На следующий день Влад уезжает в офис раньше обычного — видимо, чтобы снова не пришлось придумывать для меня отговорок. Я просыпаюсь, когда рядом постель пуста, а подушка уже остыла, и чувствую непривычное облегчение. Влад уехал тихо, не стал будить и прощаться. Так даже лучше.
В окно врываются первые золотистые лучи, в тёплом воздухе витает шлейф пряного парфюма, который, к счастью, уже почти выветрился.
Паша входит в комнату, зевает и сонно потирает глаза. Волосы растрёпаны и торчат в разные стороны, синяя клетчатая пижама перекосилась, штанины собрались гармошкой. Паша останавливается на миг, смотрит на пустую сторону кровати и отворачивается. Он не задаёт вопросов, но от его молчания у меня ещё сильнее щемит в груди.
— Доброе утро, солнышко, — улыбаюсь я и встаю с постели.
Паша обхватывает меня руками, и его объятия придают мне сил, а силы сегодня понадобятся: впереди первый шаг плана. Нужно съездить в банк и проверить счета — во-первых, я выясню, какая у нас с Пашей финансовая подушка, во-вторых, запрошу выписку и узнаю, когда и сколько денег втайне тратил Влад на любовницу.
— Можно я сегодня не пойду в садик? — осторожно спрашивает Паша.
— Как так? А что случилось?
— Сегодня среда. А по средам нас заставляют есть манную кашу, — бурчит он, и я невольно усмехаюсь.
Манная каша. Вот она, детская катастрофа, на фоне которой взрослые проблемы выглядят мелко и нелепо.
— Но мне нужно уехать по делам, — глажу я его по волосам. — И тётя Вика тоже не сможет с тобой посидеть, она работает.
— А можно я поеду с тобой? — Паша запрокидывает голову и с надеждой смотрит мне в глаза.
Я раздумываю пару секунд. Впрочем, это не такая уж и плохая идея. Паша всегда ведёт себя спокойно в общественных местах, да и мне легче, если он рядом — так я не сорвусь, если что-то пойдёт не так.
— Хорошо. Но сначала — завтракать!
Паша радуется и вприпрыжку бежит на кухню.
Вскоре мы приезжаем в банк. Я ловлю своё отражение в стеклянном фасаде: лицо спокойное, подбородок приподнят, взгляд прямой и внимательный. Со стороны — уверенная женщина, которая в обычный будний день пришла получить выписку. Так и не скажешь, что внутри у меня всё стянуто в тугой, болезненный узел.
С порога окутывает тёплый, сухой воздух, пахнет бумагой, краской для печати и сладковатым ароматом диффузора. Приглушённые голоса, шум принтеров и щелчки клавиатур сливаются в ровный фон.
Я отвожу Пашу в детский уголок и усаживаю его за низкий столик так, чтобы он был у меня на виду. Паша берёт чистый лист, цветные карандаши и сразу принимается рисовать.
— Я рядом, — говорю ему. — Если что — сразу зови.
— Хорошо, мам.
Я беру номерок и сажусь к окошку. Девушка-оператор в белой рубашке и с идеальной осанкой вежливо улыбается мне:
— Добрый день. Чем могу помочь?
— Здравствуйте. Мне нужно проверить сумму на счёте и получить выписку, — протягиваю ей паспорт и краем глаза слежу за Пашей. — Совместный накопительный счёт.
Она кивает, берёт документы и быстро стучит по клавиатуре.
Секунды тянутся и кажутся бесконечными, а в голове жужжат тревожные мысли.
Готова ли я увидеть, сколько Влад потратил на любовницу? Вдруг колье — не единственный подарок ей? Что, если на счёте осталось совсем мало денег?
Принтер шумит, и звук выдёргивает меня в реальность. Девушка вытаскивает распечатку и протягивает мне.
Не успеваю я разобраться в том, что написано, как девушка стандартным деловым тоном произносит:
— У вас на этом счёте нулевой баланс.
Я вздрагиваю, как от удара. Замираю. Мой взгляд скользит мимо строк, а пальцы сжимают бумажку.
— В смысле нулевой? — переспрашиваю я и поднимаю голову.
Воздух сгущается, становится труднее дышать, и я хрипло выдавливаю:
— Это невозможно. Там была крупная сумма…
Повисает короткая пауза. Вежливо-отстранённая маска на лице девушки исчезает, улыбка тает.
— Давайте я ещё раз проверю, — участливо произносит она, словно и вправду хочет помочь, и внимательно смотрит в монитор. — Судя по последней операции, владелец счёта снял все средства.
— Влад?
— Владислав Сергеевич, — подтверждает она чуть оживлённее, как будто это должно меня успокоить.
Я откидываюсь на спинку стула, зажмуриваюсь и пытаюсь осознать сказанное.
Влад не просто тратил кучу денег на любовницу — он оставил меня ни с чем. А я даже ничего не знала, потому что уведомления приходят на его телефон.
А ещё на счёте были и мои деньги. Которые я заработала сама.
Когда Андрей только вернулся из-за границы, то сразу открыл бизнес и взял нас с Владом в долю. Обоих. Я работала не покладая рук, даже будучи беременной, и как раз в то время бизнес пошёл в гору. Даже после родов я продолжала трудиться, но уже из дома, удалённо, пока однажды Влад мне не сказал:
— Дорогая, я забираю твои обязанности, а ты отдыхай. Ты же не против? Не переживай, это ненадолго, пока ты в декрете, — произнёс он ласково, и мне это показалось проявлением заботы.
Я верила ему. Верила и радовалась, что побольше времени проведу с сыном и увижу, как он растёт. Но годы шли, Паше уже исполнилось четыре, а Влад не спешит передавать мне дела.
Какой же я была наивной…
Ладно. Не время думать о прошлом. У нас есть ещё один совместный вклад — мы приберегли деньги на обучение Паши.
— А второй счёт? — спрашиваю я и называю последние цифры.
Девушка смотрит в монитор. Делает паузу и говорит:
— Тоже нулевой баланс.
Новость окончательно лишает меня дыхания и сдавливает горло.
Я даже представить себе не могла настолько подлого поступка. Влад лишил меня сбережений и, что ещё хуже, украл деньги сына. Своего родного сына…
— Куда он перевёл сумму? — тихо уточняю я.
— Снял наличными, — отвечает девушка и печатает мне вторую выписку.
Значит, вот как. Влад не просто изменял, а начал готовиться к разводу. Заранее, исподтишка, без разговоров и объяснений.
В голове выстраивается кристально чёткая картина, которую я трезво оцениваю. Теперь я вижу, с кем жила все эти годы.
— Спасибо, — говорю я и встаю.
Ноги держат меня, руки не дрожат, и я поражаюсь своей стойкости. Забираю Пашу, и мы выходим из банка.
Влад играет грязно, и мне как можно скорее нужно выяснить, что он ещё успел натворить за моей спиной. Для этого мне нужно заполучить его телефон.
Внутри поднимается холодная, ясная решимость.
Это уже не просто развод. Это битва, которую я обязана выиграть.
Мы с Пашей идём по тротуару, и вдруг рядом сигналит автомобиль. Я не обращаю на него внимания и смотрю прямо, думая, что водитель просто хочет поторопить машины впереди. Но тут снова раздаётся сигнал, затяжной, настойчивый, и я краем глаза замечаю, что какой-то чёрный внедорожник медленно едет, поравнявшись с нами. Я сильнее сжимаю руку Паши, поворачиваю голову, и напряжение развеивается: из окна выглядывает Андрей.
— Полька! Привет! — широко улыбается он и машет, а у меня внутри что-то оттаивает.
— Дядя Андрей! — кричит Паша.
Андрей паркуется на стоянке неподалёку, выходит из машины и убирает отросшие тёмные волосы со лба. Солнечный свет скользит по его лицу, очерчивает острые скулы, резкий подбородок и попадает в зелёные глаза, которые приобретают золотистый оттенок. Кожаная куртка распахнута, под ней — лишь чёрная рубашка с расстёгнутым воротом, и я, прямо как в детстве, мысленно ругаюсь на Андрея за то, что он снова оделся не по погоде.
Паша радостно несётся к нему, Андрей смеётся, даёт ему пять и спрашивает у меня:
— Вы тут какими судьбами?
— Просто гуляли, — быстро отвечаю я, пока он не увидел банк позади меня. — Уже хотели ехать домой.
Андрей не должен догадаться, что я проверяла счета, иначе моему плану конец. Вдруг он в курсе того, что Влад проворачивает у меня за спиной? Вдруг Андрей на его стороне и даже помогает ему? Всё-таки они тоже друзья с детства…
— А ты чего тут? Твой офис в другом же районе, — сразу перевожу тему.
— Я к поставщикам ездил, сейчас обратно собирался. Садитесь, я подкину вас, — решительно открывает нам двери Андрей.
— Не нужно, тебе же в другую сторону… — отказываюсь я, но Паша внезапно восклицает:
— Ура! А музыку включишь?
— Конечно! — улыбается Андрей.
Мы с ним переглядываемся, и тогда я тоже сдаюсь.
Сажусь впереди, Паша устраивается сзади. Андрей включает его любимую весёлую музыку и настраивает её так, чтобы звук шёл только из колонок рядом с Пашей. Сын довольно пританцовывает и увлечённо смотрит в окно.
— Рассказывай. Чего такая грустная? — вдруг спрашивает Андрей, и у меня сердце пропускает удар.
Как бы я ни старалась держаться спокойно и делать вид, что всё хорошо, от него ничего не скрыть.
— Ты о чём? Всё в порядке, — пожимаю я плечами и улыбаюсь через силу.
Андрей следит за дорогой, но периодически поглядывает на меня.
— Да ладно, я же вижу. Что случилось? — выпытывает он, и мне кажется это подозрительным.
Вдруг Влад подослал его выяснить, догадалась ли я о предательстве? Что, если Влад всё просчитал? Какой его следующий ход?
Сковывает напряжение, я с силой сжимаю ручку своей сумки, затем отмахиваюсь:
— Да ерунда! Поругалась в очереди в магазине.
У меня краснеют уши — я никогда не врала Андрею, и теперь мне дико стыдно. Кажется, он замечает это, но ничего не говорит.
Мы едем в тишине, но через пару минут на перекрёстке Андрей неожиданно сворачивает в противоположную сторону, и у меня пульс пробивает виски.
— Ты куда? — резко выпаливаю я, но тут же смягчаю тон: — Дорогу что ли забыл? — шучу я и усмехаюсь, но получается нервно.
— Надо же, промахнулся! — наигранно досадует Андрей, поддерживая шутку.
В другой день меня бы это позабавило, но сейчас кажется, что весь мир сговорился против меня. Если Влад — мой муж, близкий человек, которого я знаю чуть ли не с рождения — предал меня, то что мешает и Андрею поступить так же?
— Куда ты нас везёшь? — спрашиваю я серьёзнее, и в голосе сквозит настороженность.
— Просто так быстрее.
Эта дорога ведёт вообще в другой район, но я решаю больше не выдавать тревоги.
По спине пробегает дрожь, на лбу выступает пот, но не успевают пугающие мысли довести меня до паники, как Андрей паркуется.
— Я сейчас, — говорит он и выходит из машины.
Хочется схватить Пашу и бежать, но я унимаю порыв и просто жду, чтобы не сделать ещё хуже. Нужно держаться и играть роль до конца.
Через несколько минут Андрей возвращается… с мороженым в одной руке и пачкой мармелада — в другой.
— Это что? — удивляюсь я и невольно расплываюсь в искренней улыбке.
— Я же сказал, так быстрее! Быстрее поднять тебе настроение! — подмигивает Андрей.
Протягивает мне мороженое, а Паше — его любимый жевательный мармелад.
— Эти ларьки давно закрылись по всему городу, остался один-единственный — здесь, на окраине, — с ностальгией поясняет Андрей.
В детстве он часто покупал мне это мороженое. Хрустящий рожок, настоящий пломбир из фермерских сливок, дроблёный фундук, сверху — растопленный горький шоколад.
Я пробую, и тот самый пломбир с орешками растекается на языке густой, прохладной сладостью. Я закрываю глаза на секунду, и время откатывается назад. Мне снова десять, лето тянется бесконечно, мороженое тает и капает на раскалённый песок, а впереди нет ничего, кроме смеха, жары и по-детски наивного ощущения, что всё ещё только начинается.
Когда Андрей довозит нас до дома, а от рожка остаётся лишь пара крошек, я возвращаюсь в жестокую реальность, где меня ждёт борьба.
— Поль, что бы ни случилось, всё наладится, — с теплотой говорит Андрей. — И знай, ты всегда можешь ко мне обратиться.
Он проникновенно смотрит мне в глаза и как будто ждёт, что я, наконец, откроюсь ему.
Я вздыхаю, немного медлю, затем оживлённо говорю:
— Спасибо, что подвёз. Пока! — прощаюсь я и забираю Пашу.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Месть. Восстану из боли", Юлия Иванкова ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4
Часть 5 - продолжение