассказывать забавные случаи из юридической практики или просил у Ксении совета.
— А что, девчонки? — порой предлагал отец семейства. — Не отправиться ли нам на отдых? Что-то я устал. Хочется сменить обстановку.
— Ты нас балуешь, — улыбалась Ксения. — Давай посмотрим, куда отправимся в этот раз.
Три раза в год они путешествовали всей семьёй. Маршрут выбирали вместе. Они вообще всё делали вместе, поэтому им многие завидовали.
Женщина старалась не обсуждать семейные отношения ни с кем, но иногда избежать разговоров было просто невозможно.
— Повезло тебе с мужем, — говорили подруги, когда Алексей оставался в няньках и отпускал жену на встречу с бывшими коллегами. — Сидишь дома, занимаешься дочерью и ни о чём не беспокоишься. Алексей за вас двоих думает. Ты за ним как за каменной стеной.
Приятельницы сидели в ресторане. Кто-то пил вино, кто-то безалкогольные напитки. Заказывали лёгкие закуски и много говорили, делились новостями.
— Да. А нам приходится вкалывать с утра до ночи, чтобы свести концы с концами. Ещё и придирки от начальства выслушивать. Ты даже после родов нисколько не изменилась.
— А что во мне должно было измениться? — недоумевала женщина. — Я слежу за собой, стараюсь быть в форме и не ходить дома растрёпой. Никаких растянутых футболок и халатов.
— Конечно, — обиженно замечали женщины. — С богатым мужем было бы странно по-другому выглядеть. Он ведь не скупится на наряды, на массажные и косметические салоны. Да и живёшь ты не в квартире, а в шикарном загородном доме.
— Девочки, — оправдывалась Ксения. — Алексей очень много работает, чтобы обеспечивать меня и дочь. Зачастую приходит за полночь. Иногда я его вижу только утром, когда встаю покормить малышку, и то спящим. Наспех завтракает и снова бежит по делам.
— А как он сейчас к тебе относится? — любопытничали они. — После родов обычно мужчины охладевают к жёнам, да ещё и к ребёнку начинают ревновать. Многие семьи на этой почве распадаются.
— Наши отношения не изменились, — убеждала их женщина. — Мне кажется, даже лучше стали. Вы не представляете, какой он заботливый отец и муж. Я очень его люблю. Он обожает нашу девочку.
— Ну прямо идеальная семья, — насмешничали приятельницы.
— Такие теперь редкость, — вставила кто-то.
— Никакая не идеальная, — возразила Ксения. — Просто я люблю Алексея так же, как в тот день, когда мы решили пожениться.
— Не боишься, что однажды он изменит тебя? У мужиков это запросто.
— Не боюсь. Я доверяю своему мужу.
Ксении казалось, что их семейная идиллия будет длиться вечно. Но однажды всё изменилось.
— Дорогая, — Алексей в тот день пришёл раньше обычного. — Я завтра с утра уезжаю в командировку. Помоги мне собраться, пожалуйста.
— Командировка? — удивилась жена. — Это что-то новенькое. А тебе обязательно ехать?
— Придётся. Я пообещал помочь хорошему человеку. Не переживай, я вернусь через неделю.
— Целая неделя без тебя, — Ксения остановилась напротив мужа. — Мы с Лией будем скучать.
— Я буду скучать, — мужчина поцеловал жену. — И привезу вам подарки.
— Мне нужны подарки. Только ты возвращайся поскорей.
В эту ночь Ксения плохо спала. Она не знала, что беспокоило её, но утром встала с ощущением надвигающейся беды.
— Лёша, — тревожно смотрела она, как муж готовится к отъезду. — У меня дурные предчувствия. Может, ты отложишь командировку хотя бы на день?
— Милая моя, — обнял он её и поцеловал. — Что за глупости? Ты стала суеверной? Всё будет хорошо. Я не верю в предчувствия, ты себя накручиваешь. Это обычная командировка.
— Может, нам с тобой поехать? И мне спокойнее, и тебе не придётся думать, где поесть, что надеть. Мы немножко отвлечёмся.
— Не стоит. У меня не будет возможности уделять вам внимания. Не грусти, я скоро вернусь. Ты не успеешь даже соскучиться.
Она держала дочку на руках и смотрела, как муж садится в такси, чтобы ехать в аэропорт. Сердце сжималось от страха. Ксения не могла объяснить, что её тревожило. Она считала дни до приезда Алексея. Он звонил ей каждый вечер, рассказывал о том, как шли дела. Они подолгу болтали, забывая о времени.
— Скоро, скоро приедет наш папочка, — говорила женщина дочери, бегая по кухне.
Она торопилась всё успеть, чтобы мужа встречал накрытый стол. Пусть видит, что мы его ждём, и уже приготовили его любимую лазанью, испекли яблочный пирог. Дочка, чувствуя волнение матери, тоже не могла усидеть на месте. Носилась из комнаты в комнату и звонко смеялась. Ксения не останавливала её, чтобы не разрушить радость встречи с отцом. Она так была занята, что не успела, как открылась входная дверь.
— Что это ты мужа не встречаешь? — услышала она за спиной и вздрогнула от неожиданности.
— Лёша! — расплылась в улыбке Ксения, вытерла полотенцем руки и попыталась обнять мужа.
— Ты прежде чем лезться, накормила бы меня сначала, — отстранился он.
Алексей, не переодеваясь, в уличной обуви прошёл к столу.
— Лёша, что с тобой? — улыбка сползла с лица женщины. — Переоденься сначала. Ты же только что из командировки. Надень тапочки. Смотри, сколько грязи притащил. Ребёнок здесь ходит.
— Уберёшь, не переломишься, — бросил Алексей хмуро. — Чем тебе ещё целыми днями заниматься? Вот ходи с тряпкой. Ты чего тут раскомандовалась? Места своего не знаешь?
Ксения смотрела на мужа и не узнавала. Его всегда добрые, живые глаза, излучавшие любовь, стали пустыми и колючими.
— Чем пилить с порога? Налей лучше сто грамм. Я устал и хочу жрать.
— Что? — женщина вытаращила глаза. — Ты же не пьёшь. Разве что по праздникам. С какой стати решил сегодня, в середине недели нарушить свои принципы?
— Не твоё дело, — рявкнул Алексей. — Налей, сказал, и не задавай дурацких вопросов.
— Папочка! — из детской выбежала Лия и потянулась ручонками, чтобы обнять отца. — Я так соскучилась. Мы тебя ждали. Мама испекла пирог, твой любимый.
Мужчина наклонился, чтобы обнять девочку. Ксения видела, как нехотя, через силу сделал он это. Алексей неумело прижал ребёнка, потом подтолкнул в сторону детской.
— Так, марш в свою комнату. Нечего тут под ногами болтаться, когда взрослые разговаривают.
Ксения смотрела на мужа и не верила своим глазам. Что могло случиться в командировке, что он изменился до неузнаваемости? Ладно, я, но ребёнок-то причём? Зачем её гнать от себя?
— Иди, Лия! — увела она девочку в детскую. — Папа устал. Поздно уже. Ложись в кроватку, дорогая.
Женщина подала на стол и присела напротив.
— Откуда у тебя эти часы? — спросила она, заметив под манжетой рубашки чёрный циферблат часов. — Ты же никогда не носил их. Говорил, что счастливые часов не наблюдают.
— Хватит уже приставать ко мне, — мужчина резко ударил кулаком по столу.
Ксения вздрогнула от неожиданности.
— Что ты тут за допрос устроила? Твоё место на кухне, женщина. Нюх совсем потеряла.
Он зло посмотрел на жену.
— Лёша, что происходит? — на глаза Ксении навернулись слёзы обиды. — За что ты так со мной? Тебя как будто подменили. Мы с тобой неделю не виделись, а ты меня даже не поцеловал.
— Неси чушь, — рявкнул он и бросил на стол вилку. — Поесть спокойно не дадут.
Он встал, вытер салфеткой рот, уронил её на пол, наступил ботинком, оставив грязный след.
— Постели в гостиной, я устал.
Ксения, совершенно сбитая с толку поведением мужа, не стала возражать и принесла постель, прибрала на кухне и закрылась в спальне.
«Я так его ждала, — думала она, лёжа одна в холодной постели. — Не понимаю, что произошло». Она уткнулась лицом в подушку и заплакала от обиды, от обманутых ожиданий, с твёрдой уверенностью, что завтра всё встанет на свои места, и утром она увидит прежнего Алексея.
— Ты что, меня отравить решила, дура? — раскричался муж, когда Ксения подала ему на завтрак блинчики с зеленью. — Зачем ты в блины травы натолкала? Ты не можешь мне сделать просто яичницу? И вообще, я хочу мясо. Я же не козёл, зелень жрать.
— Алексей, я всегда тебе на завтрак такие блинчики пеку, — оправдывалась женщина. — Не кричи, пожалуйста. Лию разбудишь.
— Я в своём доме. Как хочу, так и говорю. И хватит мне рот затыкать. Я сам тебя сейчас заткну, если ещё слово мне поперёк скажешь. Всё, с меня хватит. Пойду в ресторан пожру.
Он встал, в сердцах пнул стул, оделся и вышел из дома.
