В воскресенье Даша бродила по центральной площади. Провинциальный тихий Бирск замер в ожидании Нового года. В сумерках городок, подсвеченный огоньками, казался особенно нарядным. На Октябрьской площади сияли гирлянды на большой ёлке. Ледяной городок, возведённый силами местных предприятий, притягивал взрослых и детей, особенно привлекала всех фигура олимпийского медвежонка. Даша с интересом разглядывала ледяную скульптуру и мысленно перенеслась в то время, когда она, будучи школьницей, строила снежный замок у себя за сараем, делала тайные ходы, где мечтала, играла, и придумывала свои миры. Когда из города приезжала Ася, они играли вдвоём в этом снежном лабиринте. Как быстро летит время. Сейчас у неё нет времени даже съездить домой, или просто прогуляться по городу. Работа отнимает все силы, убивает желания. Разве об этом она мечтала?
Город сверкал огоньками, бирчане готовились к Новому году. За большими окнами швейной фабрики стрекотали машинки, а швеи -мастерицы торопились закрыть годовой план. Бывали такие моменты, когда Даша буквально считала минуты до конца смены. Смотрела на часы и думала: «Ну когда же… ещё хоть полчаса выдержать, выстоять …» Иногда накатывала такая усталость, что казалось, у неё не хватит сил даже досидеть до конца смены.
Дорогие друзья, пока не придумала название главы. Если у вас будут оригинальные идеи, пишите смело.
Я знаю, что у многих читателей блокировали ТГ канал, но надеюсь, что это временная мера. Приглашаю
на Телеграмм канал. Там кроме романов я публикую сюжеты о
поездках,шопинге, путешествиях. Кто желает со мной поближе
общаться-добро пожаловать на Телеграмм канал https://Я открыла
t.me/dinagavrilovaofficial
Но мастер не может просто сидеть. Без неё на потоке не решалась ни одна мелочь. Она должна была всё видеть, всё проверять. Она редко сидела на стуле в прямом смысле слова. То брак. То нужно выдать работу каждой. То перепутались детали, и надо разбираться. То обнаружился дефект, значит, раздать переделку и устранить.
Иногда на одной сорочке попадались разноотеночные детали.
-Сбегаю в закройный цех. У меня там всё схвачено, -тут же на помощь подоспела Мария Сергеевна. -Может, найду нужный оттенок.
Мария Сергеевна, правая рука мастера, когда-то приняла Дашу всей душой, и теперь стояла за неё горой. Эта была женщина редкой пробивной силы, она могла достать любой материал, договориться с кем угодно, и вывернуться наизнанку в любой щекотливой ситуации, неизменно восстанавливая справедливость.
Потом Дашу снова закручивал водоворот дел: сдать готовую продукцию, получить полуфабрикаты, заполнить документы, подготовить ежемесячный отчёт. И, конечно, совещания. Они съедали прорву времени и нервов.
- Я на планёрку, - вздыхала Даша. – опять будут стружку снимать, если план не дадим.
-Тогда вместо премии к зарплате мы получим х** в томате, -подмигнув подругам, звонко добавила Валя.
Девчата дружно засмеялись, а мастер замерла в ступоре, чувствуя как лицо заливает краска. В работе Валя, красивая, фигуристая блондинка с короткой стрижкой, была умелой, уговаривать её не приходилось, любую операцию выполняла на отлично. Но Даша никак не могла привыкнуть к её манере выражаться. Мать двоих детей, подвижная боевая и юморная, Валя так лихо переиначивала поговорки, и вворачивала крепкое словцо, она ими щёлкала, они у неё вылетали между делом.
Даже в самый благоприятный день, которые выдавались редко, дел у Соловьёвой было невпроворот. А если наступали бешеные дни, тогда держись. Иногда с процесса вдруг заболевали сразу несколько человек.
-Нина не вышла. И Али нет.
Как без Али? Одной из лучших швей. Работа вставала, а допустить простоя было нельзя. Приходилось пересаживать работниц с одной операции на другую.
- Так, - мастер принимала решение мгновенно. -Ты переходишь на эту операцию. А ты — сюда. Попробуешь, справишься.
Работницы пересаживались неохотно, так как операции оплачивалась по-разному, в зависимости от разряда и сложности. Никто не хотел терять денег.
Короче говоря, прав у мастера было много, но обязанностей раз в десять больше. Вот такая была у Даши работа.
