Предыдущая часть:
В ту же секунду к Кате подскочила девушка с пуховкой и кисточкой. Прежде чем та успела что-либо сообразить, ей припудрили лицо, и в глаза ударил ослепительный свет прожекторов. Катя рефлекторно зажмурилась.
— Не закрывайте глаза! — донёсся откуда-то сбоку голос того же мужчины. — Катя, идите сюда, вручайте ей билет!
Кто-то сунул ей в руки огромный бутафорский билет, на котором красовалась жирная цифра 30 000 000. Катя стояла как вкопанная, не зная, куда деваться от яркого света и всеобщего внимания.
— Ну что ж вы с таким кислым лицом стоите? — снова запричитал седовласый распорядитель, подходя ближе. — Радоваться надо!
— А вы разве не рады такому выигрышу? — вдруг спросила его Катя, с трудом выдавливая из себя улыбку. — Это же удача, которая, может, раз в жизни выпадает. Проснуться миллионером — разве не счастье?
Оператор за камерой недовольно поморщился и, опустив аппарат, твёрдо заявил:
— Я такой эфир не сдам. Давайте дубль другой. Екатерина Петровна, нам нужен позитив, понимаете? Без нужного кадра вы отсюда не выйдете. Смените, пожалуйста, выражение лица.
Катя чувствовала, что голова идёт кругом от шума, криков и суеты. Кто-то снова поправлял ей волосы, кто-то уговаривал улыбнуться естественнее, потом в руках неожиданно оказался букет цветов. А следом подошла стройная девушка модельной внешности и торжественно вручила ей плотный белый конверт.
— Поздравляем, — пропела она.
Катя машинально улыбнулась, всё ещё плохо понимая, что происходит. Наконец суета поутихла, свет погасили, и её оставили в покое. Она вышла на улицу, сжимая в одной руке цветы, в другой — конверт. Присев на скамейку, дрожащими пальцами вскрыла его и увидела внутри пластиковую карту.
— Господи, я и правда миллионерша, — прошептала она. — С чего же начать?
Немного поразмыслив, Катя вдруг улыбнулась — впервые за последние дни по-настоящему, не для камеры, — и уверенно произнесла:
— А я знаю.
Она достала телефон, вызвала такси и назвала адрес ближайшего автосалона.
Войдя в просторный светлый зал, Катя почувствовала себя неуверенно: вокруг сверкали новенькие машины, а она в своей обычной одежде чувствовала себя белой вороной. Но тут же к ней подошёл молодой человек в строгом костюме, приветливо улыбаясь.
— Добрый день! Меня зовут Алексей, я менеджер салона. — он слегка склонил голову. — Вы присматриваете автомобиль? Если ещё не определились с моделью, подскажите хотя бы примерный бюджет, чтобы я мог предложить подходящие варианты.
— Здравствуйте, — Катя смущённо улыбнулась, теребя ремешок сумки. — Мне бы что-нибудь не очень дорогое. Главное, чтобы была в наличии и чтобы я могла уехать на ней прямо сегодня.
Алексей на мгновение опешил, но быстро взял себя в руки.
— Простите, — чуть растерянно проговорил он, — а водительское удостоверение у вас есть? Может, лучше приехать с кем-то из мужчин? Они в машинах обычно лучше разбираются.
— Не беспокойтесь, — Екатерина выпрямилась, в голосе зазвенела холодная уверенность. — Права у меня есть, а всё остальное вас уже не касается.
Она умолчала, что права получила несколько лет назад, но с тех пор садилась за руль от силы пару раз. Когда все бумаги были подписаны, и девушка уселась в водительское кресло, Алексей с плохо скрываемым беспокойством заглянул в салон:
— Вы точно справитесь? Может, всё-таки лучше с кем-то опытным?
Вместо ответа Катя повернула ключ зажигания и плавно тронулась с места. До дома она добралась кое-как, пару раз заглохнув на перекрёстках, но приняла твёрдое решение: оставит машину за пару кварталов от съёмной квартиры на платной парковке. Проверив, надёжно ли закрыты двери, она с минуту постояла, любуясь своей покупкой, а потом пешком направилась домой — гордая, уставшая и немного испуганная собственным безрассудством.
В прихожей Катя с удивлением обнаружила, что дверь не заперта.
— Ира! — крикнула она, сбрасывая туфли. — Ты почему не закрываешься? А если бы кто чужой зашёл? Ты где?
Из кухни выплыла не соседка, а хозяйка квартиры — Нина Андреевна. Катя замерла на пороге, не веря своим глазам.
— Здравствуйте... — растерянно протянула она. — А вы как здесь оказались?
