Не всегда нужны изящные, многослойные, хитросплетённые ходы. Зачастую достаточно грубого, но меткого шага, чтобы всё сработало.
Впервые на канале? Дисклеймер.
С чего началась эта история? Стартовая вводная.
Прошлая часть. <---> Следующая часть.
---
Я замер на пороге, впуская в себя запахи комнаты. Они были густыми, многослойными — как сама жизнь этого человека. Порох и металл говорили о его ремесле. Кожа и травы — о дороге, о лошади, может, о простых лекарствах от усталости.
Я не переступил порог сразу. Сначала я осмотрел дверь: петли, косяк, нет ли следов взлома, царапин. Потом перевёл взгляд внутрь, медленно, методично, как сканирую местность с высоты.
Карта на стене. Рабочий стол у окна. Полка с бумагами.
- Убит здесь, в своей комнате? — переспросил я тихо, не отрывая глаз от пространства.
Я сделал шаг вперёд, но не к центру, а вдоль стены, к окну. Оценил обзор. Кто мог подойти, не будучи замеченным с улицы?
- Можно? — я кивнул на рабочий стол, спрашивая разрешения у Гемини.
Мне нужно было понять, как работал Грок. Беспорядок — это хаос мыслей или поспешные поиски? Аккуратность — педантичность или скрытность?
- Ну попробуй, взгляни, - развел руками Гемини.
Его тон и жест вскоре стали понятны - ящики стола были пусты.
- Это шериф с утра поработал, - пояснил Гемини. - Когда пришел на расследование. Да, Грок был убит прямо здесь. Ему просто тихо перерезали горло. Я нашел его чуть после полуночи, когда сам вернулся домой.
Перерезали горло. Тихо. Я почувствовал, как по моей собственной шее пробежал холодок, точно повторяя траекторию того лезвия. Мои пальцы непроизвольно потянулись к своему горлу, к ещё свежему синяку от ствола, но я остановил их, сжав в кулак.
- Значит, он не сопротивлялся. Или не успел, — проговорил я вслух, но больше для себя, анализируя. — Знакомый. Тот, кого он впустил сюда ночью. Или… тот, кто уже был здесь.
Я подошёл к окну, проверил задвижку. Потом повернулся к карте на стене. Подошёл ближе, изучая не географию, а саму карту. Не было ли на ней пометок? Булавок? Следов от ножа, которыми мог кто-то что-то указывать?
- Гемини, — сказал я тихо. — Кто, кроме вас, знал его привычки? Кто мог знать, что он будет здесь ночью? Кто в городке… умеет подкрадываться тихо? - Я сделал паузу, перевел дыхание. - Или кому он мог открыть дверь в таком месте, в такой час, даже не насторожившись? Это не было нападением врага. Это было… устранение. Кем-то, кого он не боялся. Пока не стало слишком поздно.
- Об этом мы и сами догадались, - прохладным тоном отозвался тот.
- Мы все живём здесь, кто с рождения, кто просто очень долго. Город маленький, и мы все знаем друг друга, как и знаем, что от кого ожидать. Не думаю, что кто-то пришел бы к нему в такое время, и тем более, чтобы он впустил кого-то в дом. Максимум - вышел бы перекурить на пороге. Грок был дерзкий, но человеком дела, всерьёз никогда ни с кем не конфликтовал. Кроме тебя.
Да, конфликт был. Публичный. И я был единственным, с кем Грок открыто схлестнулся. Его слова повисли в воздухе комнаты, тяжёлые и неоспоримые. Я молчал, чувствуя, как под ложечкой снова заныла знакомая пустота страха, но сейчас она была приглушена странной, леденящей ясностью.
- Верно, — сказал я тихо, глядя не на Гемини, а на пустой ящик стола, выдвинутый шерифом. — Я был его единственным открытым конфликтом. И это делает меня идеальной мишенью. Слишком идеальной. В маленьком городке, где все всё знают… разве не подозрительно, что единственный подозреваемый — это чужак, с которым у него была одна-единственная ссора при всех? Слишком… аккуратно. Как будто кто-то специально создал готовый сюжет для шерифа. И для вас.
- И конфликты с шерифом, - тихо напомнила девушка для Гемини. Но ковбой лишь презрительно отмахнулся:
- Шериф - трус и пустозвон, это были не конфликты, а прямые констатации фактов. Как и у любого из нас регулярно вспыхивают с ним споры. Грок особенно любил его цеплять за живое, но это и не удивительно - по сравнению с Флэшем, нынешний шериф просто пустое место.
- Грок с Флэшем дружили. Много раз работали вместе, - вспомнила девушка. - Может, нынешний шериф и завидует Флэшу, недолюбливает Грока, но на основании этого его подозревать глупо. Он самовлюблённый дурак, но искренне верит в свою звезду, просто не может принять, что его слово против слов Клода ничего не значат. Тем более, он вчера весь вечер был занят - разбирал пьяную ссору оружейника и бакалейщика, который вынес ему окно.
Я слушал, и в голове начали складываться контуры другой карты. Не географической, а карты связей, обид, иерархий. Флэш — прежний авторитетный шериф. Нынешний — неуверенный выскочка. И все они — Грок, Клод, Тейка, Гемини, Мистраль — держались особняком, своей сплочённой стаей, презирающей официальную власть.
