Часть 1
Глава 2. Шёпот в стенах
Михаил застыл. Его взгляд метался от пустой тумбочки к фарфоровой кукле, которая теперь сидела на полу, скрестив ноги, словно ребёнок, играющий в куклы. Только она и была единственной куклой в этой комнате.
«Этого не может быть», — мысль билась в голове, как птица в клетке. Он помнил, как поставил её на место. Он не слышал ни звука.
Он сделал шаг назад, и половица под его ногой предательски скрипнула. В тот же миг голова куклы медленно, с едва слышным хрустом, повернулась на сто восемьдесят градусов. Теперь её пустые голубые глаза смотрели прямо на него.
Михаил отшатнулся, споткнулся о край ковра и упал, больно ударившись локтем. Кукла не шевелилась. Она просто смотрела.
«Это сквозняк», — попытался убедить он себя, поднимаясь на ноги и растирая ушибленную руку. «Старый дом, кривой пол. Она просто съехала».
Но голос в голове звучал фальшиво. Он подошёл к кукле, стараясь не смотреть ей в глаза, и поднял её. На ощупь фарфор был ледяным. Он решительно подошёл к шкафу, распахнул его и забросил куклу на самую верхнюю полку, заваленную старыми шляпными коробками.
«Вот так», — подумал он, захлопывая дверцу.
Усталость навалилась внезапно, словно свинцовая плита. Адреналин схлынул, оставив после себя дрожь и липкий холодный пот. Михаил решил, что ему просто необходимо поспать. Утром всё покажется другим, менее зловещим.
Он нашёл другую комнату, более простую, без лишних предметов, и рухнул на кровать прямо в одежде. Сон пришёл мгновенно — тяжёлый, без сновидений.
Проснулся он от холода. Окно было открыто настежь, хотя он точно помнил, что закрывал его. Ветер трепал занавески, внося в комнату запах мокрой земли и прелых листьев.
И шёпот.
Тихий, едва различимый шёпот доносился из-за стены. Слов было не разобрать, но интонация была жалобной, умоляющей.
Михаил сел на кровати. Шёпот стих. В доме воцарилась абсолютная тишина.
«Показалось», — прошептал он в пустоту комнаты.
Он встал, чтобы закрыть окно, и замер. На подоконнике лежал ключ. Тот самый ключ из конверта. Он оставил его внизу, на тумбочке в холле.
Дрожащими пальцами он взял холодный металл. На этот раз записки не было.
Внезапно его взгляд упал вниз, во двор. В окне первого этажа горел свет. Тусклый, мерцающий, как пламя свечи.
«Я же не включал свет внизу...»
Сердце пропустило удар. Кто-то был в доме.
Сжимая ключ в руке, Михаил тихо вышел в коридор. Скрип половиц казался оглушительным в ночной тишине. Он подошёл к лестнице и посмотрел вниз.
Свет шёл из гостиной. Дверь была приоткрыта.
Он начал медленно спускаться, прижимаясь к стене. Добравшись до последней ступеньки, он заглянул в щель.
В центре комнаты стояла девочка лет семи-восьми. Её светлые волосы были заплетены в две косички, а на ней было надето то самое голубое платье с кружевами.
Она стояла спиной к нему и водила пальцем по пыльной поверхности старого зеркала в полный рост, висевшего на стене.
«Ты меня видишь?» — прошептала она своему отражению.
Отражение не шевелилось. Оно смотрело прямо на Михаила через зеркало.
А потом оно улыбнулось. Злой, хищной улыбкой.
Девочка резко обернулась.
Её лицо было фарфоровым. Гладкая белая кожа без единой поры, нарисованные румяна и огромные голубые глаза без зрачков. Это было лицо куклы с тумбочки.
Она открыла рот, но вместо детского голоса раздался скрежет ломающегося фарфора:
«Ты меня запер».
Часть 3
Продолжение следует ....