Ксения уже ничего не понимала. За все годы, которые они с мужем прожили под одной крышей, он никогда не повышал на женщину голос. А после возвращения из командировки скандалы вспыхивали каждый день на пустом месте. Мужа раздражало всё: необходимость каждый день ходить на работу, просьба посидеть с дочкой, пока она занимается домашними делами. Ему перестало нравиться, как Ксения готовит. Так продолжалось неделю. Алексей отдалился от жены, даже не заходил в спальню, пока однажды вечером не явился домой, изрядно перебрав спиртного.
— Ну что ты смотришь на меня? — пошатываясь, спросил мужчина. — Осуждаешь? А мне плевать. Ты моя жена и должна любить таким, какой я есть.
Он качнулся в сторону жены, схватил её и прижал к себе.
— Ты не представляешь, как долго у меня не было женщины.
— Что ты несёшь? Не трогай меня, ты пьян, — Ксения попыталась вырваться, но ей это не удалось.
— Ну и что? Я хочу тебя прямо сейчас. Идём в спальню.
Он поволок её в кровать.
— Я не хочу, — упиралась женщина. — Ты мне делаешь больно. Иди проспись.
— Плевать, что ты не хочешь. Я соскучился. Ты обязана выполнить супружеский долг.
Он попытался уронить её на кровать. Ксения вырвала руку, размахнулась и, что есть силы, влепила мужу звонкую пощёчину, оттолкнула его. От неожиданности муж выпустил её из объятий, схватился за щёку, но не упал. Остался стоять, пошатываясь.
— Ах ты… Ну всё, тебе не жить. Ещё ни одна женщина не поднимала на меня руку.
Ксения воспользовалась замешательством мужа, вся в слезах бросилась в ванную и быстро закрылась там. Алексей попытался открыть дверь, но она не поддалась его напору.
— Ты меня кинуть решила? — орал он, барабаня кулаками. — Если ты сейчас не выйдешь из ванной и не отдашься мне, собирай монатки и убирайся к чертям собачьим вместе со своим выродком. Хватит с вас сытой жизни! Покаталась как сыр в масле. Теперь поживите на одну зарплату без моих денег.
Он в ярости барабанил в дверь. Ксении казалось, что ещё немного, и она разлетится в щепки.
— Выходи, иначе я всё тут разнесу!
— Мамочка, — услышала Ксения испуганный голос Лии. — Мне страшно. Почему папочка кричит на тебя?
Девочка заплакала. Она тёрла ручками сонные глаза. Крики родителей разбудили её.
— Уйми её или это сделаю я, — рявкнул Алексей.
Дрожа от страха, Ксения открыла дверь.
— Как ты можешь так себя вести? — Она бросилась к ребёнку. — Ты напугал дочь. Не бойся, маленькая.
Женщина увела девочку в детскую, вернулась через минуту.
— Мы столько лет вместе, и всё здесь заработано нами. Ты не можешь выгнать нас просто так. Я тоже имею право на этот дом.
— Не могу? — он пьяно рассмеялся ей в лицо. — А кто мне запретит? Последние годы ты сидишь на моей шее. Что, разве не так?
— Я подам на развод, — Ксению переполняло глубокое чувство разочарования в муже. Он никогда не был таким мелочным. — И суд имущество поделит пополам.
— Ты не получишь ломаного гроша, — Алексей грубо схватил её за ворот халата, приблизил к себе лицо. Глаза, превратившись в щёлочки, жгли злобным взглядом. — Рыпнешься против меня, пожалеешь, что на свет родилась. Поняла? Развод оформим хоть завтра, а сегодня хватай свою дочь и убирайся из моего дома.
Он отпустил её и нагло расхохотался.
— Так и быть. Дам полчаса, чтобы могла вещи собрать. Разрешаю забрать всё, что успеешь. Цени мою доброту. Да, ключ от машины верни. Она не тебе принадлежит. По документам я её владелец. Чего застыла? Пошевеливайся, время пошло.
Размазывая по щекам слёзы, Ксения бросилась сначала в комнату дочери, собрала всё самое необходимое, потом побросала свои вещи, сгребла украшения, достала отложенные на всякий случай деньги, документы.
«Господи, помоги мне, — молилась она про себя. — Образуми моего мужа. Я не знаю, какой бес вселился в него, но это так не похоже на Алексея. Ведь он всегда был добрым, нежным, ласковым, романтичным. Но сегодня я не стану выяснять, какая муха его укусила. Надо поскорее уехать из этого дома. Так стыдно перед дочерью».
Торопясь, она вывела ничего не понимающую сонную Лию на улицу, попутно вызвав такси.
— Мамочка, а где твоя машинка? — спросила напуганная криками родителей дочь.
— Это папина машина, — проговорила Ксения. — Мы обойдёмся пока без неё.
— Я не хочу никуда уезжать, — ныла девочка. — Хочу к папе.
— Не плачь, доченька, мы уедем ненадолго. Папа потом заберёт нас.
— А где мы будем теперь жить?
— Не знаю, детка, — честно ответила мать. — Пока в гостинице, а завтра я что-нибудь придумаю. Не бойся.
Она наклонилась, поцеловала девочку, успокаивая:
— Всё будет хорошо.
Они ехали в такси, а Ксения спрашивала себя: «Что мне делать? Как мы будем жить? И самое главное, где? Впрочем, сейчас мне больше всего хочется понять, что же так изменило моего любимого мужа в той поездке».
---
— Девушка, у вас есть свободные места? — спросила Ксения администратора гостиницы.
Она до сих пор не могла прийти в себя после пережитых треволнений. Женщина держалась из последних сил только ради дочери, чтобы не напугать её ещё сильнее.
— Да. А вам какой номер? Одно или двухместный?
— Одноместный. Со мной маленькая дочка.
Девушка проводила постояльцев в номер.
— Вот, милая, сегодня переночуем здесь, — объяснила дочери Ксения. — Завтра мы снимем жильё, придётся немного потерпеть. Ложись, поздно уже.
Девочка, измученная переживаниями из-за скандала родителей, уснула сразу. А Ксения ещё долго ворочалась, вспоминая отвратительную сцену.
«Никогда не прощу ему, что так с нами поступил, — думала она. — Какая мерзость. Я его таким никогда не видела. Такое ощущение, как будто в его оболочке сидит совершенно другой человек. Внешне это мой любимый Лёша, а внутри… что с ним сделали в этой командировке? Чувствовала, что не надо ему ехать. И вот, пожалуйста».
Обида на мужа захлестнула её. Она никак не могла успокоиться.
— Простите! — обратилась рано утром Ксения к девушке-горничной. — Не могли бы вы присмотреть за моей дочкой? Она спит, но боюсь, может проснуться и испугаться. Я быстро схожу к киоску.
— Хорошо, присмотрю, — согласилась девушка.
Ксения вернулась минут через пятнадцать с газетами.
— Благодарю, — женщина сунула в руку горничной купюру.
Как только за девушкой закрылась дверь, она принялась звонить по объявлениям о сдаче квартир.
— Боже, — возмущалась она, — почему так дорого всё?
Наконец удача улыбнулась, и ей удалось найти однушку по приемлемой цене.
— Здравствуйте, я бы хотела снять у вас квартиру, — начала она разговор с хозяйкой, выслушивая условия. — На окраине города… Сколько вы просите?
Женщина помедлила, раздумывая: «Нет, нет, я беру». Ксения без сил уронила руки на колени.
— Как быстро может измениться человеческая жизнь? — проговорила она, грустно глядя на дочку, которая безмятежно спала, раскинувшись на постели. — Ещё две недели назад я могла легко потратить такую сумму на один поход в ресторан, а сегодня я сомневаюсь, готова ли я оплатить съёмную квартиру за месяц вперёд. Считаю каждую копейку, потому что завтра мне, может быть, просто не на что будет накормить ребёнка.
— Доченька, — ласково погладила она Лию по голове. — Вставай, милая, мы поедем домой.
— К папе? — сонным голосом спросила девочка.
— Он звонил тебе?
— Нет, мы пока поживём в другом доме.
— А почему мы не можем вернуться в наш дом? Там остались мои игрушки.
Девочка захныкала.
— Потерпи, моя хорошая, — проговорила Ксения, прижимая к себе дочь. У неё сердце разрывалось от жалости к дочери, к себе, к вмиг разрушенной, привычной жизни. — Мы обязательно заберём все наши вещи.
— А папа будет меня любить, как раньше?
— Конечно. Папа поймёт, что обидел нас зря, и станет прежним нашим добрым папой. Поднимайся. Идём умываться, потом завтракать и на квартиру.
Через два часа Ксения с дрожью осматривала новое жильё. Она, привыкшая к роскоши, с трудом представляла себе, как они тут будут жить.
— Всё необходимое имеется, — объясняла хозяйка. — Ремонт вот недавно сделала. Не богато, конечно, но квартирка чистенькая, пусть и небольшая. На кухне холодильник, стиральная машинка, мебель, посуда — живи и радуйся. Деньги, как договорились, за месяц вперёд. Ну что, остаётесь?
— Да, остаёмся, — кивнула Ксения.
Она понимала, что за те деньги, которыми располагала, ей ничего другого не снять. Нужно было приберечь некоторую сумму на первое время, пока она не найдёт работу. Она быстро разложила вещи.
— Лия, ты завтра с утра в детский сад, а я на поиски работы. Теперь придётся рассчитывать только на себя и покупать только самое необходимое.
---
Наутро, отправив дочку в детсад, женщина поехала на свою прежнюю работу. Она очень надеялась, что для неё найдётся место в фирме. Когда-то она там была на хорошем счету.
