Процесс смены поколений всегда сопряжен с немалыми изменениями в культуре. И, пожалуй, самый большой раскол наступил в 1960-х. Британцы, пережившие Вторую мировую войну, немного потанцевали линди-хоп в 1950-х, параллельно борясь с нормированием продуктов и общей экономической депрессией, и вдруг столкнулись с невообразимым для себя всплеском культурной энергии 1960-х. И такие группы, как THE BEATLES, своей музыкой полностью изменили взгляды общества на жизнь
Существует целый ряд объективных причин, по которым поп-музыка в Британии вышла в 1960-х на ведущие позиции. И одним из главных факторов было увеличение покупательной способности представителей молодёжной субкультуры, которых окрестили новоявленным словом «тинейджеры».
У них было больше денег, они стали новыми потребителями на рынке, и многие предприимчивые люди захотели избавить их карманы от лишнего веса. То есть инвестировать то, что нравилось подросткам - новые бюджетные автомобили, фильмы, ориентированные на подростков, и, конечно же, поп-музыку. Тем не менее долговечность столь ошеломительного подъёма поп-музыки во многом была определена группой THE BEATLES и интеллектуализацией их искусства.
Когда Джон Леннон, Пол Маккартни, Джордж Харрисон и Ринго Старр буквально ворвались на сцену, они с бешеной скоростью начали записывать пластинки, принося деньги своему лейблу. Их песни были просто идеальным поп-материалом, но никто не воспринимал их, как произведения искусства.
Их ранние песни рассматривались скорее как проходные треки для танцполов, а сама группа того периода - как красавчики для постеров в подростковые спальни.
Но вскоре все изменилось, они начали писать песни, более решительно и точно отражавшие их эмоции. Принято считать, что момент, когда они вышли за рамки поп-музыки, перейдя из категории бой-группы в разряд настоящих музыкантов, наступил где-то в середине их сравнительно короткой карьеры. Именно тогда они застолбили себе место в сознании последующих поколений, которые до сих пор продолжают снова и снова возвращаться к группе.
Многие музыковеды указывают на их встречу с Бобом Диланом и последующий за этим альбом Rubber Soul, как на основную веху в изменении формата.
Но на самом деле это произошло гораздо раньше, давайте просто вспомним две песни, It Won’t Be Long и Not A Second Time.
Обе песни из альбома With The Beatles продемонстрировали не только тонкое чувство игры слов и музыкальное мастерство, но и, по словам одного музыкального критика того времени, они впервые использовали в своих песнях эолийскую каденцию (ситуация, когда мажорная песня не заканчивается наиболее предсказуемо основным аккордом, а вместо этого переходит в параллельный эолийский минор, отсюда и название).
Возможно, это первый случай, когда THE BEATLES стали восприниматься музыкальными критиками не просто как «Мальчики с плаката для комнат девочек-подростков». Так начался путь к становлению музыкальных маэстро, давших фору всей поп-музыке и остальным жанрам, ставших уникальными и повсеместно ассоциирующихся со словом «наследие».
«It Won’t Be Long - моя песня. Это была моя попытка написать ещё один хит-сингл», - сказал Леннон в 1980 году. «Но она так и не получила должного развития. Именно о ней писал тот парень из лондонской Times, когда говорил о «эолийских каденциях аккордов», вот тогда началась вся эта интеллектуальная дискуссия о THE BEATLES».
После этого интервью Леннона Манн уточнил, что он писал о Not A Second Time, однако обе песни достойны немалых хвалебных слов.
It Won’t Be Long в основном написана Ленноном, но его официальный соавтор Пол Маккартни в данном случае действительно помогал, а в дальнейшем очень полюбил эту песню, в первую очередь - за остроумную игру слов в ней. «Я изучал литературу в школе, меня всегда интересовала игра слов и звукоподражание», - рассказывал Маккартни. «Джон не изучал литературу, но он был довольно-таки начитанным, так что его тоже интересовали такие вещи. Как, например, двойной смысл слова в песне Please Please Me (Пожалуйста, порадуй меня)».
«Кстати, думаю, все это заметили, это не то, что мы такие гении. В этой песне, в строчке «It won't be long yeh, till I belong to you» было то же самое», - добавил Пол Маккартни. (It won't be long - это не займет много времени, I belong to you - я буду принадлежать тебе, belong, написанное вместе и раздельно имеет совершенно разный смысл).
«Нам обоим понравилось вкладывать в нее немного двойного смысла, я думаю, это самое интересное место в этой песне. В основном сочинил её Джон, так что, скорее всего, это была его оригинальная идея, но потом мы доделали ее вместе».
It Won't Be Long часто называют первым шагом THE BEATLES к их интеллектуальному звучанию.
Однако Манн имел ввиду именно песню Not A Second Time, когда писал: «Интересна гармония, типичная и для их более быстрых песен, создаётся впечатление, что они одновременно думают о гармонии и мелодии, настолько точно вплетаются их мелодии в мажорные тонические септаккорды и нонаккорды, а также переходы в пониженную субмедиантную тональность, настолько же естественна и эолийская каденция, завершающая Not A Second Time.
Это окончание песни в конечном итоге вознесло в глазах музыковедов как THE BEATLES, так и всю поп-музыку в разряд «искусства», и это несмотря на то, что ни один из участников группы, разумеется, понятия не имел, что такое «эолийская каденция».
«Я до сих пор не знаю, как это правильно называется», - сказал Леннон - «но после этого нас приняли интеллектуалы. Сработало, и мы были польщены. Я написал Not A Second Time, и для меня, по сути, это были просто аккорды, такие же, как и любые другие. В то время я писал, ориентируясь на Смоки Робинсона».
Вот так всё просто, Леннон даже пошутил: «До сих пор понятия не имею, что это такое. Звучит, как экзотические птицы». (Aeolian cadence - exotic birds).
В 2020-х не так-то просто правильно оценить, насколько важной была эта рецензия для THE BEATLES. Но до того, как Манн, уважаемый музыкальный критик, гораздо больше интересовавшийся Бахом, чем BEATLES, написал о них свою статью для газеты Times, ливерпульский квартет был обычной поп-группой для подростков. Статья инициировала признание профессиональных критиков всего музыкального мира. Всё то, что они недавно начали, вот-вот должно было стать серьёзным, наступало время интеллектуальной революции в поп-музыке.