Вы когда-нибудь задумывались, почему в новостях постоянно твердят про какую-то нефть Brent? "Brent выросла", "Brent упала", "Brent пробила уровень"... А потом где-то мелким шрифтом проскальзывает про нашу Urals. И создаётся ощущение, что Brent — это какой-то элитный сорт, а Urals - так, серая масса.
Для начала нужно уточнить, что нефть нефти рознь. Она как кофе. Есть арабика за 3000 рублей, а есть дешевая робуста. И то, и другое — кофе, но вкус, цена и назначение у них разные.
У нефти есть два паспортных параметра, которые и определяют её цену.
Первый — плотность. Нефть бывает лёгкая и тяжёлая. Лёгкая течёт почти как вода. Из неё легко получать бензин, керосин, дизель, то есть всё самое дорогое. Тяжёлая нефть, как сметана, густая. Из неё в основном делают мазут и битум. Можете сами догадаться, что из этого Brent, а что Urals.
Второй параметр — это содержание серы. Тут нефть бывает "сладкая" (Sweet) и "кислая" (Sour). Не пугайтесь названий, это профессиональный сленг. "Сладкая" значит, что серы мало, меньше 0,5%. Перерабатывать её легко, оборудование не ржавеет, денег на очистку тратить почти не надо. "Кислая" значит, что серы много, она разъедает трубы и требует кучу денег на очистку.
И вот смотрите: чем легче нефть и чем меньше в ней серы, тем она дороже. Всё просто.
Brent — это мировая звезда. Не потому что она самая лучшая (хотя она действительно отличная), а потому что так исторически повелось.
На самом деле Brent это даже не одна нефть, а микс из нескольких месторождений в Северном море, между Великобританией и Норвегией. Почему именно она стала эталоном?
Во-первых, качество. Она лёгкая: плотность у неё 38-40° API (это по науке, но вам ничего не говорит). А серы там всего 0,2-0,4%, то есть практически нет. Для любого нефтеперерабатывающего завода это мечта: загрузил и на выходе куча дорогого бензина.
Во-вторых, география. Северное море — это не Ближний Восток с его вечными разборками. Там всё тихо, спокойно, предсказуемо. Танкеры приходят и уходят по расписанию. Никто не перекрывает проливы, не захватывает нефтяные вышки.
В-третьих, биржевая популярность. Brent торгуется столько, сколько существует современный нефтяной рынок. На неё ровняются все: от Нигерии до Саудовской Аравии. Это как доллар в мире валют — универсальный измеритель.
А теперь про нашего отечественного героя — Urals. Это главная экспортная марка России. И тут важный нюанс: Urals — это тоже смесь. Её специально делают такой в трубах "Транснефти". Смешивают тяжёлую нефть с Урала и Поволжья (там серы до 3% бывает) с лёгкой сибирской, которая называется Siberian Light.
Вы спросите: зачем смешивать? Не проще ли продавать сибирскую отдельно, раз она хорошая? Она же почти как Brent! Но тут есть проблема. Тяжёлую нефть с Урала саму по себе никто не купит, потому что возни с ней много. А если смешать, получается усреднённый продукт, который уже можно продавать.
Это как в кофейне: если у вас осталось немного дорогой арабики и много дешёвой робусты, вы сделаете купаж, назовёте его "фирменная смесь" и будете продавать по средней цене.
Так вот, из-за этого смешивания характеристики у Urals получаются, скажем так, рабочие. Плотность 31-32° API, а это тяжелее, чем у Brent. Содержание серы до 1,4%. Это уже ближе к категории "кислых" сортов.
Разница в стоимости Brent и Urals называется дисконтом. И у неё есть три объективные причины.
Первая — химия. Urals тяжелее и грязнее по сере. Любому заводу, чтобы переработать нашу нефть в приличный бензин, нужно тратить больше денег на дополнительные установки и реагенты. Это как если бы вы купили сырые сосновые дрова, их сначала сушить надо, прежде чем топить, к тому же они смолят и забивают дымоход. А Brent — это как сухая берёза, сразу в печку.
Вторая причина — логистика. Brent добывают прямо в море. Подошёл танкер, загрузился и поплыл в Роттердам. Всё просто. Нашу Urals нужно сначала по трубе тащить до порта. Это Новороссийск, Приморск, Усть-Луга. Километры труб, насосные станции. И всё это зашито в цену.
Третья причина — конкуренция. Когда Urals везут в Азию (а это сейчас главное направление), там она встречается с местной нефтью. Там свои сорта, свои цены, свои договорённости. Чтобы вписаться в этот рынок, приходится давать скидку.
В старые добрые времена дисконт был маленький — доллара 2-3, иногда 4. Это была плата именно за качество и логистику.
И вот ещё важный момент. Нефть — это не молоко, которое скисает, она не портится и не становится хуже со временем (она и так хранилась под землёй миллионы лет). Её состав не меняется. Urals была сернистой двадцать лет назад, такой и осталась. Но на рынке постоянно что-то происходит. То в одной стране заводы встают на ремонт, то в другой, то сезонное падение спроса, то наоборот все срочно закупаются перед зимой.
И вот представьте: где-то далеко что-то случилось. Цена на нефть начинает плясать. И вот тут включается простой закон, что когда спрос высокий или поставки из какого-то региона падают, покупатели готовы брать любую нефть. Даже более тяжёлую и сернистую. Потому что альтернативы нет. В такие моменты дисконт на Urals может сжиматься почти до нуля. Просто потому что в моменте её не хватает.
А бывает наоборот: рынок завален предложением, покупатели выбирают, капризничают и тогда Urals приходится продавать с большой скидкой, лишь бы вообще продать.
Надеюсь, что теперь, когда вы снова услышите про Brent, Urals и другие марки нефти, вы будете понимать, чем они отличаются, почему на них разная цена и от чего она зависит.
Мой более личный канал в ВК, а ниже ещё несколько интересных статей по теме: