Посидев ещё немного в приветливой избе, Иван засобирался домой.
— Пойду я, — произнёс он, вставая из-за стола, его голос звучал немного глухо от сытости и приятной усталости. — А то сёстры волноваться будут, они без меня ужинать никогда не сядут. Всегда дожидаются.
Марина, набросив на плечи старенький пуховый платок, вышла проводить его до калитки. Прохладный весенний ветерок шевелил её волосы, а в глазах светилась тихая благодарность.
— Спасибо за помощь, — поблагодарила она его ещё раз, подавая на прощание руку. Её ладонь была тёплой и немного шершавой от повседневной работы на ферме.
— Да ну, ерунда, — отмахнулся Иван, чувствуя лёгкое смущение от её искренних слов. — Не за что меня благодарить. Мне не трудно было это сделать.
— Но ведь ты же куда-то спешил, а из-за нас отложил свои дела.
Иван улыбнулся, вспомнив, как торопился к Вере. Но сейчас, глядя на Марину, он понял, что это было не так уж и важно.
— Да какие там дела, на ферму нужно было, ничего, в другой раз схожу.
«К Вере, наверное, шёл, — промелькнуло в голове у Марины. — Выходит, мы с Танюшкой помешали им сегодня встретиться». Она почувствовала лёгкое разочарование, но тут же постаралась отогнать эту мысль.
— Дочка у тебя славная, — улыбнулся Иван, вспомнив звонкий голосок маленькой Тани. — И такая болтушка. Говорила без умолку, рассуждала прямо как взрослая. Сколько ей?
— Почти три года. Летом День рождения праздновать будем.
Иван, пожелав Марине доброй ночи, направился по знакомой тропинке к своему дому. В воздухе витал аромат пробуждающихся от спячки деревьев и влажной земли, смешанный с печным дымком, который был таким родным и успокаивающим. Он шёл, размышляя о сегодняшнем вечере. Марина казалась ему удивительно сильной и добродушной, несмотря на заботы, которые, очевидно, лежат на её плечах. Её спокойствие и стойкость вызывали уважение. А дочка… какая чудесная девочка. Её живые глазки и бойкий говорок оставили в его душе тёплый след. Удивительно похожа на кого-то из знакомых, вот только на кого, никак не мог вспомнить. Может, на кого-то из детства, или из соседних детишек? Он шёл, и каждый шаг по мягкой земле отзывался в нём приятной усталостью. Небо над головой было усыпано первыми звёздами, а тонкий серп месяца едва пробивался сквозь лёгкую дымку. Он представил, как сёстры, наверное, уже накрыли на стол и ждут его. Подойдя к своей калитке, Иван остановился. Он посмотрел на тёмные силуэты домов, на мерцающие в окнах огоньки от керосиновых ламп. «Когда уже электричество проведут, в городе давно есть, а мы тут как в каменном веке застряли», — подумалось ему. От забора дома Ковалёвых отделилась фигура и направилась к нему. Это был Сашка.
— Где бродишь, — спросил у него товарищ, — с Веркой небось прохлаждался?
— Да нет, не с Верой, — ответил Иван, — не угадал ты.
— Тогда с кем? — Сашка закурил, потушил спичку и бросил её себе под ноги.
Иван пожал плечами, не спеша с ответом.
— Не угадал, значит, — протянул Сашка, морщась от дыма. — А я думал, точно с ней. Где ж ты ещё мог быть так поздно?
— Просто помог одной знакомой, ну и задержался у неё.
— Какой ещё знакомой?
— Марине помог дочку поднести. Она с ней из яслей шла. Ну и задержался там, они меня ужином накормили.
— Это что-то новенькое, — Ковалёв с любопытством поглядел на Ивана, — и что тебя всё к разведёнкам тянет. Опытом что ли, они с тобой делятся?
— Мели Емеля, — усмехнулся Иван. — Каким ещё опытом?
— Понятно каким, тем самым, — засмеялся во весь голос Сашка.
В это время в доме Ковалёвых открылась дверь и на крыльцо вышла Нюта. Она, кутаясь в большой клетчатый платок Доры, позвала:
— Саша, ты где?
— Да тут я, у ворот, курю, — отозвался Сашка.
— Пойдём в дом, мы с мамой ужин приготовили, ждём тебя.
— Сейчас приду, Нют. Ты в дом ступай, не мёрзни, — заботливо произнёс он. — Я с Иваном поговорю, и приду. Ужинайте без меня, я потом.
— Хорошо, — согласилась Нюта. — Только я без тебя есть не буду, подожду, и вместе поужинаем.
— Заботливая, — Иван кивнул в сторону крыльца, на котором только что стояла жена Сашки.
— Ещё какая, — Сашка горделиво расправил плечи, — и по дому матери помогает, и за мной как за дитём малым ходит. На работу собралась идти, но я не разрешил.
