ОБЩАЯ ПОБЕДА

У каждого, кто прошел через пламя Великой Отечественной, была своя, глубоко личная война. Для одного это был бесконечный грохот канонады и земля, встающая дыбом под гусеницами «Тигров». Для другого — бессонные ночи у операционного стола или бесконечные километры фронтовых дорог за рулем «полуторки». Но была одна черта, невидимая, но острая как бритва, которая разделяла людей в гимнастерках на два лагеря. И дело здесь не в званиях или наградах, а в том, что человек видел, когда смотрел в прицел или в глаза наступающей смерти...

Среди дыма, гари и соленого ветра, где даже металл трескался от напряжения, рождались герои, в существование которых сложно поверить. Представьте себе элиту армии — морскую пехоту. "Черная смерть", как называли их немцы. Рослые, крепкие мужчины, способные голыми руками ломать хребет врагу. И среди этих титанов — хрупкая фигурка с санитарной сумкой наперевес. Ее звали Екатерина Дёмина (в девичестве Михайлова). Ей не было места в этом аду по всем законам логики, но она там была. И не просто была, а шла в атаку первой, когда здоровые мужики прижимались к земле...

12 марта 1942 года. Небо подо Ржевом затянуто серой дымкой, а земля внизу черна от бесконечных воронок и гари. Группа советских истребителей, состоящая всего из пяти ЛаГГ-3, патрулирует линию фронта, когда внезапно командир звена, гвардии капитан Павел Песков, замечает на горизонте зловещую черную тучу. Это не гроза, а настоящая армада немецких бомбардировщиков — двадцать тяжелых «Юнкерсов», идущих под плотным прикрытием десятка юрких «Мессершмиттов». Тридцать вражеских самолетов против пяти советских...

Его имя не гремело в победных сводках под Москвой или Сталинградом. Он не брал Берлин. Но именно его армия в самые страшные недели 1941 года сделала невозможное — остановила железный каток вермахта, заставив самого фюрера метаться в ярости. Генерал Михаил Потапов. Человек, который выиграл у войны два самых дорогих месяца и пережил личную Голгофу, чтобы снова встать в строй. Его путь к генеральским погонам был нестандартным. Родившийся в 1902 году в смоленской крестьянской семье, Михаил Потапов в юности носил не гимнастерку, а рясу — служил дьяконом в церкви...

1942 год. Глухие брянские леса или белорусские болота. Тишина здесь обманчива. Она звенит напряжением, потому что лес — это дом для одних и зеленая могила для других. Где-то вдалеке слышится нарастающий рокот мотора. Это едет не просто мотоциклист. Это символ блицкрига — самоуверенный, закованный в кожу и фельдграу немецкий связной или офицер. Он мчится на своем мощном BMW или Zündapp, чувствуя себя хозяином этой земли. Но он еще не знает, что поперек его пути уже начерчена невидимая черта. Черта, отделяющая жизнь от небытия...

Когда мы видим этот силуэт на постаменте в городском парке или в кадрах старой кинохроники, сердце невольно замирает. Т-34 — это не просто танк. Это символ, это застывшая в металле воля к жизни, это ярость и триумф нашего народа. Многие эксперты до хрипоты спорят, был ли он действительно лучшим танком Второй мировой, или это лишь красивая легенда. Но прежде чем выносить вердикт, нужно понять одну простую вещь: под одним именем «тридцатьчетверка» на самом деле скрываются две совершенно разные машины...

10 сентября 1943 года. Ночь. Порт Новороссийска. Черное море кипит от разрывов снарядов, а небо, разорванное трассерами, озаряется всполохами пожаров. Первая волна советского десанта высаживается прямо на бетонные причалы, занятые озверевшим врагом, и в этом аду, среди грохота, криков и огня, на берег спрыгивает старший лейтенант. Он совсем не похож на прожженного морпеха: у него интеллигентное лицо, тонкие пальцы художника, а в кармане просоленной гимнастерки лежит блокнот с недописанной повестью...

Он не был уроженцем этих болотистых мест. Он прибыл сюда с заданием, которое казалось невыполнимым. Константин Чехович, выпускник Одесского индустриального института, бывший командир взвода сапёров, оказался в оккупированном Порхове не по своей воле. Но именно здесь, в тихом провинциальном городке, он подготовил одну из самых масштабных и дерзких партизанских диверсий всей войны. Взрыв, который прогремел 13 ноября 1943 года в местном кинотеатре, стал приговором для сотен захватчиков и легендой народного сопротивления...

Утро 22 июня 1941 года под Львовом не было ласковым. Оно взорвалось воем сирен и грохотом разрывов. Молодой лейтенант Павел Гудзь, только вчера мечтавший о мирной службе, по боевой тревоге вел свой взвод навстречу неизвестности. Впереди была граница, за которой уже полыхало небо. Его танки шли в лобовую, не прячась за складками местности. В первом же бою — прямое попадание по броне, звон в ушах, запах горелой краски и пороховой гари. Но его машина выстояла. К середине того бесконечного дня его взвод...

Май 1945 года. В Москве уже гремят залпы салютов, люди обнимаются на улицах, а воздух пропитан не только ароматом цветущей сирени, но и пьянящим чувством долгожданного мира. Но пока одна половина Европы рыдает от счастья, в чешской Праге тишина — это лишь краткое затишье перед бурей. Здесь война не закончилась 9 мая. Здесь она вцепилась в землю зубами, огрызаясь огнем последних фанатиков Рейха. Прага в те дни напоминала растревоженный улей. 4 и 5 мая город ощетинился баррикадами. Чехи, уставшие от многолетней оккупации, поднялись на свое последнее и самое решительное сражение...

Август 1942 года. Карельский перешеек. Предрассветная мгла надежно укрывает болотистую нейтральную полосу, но эта зыбкая тишина обманчива — ее в любой момент может разорвать хлесткий винтовочный выстрел. Здесь, среди карельских валунов и топких низин, идет невидимая, но смертельная охота. Немецкое командование, пытаясь сломить дух защитников Ленинграда, наводнило передний край своими лучшими стрелками. На пути этих профессиональных убийц встает необычный противник. В этот критический момент, когда малейшее движение означает гибель, в снайперскую дуэль вступает старшина медицинской службы...

Их называли «ночными ведьмами». На фанерных бипланах У-2 они под покровом темноты наводили ужас на немецкие позиции. В ночь с 31 июля на 1 августа 1943 года одна из них, командир звена гвардии младший лейтенант Евгения Крутова, не вернулась с задания. Её последний вылет стал не трагической случайностью, а преднамеренной жертвой, которая спасла десятки других жизней и изменила тактику целого полка. Её путь в авиацию не был прямым и лёгким. Она родилась в крестьянской семье в саратовской деревне Труёвая Маза...