Предыдущая часть:
Через полчаса у ворот остановился ещё один фургон, на этот раз с логотипом известного в городе ресторана.
— Раскрою тебе второй секрет счастливой семейной жизни, — Анна Васильевна широко улыбнулась и, едва раздался звонок в дверь, сама пошла открывать. — Проходите на кухню, ставьте всё на стол.
В дом вошли два молодых человека в форменной одежде, с коробками в руках. Аккуратно сгрузив их на кухонный стол, они попросили расписаться за доставку и сразу ушли.
— Мама, а это что? — Вера с недоумением смотрела на коробки, пытаясь угадать содержимое.
— Это ужин для твоего мужа и свёкра. — Анна Васильевна с горделивым видом обвела рукой коробки. — Они же требуют от тебя готовки ресторанного уровня. Так что вот, держи, — она лукаво подмигнула, — и никакой готовки. И времени у тебя ещё больше освободится. Давай, дочка, распаковывай всё, проверь, чтобы нигде не осталось упаковки и случайно не затесался ценник. Зачем мужчинам знать ещё один твой маленький секрет?
— Мама, да ты сегодня просто спасительница моя! — Вера оживилась, принимаясь за дело.
Когда блюда были аккуратно расставлены по полкам холодильника, Анна Васильевна окинула дочь критическим взглядом и тоном, не терпящим возражений, распорядилась:
— Теперь займёмся тобой. Собирайся, поедем приводить в порядок волосы и ногти. Я удивляюсь, как Борис до сих пор от тебя не сбежал, дочка.
Вера порывисто обняла мать, чувствуя, как с плеч спадает тяжёлый груз постоянной усталости:
— Как же мне нравится такое решение проблем! Спасибо тебе, родная. Мне словно жить снова захотелось, а то я уже чувствовала себя рабыней при муже.
— Хитрее надо быть, дочка, хитрее, а не в глупую клушу превращаться. — Анна Васильевна строго подняла палец, но в глазах её плясали весёлые искорки. — Только так и можно сохранить в доме спокойствие. И ты довольна, и муж доволен, и время на себя появляется. Всё, хватит разговоров, едем наводить красоту.
Когда Вера вышла из салона с обновлённой стрижкой и аккуратным маникюром, мать встретила её довольной улыбкой:
— Ты просто светишься от счастья, дочка. Глаза горят.
— Мама, я себя такой уверенной давно не чувствовала. Будто заново родилась.
— Выглядишь великолепно. — Анна Васильевна с удовлетворением оглядела дочь. — Посмотрим теперь, заметит ли муж перемены.
Вечером Вера с замиранием сердца ждала возвращения Бориса. Он вошёл, бросил портфель в прихожей и, подойдя к ней, привычно поцеловал в щёку, но тут же отстранился, удивлённо приглядываясь.
— Боже! — воскликнул он, окидывая её восхищённым взглядом. — Ты сегодня потрясающе выглядишь! Наконец-то скинула этот вечный спортивный костюм и встречаешь меня в таком красивом платье. И в доме чистота идеальная, и на столе — изысканные блюда. Вера, ты саму себя превзошла. Вот такую тебя я очень люблю.
Он снова наклонился и поцеловал её уже по-настоящему, нежно и тепло. Вера ликовала: Борис даже не заподозрил, что ужин приготовлен не её руками. Он с аппетитом пробовал одно блюдо за другим и щедро раздавал похвалы, искренне восхищаясь её кулинарными талантами.
С того дня она перестала бояться и стала регулярно пользоваться маминой подсказкой. К счастью, муж не имел привычки контролировать её расходы.
Вскоре в молодой семье появился долгожданный наследник.
— Господи! — радовался свёкор, Леонид Михайлович, держа внука на руках и не скрывая слёз умиления. — Вылитый отец! И характером, значит, в него пойдёт. А я уж постараюсь, чтобы у мальчика всё было самое лучшее.
Мальчика назвали Дмитрием. Дедушки и бабушки души в нём не чаяли, задаривали подарками, а Борис и вовсе старался превзойти родителей в щедрости. Когда Дмитрию исполнилось четыре года, Леонид Михайлович преподнёс внуку настоящего пони.
— Ну зачем вы его так балуете? — с досадой спросила Вера, глядя, как мальчик с важным видом восседает на маленькой лошадке во дворе.
— Пусть с детства привыкает к самому лучшему, — усмехнулся свёкор, довольно потирая руки.
— Лучше бы вы его в лес свозили или на речку.