— Почему?
— Дитёнок у нас скоро появится, — признался Сашка. — В положении Нютка. Так что нечего надрываться на ферме, пускай дома сидит. Родит, на ноги поставит, а там видно будет.
— Вот как, — обрадовался Иван, — поздравляю.
— Спасибо. Ты крёстным будешь, а крёстной Катюху вашу возьмём. В Иловке у Нютки знакомых нет, поэтому уже всё вот так решили. Так что готовься.
— От такой чести не откажусь, — Иван пожал Сашке руку, а потом хлопнул по плечу. — Домой ступай, нельзя беременную жену заставлять ждать и волноваться. И я пойду, меня сёстры тоже, наверное, уже заждались.
Натаха, увидев входящего в дом брата, заругалась на него.
— Вот где тебя носит, мы суп уже два раза подогревали. Ждём, ждём, а ты словно в воду канул.
— Прости, Наташ, — виновато улыбнулся Иван, вешая на крючок ватник. — Дела кое-какие были.
— Знаем мы твои дела, Верка Пештына они называются, — поддела его сестра, хлопоча у печки.
— Много ты, Натаха, знать стала, — засмеялся Иван, — гляди, так и состариться недолго. Он подошёл и щёлкнул её по носу. — Мне не наливай, я ужинать не буду.
— Почему? — Катерина уставилась на брата.
— Потому что сыт, накормили меня.
— Кать, ты погляди на него, — воскликнула Наташа, уперев руки в бока, — эта Верка его уже и кормит. Стерегись, братик, — она строго посмотрела на Ивана, —подсыплет какого зелья приворотного, будешь у нас по ночам от тоски на луну выть.
Иван лишь рассмеялся в ответ на сестрины упрёки.
—Не был я у Веры, поэтому ничем она меня не кормила и зелья не подсыпала. Совсем в другом месте задержался.
— И где же это? — спросила Катерина, её губы сложились в тоненькую ниточку.
— Где надо, — Иван щёлкнул по носу теперь её. — Говорю же, много будете знать, старухами станете, и никто вас замуж не возьмёт.
— Ой, ой, ой, — Наталья показала ему язык. — Сам сначала женись, а потом нас замуж отдавай.
— Женюсь, придёт время, — Иван взял с печи старые дедовские чуни*, обул их и прошёлся по избе.
— Женись, — кивнула головой Катя, — но только не на Верке.
— Там видно будет, — Иван подошёл к окну и задёрнул занавеску.
Сёстры сели ужинать, а он взял с комода свежую газету и стал читать. Пробежал несколько строк и задумался. Перед глазами вновь всплыл образ дочери Марины. Смышлёной маленькой девочки. «Вот на кого она похожа?» — вновь стал думать он. Отложил газету в сторону и оглядел комнату. Взгляд его зацепился за портрет, где в самодельной рамке были фотографии родных. Вот отец и мать сразу после свадьбы, дедушка с бабушкой, он, в тулупе и валенках, больших рукавицах, подпоясанный бабушкиным платком. А вот двойняшки, с одинаковыми бантами в волосах. Это их в школе сфотографировали, когда они в первый класс пошли. Иван подошёл к портрету и стал внимательно разглядывать фотографию сестёр. И тут его как молнией ударило. Танюшка Маринина ведь на Катьку с Натахой похожа. Такие же тёмные курчавые волосики, глаза огромные, прямо в половину лица, и взгляд такой же. «Да нет, не может быть, — одёрнул он сам себя, — показалось мне это. Ну с какой стати Танюшка будет похожа на них?» Иван отвёл взгляд от портрета, пытаясь развеять наваждение. Но образ девочки, такой похожей на его сестёр, не давал покоя. Он вновь подошёл к окну, выглянул наружу, там не было ни одной живой души, и только луна освещала улицу. «С чего бы ей быть похожей?» — снова спросил он себя, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Слишком сильное сходство, чтобы быть случайностью.
Наташа, заметив задумчивость брата, спросила:
— О чём задумался? Опять о своих делах?
Иван лишь отмахнулся, поглощённый своими подозрениями. Он ещё не был готов принять эту мысль. Слишком многое могло измениться, если это окажется правдой. Он сел за стол и снова взял в руки газету, подержал и отложил в сторону. В голове завертелись обрывки воспоминаний: Марина, её лицо, её улыбка, и та их единственная ночь. Когда сёстры наконец угомонились и легли спать, снова подошёл к портрету. Долго вглядывался в лица двойняшек, внимательно сравнивая их черты с Танюшкиными. И с каждым мгновением всё больше убеждался: сходство было неоспоримо.
-----------------------------------------------------------------
*чуни - вид самодельной деревенской обуви
