В конце 1868 года война для Парагвая вступила в стадию тотального истощения. Франсиско Солано Лопес, будучи посредственным стратегом и откровенно плохим полководцем, оказался весьма толковым менеджером. В условиях катастрофической нехватки ресурсов парагвайский лидер демонстрировал поразительную изворотливость. Маршал долго гнал от себя мысль о возможном обходе его оборонительной линии через дикие заросли Чако, но, приняв, наконец, реальность, приступил к лихорадочному укреплению рубежей.
В парагвайском лагере к этому времени на положении заложников находились несколько десятков европейцев. Среди иностранных дипломатов надвигающееся генеральное сражение вызвало панические настроения: они обоснованно полагали, что в случае прорыва бразильцев Лопес устроит кровавую вакханалию.
Маркиз Луис Алвис ди Лима и Силва, более известный под своим титулом маркиза ди Кашиаса, к этому времени прекратил блокировать проход нейтральных судов по фарватеру реки. Бразильский полководец прагматично рассчитывал, что эвакуация иностранцев лишит парагвайского диктатора «живого щита» и возложит на Лопеса единоличную ответственность за любые инциденты. В октябре-ноябре 1868 года французские и итальянские пароходы совершали практически ежедневные рейсы между лагерем союзников в Пальмасе и батареями Ангостуры.
Парагвайское руководство принимало иностранные делегации с приторной вежливостью, угощая офицеров вином из тщательно оберегаемых запасов, однако результатов переговоры не приносили. Одной из причин стали регулярные обстрелы со стороны девяти бразильских броненосцев, которые уже прорвались выше Ангостуры и методично засыпали позиции Лопеса снарядами: парагвайская сторона требовала их убрать, на что дипломаты третьих стран повлиять никак не могли.
В конечном итоге итальянский пароход Ardita сумел вывезти 52 человека, преимущественно женщин и детей. Французы добились освобождения Гюстава Байона де Либерта, канцлера консульства в Луке, и вывезли его на канонерской лодке Decidée.
С 31 августа этот дипломат содержался в кандалах по обвинению в соучастии в мифическом заговоре Бениньо Лопеса. Долгие и мучительные допросы под руководством инквизиторов в рясах — падре Фиделя Маиса и Хусто Романа — едва не стоили де Либерту жизни. Под пытками он дал ложные признания о получении сорока тысяч песо от заговорщиков.
Подполковник Томпсон, передававший изможденного пленника на борт французской канонерки, заметил одновременную погрузку нескольких тяжелых ящиков.
Эти контейнеры, по слухам, содержали фамильные драгоценности парагвайских дам, собранные еще в 1867 году, а также огромное количество золотых дублонов. Маршал Лопес использовал нейтральный флаг для эвакуации собственных активов в Европу. Эти средства должны были обеспечить безбедное существование его семьи в Эдинбурге под присмотром брата доктора Уильяма Стюарта в случае поражения.
Дипломатическая активность достигла своего апогея 3 декабря 1868 года. У парагвайских позиций ошвартовался американский военный корабль Wasp под флагом контр-адмирала Чарльза Дэвиса. На борту находился новый посланник США в Парагвае, бывший бревет-генерал-майор Мартин МакМэгон. Этот человек сменил на посту Чарльза Уошберна, действия которого Лопес считал враждебными.
Маршал, давно и крепко пристрастившийся к местной тростниковой водке канье («для облегчения зубной боли и желудочных колик»), постарался предстать перед гостями трезвым и уверенным в себе лидером. Встреча состоялась в хижине подполковника Томпсона, крытой соломой. Контр-адмирал Дэвис вел переговоры с позиции силы, намекая на мощь одиннадцатидюймовых орудий своих кораблей. Американский флотоводец прямо заявил, что эти пушки способны убеждать гораздо эффективнее, чем вся бразильская артиллерия. Лопес проявил неожиданную уступчивость и 10 декабря выдал американской стороне арестованных сотрудников посольства Блисса и Мастермана. Несколько следующих месяцев им предстояло провести в полузаключении на американских судах, после чего они дадут показания перед Конгрессом в Вашингтоне.
Пока дипломаты решали вопросы эвакуации, маркиз ди Кашиас совершил свой знаменитый обходной маневр через Чако.
28 ноября флотилия коммодора Делфина Карлоса ди Карвальо повела бомбардировку Асунсьона. Бразильские снаряды нанесли серьезный урон правительственным зданиям в районе бухты. Одно из ядер пробило флагшток на крыше президентского дворца, разнеся в щепки декоративную башенку вместе с национальным знаменем. Этот акт имел огромное символическое значение, однако Лопес не поддался и не вывел войска с линии Пикисири.
5 декабря 1868 года произошла беспрепятственная высадка пятнадцатитысячного бразильского контингента на восточном берегу реки Парагвай выше Вильеты.
К сумеркам 5 декабря бразильские дозоры под руководством полковника Жоао Нидерауэра Собриньо заняли стратегически важный мост через реку Итороро. Разведка подтвердила отсутствие организованного сопротивления на пути к тыловым коммуникациям парагвайской армии.
Маневр Кашиаса поставил армию Лопеса в критическое положение. Путь к Ангостуре и линии Пикисири с севера был открыт. Каждая последующая минута приближала начало «Декабрьской вакханалии» — серии самых кровопролитных сражений, в которых парагвайская армия была практически полностью уничтожена. Гигантский ленивец парагвайской обороны оказался беспомощным перед стремительным ударом бразильской кавалерии.
Каждый удар союзников теперь нес верную смерть и окончательное крушение амбиций маршала Лопеса.
Telegram: https://t.me/CasusBelliZen.
Casus Belli в VK: https://vk.com/public218873762
Casus Belli в IG: https://www.instagram.com/casus_belli_dzen/
Casus Belli в FB: https://www.facebook.com/profile.php?id=100020495471957
Делитесь статьей и ставьте "пальцы вверх", если она вам понравилась. Не
забывайте подписываться на канал - так вы не пропустите выход нового
материала.