— Не пристало моему внуку, — Леонид Михайлович презрительно фыркнул. — Купаться в какой-то реке, когда во дворе собственный бассейн. А в лесу он может заблудиться или пораниться. Мы с ним лучше на море полетим. Правда, внук?
Такие разговоры всё сильнее тревожили Веру. Она жаловалась матери:
— Они превратили Дмитрия в точную копию Бориса. Растёт избалованным и своенравным, обычные детские развлечения ему не нужны, подавай что-нибудь экзотическое.
— Ну, Вера, ты слишком придирчива. — Анна Васильевна пыталась успокоить дочь. — Не забывай, в какой семье он растёт. Конечно, нам хочется сделать для него приятное.
— Мама, — с отчаянием возражала Вера, — он же мальчишка! Ему нужно по деревьям лазить, с приятелями ссориться и мириться, а его дальше собственного двора не выпускают. Я даже на детскую площадку с ним сходить не могу — ему это ниже достоинства.
— Мне кажется, ты преувеличиваешь. Современным детям не интересно то, что нравилось вам в детстве.
— Дело не в этом, мама. Он считает ниже своего достоинства даже просто в деревню съездить.
В этот момент в комнату вбежал Дмитрий. Бабушка тут же подхватила его на руки, ловко переведя разговор в шутливое русло:
— Ты, внучок, недооцениваешь бабушку. Со мной внук обязательно на природу поедет. Вот возьмём и отправимся с этим замечательным мальчиком на берег чудесного озера. Будем купаться, вода там тёплая, — она чмокнула внука в розовую щёку. — Расстелем на травке покрывало, позагораем. А потом побегаем босиком по дорожке — и тогда наш Дмитрий зимой болеть не станет.
— Бабушка, — мальчик с укоризной посмотрел на неё, — разве ты не знаешь, что в озере вода грязная, а на траве собаки и кошки гуляют? Я не хочу ходить по такой траве.
Вера всплеснула руками:
— Ну что я тебе говорила?
— А в деревне можно разжечь вечером костёр и испечь картошку, — не сдавалась Анна Васильевна. — М-м, какая она ароматная получится! Посолишь — пальчики оближешь. В городе такого не попробуешь.
— Бабушка, ты совсем от жизни отстала! — Дмитрий вывернулся из её объятий, встал напротив и строго выговорил: — Ты предлагаешь мне есть грязную картошку? Я же заболею! И зачем её в костре печь? Она лучше всего в духовке или во фритюрнице получается. Не понимаю, что тебе в этом может нравиться. Вот дедушка Лёня говорит, что всё это — пережитки прошлого.
— Ну, твой дедушка Лёня, конечно, в жизни больше понимает, — язвительно заметила Анна Васильевна, многозначительно поджав губы.
Вера присела перед сыном на корточки, пытаясь поймать его взгляд:
— А мне, сынок, очень нравились ночные походы с костром. Нам было так весело! Собиралась большая компания, мы ныряли с мостика в озеро и соревновались, кто дольше проплывёт под водой.
— Мама, ты предлагаешь мне плавать в грязной вонючей воде? — Дмитрий наморщил нос, будто ему дали понюхать что-то отвратительное. — Нет уж, не хочу я в эту вашу деревню. Плавать лучше всего в бассейне. Дедушка Лёня говорит, что в деревне живут только те, кто ничего в жизни не добился. И что может быть весёлого ночью у костра? Там, наверное, даже интернета нет. Скучно с вами. Пойду играть, папа мне такую классную игру в планшет закачал.
Мальчик развернулся и выбежал из комнаты, оставив женщин в растерянном молчании.
— Ты видишь, каким он растёт? — Вера наконец обрела дар речи. — Ему ничего не интересно из того, что нравится обычным детям. Ему и вспомнить-то будет нечего! Друзей нет, потому что он в садик не ходил. А дети, чьи родители приходят к нам в гости, только и обсуждают, у кого какая новая дорогая игрушка. Дмитрию они быстро надоедают, и он требует ещё. Я даже не представляю, чем этого ребёнка можно удивить. Ему сейчас дарят дорогие гаджеты, пони, бог знает что ещё. А что он потребует, когда вырастет? Самолёт? Путешествие в космос? Даже думать об этом страшно.
Дмитрий действительно с каждым годом становился всё требовательнее и капризнее. С матерью он разговаривал свысока, копируя надменные интонации отца и деда.
— Мама, — как-то сердито бросил он, открыв холодильник, — что это за вода у нас? Ты же прекрасно знаешь, я пью только французскую.
