У Яндекса есть замечательный сервис «Поиск по архивам». Вчера я писал о вопиющем случае, когда имена 15 бойцов из 156-й отдельной штрафной роты оказались разбросаны на самых разных мемориалах в десятках километров от места гибели. А половину из них вообще забыли увековечить – попросту потеряли. Но сегодня о хорошем: у штрафника Георгия Попкова удалось установить даже точную дату рождения!
6-7 октября 1944 года 196-я стрелковая дивизия, занимавшая позиции на латвийской реке Тишупе, перешла в наступление. Вместе со стрелками реку форсировали бойцы приданной дивизии 156-й отдельной штрафной роты. Несколько штрафников погибли, включая красноармейца Попкова.
Думаю, многие заметили, что на воинских мемориалах, где похоронены воины Красной Армии, погибшие в Великую Отечественную войну, не всегда указаны их даты рождения. А если и указаны, то в большинстве случаев неполно: только год. Та же ситуация в различных документах. Собственно, так и было у 14 из 15 (у одного, к сожалению, в документах не был указан даже год рождения) бойцов 156-й штрафроты, погибших на берегу реки Тишупе с 1 по 7 октября 1944 года. Включая Попкова.
Вот какие сведения можно найти о нём в нескольких документах, размещённых на портале «Память народа, 1941-1945»: рядовой Георгий Сергеевич Попков (1916-7.10.1944), стрелок 156-й ошр, родился в селе Воеводское Кочкуровского района Мордовской АССР, русский, образование 4 класса, из крестьян, заведующий магазином, призван в Красную Армию Кочкуровским РВК 20 июня 1940 года, служил в звании красноармеец, находился в германском плену с 22 сентября 1941 по 25 августа 1944 года, из 223-го армейского запасного стрелкового полка направлен в 156-ю ошр 19 сентября 1944 года, погиб в бою, похоронен солдатами 884-го стрелкового полка 8.10.1944 в могиле №1 у хутора Нускас (Nūskas, карта О-35-98-А, Бирини). Как видим, никакой особой вины у солдата не было, ему лишь не повезло попасть в плен. У бойца была мама: Евгения Васильевна Попкова, проживавшая в селе Воеводском.
Однако после войны Попков оказался ошибочно увековечен на воинском мемориале на кладбище на улице Туркалнес в городе Огре – в 50 с лишним километрах от места боя. Я рассмотрел вопрос, почему это произошло, в прошлый раз. Считаю, что останки бойца или были перезахоронены на ближайшем мемориале у хутора Ванаги, или были найдены поисковиками в 2016 году и перезахоронены на мемориале в посёлке Ропажи, или вообще ещё лежат на месте первички.
Но что с датой рождения? Что особо заинтересовало: в донесении о потерях год рождения указан 1920, а в Книге памяти Мордовии – вообще 1922. Я решил, что стоит доверять документам, при составлении которых Попков ещё был жив, а потому мог указать на ошибку. Как же это проверить?
Недавно я писал о том, как мне помогло то, что на сервисе Яндекса «Поиск по архивам» размещаются не только архивные материалы, но также справочники и пресса («Посмертный» подвиг на Западной Двине в боях за Ригу гвардии старшего сержанта Дмитрия Новосёлова). Пришло время обратиться непосредственно к архивным материалам.
Зашёл на сайт сервиса. В верхнем меню, рядом с названием сервиса, выбрал кнопку «Найти», чтобы перейти к уточнённому поиску. Оставляю автоматически выбранную вкладку «Архивные документы». Так как фамилия не редкая, то в Фильтрах сбоку во временной шкале установил «Годы» от 1915 года. Из Архивов выбрал «ЦГА Мордовии (ЦГАРМ). И в поисковой строке набрал запрос: «Георгий Сергей Попков». Почему не отчество Сергеевич? Дело в том, что в метрических книгах указывалось только имя крестимого младенца, без отчества, и уже рядом имена родителей в именительном (родительном или дательном – не суть важно) падеже. И нажимаю жёлтую кнопку «Найти».
Конечно, можно было бы вначале начать поиск, а уже потом уточнять запрос с фильтрах. Тогда после этого нужно было бы нажать жёлтую кнопку «Применить».
И что бы вы думали?! Самый первый результат относится к нашему искомому бойцу!
Можно просто нажать на результат, и тогда сбоку откроется вкладка со сканом разворота метрической книги с распознанным текстом. Но тут не будет возможности листать книгу, если запись переходит на следующий разворот или начинается на предыдущем. Поэтому удобнее навести курсор на заголовок выданного поискового результата, нажать правую клавишу мышки и выбрать «Открыть ссылку в новой вкладке».
Перед нами открывается «Метрическая книга Саранского уезда (Посоп, Макаровка, Грибоедово, Танеевка, Новосельцево, Семилей, Воеводское), 1916 г.». Указан срок её заполнения (1 января 1916 — 31 декабря 1916) и архивные реквизиты (ЦГА Мордовии (ЦГАРМ), фонд №57, опись №4, дело №1287, стр. 374). Если хочется подробнее рассмотреть сам документ, то можно выключить «Расшифровку текста», переместив бегунок.
И что же мы видим в Метрической книге, в её первой части – О родившихся? Запись №40. В 1916 году в ноябре месяце 24 числа у крестьянина села Воеводского Сергея Михайлова [так раньше указывались отчества простых людей, без «-вич»] Попкова и его законной жены Евгении Васильевой [аналогично, сейчас была бы Васильевна] родился сын Георгий, которого крестили 25 ноября в честь святого великомученника Георгия Победоносца, чей день отмечается в том числе и 26 ноября [освещение церкви вмч. Георгия в Киеве в середине X века]. Само собой, все даты по старому стилю. По новому стилю, это 7, 8 и 9 декабря соответственно. Восприемниками при крещении были земляки [и, скорее всего, родственники]: Василий Михайлов Попков [явно дядя] и Мария Александрова Засоркина. Крестил младенца священник Владимир Улиссов [типичная семинаристская фамилия – в честь римского варианта имени царя Итаки Одиссея] в Покровской церкви села Воеводского Саранского уезда Пензенской губернии.
К слову, хотя село Воеводское и находится в Мордовии, большинство его населения составляют русские. Название получило по воеводе Леонтьеву, который им владел с 1670 года. Покровская церковь действовала до 1928 года.
Конечно, въедливые оппоненты возразят: а вдруг это не тот Георгий Попков? Может, этот умер, а потом в семье другого ребёнка, родившегося в 1920 или 1922 году назвали так же? Конечно, такого исключать нельзя.
Действительно, до Революций в семьях бывали дети-тёзки – имена же часто давали не по желанию родителей, а по святцам, а там с некоторыми одинаковыми именами было очень много святых. И у моей родни такое встречалось. Но вот после 1917 года, по крайней мере, в нашей местности возобладала другая тенденция: считалось плохой приметой называть ребёнка тем же именем, что носили его умершие старшие братья или сёстры. Но, на мой взгляд, тут просто в другом дело. Такая версия могла бы быть принятой во внимание, только если бы не было документов, которые ещё при жизни бойца указывали на 1916-й как год его рождения.
С другой стороны, Георгия Попкова призвали на военную службу в 1940 году. В каком возрасте он тогда мог быть, чтобы проверить год рождения? 24, 20 или 18 лет? В любом из них, оказывается. До 1936 года призывной возраст в СССР был установлен в 21 год. Но из-за разного рода отсрочек и льгот средний возраст призывников был выше. Как отмечал нарком обороны Маршал Советского Союза Климент Ефремович Ворошилов, до 1936 года возраст многих призывников достигал почти 23 лет и «многие призывники имели по двое, а некоторые ухитрялись иметь и по трое детей».
С 1936 года СССР снизил призывной возраст сразу на 2 года – с 21 года до 19 лет (окончившие среднюю школу, если не ошибаюсь, вообще с 18 могли призватся). Но средний возраст призывников всё равно оставался выше. Благодаря тому же сервису Яндекса «Поиск по архивам» мы, как я говорил, можем посмотреть и прессу. И вот в газете «Красная звезда» (3 октября 1939, №227) находим статью «Почему снижен призывной возраст». В ней, помимо прочего, говорится следующее:
«Братья Чушкины (ст. Томилино, Ленинской железной дороги) обратились к народному комиссару обороны Маршалу Советского Союза товарищу К.Е. Ворошилову с таким письмом:
„От братьев Чушкиных:
1) Владимира 1914 года,
2) Михаила 1918 года,
3) Василия 1920 года,
4) Александра 1920 года.
В ответ на историческое постановление Верховного Совета СССР просим вашего распоряжения о досрочном зачислении нас в ряды РККА. Мы все четыре брата желаем с честью выполнить долг и обязанности советского гражданина — охранять неприкосновенность советских рубежей. Пусть попробуют посягнуть на наши границы. Мы не пощадим своих сил, а если нужно и крови, на благо нашей родины. Просим, товарищ народный комиссар, зачислить нас в одну из танковых частей“ (следуют четыре подписи)».
Как видим, в конце 1939 года изъявили поступить на службу в рядах Красной Армии не только 19-летние младшие, но и старшие братья в возрасте 21 и 25 лет.
Что ж, вот бы ещё как-то проверить метериалы ЗАГСов или вообще родных найти, чтобы они могли поставить точки над «ё». Боец не был женат. А благодаря поиску по архивам узнаём, что у него были братья и сёстры: Стефан родился 26 ноября 1907 года и двойняшки Владимир и Ольга родились 9 июля 1914 года. Лейтенант Степан Сергеевич Попков воевал в кавалерии, был ранен 26 марта 1943 года, демобилизовался 19 января 1946 года. Красноармеец Владмимир Сергеевич Попков пропал без вести в ноябре 1941 года, а на военную службу был призван в 1938 году – тоже в возрасте 24 лет! Но поиск по однофамильцам через соцсети Вконтакте и Одноклассники никаких Попковых в Воеводском не показал. Может переехали?
Однако это и не важно для данного вопроса, как мне кажется. Благодаря старшему брату выяснилось, что не было других Георгиев в этой семье. По крайней мере, среди погибших. Данные так называемых подворных опросов вот что нам говорят. Евгения Васильевна Попкова проживала после войны в городе Саранск на улице Комсомольской, дом 24. Она заявла, что во время войны у неё прервалась письменная связь с двумя сыновьями: Владимиром Сергеевичем (1924 года рождения, призван Саранским ГВК в 1938 году) и... Егором Сергеевичем (1917 года рождения, призванного Саранским ГВК в 1940 году). Первого военкомы, по инструкции, посчитали пропавшим без вести с ноября 1941 года, а второго – с сентября 1943 года. Но потом зачеркнули это и указали, что он погиб 7 октября 1944 года. То есть, это наш боец, просто мама назвала его не именем из святцев, а простонародным, как, вероятно, его в семье звали. Ну, а год рождения был вычеслен по возрасту, а не по дате рождения из выписки из метрической книге. И с таким вариантом имени и датой рождения боец оказался продублирован в другом томе Книги памяти Мордовии. У Владимира же разницы не получилось, так как он в середине года родился, а вот Георгий под самый конец года родился, что может сбивать при вычислении возраста.
Да, да, да! Въедливые оппоненты всё равно заявят, что, может, Георгий умер, а служить пошёл Егор. Вот только зачем ему нужно было в документах до своей гибели себя старше на год показывать? Если будут документы, которые подтвердят скепсис моих оппонентов, то соглашусь с ними. А пока, на основании документов, какими мы располагаем, я считаю, что дата рождения красноармейца Георгия Сергеевича Попкова выходит такой: 24 ноября (7 декабря) 1916 года. Ровно двух месяцев не дожил до 28-летия. Вечная ему память!