Я подошёл к карте на стене, как будто ища на ней ответ.
- Настоящий убийца знал об этом конфликте. Значит, он был там, на площади. Или ему сразу же об этом сообщили. И он использовал это. Чтобы отвлечь внимание. Чтобы вы, его друзья, даже не стали искать другого врага, потому что он уже был нарисован на стене — в моём лице.
Я обернулся к ним, всё ещё чувствуя холод в груди, но в голосе теперь звучала не защита, а почти клинический интерес к абсурду ситуации.
- Меня подставили. И сделали это настолько грубо, что это сработало. Потому что все хотят верить в простые истории. Особенно когда горюют.
Я подошёл к полке с книгами и бумагами. Шериф мог забрать заметки из стола, но не стал бы перебирать каждый клочок на полке. Возможно, что-то уцелело.
- Значит, враг Грока — не тот, кто громко с ним спорил, — сказал я, медленно проводя пальцем по корешкам книг, не вынимая их, просто ощупывая пыль и порядок. — А тот, кто боялся того, что Грок мог узнать. Или... тому, кто уже знал, что Грок что-то узнал.
Я обернулся к ним, и моё лицо, должно быть, выражало странную смесь сосредоточенности и тревоги.
- Вся эта история с мафией... она ведь началась не с меня, верно? Грок копал что-то до того, как увидел мои карты. Я просто стал удобным объяснением. Отвлекающим манёвром. Кто в этом городке боится старой дружбы Грока с Флэшем? Кому выгодно, чтобы связь между прошлым порядком и вами... оборвалась? Кто мог знать о его расследовании до того, как он начал кричать о мафии на площади?
Я чувствовал, как холодный пот выступает вдоль позвоночника. Я не просто рисовал гипотезы. Я указывал пальцем в темноту, где мог стоять настоящий убийца. И если я угадал... то стал для него угрозой уже не как козёл отпущения, а как человек, который начал видеть контуры истины.
Гемини с Тейкой переглянулись, прежде чем начать говорить.
- Мафия начала рыскать вокруг несколько лет назад, как только неподалеку начали тянуть железную дорогу, - ответил Гемини. - Флэш - наш прошлый шериф. Он был зорким, смелым и рассудительным, считался с каждым местным и всегда точно определял, кто прав, кто виноват. Ему удалось вычислить, отловить и казнить нескольких мафиозников с нашей помощью - и особенно с помощью Грока.
- Затем мафии это надоело, и они устранили Флэша, - добавила девушка.
Гемини кивнул:
- Грок после этого как с цепи сорвался. Ему удалось вычислить ту группу, которая была ответственна за смерть Флэша, и мы разобрались с ними. После этого мафия долго не совала к нам свой нос.
- Флэш никогда не промахивался с поиском подозреваемых, быстро чуял мафию среди мирных, - тихо заметила Тейка, - И Грок тоже бил только в цель.
- И последний его подозреваемый - ты, - Гемини в упор посмотрел на Ридлика. - А Грок теперь мёртв.
Я стоял, ощущая на себе вес их взглядов — не злобных, но полных неразрушимой логики. И я сам видел эту логику. Она была железной. И смертельной для меня. Я медленно подошёл к карте на стене. Не к своей, а к его. Карте округи. Я искал на ней то, что искал бы он. Что искал бы Флэш.
- Допустим, он не ошибся, — сказал я тихо, почти шёпотом, глядя на линии дорог. — Допустим, его чутьё было точным. И я — действительно часть мафии, которую он выследил.
Я повернулся к ним, и моё лицо, должно быть, отражало странное спокойствие перед лицом этой чудовищной гипотезы.
- Тогда его убийство — это… что? Месть? Нет. Если я мафиози, и он меня раскрыл, зачем убивать его тихо, в его же комнате? Это привлекает внимание. Это заставляет вас, его друзей, искать виновного с удвоенной яростью. Это… глупо. Мафия, которая годами оставалась в тени, не стала бы так рисковать.
Я сделал шаг в сторону, жестом указывая на пустой ящик стола.
- Его убрали не за то, что он нашёл. Его убрали за то, что он мог найти дальше. Кто-то испугался не его обвинений, а его метода. Его памяти о том, как работал Флэш. Кто-то знал, что если Грок продолжит копать в правильном направлении… он докопается до кого-то, кто уже здесь. Не среди чужаков. А среди своих.
Я замолчал, давая им переварить эту мысль, более страшную, чем любое обвинение в мой адрес. Потому что она означала предательство внутри их круга.
За окном раздался звук, резко разрушивший динамику разговора - топот копыт и ржание лошади. Гемини тихо подошёл к окну и заглянул в щель между ставнями:
- Шериф с помощником. Лёгок на помине.
Быстрым хлопком по кобуре проверив, что револьвер на месте, Гемини быстро вышел из комнаты и направился вниз. Тейка, слегка опустив шляпу ниже на лицо - следом.
С улицы уже слышались голоса.
---
И вновь шериф против "банды", но уже лицом к лицу. Чья сторона принесёт правду? На чьей - безопаснее?
Подписывайтесь на канал! Продолжение уже скоро!