Новый год Даша встретила с Сергеем. В комнате пахло свечами, на кухне кто-то громко смеялся, из радио тихо доносились праздничные песни. До полуночи оставалось всего десять минут.
На Даше было новое красное платье. Она дошила его буквально в последнюю минуту. Шила украдкой на фабрике, когда появлялась свободная минута. А потом нужно было вынести платье через проходную. Сверток она спрятала под пальто, а сердце стучало так сильно, что казалось, сейчас охранник услышит. Но всё обошлось. И теперь она стояла перед зеркалом, немного волнуясь и гадая, заметит ли обновку Сергей, влюблённый в неё второкурсник техникума.
- Тебе очень идёт, - вдруг сказал он, словно прочитав её мысли.
-Правда?
- Честно. Ты… самая красивая, - он смотрел на неё с восторгом.
Даша рассмеялась, ей стало легко.
Сергей, высокий и стройный кареглазый парень, всё время держался рядом. Он заметно волновался, щёки горели, движения стали неловкими. Наконец он остановился, смущённо провёл рукой по чёрным, как смоль волосам и тихо произнёс:
- Даша… мне надо тебе кое-что сказать.
Слова давались ему с трудом. Он мялся и запинался, неуверенно подбирая слова. Она казалась ему такой уверенной, такой недосягаемой, что он всерьёз считал себя недостаточно хорошим для неё. Но всё же собрался с духом:
-Ты особенная…Я таких прежде не встречал. Когда я тебя вижу, у меня всё внутри…
- Серёжка? - она улыбнулась, глядя на него с лёгким удивлением.
Даша не ожидала такого напора. Её охватило ощущение лёгкости и переполнявшей радости, почти детское, забытое желание -закружиться в танце, или сорваться с места и бежать босиком по лугу. Она едва сдерживала желание запрыгать на одной ноге и рассмеяться, как в детстве.
Сергей на мгновение замолчал, а потом вдруг отчаянно выпалил:
- Я тебя люблю.
Даша растерялась. Одно дело -комплименты, и совсем другое -признание. В ноябре этому милому немного застенчивому мальчику исполнилось всего восемнадцать. Когда он улыбался, в нём проступало что-то совсем чистое и доверчивое. Он умел слушать, старался угадывать её настроение, и смотрел тем самым взглядом, от которого кружилась голова. Они познакомились летом на набережной Белой. Даша с подругой Маргаритой катались на лодке, а он подошёл и попросил разрешения её сфотографировать. Сейчас этот снимок висел у неё над столом-она летняя, в белой кружевной блузке и белых джинсах.
Встречались они редко, он учился в Уфе и приезжал нечасто, зато писал длинные восторженные письма.
- Правда? - тихо спросила она.-Скоро уже двенадцать… Пойдём загадывать желание…
- Правда. Я давно хотел сказать…
- Ты мне нравишься, но ты ещё слишком молод. Мне через несколько месяцев будет двадцать.
-Это не имеет значения.
После неудачных встреч в прошлом она осторожничала. Но сейчас, глядя на этого пылкого юношу, она на мгновение отодвинула страхи и протянула ему руку. Замуж за него она не собиралась, но думала, почему бы просто не общаться. Одноклассник писал ей из армии, но ни разу не заикнулся о своих чувствах к ней. Единственным, чьё имя до сих пор вызывало в ней душевное волнение (отзывалось у неё в душе), был Ваня Соловьёв. Но он совсем пропал из вида, лишь изредка тревожил, появляясь в снах. Даша уже мысленно планировала лето, представляя как они с Сергеем будут гулять по вечерам, ездить к реке и разговаривать до темноты.
«Вот наступит лето… - думала она. - И всё будет по-другому».
Вся предновогодняя суета и напряжение на фабрике будто разом испарилась.
По вечерам она садилась писать родным: «Здравствуйте, мои дорогие…»
Сёстрам рассказывала про Новый год, про Сергея, про своё новое платье. А потом строчки постепенно менялись. «Работы очень много… Устаю сильно…» Но всё равно в конце она обязательно писала: «Не волнуйтесь за меня. У меня всё хорошо». И, ставя точку, Даша снова вспоминала о Сергее. И ей становилось легче даже после самой тяжёлой смены.
Вы читаете 3-ю часть трилогии:
1-я книга "Цвета холодных лет" начало
2-я книга. "Ты лучше всех" начало
Путеводитель по каналу. Все произведения
повесть "Поленька, или Христова невеста" начало