Пожилая женщина явно не ожидала никого застать. Обычно она предупреждала о визитах заранее. Но быстро справилась с замешательством и перешла в наступление:
— А что, я теперь должна спрашивать разрешения, чтобы войти в собственную квартиру?
— Нет, конечно, но у нас же договор, — мягко возразила Катя.
— Знаю-знаю, я не с проверкой, Катенька, — Нина Андреевна вдруг хитро подмигнула, и её тон сделался заговорщическим. — Ты мне лучше скажи: каково это — проснуться миллионершей?
Она засмеялась, а Катя обречённо вздохнула, понимая, что скрывать что-либо бесполезно.
— От вас, я смотрю, ничего не скроешь.
— Так это правда? — хозяйка всплеснула руками. — Ты действительно выиграла?
— Да, — коротко подтвердила Катя.
— Ну, это же замечательно! — Нина Андреевна тут же уселась за кухонный стол и властным жестом указала девушке на соседний стул. — А я как раз не знала, как тебе сообщить. Я решила пересмотреть условия аренды.
— В каком смысле? — Катя насторожилась.
— Хочу поднять плату за квартиру, — как ни в чём не бывало заявила хозяйка.
— Но почему? У нас договор на год заключён.
— Ну, дорогая, — Нина Андреевна смущённо кашлянула в кулак, — у меня теперь квартирантка богатая. Зачем же упускать возможность немного подзаработать? Ты не обеднеешь, а мне к пенсии прибавка очень даже пригодится.
— И на сколько именно вы хотите поднять аренду? — внутри у Кати всё кипело, но она старалась держать себя в руках.
— Я тут прикинула, — хозяйка расплылась в сладкой улыбке, — с учётом годовой инфляции, расходов на ремонт, износа жилья... Думаю, справедливо будет увеличить плату в два раза.
— В два раза? — Катя не сдержалась и вскрикнула, но тут же взяла себя в руки. Несколько мгновений она молчала, а потом вдруг улыбнулась: — Впрочем, я не возражаю. Можете даже в три раза повысить. Мне уже всё равно. Я как раз собиралась вас предупредить: я съезжаю.
— Что значит съезжаешь? — растерялась Нина Андреевна. — Тебе же всегда нравилась квартира. Да и с Ирой вы подруги...
— Понимаете, я присмотрела другое жильё, так что через два дня меня здесь уже не будет. Ирину вы уж сами обрадуйте. — Катя невинно захлопала глазами. — Я, правда, не знаю, когда она вернётся, а ждать мне некогда.
Хозяйка сидела с открытым ртом, явно не ожидая такого поворота. Она замялась, подбирая слова:
— Я... я просто растерялась... Да зачем же съезжать-то? Ты столько лет у меня живёшь. Я вас с Ириной почти как родных считаю.
В этот момент в замке щёлкнул ключ, и в прихожей показалась Ирина.
— О! — радостно воскликнула она, заглядывая на кухню. — Какие люди! По какому поводу сбор?
— Ты знаешь, что Катька съезжает? — с раздражением выпалила Нина Андреевна.
Ира удивлённо хмыкнула:
— Серьёзно? Что, Катюха, квартирку получше нашла? И правильно. Ты себе теперь любую можешь позволить. — Она бросила косой взгляд на хозяйку и язвительно добавила: — Но ты же не оставишь подругу в этой... халтуре?
Нина Андреевна аж подскочила от такой наглости, но Ирина, не обращая на неё внимания, продолжала:
— Слушай, может, опять вместе снимать будем? Мы же подруги.
— Подруги? — Катя недобро прищурилась. — А не ты ли мне недавно заявила, что я должна за всю квартиру одна платить, раз у меня деньги появились?
— Ну да, — Ира беззаботно махнула рукой, всё ещё улыбаясь. — У тебя же их теперь полно, чего тебе жалко?
— Нина Андреевна, Ирина, — Катя поднялась и, подойдя к ним, по-дружески обняла обеих за плечи. — Вы и правда стали мне очень дороги за эти годы. Только... нагреть на мне руки у вас не выйдет. Ира правильно сказала: деньги у меня есть. Так зачем же мне снимать жильё, да ещё и по такой бешеной цене? — она выдержала паузу. — Вы ещё не знаете: хозяйка как раз собралась аренду в два раза поднимать. Смысл мне в это ввязываться, если я могу просто купить себе собственную квартиру? Что я, собственно, и сделаю.
Она помолчала и, глядя на помрачневшую подругу, добавила:
— Ирина, я могла бы предложить тебе снимать у меня комнату... Но, боюсь, ты не потянешь мои цены. Скидки на дружбу, извини, больше не будет. Ты сама её лишилась. — Она перевела взгляд на хозяйку: — Нина Андреевна, через два дня я освобожу комнату. Деньги за полгода вперёд я уже внесла, можете их не возвращать. Я позвоню, когда буду готова расторгнуть договор официально. А теперь, дамы, извините, мне нужно отдохнуть. Прошу меня не беспокоить.
Катя вышла из кухни и плотно закрыла за собой дверь, оставив Ирину и хозяйку в полном смятении.
Утром она проснулась с чёткой мыслью: нужно решать вопрос с работой. Отпуск всё равно испорчен, так зачем тянуть? Настроение, несмотря ни на что, было приподнятым. Катя не спеша собралась — торопиться ей теперь некуда. Формально она всё ещё отдыхала. Приехав в офис, она сразу направилась в кабинет директора.
— О, Екатерина! — радостно встретил её Иван Аркадьевич, отрываясь от монитора. — Не сидится в отпуске? И правильно: у нас тут полный завал. Я сейчас позвоню в кадры, пусть оформляют твой выход.
— Иван Аркадьевич, — твёрдо произнесла девушка, — я не за этим пришла.
Она положила перед ним на стол заявление. Директор взял листок, пробежал глазами по тексту, и с каждым словом его лицо вытягивалось всё больше.
— Ты увольняешься? — наконец выдохнул он. — С ума сошла? Зачем? Ты же у нас на хорошем счету. Нет, я не подпишу.
Он вдруг подозрительно прищурился и подался вперёд:
— Или ты цену себе набиваешь? Думаешь, раз выиграла кучу денег, можешь мне тут концерты устраивать? Ты кем себя возомнила? — Он с силой швырнул заявление обратно. — Всё, разговор окончен. Иди работай. Может, вообразила, что незаменима?
— Я много лет работала хорошо, — тихо, но твёрдо ответила Катя. — И вы это прекрасно знаете. Никем я себя не возомнила. Просто я больше не могу находиться в коллективе, где каждый только и думает, как бы что-то с меня поиметь.
— Что за чушь? — директор в сердцах сломал карандаш, который нервно крутил в руках. — Какие выдумки?
— Это не выдумки. Мне проходу не дают. Все считают, что раз я миллионерша, то всем и каждому должна. Только миллионеры, Иван Аркадьевич, на чужих дядей не работают. Вот и я больше не буду. Прощайте.
Катя резко развернулась и направилась к двери.
— Стой, вернись! — закричал начальник ей в спину. — Немедленно вернись!
Но она не остановилась. Вышла на улицу, глубоко вдохнула свежий воздух, подняла голову к небу и улыбнулась.
— Ещё одно дело сделано, — прошептала она. — Осталось самое неприятное.
Мысль о предстоящем разговоре с родственниками заставила её нахмуриться. Это будет посложнее, чем расстаться с хозяйкой или начальником. Она достала телефон, на секунду замерла, а потом, уже не колеблясь, набрала номер матери.
Зинаида Ивановна ответила после первого же гудка, и голос её звучал на удивление ласково:
— Катенька, как отдыхается? Надеюсь, ты прекрасно проводишь время?
— Мам, — перебила её Катя, — я сейчас приеду.
— Разве ты уже вернулась? — удивилась мать. — У тебя же ещё должен быть отпуск.
— Вернулась. Надо поговорить.
— Что-то случилось? Катя, в чём дело? В санатории не понравилось?
Но Катя уже нажала отбой. Ей хотелось покончить с этим как можно скорее.
Когда она вошла в родительскую квартиру, Зинаида Ивановна встретила её с притворным радушием:
— А вот и наша Катенька! Проходи, дорогая, мы тебя заждались.
Катя прошла в гостиную и замерла. Вся семья сидела за празднично накрытым столом.
— Садись, дочка, — Пётр Сергеевич засуетился, отодвигая для неё стул, и сразу потянулся к бутылке вина, будто это могло сгладить неловкость. — Отметим твоё возвращение.
— Садись, сеструха, — прогудел Дмитрий, подталкивая к ней детей. — Гляди, племянники соскучились.
— Я тоже соскучилась, — Катя присела на корточки перед Анной Степановной. Рядом она прислонила к стене инвалидную коляску, которую привезла с собой. — Бабушка, я тебе коляску купила. Будешь теперь на улицу выезжать.
— Дима, помоги бабушке пересесть! — засуетилась Зинаида Ивановна, зыркнув на мужчин. — А ты, Катя, садись за стол, я тут всего наготовила, как ты любишь. О бабушке брат с отцом позаботятся.
Продолжение :