— Ксения! — радушно распахнул свои объятья Михаил Иванович, увидев бывшую сотрудницу. — Как же я рад тебе. Какими судьбами? А где же Алексей? Слышал, слышал, что дела у него идут хорошо. Клиентов хоть отбавляй. А ты, говорят, совсем домоседкой стала. Грешно талант в землю закапывать. Нам тебя очень не хватает. Не думала вернуться к нам? Скучно дома-то сидеть.
— А вот об этом я как раз и пришла поговорить, — Ксения с трудом успела вставить слово в пространную речь бывшего босса.
— Присаживайся. Понимаешь, что не просто так забежала старика навестить, — прозорливость мужчины не удивила, но было неловко, что она вспомнила о нём только тогда, когда потребовалась помощь.
— Вы можете взять меня на работу? — без предисловий выпалила женщина.
— Как это? — недоумённо уставился он на неё. — Вот те на… что же, муж не может обеспечить тебя? И почему ты пришла ко мне, а не к нему в контору? А ну выкладывай, что стряслось. У вас же всегда полная гармония была. Я даже вас в пример своему сыну, балбесу, ставил.
— У нас сейчас… — она запнулась. — Некоторые разногласия с ним. Только я не хотела бы, чтобы в коллективе обсуждали эту тему. Пусть думают, что соскучилась по работе. Дочка выросла, я не так нужна ей, вот и решила вернуться на прежнее место. Если, конечно, у вас найдётся для меня свободная вакансия.
— Для тебя у меня всегда есть местечко, — улыбнулся Михаил Иванович. — Ради такого ценного сотрудника, как ты, я готов уволить одного бездельника или даже двух. Ты способна одна их заменить. С твоей головой мы ух как развернёмся.
— Нет, ради бога, не надо никого из-за меня увольнять, — испугалась Ксения. — Если откажете, я не обижусь. Штат уже укомплектован, я всё понимаю. Может, вы тогда меня порекомендуете кому-нибудь из ваших знакомых? И вообще, зря я к вам пришла. В одну реку два раза не войдёшь.
Женщина встала, собираясь уходить.
— Не-не, даже не думай, никуда не отпущу, — Михаил Иванович даже превстал, опасаясь, что она может передумать. — Никого увольнять я не собираюсь. Это я так фигурально выразился. Когда ты готова приступить к работе?
— Да хоть сегодня.
— Вот отлично. Принимайся немедленно.
Он открыл дверь в офис и громогласно заявил:
— Посмотрите, какой новый сотрудник вливается в наш дружный коллектив!
— Ксюша! — бросились к ней бывшие, а теперь снова настоящие коллеги. — Ты как поживаешь? Это правда, что ты вернулась к нам? Серьёзно? Здорово! Мы зашиваемся. Шеф набрал малолеток, а они работать не желают. Приходится вкалывать за себя и за них. Теперь нам любое дело по плечу. Ты же незаменимый работник, а среди нас — лучший юрист.
— Ну когда это было? — Ксения смущалась, принимая знаки внимания. Она не ожидала, что её так тепло примут. — Я давно не работаю, растеряла прежний опыт.
— Опыт не пачка денег, его не пропьёшь, — убеждали её. — Неделя-другая — и вспомнишь всё. А что это ты решила бросить почётную должность домохозяйки? — подшучивали над ней. — Ещё совсем недавно Алексей уверял, что ты должна только домом заниматься, а он работать. Что же изменилось? И как это он отпустил тебя сюда одну? А где дочка? Или Лёша в няньках?
— Уважаемые коллеги, — вздохнула Ксения. — Чтобы предотвратить слухи и сплетни, сообщаю вам: у нас в семье случился разлад. Иногда супруги ссорятся. Это всё, что вам надо знать. Я хотела бы умолчать о подробностях.
Потянулись рабочие дни. Денег катастрофически не хватало. Приходилось экономить каждую копейку.
— Представляете? — шушукались сотрудницы за её спиной. — Она продукты на распродаже покупает.
— Не может быть.
— Точно, сама видела.
— Вот пусть теперь узнает, как обычные семьи живут, — звучало злорадство в чьих-то голосах. — Раньше-то нос от нас воротила.
— Что вы раскудахтались? — возмущалась приятельница. — У человека жизнь привычная нарушилась, а вы радуетесь? Никогда Ксения гордячка не была.
— А кто радуется? Мы наоборот помочь хотим. Девочки, я могу одежду от своей дочери принести. Только ведь носить не будет, статус не позволяет.
— А ты принеси, пригодится. Детей поднимать сегодня недёшево, а Ксения всему рада. Зря вы на неё нападаете. Вспомните, она никогда не скупилась, старалась делиться с теми, кто нуждается. Вы же сами всё прекрасно знаете. Ты бы спросила у неё. Может, ей что-то ещё, кроме одежды, на ребёнка надо.
— Всё надо, — ответила другая. — У неё даже комплекта постельного белья нет.
— Как же это? Алексей её совсем без штанов оставил. Что это с ним? Он же её, помните, на руках готов был носить. Интересно, какая чёрная кошка между ними пробежала? Ну и дела.
Коллеги стали приносить женщине вещи для Лии. Кто-то принёс пару комплектов постельного белья. Даже для Ксении принесли кое-какие вещи. Она ни от чего не отказывалась. То, что было велико, перешивала. У хозяйки нашлась старая швейная машинка. Женщина чувствовала, что в коллективе есть те, кому доставляло удовольствие видеть, как унизительно теперь её положение. Но не обижалась, относилась с пониманием.
Сложнее всего обстояли дела с дочерью. Ей было сложно объяснить, почему отец не живёт с ними. Ксения и сама до конца не понимала ситуацию.
— Мамочка! — укладываясь вечером спать, спрашивала маленькая Лия: — А когда папа приедет за нами? Ты позвонила ему, сказала, где мы теперь живём? Я скучаю по нему.
Ксения не могла рассказать дочери, что каждое утро с замиранием сердца смотрела в телефон, надеясь увидеть сообщение от мужа, что ему безумно стыдно за своё поведение, и он просит прощения. Она вздрагивала от любого телефонного звонка, бросалась к телефону, боясь не успеть ответить любимому мужчине. Сколько раз она порывалась сама набрать номер, но останавливалась, памятуя о безобразной сцене, которая разыгралась перед их отъездом. Женщина безумно тосковала по Алексею, ведь они никогда не разлучались так надолго.
— Почему папа не ищет нас? — снова спрашивала девочка через несколько дней. — Ты проверь, может, он уже написал тебе, что ждёт нас обратно.
— Нет, доченька, папа не звонил и не писал, — едва сдерживая слёзы, отвечала мать. Она жалела девочку, которая просто обожала отца.
— А почему? Почему мы не можем вернуться в наш дом? Я так скучаю по папе.
— Я скучаю, — шептала Ксения, выключая свет и ложась рядом с дочерью в неудобную кровать.
Она прислушивалась к ровному дыханию малышки, а сама долго лежала без сна, пытаясь унять горькие слёзы.
«Почему он молчит? Неужели ему совсем не жалко Лию? Как можно так внезапно перечеркнуть всё, что столько лет связывало? — спрашивала она себя. — Кто может объяснить мне, что произошло с Лёшей? Где я могу найти ответ на этот вопрос?»
— Михаил Иванович, — однажды попросила она шефа. — Можно мне отлучиться на пару часов?
— У тебя нет никаких дел срочных?
— Нет, я всё успеваю. Документы по последней сделке подготовлены и уже у вас на столе.
— Хорошо, езжай тогда, но не задерживайся.
Ксения решила съездить на работу к Алексею. Я должна выяснить, что это за командировка такая, после которой он перестал походить сам на себя. Может быть, — предположила женщина, — её вообще не было. А что, если виной всему любовница? Именно этим объясняется его странное поведение по отношению ко мне. С кем бы мне поговорить, только не секретаршей. Она обязательно передаст, что я была. Хорошо бы из ближнего окружения, но уж как получится.
Женщина решила подождать. Ей повезло. Буквально через полчаса она заметила, как из здания вышел один из сотрудников мужа. Он был чем-то расстроен.
— Игорь! — обрадовалась она. — Здравствуйте.
— Здравствуйте, Ксения, — хмуро поприветствовал её мужчина. Он не останавливаясь направился к машине.
— Игорь, подождите, я хотела задать вам пару вопросов.
— Сомневаюсь, что я могу быть вам чем-то полезен, — мужчина открыл дверцу машины, намереваясь сесть за руль, но задержался, видя, как расстроило женщину его холодный тон. — Что вы хотели узнать?
— Простите меня. Вы знаете, куда ездил мой муж в последнюю командировку и с кем?
— А почему вас это интересует?
— Мы… мы поссорились с Алексеем, — через силу призналась женщина. — Он стал сам не свой.
— Подробностей не знаю, но то, что он вернулся другим, могу подтвердить. Настолько изменился, что я решил уволиться. Кстати, не я один. Работать с ним стало просто невозможно. Раньше он ставил перед нами чёткие и ясные задачи, а теперь такое ощущение, что он работает не с людьми, а с животными в цирке. Только дрессировщик-то из него никудышный. Он такие технические задания даёт, что невозможно их выполнить. Представляете, он предложил мне подписать с одной фирмой липовый договор. Я, естественно, отказался. Мы всегда честно работали. Я не хочу в тюрьму сесть из-за возможности получить сомнительные деньги. И что вы думаете? Он предложил мне уволиться, заявив, что найдёт более сговорчивого сотрудника. Если ваш муж и дальше станет разбрасываться кадрами, скоро фирма пойдёт ко дну.
— Игорь, ещё вопрос, — Ксения покраснела. — У Алексея была любовница?
— Если и была, — мужчина внимательно посмотрел на женщину. — Он это не афишировал. Больше ничего не могу сказать. А почему бы вам у него самой не спросить?
— Да, простите, — стушевалась Ксения, позабыв, что спрашивает о собственном муже, а не наводит справки о чужом человеке.
Вот как теперь обстоят дела на фирме. Женщина ощутила тревогу. Причину резкой перемены в поведении мужа не узнала, но то, что фирма под угрозой — это определённо. Господи, помоги нам. Что же мне делать?
Женщина взглянула на часы. Пора возвращаться на работу.
---
— Ксения, — обратилась к ней коллега, видя, как бесцельно та перебирает документы и никак не может сосредоточиться. — Я давно наблюдаю за вами. Вижу, что у вас непростой период в жизни. Могу я чем-то помочь?
— Спасибо за поддержку, — печально проговорила женщина. — Но мне никто не в силах помочь. Я не знаю, что мне делать.
— Возможно, я скажу банальность, — женщина понимающе посмотрела на неё. — Но если не знаешь, у кого искать защиты, обратись к Богу.
— К Богу? — недоумённо посмотрела на неё Ксения. — Я очень давно не была в церкви.
— Вот и сходите, увидите, что вам станет легче. Помолитесь, попросите наставить вас на путь истинный.
Ксения задумалась. Она не умела молиться. В церковь ходила по случаю, но после разговора с коллегой её просто потянуло туда.
— Простите, — негромко обратилась она к служке. — Я не знаю, кому обратить свои молитвы. Подскажите, пожалуйста, за мужа прошу.
— Ты иди, девушка, к Николаю Чудотворцу, он поможет, — сказал тот. — Беда у тебя приключилась?
— Да, с мужем.
— А что говорить нужно? Я не знаю ни одной молитвы.
— Слушай сердце своё, расскажи ему о проблемах, попроси помощь. Вот увидишь, сами слова из тебя польются.
Ксения остановилась перед иконой, зажгла свечку, долго стояла, не зная, что сказать, и вдруг заговорила шёпотом. Из глаз потекли непрошенные слёзы.
— Помоги моему мужу, исцели его душу. Мы с дочкой любим его, и он нас любит. Я это точно знаю. Пусть Лёша станет прежним. Я готова всё отдать, только бы избавить его от зверя, который вселился в него. Я буду ждать избавления хоть сколько смогу. Я сильная. Господи, не оставь нас без твоей поддержки.
С каждым словом она чувствовала, как на душе становится спокойней. Она уже точно была уверена, что придёт время, и муж приедет за ней и дочкой, и в их семье опять поселится счастье.
Но дни текли за днями, а Алексей так и не предпринимал попыток разыскать своих девочек. Он даже не явился в суд на бракоразводный процесс, а вместо себя прислал незнакомого адвоката, который просто передал подписанные документы.
— А где же муж? — хмуро спросила Ксению судья.
— Я не знаю, — растерянно ответила женщина. — Мы с ним не общаемся.
«Он избавился от нас, как от балласта, — думала она, выходя из здания суда. — Выкинул из своей жизни, прикрылся ворохом бумаг, не захотел даже встретиться, побоялся посмотреть мне в глаза. Я-то переживу, Лию жаль. Она его очень любит».
Покидая свой дом с одним чемоданом и маленькой дочкой на руках, Ксения не знала, что разлука с мужем растянется на долгие пять лет. За эти годы она ничего не слышала о нём.
— Мамочка, мамочка, — теребила Ксению Лия. — У тебя телефон звонит. Посмотри, это папа? — с надеждой в голосе спросила девочка.
— Слушаю, — с трудом приходя в себя ото сна, женщина откашлялась и вдруг услышала в трубке незнакомый голос.
— Здравствуйте, лейтенант Морозов. Приношу свои соболезнования. Несколько часов назад в аварии погиб ваш муж.
Ксения испуганно вскрикнула. Сон как рукой сняло.
— Вы должны присутствовать на опознании тела. Я отправлю сообщение с адресом, куда подъехать. Не задерживайтесь.
— Как это случилось?
Несмотря на то, что она совсем не знала, как живёт её бывший муж, известие о гибели расстроило её.
— Он сел за руль в нетрезвом состоянии. Более подробно расскажу при встрече. Поторопитесь.
— Да, я поняла.
Ксения опустила руку с телефоном и без сил откинулась на подушку. Чудовищная новость подкосила её.
— Мамочка, — дочь взяла её руку. — Это не папа?
— Нет, доченька, — женщина погладила девочку по голове, потом прижала к себе и зарыдала.
— Мама, что-то с папой случилось? Почему ты плачешь?
— Да, случилась беда. Я должна идти. Возможно, произошла ошибка. Мне всё надо увидеть своими глазами.
В глубине души у Ксении таилась надежда, что муж, с которым они полюбили друг друга много лет назад, рано или поздно придёт в себя, вернётся, попросит прощения, и они снова будут вместе. Она каждый вечер ложилась спать с молитвой на губах и, просыпаясь, тоже просила Бога образумить мужа, восстановить семью.
— Не дождалась, — плакала она. — Не пришёл, не позвал обратно, а теперь уже никогда не услышу его голос, его смех. Почему так всё случилось? Я очень скучала по нему. Как мы теперь без него? Как Лии сказать, что отца больше нет?
Через час Ксения входила в здание судмедэкспертизы. Дюжий санитар распахнул перед ней дверь.
— Вы готовы?
— Да, — дрожащим голосом ответила женщина. Она шагнула в ярко освещённое помещение.
— Посмотрите внимательно, — обратился к ней следователь. — Вы подтверждаете, что это ваш муж? При нём были найдены документы. Подлинность не вызывает сомнения. Тело не повреждено, годится для опознания. При нём были ещё вот эти вещи.
Санитар откинул простынь. Ксения зажмурилась, увидев тело. Несколько секунд она не могла заставить себя открыть глаза, потом собралась силами и посмотрела на тело.
«Да, это Лёша, — подумала она. — Он, конечно, изменился, годы никого не красят, потяжелел, постарел, но это он».
Стоп. Женщина не поверила своим глазам. А это у него что на руке? Татуировка? Не может быть, — изумлённо воскликнула она про себя. Лёша всегда был против клейма на теле.
— Гражданочка, — следователь настойчиво окликнул её. Ему не хотелось затягивать дело. Здесь всё предельно ясно. — Вы подтверждаете, что это ваш муж. Если да, распишитесь в протоколе опознания.
Но Ксению что-то удерживало. Она не слушала, что говорил лейтенант. Женщина с удивлением рассматривала вещи, которые были при себе у Алексея в момент аварии. Всё, что угодно, но только не это. Она взяла в руки чёрные часы на кожаном ремешке. Он их никогда не носил. Я помню, как он отвечал, когда я предлагала купить ему умные часы. «Зачем они мне? Счастливые часов не наблюдают. А я очень счастливый человек».
Ксения механически перевернула их и обомлела: «Борьке от пацанов».
— Так что, гражданочка, опознаёте мужа? — следователь уже начал терять терпение.
— Это… это не мой муж, — подняв глаза на него, тихо проговорила Ксения.
Она вдруг почувствовала невероятное облегчение. Нет, она искренне сочувствовала мужчине, лежащему под белой простынёй, но осознать, что это не её муж, было настоящим счастьем.
— А вот как? А кто же это, по-вашему? Документ, подтверждающий личность, имеется. На фото в паспорте он. Лицо покойника не изуродовано и похоже на фото. Значит, ваш муж. А вы своего мужа узнать не можете? Кто же это тогда?
— Я не знаю. Проведите полную экспертизу ДНК, — твёрдо заявила женщина. — Без неё ничего подписывать не буду. Этот человек ничего общего с Алексеем не имеет.
— Как знаете, — раздражённо заявил следователь. — Но тогда вам ещё долго не удастся его похоронить.
— Ничего, я подожду.
---
На следующий день на квартиру Ксении приехал эксперт.
— Мы возьмём образец слюны вашей дочери, — объяснил мужчина. — Через десять дней получите результаты. Девочка, не бойся, — обратился он к Лии. — Я не сделаю тебе больно.
Он быстро взял анализ, сложил всё в чемодан и ушёл. Дни ожидания результатов генетической экспертизы тянулись долго. Наконец Ксении позвонили.
— Согласно экспертизе, покойный является отцом вашей дочери. Вероятность 99,9%. Так что хватит ломать комедию. Мой муж, не мой муж. Подписывайте документы и забирайте труп.
— Они могут быть ошибки, — Ксения, сражённая результатом, растерянно села на стул. — Я абсолютно точно уверена, что это не мой муж. Я не верю.
— Верить или нет, но факт остаётся фактом. Экспертиза ДНК подтвердила родство. Ничего не поделаешь.
— Может ли быть какое-то другое объяснение, что у этого мужчины ДНК сходно с ДНК Алексея?
— Ну, гражданочка… это уже из области фантастики, — эксперт задумался. — Такое возможно, если у вашего мужа был брат-близнец — однояйцевый. В генетическом плане они будут абсолютно одинаковыми. Но, как я понимаю, вам об этом ничего неизвестно. Попытайтесь найти объяснение этому феномену. Истина кроется в прошлом.
— Брат-близнец, — Ксения была поражена догадкой эксперта. — Как же я сразу не подумала об этом?
Она заторопилась домой. Я должна решить эту загадку, думала женщина. Ответ я могу найти только у нас дома.
Она не решалась поехать туда несколько дней. Только желание выяснить, кто всё это время жил по документам мужа, заставило преодолеть страх. Со смешанными чувствами вошла она в свой дом, который ещё пять лет тому назад они любили с мужем. Теперь он стал чужим. Здесь поселился запах другого человека. В комнатах было не прибрано, вещи передвинуты. В кухне, в раковине громоздилась гора грязной посуды.
— Во что превратился наш дом? — с горечью проговорила Ксения. — Ладно, об этом у меня ещё будет время поразмыслить.
Она не раздеваясь прошла в кабинет, села за стол. Я должна вспомнить, что рассказывал Лёша о себе. Он жил в детском доме до пяти лет. Родители погибли в автомобильной катастрофе. Потом его усыновили, но он никогда не говорил, был ли у него брат. Такое поразительное сходство может быть только у кровных родственников. Но если в морге не Алексей, тогда где же он сам? Это что получается? Его нет пять лет, и никто не предпринял попытки разыскать его. Где же были мои глаза? И жив ли Лёша? Если жив, почему не приехал, не нашёл нас и не разобрался с самозванцем? А если…
Ксения похолодела. Нет-нет, хватит гадать. Я смогу найти ответы на все вопросы. Надо только сосредоточиться.
Она открыла компьютер, посмотрела счета. На широкую ногу жил. Внутри Ксении поднялось чувство отвращения к человеку, который так долго мастерски играл роль её мужа. Почти все деньги спустил, которые у нас хранились. Последнее время фирма практически перестала приносить доходы. Неудивительно, сотрудники поувольнялись. Кто же этот незнакомец, который загнал нашу семью в такой переплёт? И где может быть Лёша? Одни вопросы. Не может быть, чтобы у мужа не осталось каких-то детских фотографий. Где они могут быть припрятаны?
Она лихорадочно открывала один за другим ящики стола, перебирала папки с бумагами, но никаких документов, которые могли бы пролить свет на ситуацию, не нашла.
— Сейф, — Ксения бросилась в спальню и полезла в него.
Женщина с горечью увидела, что картина, за которой хранились вещи, не предназначенная для посторонних глаз, слегка сдвинута. Она сняла картину, набрала код замка. Ему не стоило большого труда открыть, ведь код — дата рождения Алексея, а значит, и предполагаемого брата. Готово. Сейф открылся легко. Ксения заглянула в тёмную глубину ящика.
— Вот ответ на вопрос, — проговорила она, доставая чёрно-белый снимок и разглядывая его. — Лёша, — сразу узнала женщина мужа, — а это получается тот самый брат-близнец, как две капли воды похожий на него.
Она перевернула снимок, прочитала: «Боря и Алёша. Дата рождения. Адрес детского дома». А это что?
Ксения снова сунула руку в сейф и нащупала папку с документами, паспорт Бориса и какие-то ключи. Пролистав бумаги, женщина побелела: да он давно уже следил за нами. То есть всё, что произошло с нами, было им тщательно спланировано? Какой расчётливый негодяй! Как у него поднялась рука разорить брата? В чём он перед ним провинился? Ладно, не буду тратить время. Надо действовать.
Итак, если паспорт Бориса здесь, значит, погиб точно не Лёша. Где же он тогда может быть? Где мне его искать? Борис погиб. У него теперь ничего не спросишь.
Она машинально пролистала странички паспорта. Прописка не так уж далеко, сто километров всего. А если Лёша там? — предположила она. Задумалась. Поеду, — решительно сказала сама себе. — Никогда не прощу, если не найду Лёшу. Разыщу, даже если придётся полстраны объехать. Должна же я знать, почему этот чужак заявился в наш дом на правах хозяина и куда пропал мой муж?
Из рук выпала связка ключей. Грустно звякнула о кафель. Интересно, от чего эти ключи? Может быть, от дома Бориса? — предположила Ксения. Скоро проверю все свои догадки.
Ксения быстро записала адрес, прихватила бумаги, ключи и заторопилась прочь. Оставаться дольше в разорённом доме она не хотела. Ей казалось, что стены всё ещё хранят воспоминания о человеке, который жил здесь. А тишину вот-вот разорвёт его злобный голос.
— Раиса Ивановна, — заглянула она вечером к соседке по площадке. — Вы можете пару дней побыть с Лией? У неё сейчас как раз каникулы в школе. Только одну не отпускайте на улицу. Я постараюсь поскорее вернуться. У меня срочное дело, не терпит отлагательств.
— Какой разговор, Ксюша? Конечно, я посижу с девочкой. Не переживай за нас. Что случилось-то? Помощь нужна?
— Нет, спасибо. Если всё закончится благополучно, всё расскажу.
Женщина вернулась в квартиру.
— Доченька, — она села напротив Лии и серьёзно посмотрела на неё. — Я уеду дня на два. Ты поживёшь у тёти Раисы.
— Ты нашла папу? — девочка подалась вперёд.
Ксения уже могла говорить с ней как со взрослой. Лия была не по годам рассудительна. Она часто вспоминала об отце, расспрашивала мать о нём. Сообщение о смерти отца девочка восприняла тяжело. А когда мать заявила, что погиб не отец и есть надежда его разыскать, она снова воспрянула духом.
— Едешь за ним? — девочка посмотрела на мать с пониманием.
— Не знаю, боюсь загадывать. Вернусь и всё расскажу тебе.
---
Рано утром Ксения отправилась сначала в дом, чтобы забрать из гаража машину. Настроена она была решительно. Ей даже не пришла в голову мысль, что может подстерегать опасность. Где-то в глубине души женщина понимала, что стоило бы обратиться в полицию, но отказалась от этой мысли. Ксения помнила, как смотрел на неё следователь, когда она объявила, что не верит в гибель мужа.
«Я сначала разузнаю всё, — успокаивала она себя, — а потом уже вызову полицию. Зачем понапрасно их тревожить? Может быть, там я никого не найду».
Она гнала машину по трассе. Сердце учащённо билось, предвкушая возможную встречу с мужем.
— По-видимому, это то, что я искала, — проговорила женщина, заглушив мотор перед старым, давно не видевшим ремонта домом.
Ксения, осторожно ступая по тропинке и поминутно оглядываясь, подошла к двери, дёрнула её на всякий случай. Закрыто. Посмотрим, подойдёт ли какой-нибудь. Она вставила подходящий из связки ключ в замочную скважину и повернула его. Замок легко щёлкнул. Ксения с трудом открыла тяжёлую дверь.
— Господи, помоги, — проговорила она и решительно шагнула в темноту коридора.
Постояла несколько секунд, привыкая к темноте, потом нащупала выключатель. При слабом свете женщина осмотрела прихожую: одежда, обувь, но никаких следов присутствия мужа не обнаружила. Похоже, здесь давно никто не живёт. Она прошла вглубь комнат, озираясь по сторонам. Комната. Ещё комната. Женщина открывала одну дверь за другой. В середине кухни стоял стол, на нём хлеб, вода. Странно, недоумевала она. Для кого это всё приготовлено?
Она заглянула в холодильник, поморщилась, уловив запах испорченных продуктов. Не заметила на полу собранной гармошкой половик, запнулась за него и чуть не упала, но успела опереться на стул, который с грохотом упал на пол. Ксения замерла, прислушиваясь, и вдруг ей почудился стон — слабый, приглушённый. Ксения затаила дыхание. В напряжённой тишине она слышала, как бьётся сердце. Стон повторился. Женщину сковал животный страх. Она не могла сдвинуться с места. Сердце пульсировало где-то на уровне горла. Ксения судорожно сглотнула.
«Это всего лишь крысы, — попыталась успокоить она себя. — Мне просто показалось. Я сейчас уйду отсюда. Здесь никто не живёт. Напрасно я заявилась сюда. Хорошо, что не позвала следователя. Тот бы сейчас надо мной потешался».
Ксения попятилась к выходу и окончательно запуталась в половике. Что это? Половик сдвинулся, и она увидела люк в подвал. Оттуда и доносились странные звуки, как будто кто-то двигался там, под полом, стараясь привлечь к себе внимание.
Женщина оглянулась, чтобы не быть застигнутой врасплох. Никого. Осторожно потянула крышку. Она оказалась тяжёлой. Ксения поднатужилась и, хоть и с трудом, но всё же открыла её. А в нос ударил спёртый запах сырости и нечистот. Вниз вела лестница. Ксения достала телефон и включила фонарик. Преодолевая страх, она спустилась на несколько ступенек. В кромешной темноте слабый луч света выхватил фигуру незнакомца. Он автоматически вскинул руки, защищаясь от яркого луча, как человек, давно сидящий в темноте.
Когда мужчина — а это точно был мужчина — опустил руки, Ксения закрыла рот руками, чтобы не закричать. На грязном полу сидел Алексей, её Лёша, обросший, исхудавший, но живой. Он щурил на неё ослеплённые фонариком глаза.