— Извини, дорогой, — виновато ответила Вера, — я не успела заехать в тот магазин, где мы её покупаем. Давай сегодня обойдёмся этой.
— Ты хочешь, чтобы у меня от этой воды вся кожа прыщами покрылась? Чтобы в школе надо мной все смеялись?
— Дмитрий, я честно не понимаю, чем одна вода в бутылке отличается от другой.
— Она из Франции! Из самой Франции, понимаешь?
Однажды мальчик устроил настоящий скандал, потому что на ужин ему подали не стейк из мраморной говядины, а обычное мясо из супермаркета.
— Это что такое? — закричал он, брезгливо отодвигая тарелку. — Это какая-то…
— Дмитрий, успокойся, — Вера постаралась придать голосу твёрдости. — Мясо везде одинаковое. И это как раз мраморная говядина.
— Мраморная? — Мальчик презрительно сощурился. — Да какая же это мраморная? Я такое есть отказываюсь. Там же одни пестициды и химия! Дедушка Лёня говорит, что нужно следить за качеством продуктов. Еда должна быть экологически чистой.
Он демонстративно встал из-за стола, бросил на мать надменный взгляд и, уже выходя, не оборачиваясь, бросил:
— Надеюсь, в этом доме меня не оставят без ужина.
Вере пришлось срочно ехать в магазин, чтобы купить то самое «правильное» мясо, и она в очередной раз почувствовала себя прислугой при собственном сыне.
Иногда, когда напряжение достигало предела, она жаловалась матери по телефону:
— Мне уже сейчас искренне жаль ту девушку, которая решит выйти за него замуж. Он любую замучает своими придирками. Представляешь, я ему покупаю только брендовые вещи, другие он носить категорически отказывается. Рубашки — исключительно льняные, обувь — только из натуральной кожи. Это какой-то кошмар, мама.
Когда Дмитрий закончил школу, Борис объявил о своём решении тоном, не терпящим возражений:
— Нашему сыну пора получить настоящее образование. Он едет за границу.
— Чем тебя не устраивают наши университеты? — удивилась Вера. — Здесь отличные преподаватели, да и мы будем рядом.
— Мой сын будет учиться за границей. И точка.
— Борис, побойся бога! — Вера всплеснула руками, чувствуя, как к горлу подступает отчаяние. — Неужели тебе Дмитрия ни капельки не жаль? Как он там будет один? Я считаю, здесь он получит вполне достойное образование. Здесь его родина, его дом. Ты хочешь лишить его всего этого?
— Вера, у меня всё давно спланировано. Наш сын поедет в Лондон. Я уже заключил договор с одним из престижных вузов. И этот вопрос не обсуждается.
— Ты хочешь лишить меня сына? — Вера обняла Дмитрия, словно пытаясь удержать его рядом. — Как он будет там один? Я же с ума сойду от беспокойства!
— Он мужчина, — жёстко отрезал Борис. — И потом, у него должно быть лучшее образование. Ему в будущем меня заменять. Умоляю, перестань лить слёзы. Я забочусь исключительно о благополучии нашей семьи, а ты своими слезами только портишь Дмитрия, делаешь из него слизняка.
— Мама, — юноша с готовностью поддержал отца, — я и сам хочу поехать, посмотреть мир, учиться за границей. И потом, чего ты переживаешь? Я всегда смогу прилететь, если соскучусь. Я уже не маленький. Не надо меня опекать. Отец лучше знает, что для меня важно.
Вера только тоскливо вздохнула, глядя на сына с той безнадёжной жалостью, какую испытывают матери, когда понимают, что их ребёнок уже не принадлежит им. Вскоре Дмитрий улетел в Англию, и женщина осталась в большом пустом доме, бесцельно переходя из комнаты в комнату, не зная, чем себя занять. А вскоре её начали мучить сны: каждую ночь ей снилось, будто она лежит в кровати не с мужем, а с совершенно незнакомым мужчиной.
Когда это приснилось в первый раз, она проснулась в холодном поту, резко повернула голову, увидела рядом Бориса и облегчённо выдохнула. Прижалась к нему, словно ища защиты от странного видения, и улыбнулась собственному испугу — всего лишь плод воображения. Но сон повторялся с пугающей регулярностью. Вера из раза в раз видела рядом с собой незнакомца и никак не могла отделаться от ощущения, что этот человек — самый близкий и родной для неё.
— Что за чертовщина? — просыпаясь, шептала она, пытаясь стряхнуть наваждение. — Откуда он взялся? Я никогда его не видела в жизни. Что он делает рядом со мной? И что это может означать?
Продолжение: