Утро в роще начиналось не со света, а со звука. Тонкого, почти неуловимого, словно сама земля, скрытая под слоем мха и корней, перебирала струны древнего инструмента, забытого задолго до появления людей. Лера открыла глаза. Секунда — и она уже не пыталась понять, сон это или явь. Она привыкла. Она больше не сомневалась.
— Опять зовёшь... — тихо сказала она в полумрак, не поднимаясь с постели.
Голос её прозвучал спокойно, почти устало. Но в этом не было раздражения — скорее принятие. Лера опустила босые ноги на холодный деревянный пол, который ответил мягким, тянущимся скрипом. Дом... слышал её и отвечал. Она слегка улыбнулась.
— Хорошо. Я встаю, — сказала она, накинула на плечи старый тёплый платок и направилась к двери.
С тех пор как роща приняла её, мир перестал быть прежним. Деревья больше не были просто деревьями — они шептали. Ветер больше не приносил запахи — он приносил воспоминания. Иногда чужие, иногда слишком чужие. А корни... Лера на мгновение задержалась у порога, чувствуя, что корни хранят то, что не должно быть найдено. Никогда.
Она открыла дверь. Туман лежал низко, плотным слоем, цепляясь за стволы лип. Мир казался приглушённым, сдержанным, и именно поэтому Лера сразу почувствовала чужое присутствие. Не тревогу, не опасность, а что-то большее. Она замерла, медленно вдохнула и спросила:
— Ты тоже это чувствуешь?
Тишина. А потом — шорох. Из-под ступенек выбрался Домовой, всклокоченный, ворчливый, с выражением лица, словно его разбудили раньше времени. Он остановился рядом, обнял себя за плечи и посмотрел в туман.
— Чувствую, — буркнул он. — И мне это очень не нравится.
Лера перевела взгляд на него.
— Кто-то пришёл?
Домовой скривился.
— Хотел бы я, чтобы это был кто-то.
Он понизил голос до шёпота:
— Это... что-то.
Лера нахмурилась. Роща не ошибалась никогда. Если она звала — значит, это важно. Если она напрягалась — значит, опасно.
— Пойдём, — сказала Лера.
Домовой даже не двинулся с места.
— Я уже жалею, что проснулся.
— Ты идёшь.
— Я не иду.
Она посмотрела на него. Просто посмотрела. Домовой тяжело вздохнул.
— Вот так всегда... только силу получают — сразу командовать начинают...
Но пошёл. Они шли долго. Слишком долго для обычной рощи. Но это давно уже была не просто роща. Тропа менялась под ногами: сначала узкая, едва заметная, потом широкая, как будто протоптанная десятками ног, потом снова исчезающая. Лера не удивлялась — роща проверяла всегда.
Сегодня путь вёл туда, куда раньше она не попадала — к старому, глубокому, забытому оврагу. Домовой остановился раньше. Резко.
— Всё, — сказал он. — Я туда не полезу.
Лера даже не обернулась.
— Полезешь.
— Нет.
— Да.
— Нет!
Она остановилась и пристально посмотрела на него.
— Полезешь.
Домовой закатил глаза.
— Знаешь, я начинаю понимать, почему у предыдущих хранителей не было друзей.
Лера тихо усмехнулась, но ничего не ответила. Овраг оказался глубже, чем она помнила. Гораздо глубже. И тише. На дне лежал камень. Сначала он казался обычным, но стоило присмотреться — слишком гладкий, слишком правильный. Словно отполированный не временем, а чьей-то волей. По его поверхности тянулся узор, который... двигался. Не сразу, но если смотреть дольше, линии менялись, переплетались, дышали.
Лера сделала шаг вперёд. Ещё один. Сердце забилось быстрее.
— Не трогай, — резко сказал Домовой.
Она не остановилась. И в этот момент услышала... голос. Не звук, не слова — ощущение. Чужое, глубокое, старое.
— Наконец-то, — услышала она.
Лера резко отдёрнула руку, словно обожглась.
— Ты это слышал?
Домовой покачал головой.
— Нет. И не хочу.
Он нервно оглянулся.
— Но я точно знаю — это беда.
Лера медленно опустилась рядом с камнем, не отводя взгляда.
— Ты кто?
Тишина. Густая, тяжёлая. А потом — треск. Камень дрогнул и раскололся.
Друзья и дорогие читатели, пожалуйста, поставьте лайк на историю и напишите любой комментарий, хоть смайлик))) Это помогает показывать рассказ в рекомендациях и вы вносите свой маленький вклад в развитие канала))))
Поддержать автора можно тут https://dzen.ru/lifeandmistic?donate=true
начало истории тут:
Продолжение тут: