Есть мнение, что китайскими учёными у млекопитающих уже найден ген ответственный за механизм регенерации. По неведомой причине он заблокирован, однако, если блоки снять, это откроет пути не только к восстановлению потерянных конечностей, но и к неограниченному продлению жизни. Ведь возможности регенерации больше чем кажется. Ящерица отращивает новый хвост, – значит, и новую печень отрастить организму потенциально по силам… Это какое-то бородатое мнение. Непонятно, что там «китайские учёные» сумели открыть, – всё, о чём говориться на скрине, очень давно известно.
...Следовательно о регенерации. Известно, что самые примитивные черви, будучи иссечёнными даже на десятки кусков, не гибнут, – из каждого развивается новая особь. Но уже в случае червей дождевых это не действует. Выживет только передняя половина, – с головой. Задняя же погибнет, поскольку ей не во что кушать. Однако и на более высоких ступенях развития способности организмов к регенерации могут поражать. Например, крылоногие моллюски знамениты тем, что, потеряв голову и тело со всеми органами (а у них, в отличие от кольчатых червей, органы не продублированы в каждом сегменте), регенерируют всё утраченное из оставшейся «ноги».
У позвоночных регенерация потерянных частей тела также наблюдается. Амфибии, как известно, могут восстанавливать конечности. Ящерица же отращивает новый хвост. «Хвост» же это не жук чихнул, а весьма ответственный орган. Внутри него продолжается позвоночник.
Что-то такое, видимо, умели и синапсиды, – звероящеры. Пока это нельзя считать доказанным, но есть подозрение, что ранние представители ведущей к человеку линии, – такие, как диметродон, или его предки, – хвост, если он оказывался откушен в бою, восстанавливать могли. Но позже опыты в области регенерации органов были оставлены, как синапсидами, так и диапсидами. Соответственно, возникает вопрос, почему.
Как регенерирует планария? Легко и непринуждённо. Эти черви состоят из постоянного количества клеток, растущих вместе с организмом. Если некая часть отсечена, клетки в ней начинают делиться, восстанавливая поголовье до проектного уровня, и выстраиваясь в боевой порядок. Происходит это очень быстро, – клетки вообще быстро делятся, время требуется для «набора веса», так что клочок крошечного червячкапревращается в ещё меньшего червячка, даже не успевшего проголодаться. И вполне функционального. Большая планария может глотать одноклеточных, – и маленькая может. Защищённость также не зависит от размера качественно.
Дождевой червь так уже не может. Хотя бы потому что у него наличествует корпус из кутикулы, ганглии, пищевод и даже что-то вроде «сердец». Суть даже не в том, что всё это так уж трудно сделать, а в том, что уцелевшую часть желательно сохранить для дальнейшего использования по максимуму. Как следствие, утраченное восстанавливается по мере поступления новых материалов. А для этого червю нужно питаться.
Выбивающиеся из ряда крылоногие – интересный случай. Но там также всё просто. В превращённой в «крыло» ноге сосредоточены запасы жира. За счёт которого, а также материалов ноги, он может восстановить тело и голову не питаясь. Регенерация из оставшегося куска для него лишь потеря неусыпными трудами нажитой биомассы…
То есть, уже должно быть понятно о чём речь. Регенерация это не волшебство. Чтобы восстановиться организм, во-первых, должен жить, а во-вторых, собирать материалы для ремонта. Нога крылоногого, в частности, остаётся «живой» даже без принудительного кровообращения, – хватает кислорода поступающего сквозь покровы. Повреждения, выводящие его из строя, организм регенерировать не может. Потому что перестаёт функционировать.
С ростом сложности, – и с ростом «энергетики», соответственно, – способности к регенерации приносят всё меньше пользы. Лягушка отрастить ногу ещё может, но нога целую лягушку уже точно нет. Отключенная от подачи крови, и не способная питаться нога просто умрёт.
Лягушка же без ноги может выжить, хотя и потеряет в весе. Всё-таки, двигаться ей очень сложно. Но амфибии способны долгое время голодать… Теплокровные животные именно из этих соображений регенерировать тяжёлые повреждения не пытаются. Именно так. Не «не могут». Гены, ответственные за «восстановление» именно заблокированы, но по причине не «неведомой», а совершенно очевидной, – их активность снизила бы шансы на выживание.
Задача получившего повреждения высокостоящего организма, во-первых, избежать смерти. Это требуется сделать немедленно. Во-вторых, хотя бы по минимуму восстановить функционал. Тоже срочно. Так как пища ему требуется постоянно, временем на регенерацию, – на крупный ремонт, – животноене располагает. Попытка же отрастить потерянную ногу, оттянет на себя ресурсы в тот момент, когда они нужнее всего, – когда их нет и взять не от куда. Что только снизит и без того призрачные шансы на выживание.
По этой причине, впрочем, и ящерица отращивает хвост, без которого может некоторое время обходиться. Но не печень. Механизм восстанавливающий критически важные внутренние органы позвоночным не нужен, так как всё равно не будет работать в мёртвом теле. Соответственно, такая возможность не предусмотрена в принципе.
...И это к вопросу о давно уже ведущихся экспериментах с повышением способности к регенерации у млекопитающих. Разблокировка генов возможна и даёт некоторый результат, но – ограниченный. Некоторые трюки не будут работать, потому что не практиковались предками уже триста и даже пятьсот миллионов лет назад