Предыдущая часть:
Но Дмитрия было не остановить:
— Слышишь, это же мне пришло в голову купить целую пачку билетов! А Ольга моя как раз в том киоске работает, представляешь? Какая случайность! Кать, ты уже посмотрела? Ну хоть краем глаза глянь, не томи!
— Дима, — Катя собрала остатки терпения, — я посмотрю дома. Я сейчас занята, очень занята.
— Ладно, ладно, — сдался брат. — Но ты как придёшь — сразу посмотри и позвони мне, договорились? Я уже всем сказал, что мы выиграли. Такие деньжищи — уму непостижимо! Я в жизни столько в руках не держал. Всё, давай, жду звонка.
В трубке наконец-то воцарилась тишина. Катя облегчённо выдохнула и подняла глаза. Сотрудники смотрели на неё с откровенным любопытством, ожидая объяснений.
— Коллеги, — сказала Катя как можно более ровным голосом, — всё, что вы сейчас слышали, скорее всего, просто ошибка. Работаем дальше.
Она уткнулась в монитор, пытаясь сосредоточиться, но до самого конца рабочего дня кожей чувствовала на себе эти взгляды.
Екатерина, едва переступив порог квартиры после работы, сразу же включила компьютер и зашла на сайт с результатами лотереи. Пальцы слегка дрожали, когда она вводила номер билета и свои данные. На экране высветились цифры, и девушка замерла, не в силах отвести взгляд от монитора. Несколько минут она сидела неподвижно, пытаясь осознать увиденное, но цифры на экране упрямо не желали превращаться в сон.
— Не может быть, — наконец выдохнула она, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Это какая-то ошибка. Нужно позвонить, узнать.
Она быстро набрала номер горячей линии, указанный на сайте. После нескольких гудков приятный женский голос ответил:
— Служба поддержки лотереи, здравствуйте. Чем я могу вам помочь?
— Здравствуйте, — Екатерина сбивчиво заговорила, стараясь унять волнение. — Я хотела бы уточнить... мне кажется, я не совсем уверена... Мой билет, у меня совпал номер, но я боюсь поверить.
— Поздравляю вас! — в голосе оператора послышалась улыбка. — Если номер действительно совпал, то для получения выигрыша необходимо будет провести процедуру проверки подлинности билета.
— И как это сделать? — спросила Катя, лихорадочно ища глазами ручку, чтобы записать.
— Запишите, пожалуйста, дату и адрес нашего лотерейного центра, куда вам нужно будет подъехать, — оператор чётко продиктовала все данные. — Вы всё запомнили?
— Да, спасибо, я обязательно приеду, — Катя кивнула, хотя собеседница её не видела.
— И ещё хочу напомнить, что в соответствии с законодательством выигрыш облагается налогом. Окончательная сумма, которую вы получите на руки, будет меньше примерно на тридцать процентов.
— Вот как... — разочарованно протянула Екатерина, но тут же взяла себя в руки. — Хорошо, я поняла. Спасибо.
— Пожалуйста, приезжайте, мы вас ждём.
Пока Катя разговаривала с оператором, телефон вибрировал без остановки — одно за другим приходили уведомления о пропущенных звонках от родственников. Не успела она положить трубку, как экран снова засветился, на этот раз с фотографией матери.
— Катенька, радость-то какая! — запричитала Зинаида Ивановна, едва дочь ответила. Она то смеялась, то всхлипывала, голос её срывался от переполнявших эмоций. — Вот ведь как в жизни бывает! А Дима-то, Дима какой молодец! Это же надо было додуматься билеты подарить! Никто и подумать не мог, что такая удача привалит. Ты поблагодарила брата?
— Да, мама, — устало ответила Катя, прижимая телефон плечом к уху и массируя виски.
— Я теперь и не усну, наверное, — мать продолжала тараторить, не в силах остановиться. — Всё думаю, всё думаю об этом выигрыше. С ума сойти! Даже представить не могла, что в нашей семье такое чудо случится. Какая ты счастливица, Катенька!
