24 июня 1941 года. Литва, окрестности города Расейняй. Немецкая 6-я танковая дивизия уже третьи сутки рвётся на восток, не встречая серьёзного сопротивления. Впереди — Ленинград, до которого, кажется, рукой подать. Но тут происходит то, что вынудит командира дивизии полковника Эрхарда Рауса написать в мемуарах:
«Мы были глубоко потрясены их мужеством».
На единственной дороге, по которой идёт снабжение дивизии, встал один-единственный советский танк КВ-1. Он перекрыл трассу и двое суток не давал немцам прохода. Против него бросали противотанковые пушки, гаубицы, зенитки, сапёров, вызывали авиацию. А он стоял. И не пропускал.
Как один танк оказался в тылу врага
До сих пор точно неизвестно, как этот КВ оказался в одиночестве в тылу наступающей немецкой дивизии. Историки предполагают разное: возможно, машина отстала от своей колонны из-за поломки, а когда неисправность устранили, решила возвращаться самостоятельно и вышла прямо на вражеские тылы. Или экипаж просто сбился с маршрута и наткнулся на немцев случайно.
Но есть и другая версия. Местные жители вспоминали: советские танкисты заходили на хутора, искали горючее, спрашивали, где поблизости машинно-тракторная станция или склад. Ничего не нашли. А бросать исправную машину с полным боекомплектом не захотели. Вернулись к танку, встали поперёк дороги и приготовились к бою.
Танк выбрал позицию идеально — на открытом месте, но так, что обойти его было невозможно. Слева — болото, справа — лес. Только по шоссе. И шоссе это было единственной ниточкой, связывающей немецкую дивизию с тылами.
12 грузовиков сгорели в первый день
Немцы обнаружили преграду не сразу. Сначала по дороге пошли грузовики с боеприпасами. КВ расстрелял их методично, один за другим. 12 машин превратились в костры. Снабжение дивизии встало.
Полковник Раус вспоминал:
«Своим огнём он уже сжёг 12 грузовиков с боеприпасами, идущих из Расейняя. Мы не могли вывезти раненых, и несколько человек умерли, не дождавшись помощи. Все попытки обойти танк не увенчались успехом: машины вязли в грязи или натыкались на разрозненные группы русских, всё ещё бродивших по лесу».
Было принято решение: танк уничтожить любой ценой. Казалось бы, что может сделать один КВ против целой дивизии? У немцев были пушки, сапёры, авиация. Но этот бой заставил их пересмотреть многие представления о войне.
50-миллиметровые пушки не взяли броню
Первыми против КВ бросили батарею новейших 50-мм противотанковых пушек. Расчёт был прост: подойти на 600 метров и расстрелять советский танк с гарантированной дистанции. Немцы даже не сомневались в успехе.
Они ошиблись.
Восемь снарядов один за другим ударили в броню КВ. Танк молчал. Немцы уже решили, что экипаж уничтожен или покинул машину. А потом башня медленно повернулась, поймала в прицел вражеские орудия и открыла огонь.
Две пушки разнесло в клочья. Ещё две были тяжело повреждены. Несколько артиллеристов погибли, остальные в панике бежали. Уцелевшие орудия смогли оттащить только ночью.
150-мм гаубица не попала
Тогда немцы решили применить тяжёлую артиллерию. Подтащили 150-мм гаубицу — мощное орудие, способное крушить бетонные укрепления. Но на прямую наводку ставить пушку побоялись — КВ сразу бы её расстрелял. Стреляли навесом, с закрытой позиции.
Снаряды рвались рядом с танком, осыпая его осколками и землёй. Но прямого попадания не было. А фугасы, разрывавшиеся в нескольких метрах, не могли пробить толстую броню КВ. Гаубицу пришлось увести.
88-мм зенитка: дуэль нервов
Оставалось одно средство, которое в вермахте считали надёжным против тяжёлых танков, — 88-мм зенитное орудие. Его доставили из Расейняя и попытались установить на позиции.
Но КВ уже показал, что просто так не подпустит. Тогда немцы решили подкатить пушку поближе под прикрытием дыма от горящих грузовиков. Когда дым рассеялся, зенитка оказалась всего в 500 метрах от танка.
Расчёт лихорадочно готовился к выстрелу. КВ молчал, и немцы снова решили, что экипаж уничтожен. Но танкисты просто ждали — наблюдали, как возятся с орудием, и выбирали момент.
И когда зенитку уже наводили, башня КВ резко повернулась. Первый же выстрел советской пушки разнёс зенитное орудие. Несколько человек погибли, остальные бросились бежать. Пулемётный огонь не дал подобрать тела и эвакуировать пушку.
Раус писал:
«Настал критический момент дуэли нервов. Наш расчёт, дрожащими руками, наводил и заряжал орудие. Но экипаж танка оказался быстрее».
Сапёры под покровом ночи
После провала артиллеристов за дело взялись сапёры. Ночью двенадцать добровольцев поползли к танку, чтобы заложить взрывчатку под гусеницы и днище.
Но ночь преподнесла сюрприз. Когда сапёры уже подобрались почти вплотную, с противоположной стороны к танку подошли несколько человек. Раздались голоса, открылся люк. Это оказались местные жители — они принесли танкистам еду.
Немцам пришлось больше часа лежать в кювете, дожидаясь, пока люди уйдут. Только после этого они смогли установить заряды.
Взрыв разорвал тишину. Казалось, всё кончено. Но когда дым рассеялся, пулемёт КВ ожил и начал поливать свинцом всё вокруг. Танк остался на месте. Вероятно, его повредило, но не настолько, чтобы заставить замолчать.
Люфтваффе отказались помогать
К утру 25 июня обстановка для немцев стала критической. Дивизия вторые сутки сидела без снабжения, боеприпасы кончались, горючее таяло, наступление захлебнулось. Командир дивизии запросил поддержку с воздуха — пикировщики Ju-87 должны были разбомбить ненавистный танк.
Но люфтваффе отказали. Пилоты сослались на загруженность и на то, что не могут гарантировать точное попадание по одиночной цели. «Разбирайтесь своими силами», — ответили из штаба авиации.
Последний бой
Раус понимал: нужен отчаянный шаг. Он решил пойти на хитрость. Утром 25 июня к КВ выдвинулся целый батальон лёгких чешских танков Pz.Kpfw.38(t). Их 37-мм пушки не могли пробить броню КВ, но они должны были отвлечь внимание экипажа.
Пока КВ вёл дуэль с роем мелких танков, с тыла к нему снова подползла 88-мм зенитка. На этот раз она заняла позицию почти на том же месте, где была уничтожена предыдущая.
Немцы не верили в успех. Но когда зенитка выстрелила в корму танка, снаряд пробил броню. КВ попытался развернуть башню, но второй и третий снаряды ударили в неё, заклинив механизмы. Башня застыла. Прозвучало ещё четыре выстрела.
Раус вспоминал:
«Пушка танка задралась вверх... Мы не поверили в успех. Солдаты осторожно приблизились. На броне насчитали семь попаданий — лишь два из них пробили корпус, остальные срикошетили».
Когда попытались открыть люк, башня вдруг дрогнула и начала поворачиваться. Один из сапёров мгновенно среагировал — бросил гранату в пробоину. Взрыв сорвал крышку люка.
Внутри нашли пятерых танкистов. Они были мертвы.
Вечная память
Друзья, если история экипажа КВ под Расейняем заставила ваше сердце биться чаще — поставьте лайк. Пусть о подвиге наших танкистов узнает как можно больше людей.
И обязательно напишите в комментариях: знали ли вы раньше об этом бое? Есть ли в вашей семье танкисты, чьи имена вы храните? Расскажите о них. Пока мы помним — они живы. Пока мы говорим — их подвиг продолжается в наших сердцах.