— Кто вы? — спросил он охрипшим голосом. Яркий свет не позволил узнать Ксению. Да он и не ожидал её здесь увидеть. — Где Борис? Дайте мне воды!
— Лёша! — выдохнула женщина и бросилась к мужу.
Она гладила его заросшее бородой лицо, длинные, давно не мытые волосы, рассматривала заскорузлые руки и повторяла:
— Ты живой, Лёшенька!
— Ты живой, Ксюша? Откуда ты? — мужчина не сразу осознал, кто перед ним, а когда понял, заплакал как ребёнок, спрятав лицо, залитое слезами, на её груди.
— Ксюша, милая моя…
Они не знали, сколько просидели так обнявшись.
— Лёша, — спохватилась женщина, — ты сможешь сам идти? Надо выбираться отсюда.
Она помогла мужу подняться по лестнице, усадила его в комнате на диван. А сама вызвала скорую и полицию.
— Любимая, как ты нашла меня? — мужчина говорил с трудом. Голос был хриплым. Глаза никак не могли привыкнуть к свету, от того слезились. Он вытирал их рукавом грязной рубашки. — Как наша дочка?
— Я тебе потом всё расскажу. Сейчас мы поедем в больницу.
Она выбежала навстречу врачам. Алексея уложили на носилки, отнесли в машину. Муж держал Ксению за руку и боялся отпустить.
— Женщина, отойдите, надо торопиться. Он в очень плохом состоянии, — врач решительно отодвинул Ксению в сторону.
— Я поеду следом за тобой, — глядя, как за ним закрывают дверь в машине, успокоила женщина. — Теперь никуда тебя не отпущу, слышишь?
— Гражданочка, — следователь заинтересованно смотрел на неё. — Потрудитесь объяснить, что здесь произошло.
— Я только что освободила из плена своего мужа.
— И кто же здесь его, по-вашему, держал?
— Хозяин дома. Я тороплюсь в больницу, но завтра могу прийти в отделение и дать показания.
Она закрыла дом и поспешила за мужем. Его уже разместили в отдельной палате. Алексей лежал на белоснежных простынях, весь увитый какими-то трубками, капельницами. Как только Ксения вошла в палату, мужчина сразу оживился.
— Ксюша, я уже попрощался с жизнью, честно говоря. Выбраться оттуда не было никакой возможности. Ты одна… А где Лия? Она уже совсем большая стала, наверное.
Каждое слово давалось ему с трудом. Он едва мог размыкать запёкшиеся губы.
— Лию соседка оставила. Ты такой худой, — она погладила мужа по небритой щеке.
— Он меня почти не кормил. С каждым днём сил становилось всё меньше. Первое время вообще привязывал меня, боялся, что я сумею сбежать. А потом я уже обессилил настолько, что не мог самостоятельно подняться. Ещё эта проклятая комната… Теряешься во времени и пространстве. Я не знал, сколько дней и ночей провёл в этой тюрьме.
— Дней? Пять лет, Лёша. Тебя не было с нами пять лет. Если бы я раньше догадалась, что это не ты, а Борис… Но вы так похожи. Прости меня, я слишком поздно поняла, в чём причина такой странной перемены в твоём поведении.
— Он очень хитрый и изворотливый. Я сам, когда увидел его впервые, чуть с ума не сошёл, увидев свою точную копию.
— Его выдавало только поведение. Да, вы с ним внешне похожи как две капли воды. Но теперь-то я точно знаю, что внутренне вы абсолютно разные. Скажи, откуда он вообще взялся? Почему мы узнали о нём только сейчас? Где он был все эти годы? Как нашёл нас?
— Это долгая история, — проговорил Алексей.
— Я никуда не тороплюсь. Рассказывай, — женщина взяла мужа за руку. Он осторожно сжал её пальцы, словно хотел убедиться, что она не снится ему.
Алексей ненадолго прикрыл глаза, а потом заговорил.
---
Мы были маленькими, когда родители погибли. Видимо, память, чтобы защитить нас от потрясения, стёрла какие-то моменты. О том, что у меня есть брат-близнец, я просто забыл.
На обочине дороги стояла машина. Капот был смят до переднего сиденья в гармошку. Рядом на асфальте лежали два прикрытых простынями тела. В машине полиции устроились два мальчика. Они со страхом смотрели на тела и отчаянно плакали.
— Вот это да! — заглянул в машину молоденький лейтенант. — Как же вас родители отличали? Вы же совершенно одинаковые. Не повезло вам, ребята. Родители ваши погибли, родственников нет. Поедем сейчас в детский дом. Вот такая штука, жизнь. Ничего не попишешь.
Так Борис и Алексей оказались в детском доме.
— Хорошие мальчики, — окинула беглым взглядом их директор детского дома. — Не засидятся у нас, таких быстро в семьи берут.
Ребята пробыли там всего год. Сначала усыновили Алексея. По законодательству не положено братьев и сестёр разлучать, но деньги решают всё. Алексея усыновила богатая пара. От пережитого стресса он ничего не помнил о своём прошлом. Никаких документов, фотографий ему не досталось. Приёмные родители души не чаяли в сыне. Алексей получил престижное образование, а когда родителей не стало, он уже и сам крепко стоял на ногах, а в наследство досталась квартира и немалое накопление.
Борису повезло меньше. Он попал в семью со средним достатком, да ещё и любителей приложиться к бутылке. Мальчик завидовал родителям, которые детям покупали дорогие вещи, игрушки, а он был всего этого лишён.
— Ничего, — думал он, мечтая о новом телефоне. — Если они не могут мне его дать, я возьму сам.
Тогда он впервые был пойман на краже, а дальше жизнь покатилась под откос. Последней каплей, которая превратила не лишённого ума юношу в закоренелого преступника, стал разговор, который он подслушал у своих родителей. Они не знали, что сын дома. Отмечали очередной праздник.
— Вот, чёрт тебя уговорила меня усыновить его, — упрекал мужчина жену. — Оформили бы опеку и стали получать за него деньги. А так никакого толку от него. Учиться не хочет, а теперь ещё и проблемы начались с полицией.
Борис стоял за дверью кухни, ни жив ни мёртв. С каждым словом лицо его превращалось в злобную маску. На скулах заходили желваки, пальцы сами собой сжались в кулак.
— Ну как ты можешь так говорить? — жалостливо проговорила мать. — Он хороший мальчик, просто связался с дурной компанией, с кем не бывает. Ничего, подрастёт, одумается. Мы же любим его.
— Ага, — мужчина натужно закашлялся. — Плесни мне, что-то у меня в горле перехватило.
Борис услышал бульканье водки, льющейся в стакан.
— Не то, что его брату, тот живёт, денег не считает.
Борис насторожился. Брату? Какому брату?
— Может, Бореньке надо сказать, что у него брат-близнец есть? Мы-то не вечные. Как он один без нас останется?
— Ты что? — замахал на неё руками отец. — Мы же обещали молчать. Ты знаешь, что будет, если он узнает правду?
Борис ногой пнул дверь и вошёл в кухню. Он со злостью уставился на притихших родителей.
— Ну-ка, — развязанно сев на стул, проговорил он. — Почему я только сейчас узнаю, что у меня есть брат? Да ещё и то, что вы мои приёмные родители.
— Боренька, — голос матери дрогнул. — Ты неправильно понял нас. Мы не о тебе говорили.
— У вас ещё есть приёмные дети, — нагло ухмыльнулся юноша.
Родители разом отрицательно закивали головами.
— Говорите, где мне найти его, иначе я за себя не отвечаю. Вы мне, как оказалось, никто. Так что я не пожалею вас, нашепчу своим дружкам. Они вмиг развяжут вам язык, если будете молчать. Говорите, — приказал он. — Как найти его? Почему я должен в нищете жить, а он при деньгах? Пусть и со мной поделится, раз брат.
— Но мы не знаем, где он сейчас, — испуганно пролепетал отец. — Не знаем, кто его усыновил. Но откуда-то вы взяли, что он живёт в достатке?
Молодой мужчина прищурился.
— Вы что, решили обмануть меня? — Он угрожающе встал.
Хмель у того и у другого родителя разом пропал.
— Нет, нет, что ты! — пролепетала мать. — Мы не обманываем тебя. Всё, что знаем о его родителях… А как он живёт сейчас и где, не знаем. Вот тебе крест.
Она истово перекрестилась.
— Тогда мне нужна его фамилия и фото.
— Как он сейчас выглядит?
— Как ты, — пискнула мать, напуганная угрозами сына. — Вы же близнецы. Ты его сразу и узнаешь.
— У вас есть доказательство, что он действительно существует? Может, вы тут спьяну придумали всё?
Отец засеменил в спальню, вернулся, держа в руках чёрно-белое фото. Среди группы детей детского сада сидели улыбающиеся мальчики, совершенно одинаковые на лицо.
— Это мой брат, — Борис изумлённо уставился на фотографию. — Так, говорите, ему повезло с родителями. Ну что же, пришла пора взыскать с него по счетам.
— Ты что удумал? — испуганно проговорил отец.
— Где ты найдёшь его?
— Не вмешивайся в его жизнь, — взмолилась мать. — Он не виноват, что в ту семью попал. Скорее всего, он тоже ничего не знает о тебе.
— Не ваше дело, — огрызнулся Борис.
Его мозг уже начал разрабатывать план мести. Он пока не знал, за что и как будет мстить брату, но точно решил отправиться на его поиски. И у него получилось, хотя и не сразу, напасть на след Алексея, который даже не подозревал, какая чудовищная сеть расставлена вокруг него.
Вечером, вернувшись домой после очередного кутежа с приятелями, Борис лежал в кровати и придумывал, как оттяпать у брата часть денег. «Впрочем, почему часть? — подумалось вдруг. — Не согласен на часть. Вряд ли он со мной станет делиться добровольно. Большие деньги он, скорее всего, дома не хранит. Да, задачка. Ладно, утро вечера мудренее. Главное — разыскать его».
В первую очередь Борис направился в детдом, куда братьев привезли после гибели родителей. Сердобольные работники детдома, услышав историю разлуки двух братьев-близнецов, прослезились и назвали фамилию усыновителей. По своим каналам он узнал, где живёт его единокровный брат. Когда он увидел в первый раз Алексея, у него даже дух захватило от того, как они похожи. И тут Бориса осенило.
Через неделю мужчина уже следил за братом и его семьёй.
— Да, разжился, братишка, — завистливо ухмылялся он. — Жена красавица, дочка, полный комплект. Голыми руками не возьмёшь, но вы ещё не знаете, кто я.
В его голове уже созрел план. Дело оставалось за малым: дождаться удобного случая.
— Что ты задумал? — спрашивал его отец, с тревогой заглядывая в глаза. — Ты же не убьёшь его. Он же брат твой. Неужели осмелишься тронуть его?
— Ну что ты, папа? — притворно-ласковым голосом ответил Борис. — Он мне живым нужен, иначе я не смогу пользоваться его счетами. Нет, убивать я его не стану, во всяком случае, не сейчас. Мне он ещё пригодится.
— Ты не посмеешь избавиться от него, — мать прослезилась.
Она не могла простить мужа за длинный язык. Зачем? Зачем мы завели этот разговор? А всё это водка поганая. От неё все беды. Посадит ведь Борьку, если брата убьёт.
— Нет, конечно, пусть живёт, не жалко. Но теперь я стану пользоваться благами, которые были доступны ему все эти годы. Я ведь тоже имею на них право. Мы же родственники.
— Как ты это сделаешь? — мать похолодела. Выражение лица сына не предвещало ничего хорошего.
— Я займу его место.
— Но это невозможно, — воскликнул отец. — Алексей — юрист, его все знают. Ты же сам говорил. А у тебя и образования-то никакого нет.
— Зачем мне образование? — потешался над родителями мужчина. — Внешне нас не отличит даже сам чёрт. А влезть в чужую шкуру для меня не проблема. Я научился приспосабливаться. Да не переживайте вы так, — Борис расхохотался, видя недоверие в глазах родителей. — Не убью я его, так пощиплю слегка, и ему кое-что останется. Я не жадный.
— Ты поговори с ним, — увещевала мужчину мать. — Может, он сам поделится с тобой. Мне почему-то кажется, что он обрадуется тебе.
— Мать, — Борис насмешливо посмотрел на женщину. — У тебя пенсия скоро. А ты всё ещё веришь в то, что богач поможет бедняку? Ты дура, что ли? Нет, я не хочу рисковать. Я возьму всё, что посчитаю нужным. Никто не сможет меня остановить. Запомните!
Он угрожающе посмотрел на них.
— Если вы попробуете мне помешать, пожалеете. Вы меня знаете.
Борис тщательно маскировался, ведя слежку, старался не привлекать особого внимания, держался на расстоянии и выжидал. Всё сложилось удачно, когда Алексей отправился в командировку. Борис нанял машину у таксистов, взял одного из своих приятелей и усадил его за руль.
— Как быстро вы приехали! — удивился Алексей, садясь в машину.
Ему даже в голову не пришло заподозрить опасность.
— В аэропорт, пожалуйста.
Мужчина смотрел в окно, вспоминая своих девочек. Мыслями он всё ещё был с ними, поэтому не сразу сообразил, что такси везёт его непривычным маршрутом, в какую-то промзону.
— Эй, любезный! — обеспокоенно окликнул он шофёра. — Куда ты меня завёз? Я на самолёт опоздаю. Немедленно разворачивайся. Что за шуточки?
— А мы уже приехали, — водитель обернулся к пассажиру и ухмыльнулся. — Остановка конечная, выходим.
Тут же распахнулась дверь, и растерявшегося Алексея выволокли из машины. Связали, заткнули рот, завязали глаза, запихнули в багажник.
«Кто это и что им надо от меня? — лихорадочно думал мужчина, трясясь в багажнике. — Фирму, машину, перевести деньги на их счета… Я на всё согласен, — решил он для себя. — Если предложит заплатить выкуп, только бы не трогали жену и дочь».
Алексей почувствовал, что машина остановилась. Он внутренно сжался, не зная, что его ждёт.
— Тащи его в дом, — услышал мужчина, когда открылся багажник.
Похитители грубо выволокли Алексея из машины. Запинаясь, мужчина шёл в неизвестность, а он ожидал, что сейчас будут бить. Когда повязку сняли с глаз, пленник подумал, что сошёл с ума. Перед ним стояла его точная копия.
— Что, таращишься? Не ожидал меня увидеть? — незнакомец буравил его колючим взглядом. — Неужели ты забыл, что у тебя есть брат? Конечно, в сытости и тепле не вспоминаются бедные родственники. Чего застыл, как истукан? Да я твой брат-близнец Борис. Ты разве не знал, что приёмный? Бедняжка. Неужели родители побоялись признаться тебе? Здравствуй.
Алексей чувствовал, как страх постепенно пробирается в сердце. Человек напротив был родным по крови, но от него веяло опасностью.
— Я был слишком мал, чтобы помнить о тебе. Память заблокировала события из детства. Родители рассказали, что я приёмный, когда стал взрослым, но о тебе умолчали. Если бы я knew, что ты есть, обязательно разыскал. Зачем ты похитил меня? Мог бы просто прийти в дом. Ты наверняка знаешь, где я живу.
— Так я тебе и поверил, — Борис по-хозяйски развалился на диване, не предлагая Алексею даже присесть. — Что же ты не спрашиваешь, как я жил все эти годы? Неинтересно?
— Полагаю, сам расскажешь. Ты же для этого меня сюда притащил, — мужчина настороженно смотрел на брата. Он догадывался, тот что-то задумал, но пока не понимал, что Борис хочет от него.
Чтобы немного разрядить обстановку, Алексей попросил примирительно:
— Развяжи руки, дай хоть обнять тебя. Да чаю что ли налей, в горле пересохло.
— А я тебя не в гости пригласил, — Борис рывком встал с дивана, подошёл к брату. — Пока ты в роскоши купался, я вынужден был с хлеба на воду перебиваться. Не повезло мне с приёмными родителями, в отличие от тебя.
— Прости, я же не знал. Так тебе помощь нужна, — Алексей облегчённо вздохнул. — Я с радостью поделюсь с тобой частью своего состояния. Хочешь, я устрою тебя в свою фирму? Раз знаешь, где я живу, значит, знаешь, что моя контора процветает. Не обижу, зарплату хорошую положу.
— Кем, интересно, я буду у тебя работать за зарплату? — Борис насмешливо прищурился. — У тебя же юридическая контора. А ты знаешь, чем я занимался все последние годы? Я тряс таких толстосумов, как ты. Да, я связан с криминалом. У тебя ещё не пропало желание дать мне работу?
Он хохотнул.
— Неужели ты и вправду решил, что я стану горбатиться на тебя за зарплату?
— Ничего страшного, — Алексей понял, что брат попросту завидует его успешности и провоцирует его. — Мы что-нибудь придумаем.
— А я уже придумал, — мужчина зло осклабился. — Мне не нужны подачки. Я хочу всё. Поэтому я стану тобой.
— Как это? — Алексей похолодел. Страх за семью прокрался в сердце. Он нервно сглотнул.
— Что ж ты такой непонятливый? Я займу твоё место, — Борис снова вернулся на диван. — Я долго следил за тобой и знаю, что бизнес у тебя хорошо налажен, а контролировать работу сотрудников я смогу. Наконец-то у меня будет всё, о чём мечталось всю жизнь. Даже жена-красавица.
Он гортанно рассмеялся.
— Надеюсь, я смогу угодить ей в постели. Я в этом спец.
— Не смей Ксюшу трогать! — Алексей, забыв, что руки у него связаны, ринулся на брата.
Тот вскочил и ударил его. Мужчина перегнулся пополам, получив удар под дых. С трудом отдышавшись, сказал:
— Забирай всё, только семью не трогай. Отпусти меня, я готов подписать любые бумаги. Только дай возможность вернуться домой.
— Я сам решу, когда ты сможешь вернуться, — сказал, как отрезал Борис. — Ты должен будешь мне рассказать о себе всё подробно: привычки, тонкости ведения бизнеса, чтобы никто не смог отличить меня от тебя. Осмотрюсь, а там и подумаем, отпускать ли тебя на все четыре стороны или прикопать прямо тут. Нет гарантии, что ты сразу в полицию не побежишь. А, братец, сдашь меня?
— Зачем ты так? Ты же понимаешь, что внешнее сходство не гарантирует полного замещения. Ксения не поверит тебе. Да и в фирме есть люди, которые заметят подмену.
— Плевать. Не поверят — найду другую бабу. С твоими деньгами за меня любая пойдёт.
— Но ты не сможешь воспользоваться счетами. Везде нужны отпечатки пальцев.
— Для меня это не проблема. Я прямо сейчас покажу тебе, что ты зря переживаешь об этом.
Он взял со стола нож, разрезал путы, освободив руки своего пленника. Алексей принялся растирать затёкшее запястье.
— Я посмотрел, у тебя вся информация в телефоне. Давай приложи палец, чтобы я мог перекинуть на себя некоторую сумму, не слишком большую, чтобы не вызвать подозрения у твоего бухгалтера.
Алексею ничего не оставалось сделать, как выполнить приказ.
— А что со мной будет?
— А ты останешься здесь, — крикнул Борис: — Митяй! Проводи гостя в апартаменты.
Вошёл человек, который привёз Алексея в дом брата. Он грубо схватил его за руку и потащил на кухню. Мужчина увидел тёмную глазницу подвала и лестницу, которая вела вниз. Митяй толкнул его и приказал:
— Спускайся сам, не заставляй применять силу.
Он дождался, когда мужчина ступит на земляной пол, и захлопнул крышку люка. Алексей оказался в кромешной темноте.
---
— Я пытался уговорить Бориса выпустить меня, — продолжал рассказ Алексей. — Предлагал оставить ему всё: забрать вас, уехать и никогда больше не появляться в его жизни. Но ему доставляло удовольствие видеть мои страдания. Поначалу я надеялся, что Борис вскоре поймёт абсурдность своего плана, но потом понял, что он нацелился разрушить всё, что принадлежит мне.
— Зачем? Зачем он так сделал? — недоумевала женщина.
— Он хотел отомстить мне за свою неудавшуюся жизнь. Считал, я виноват в том, что ему не повезло с приёмными родителями.
Алексей замолчал, ему тяжело было говорить. Теперь, когда опасность была позади, силы, которые заставляли не сломаться в плену, окончательно покинули его.
— Ксения, — в палату вошёл доктор. — Вам лучше сейчас уйти. Больному нужно отдохнуть. Он истощён и ослаблен. Приходите завтра.
Женщина встала, ещё раз посмотрела на мужа и уже хотела выйти из палаты, когда услышала за спиной:
— Борис регулярно навещал меня, приносил воду, еду, а потом исчез надолго. Где он? Ты знаешь? И почему он не помешал тебе вызволить меня из плена?
Ксения оглянулась, помедлила, решая сказать сейчас новость или приберечь на завтра. Потом решительно произнесла:
— Он погиб. Сел пьяным за руль, не справился с управлением. Твоего тюремщика больше нет.
— Ты не сказала, как нашла меня, — напомнил Алексей.
— Завтра! — приказал доктор. — Завтра поговорите, пусть больной отдохнёт.
Он мягко выпроводил Ксению.
---
На следующий день женщина снова пришла в больницу к мужу.
— Лёша, — заглянула она в палату. — Посмотри, кто сегодня к тебе пришёл.
Она открыла шире дверь и пропустила вперёд Лию. Девочка вошла со страхом, крепко держа мать за руку.
— Видишь, дочка, не зря мы верили, что папа вернётся.
— Какая ты большая стала и красивая, — с улыбкой глядя на дочь, проговорил Алексей.
Его уже вымыли, подстригли, побрили. Теперь стала отчётливо видна болезненная худоба.
— Лёша, мы тебя очень ждём, — Ксения подошла к мужу, поцеловала его. — Столько времени потеряли. Подойди, доченька, к папе.
Девочка с опаской подошла к кровати, на которой лежал бледный мужчина. Нос его заострился, на лице резко обозначились скулы. Только в серых глазах уже не было прежнего отчаяния, которое поселилось в его сердце за годы плена.
— Здравствуй, папа, — тихо проговорила Лия.
Отец взял её руку, сжал тонкие пальцы.
— Я люблю тебя, малышка моя. Только мысли о вас заставляли меня терпеть лишения и не давали умереть от тоски.
Дочь несмело наклонилась и обняла отца.
— И я люблю тебя, — призналась девочка и заплакала.
— Что же ты плачешь? — улыбалась Ксения, а у самой из глаз тоже катились слёзы. — Наконец-то мы снова вместе.
— Расскажи, как ты поняла, что Борис не тот, за кого выдаёт себя? — попросил Алексей, когда все немного успокоились.
— К своему стыду, — женщина покраснела, — я не сразу его раскусила. Прости меня. Решила, что ты мне изменил. Стала искать подтверждение своим догадкам. Он был очень похож на тебя. Твои привычки, пристрастия. Я узнавала и не узнавала в нём тебя. Но он был груб с нами, а это так на тебя не похоже. Он старательно играл твою роль на людях, а дома превращался в чудовище.
— Он приезжал много раз, чтобы выяснить все тонкости обо мне. Я не мог ему отказать. Он шантажировал меня. Я очень боялся, что он может что-нибудь сделать тебе или Лие.
— Он выгнал нас из дома. Подлец! — заскрипел зубами в бессильной ярости Алексей.
— Но теперь я ему даже благодарна. Он не посмел меня тронуть. Потом, когда я узнала, кто он на самом деле, пришла в ужас, представив, что было бы, если бы он заставил меня спать с ним. Он не смог до конца вжиться в выбранную роль. Сомнения в сердце не давали мне покоя. А на опознании после аварии я уже точно знала, что он чужой, хоть и с твоей внешностью. Тогда я и решила выяснить, кто он и почему занял твоё место.
— Как же ты не побоялась поехать в его дом одна?
— Туда время от времени наведывались его дружки. Но я не знала этого. Я знала одно: Бориса больше нет, поэтому и не боялась. И потом, я должна была найти тебя ради себя, ради нашей дочери.
— Девочки мои милые, — у Алексея на глаза навернулись слёзы. — Я ведь уже распрощался с мыслью, что когда-нибудь снова увижу вас.
— Всё закончилось, — успокоила его жена. — Только в наш дом я не хочу возвращаться. Если бы ты knew, во что он его превратил.
— Не беда, — заверил Алексей жену. — Мы построим новый.
— А как наша контора поживает?
— Многие сотрудники уволились, и, к сожалению, мы почти банкроты. Если хочешь, я могу разыскать их и попробовать уговорить вернуться. Уверена, большинство обрадуется нашему предложению.
— Нет, — решительно заявил мужчина. — Я хочу начать всё с чистого листа.
— Что ты предлагаешь?
— Подготовь бумаги для продажи фирмы и дома. Мы не останемся в этом городе. Слишком страшные воспоминания с ним связаны. Мы уедем отсюда, иначе нас всегда будут преследовать тени прошлого.
— Мне почему-то кажется, что ты прав, — согласилась Ксения.
Пока Алексей проходил реабилитацию в больнице, женщина занималась делами. Уже через месяц, когда мужчине разрешили вернуться домой, она сообщила, что их с этим городом больше ничего не связывает. Они вместе решили, где будут строить новый дом.
В канун Нового года семья праздновала новоселье. В гостиной стояла нарядная ёлка. В камине горел огонь, согревая теплом и придавая комнате уют.
— Дорогие мои, — Алексей с нежностью смотрел на своих девочек.
В красивых нарядах они сидели за праздничным столом и улыбались, глядя на главу семейства.
— Я так счастлив снова быть с вами, Лёша, — сказала Ксения. — Этот год вновь соединил нас, и мы должны быть ему благодарны.
— Не будем о грустном, — решительно заявил мужчина. — Мы начинаем новую страницу нашей жизни. Я хочу выпить.
Он поднял бокал с шампанским.
— За тебя, моя любимая жена. Если бы не ты, меня, может быть, и на свете уже не было. Не знаю, откуда ты брала силы, но я восхищаюсь тобой.
— Просто я твёрдо знала, что смогу всё преодолеть и никогда не сомневалась в том, что ты жив, — ответила Ксения.
— А я, — добавила Лия, — в прошлом году попросила Деда Мороза найти папу. Вот он и нашёл тебя.
Родители рассмеялись. В их доме отныне снова часто звучал смех. О случившемся напоминала только старая чёрно-белая фотография, на которой на мир широко открытыми глазами смотрели братья-близнецы.
***
Судьба порой играет с человеком жестокие шутки, сталкивая его с собственной тенью. История Алексея и Ксении — это не просто рассказ о коварном самозванце и долгом плене. Это история о том, как любовь, даже пройдя сквозь годы разлуки, унижения и неопределённости, остаётся тем якорем, который не даёт утонуть. Ксения потеряла мужа, но не потеряла веру. Она чувствовала ложь там, где все видели правду, искала, когда остальные смирились, и нашла, когда надежда почти умерла. Борис, одержимый завистью и жаждой мести за несправедливо устроенную жизнь, заплатил за свою подмену высшую цену. Но даже в его истории есть урок: человек, который строит своё счастье на чужом горе, рано или поздно погибает в созданной им же самим ловушке. Алексей выжил в темноте, потому что свет его сердца был направлен на тех, кто ждал его на свободе. Их новая жизнь, начатая с чистого листа в новом доме, стала наградой не за месть, а за верность, за терпение, за ту невидимую связь, которая оказалась сильнее любых преград и чужой маски. И чёрно-белая фотография, оставшаяся на память, напоминает им: прошлое не исчезает, но оно больше не имеет над ними власти. Ведь настоящее счастье не в том, чтобы забыть, а в том, чтобы простить и идти дальше — вместе, рука об руку, не оглядываясь на тени.
