– Ничего ты не понимаешь, Машка! Проклятий не существует. Ну это же просто глупо, мы в двадцать первом веке живем… – проговорила Лариса, доставая из коробки очередную конфету.
– При чем здесь двадцать первый век? – собеседница развела руками. – Вроде бы человечество многое изучило, черт-те чего добилось, но все равно осталась куча всего непонятного. Откуда ты знаешь, может быть, всякая магия, волшебство, проклятия и заговоры вполне себе существуют, просто в этом наука пока не разобралась?
– Не знаю, ты права. Но я не верю в ненаучные вещи.
– А я хочу попробовать, – Маша вздохнула. – Не бывает, чтобы люди пропадали бесследно. Если Кирюху не могут найти друзья и родственники, то вдруг мне повезет.
Она с грустью посмотрела на конфеты и снова вздохнула. Аппетит отсутствовал.
За окнами больницы гулял ветер и кружил снежинки. Обе девчонки попали сюда прямо под новогодние праздники. Обеим им вырезали аппендицит в последний день декабря. И теперь в начале очередного года пациентки лежали в одной палате и коротали время за разговорами.
Ларису недавно бросил муж. Она страшно переживала, ощущала дикую обиду и постоянно говорила о своих чувствах. Маша тоже не так давно рассталась с любимым, причем при очень странных обстоятельствах, и теперь все думала о том, как же узнать правду. Куда подевался Кирилл?
– Просто, Машка, все мужики – уроды. Бросил он тебя. Они все рано или поздно бросают. Других себе находят. А его друзья и родственники врут тебе, прикрывают своего Кирилла замечательного. В кавычках, конечно, замечательного. Надеюсь, ты поняла.
– Ты просто озлоблена, Ларис, – покачала головой Маша. – Я тебя прекрасно понимаю. Очень неприятно, когда вот так происходит. Слушай, вот нас через несколько дней выпишут, а время как раз такое на дворе, когда гадать надо. Святки. Давай к провидице сходим, а?
Лариса фыркнула. И снова повторила фразу про ненаучные вещи. Но Маша не унималась.
– Я всякое перепробовала, Ларис. Я его найду. Я хочу выяснить правду. В полиции ничего не знают, знакомые и соседи его давно не видели. А я найду. Пусть даже для этого мне придется обратиться к ненаучным вещам. Ты можешь не ходить со мной, но мне было бы приятно…