Екатерина, не в силах больше слушать, аккуратно положила телефон на диван, не прерывая разговора, и побрела на кухню. Достала из холодильника салат, села за стол, но еда казалась безвкусной, кусок в горло не лез. Она машинально поковыряла вилкой и убрала тарелку обратно. Вернувшись в комнату, взглянула на телефон, который продолжал светиться уведомлениями.
— Хорошо, что завтра выходной, и Иры нет дома, — пробормотала она. — А то бы и она сейчас замучила расспросами.
Она поморщилась, увидев очередное сообщение на экране, и, не раздумывая, нажала кнопку отключения. Телефон, слабо пискнув, погас. Катя сунула его в прикроватную тумбочку и, даже не раздеваясь, повалилась на диван, натянув плед до подбородка. Несколько мгновений она лежала неподвижно, глядя в потолок, а потом вдруг тихо засмеялась в темноте.
— А ведь это хорошо, что у меня будут деньги, — прошептала она, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Я смогу купить квартиру, машину. Надо съездить отдохнуть, не абы как, а с комфортом, в хороший отель. И ещё подумать, куда вложить, чтобы проценты капали. Завтра же узнаю, в каком банке ставки повыше. И родителям, конечно, помочь нужно. Только бы голову не потерять от таких денег, не растранжирить. — Она вздохнула и повернулась на бок, плотнее закутываясь в плед. — Господи, я ведь ещё ничего не получила, а уже мысли гоняю, будто они у меня в кармане. Всё, спать. Хватит мечтать.
Но сон всё не шёл. Мысли роем кружились в голове, и Екатерина забылась только под утро.
Проснулась она от резкого, настойчивого звонка в дверь. Спросонья не сразу поняла, где находится, и, нащупав тапки, поплелась в прихожую. Щёлкнул замок, и на пороге возникла раскрасневшаяся, запыхавшаяся Зинаида Ивановна.
— Ты почему телефон выключила? — набросилась она на дочь, едва переступив порог. — Я с ума сошла от беспокойства!
— Мама? — Катя зевнула, прикрывая рот ладонью, и бросила взгляд на часы в прихожей. — Ты чего примчалась в такую рань? Восемь утра только, суббота! Неужели я не могу выспаться в свой выходной?
— Я звонила тебе, переживала! — мать, не обращая внимания на её слова, уже прошла в комнату и теперь стояла посредине, оглядываясь. — У тебя такие деньжищи на руках, а если что случится? Если кто-то позарится? Неужели так трудно включить телефон и ответить матери?
— Мам, у меня нет никаких денег, — устало возразила Катя, прислоняясь к косяку. — И мне сейчас вообще не до выигрыша. На работе аврал, надо проекты закрывать, иначе начальство в отпуск не пустит. Я так устала, что сил нет. Из-за этого ты весь дом на уши поставила?
Зинаида Ивановна картинно всплеснула руками:
— Вы только посмотрите на неё! Я о дочери беспокоюсь, а она вместо спасибо меня же упрекает! Вот что деньги с человеком делают — сразу бессердечной стала! О родителях ни капли не думаешь!
Она схватилась за сердце и, пошатываясь, опустилась на стул, громко заохав.
— Ну чего стоишь? — простонала она. — Воды принеси, мне плохо.
Катя метнулась на кухню, налила стакан воды, распахнула окно настежь, впуская прохладный утренний воздух.
— Мам, спасибо, что беспокоишься, правда, — она присела рядом, протягивая воду. — Но честное слово, нет для этого причин. Я же не кричу на каждом углу про свой выигрыш.
Она искренне надеялась, что удача останется незамеченной для посторонних. Но уже в понедельник, едва она переступила порог офиса, поняла, как сильно ошибалась. В воздухе витало какое-то нервное возбуждение, а коллеги, едва завидев её, оживились. Каждый норовил подойти, поздравить и, как выяснилось, заодно попытаться втереться в доверие.
К ней незаметно подкрался Денис — симпатичный парень, который давно нравился Кате, но на которого она никогда не решалась даже смотреть в ту сторону, понимая разницу в их положении. Он остановился напротив, заглядывая в глаза с таким выражением, от которого у неё обычно подкашивались колени.
— Катюша, ты сегодня просто ослепительно выглядишь! — пропел он своим бархатным голосом. — Слушай, а может, мне на тебе жениться? — он подмигнул, явно шутя, но в глазах мелькнуло что-то расчётливое.
— Денис, ты чего? — опешила Екатерина, чувствуя, как краснеет.
— А что? Я вполне серьёзно, — он облокотился на её стол. — Ты теперь невеста завидная, между прочим.
— Не слушай ты его, Кать, — к ним подошёл ещё один коллега, немолодой уже мужчина, и фамильярно положил руку ей на плечо. — Он тебе тут напоёт. Ты лучше меня послушай. Выручи, а? Мне машину приглядел, а в банке такие проценты, что удавлюсь я с этим кредитом. А ты бы мне без процентов одолжила, по-соседски, как своему человеку. Ты же добрая, не откажешь?
— Ребята, вы меня с кем-то перепутали, — Катя попыталась высвободиться. — Я похожа на миллионершу? Вы чего?
— Да брось ты прибедняться, — в разговор вмешалась женщина из соседнего отдела, подходя к ним с чашкой кофе. — Мы же все слышали твой разговор с братом. Несколько миллионов выиграла! Вот они и вьются теперь, ловкачи. А ты их не слушай. — Она понизила голос и, приблизившись к Кате, доверительно сказала: — Кстати, Катюш, у меня скоро день рождения. Юбилей, между прочим. Я не обижусь, если ты мне подарочек хороший сделаешь. Я даже список могу набросать, что хочу. Мы же с тобой подруги, вроде как.
— Слушайте все! — Екатерина повысила голос, чувствуя, как закипает раздражение. — Я ещё ничего не получила!
— Ну получишь, — резонно заметил Денис, ничуть не смущаясь. — Так что моё предложение в силе. Я же знаю, что я тебе нравлюсь, — он усмехнулся. — А я помогу тебе деньги потратить с умом.
— Всё, хватит! — Катя резко встала, отодвинув стул. — Дайте мне спокойно работать!
Она демонстративно уткнулась в монитор, давая понять, что разговор окончен. Но в течение дня попытки отвлечь её не прекращались, и к концу рабочего дня Катя чувствовала себя выжатым лимоном.
Дома она, едва сняв обувь в прихожей, простонала:
— Господи, как я устала... Ир, — позвала она, заглядывая в комнату подруги, — может, чаю попьём? Есть совсем не хочется.
Из своей комнаты вышла Ирина, но вид у неё был обиженный.
— Я-то думала, мы подруги, — произнесла она с укоризной.
— А разве нет? — удивилась Катя.
— Подруги так не поступают, — отрезала Ирина, скрестив руки на груди.
— А что я сделала? — Катя растерянно моргнула. — Я не понимаю.
— Почему ты мне ничего не рассказала про выигрыш? — в голосе Ирины звенела обида.
— Так рассказывать-то нечего, — устало ответила Катя. — Я его ещё не получила. Вот получу — тогда и поделюсь новостью. А пока это просто цифры на сайте, понимаешь?
В фойе лотерейного центра яблоку негде было упасть — повсюду сновали люди с камерами, микрофонами и блокнотами. Вход украшала пёстрая арка из воздушных шаров, а стены пестрели гигантскими изображениями счастливых билетов. Екатерина растерянно оглядывалась, чувствуя себя не в своей тарелке под прицелом множества глаз.
— Екатерина Петровна, голубушка, наконец-то! — к ней решительно направился высокий мужчина с седой шевелюрой и радушно распахнул объятия, будто они были старыми знакомыми. — Мы вас заждались, проходите скорее на сцену.
Он на мгновение обернулся к оператору, который возился с камерой, и скомандовал:
— Свет выставите поярче. Нам нужно, чтобы лицо было видно идеально. — Он снова повернулся к Кате, и голос его зазвучал требовательно, хоть он и пытался изобразить заботу: — Екатерина, милая, улыбнитесь, вы же не на панихиде!
Продолжение: