Александр не выдержал первым и сдался.
— Тима, если сейчас же не выйду на воздух, то свалюсь в обморок, — пробормотал он.
Тимофей коротко кивнул.
— Да, пошли отсюда.
В изнеможении братья опустились на стулья у стола и ненадолго умолкли, пытаясь собраться с мыслями.
Первым очнулся Тимофей — в его глазах мелькнула искра идеи.
— Юбилей бабушки был три месяца назад, — сказал он. — По горячим следам проще проверить мою догадку: отец сейчас где-то на Камчатке. Только вот дел у меня по горло, как назло. А поиски откладывать нельзя. Надо узнать, что стряслось пятнадцать лет назад.
Александр нахмурился, явно колеблясь.
— Сначала свяжись с этой Марией. Выясни, как именно она увидела похожего на отца человека — разговаривала ли с ним или просто мелькнуло в толпе. И мать... Неужели она правда была такой? Хотелось бы услышать её версию. Хотя и с отцом повидаться не помешало бы.
Тимофей скривился.
— А как маму допрашивать? Напролом: «Что произошло пятнадцать лет назад?»
— Непостижимо, но, наверное, единственный путь, — вздохнул Александр. — Меня записи бабушки пугают, но в поведении мамы полно странностей. Месяц не прошёл после исчезновения отца, как она сошлась с этим Алексеем. Похоже, он и был её любовником. Хорошо, хоть к нам в квартиру не тащила, а сама к нему переехала, подселив свою маму для присмотра. Бабушка Валя обожала её и согласилась, хотя с нами ей пришлось несладко.
Тимофей нервно хрустнул пальцами — привычка в минуты сильного волнения.
— Всё равно загадка, что тогда произошло. Из бабушкиной записи ясно: она отцу ничего не сказала. Откуда же он узнал? Я смутно помню, как баба Катя уезжала нарядная, а вернулась с таким лицом, что мне стало страшно. Мама приехала за нами на следующий день. Значит, за эти июльские сутки случилось нечто, из-за чего отец исчез. А мама запретила даже упоминать его и общаться с бабушкой Катей.
Александр кивнул.
— Тима, наверное, мама думала, что бабушка Катя рассказала сыну про её... грешок. Но что именно произошло в той квартире — тайна за семью печатьми. Если худшее предположить: отец как-то узнал об измене. Завязалась драка с любовником. Наш отец был крепким — помнишь, как нас на руках кружил? А этот субтильный Лёша... Ему отец мог основательно врезать. Может, отец сбежал, чтоб не сесть за тяжкие телесные?
У Тимофея в голове крутилась похожая мысль, но он покачал головой.
— Конечно, мы в детстве сколько детективов перечитали, но подумай сам. Если отец пустился в бега, почему ни слова бабушке Кате? Не мог же он родную мать мучить неизвестностью. Вспомни, как они друг друга любили. Нет, Саня, здесь что-то не сходится.
В комнате раздавалось лишь мерное тиканье больших настенных часов. Тягостные размышления прервал стук в дверь с парадного крыльца. Тимофей поднялся и пошёл открывать. На пороге стояла Нина, дочка соседки. Он помнил её монументальную мать и задиристую девчонку-подростка — эта перемена навевала грустные мысли о неумолимом беге времени.
— Тима, тут мама еды передала, чтобы ты с братом не проголодался. Если захотите, можете ко мне в гости заглянуть, — Нина переминалась на пороге. — Я за Сашкиным другом, Васей, замужем. Стол вам накрою, посидите, пообщаетесь. Не просто, наверное, в пустом доме-то сидеть.
Александр, неслышно подошедший к брату, отозвался сзади:
— И правда, Тимка, пойдём немного посидим. Я с Васей на поминках только парой фраз перекинулся, а хотелось бы нормально поговорить.
Тимофей и сам был не прочь отвлечься от лавины необычной информации, обрушившейся на них за последние дни.
Посиделки у Нины и Васи затянулись допоздна. Общение шло легко, никто не чувствовал ни неловкости, ни неуместности визита. Тимофей быстро нашёл общий язык со свёкром-приятельницей детства: они горячо обсуждали, когда и как нужно вывозить ульи, спорили о зимовке пчёл, делились опытом ведения домашнего подворья.
Саша и Вася вспоминали золотое, беззаботное время, и к тому моменту, когда пришла пора расходиться, все уже обменялись телефонами, решив не рвать заново обретённую после пятнадцатилетнего перерыва связь.
Тимофей и Александр вернулись в бабушкин дом, когда почти совсем стемнело. На ясном небе ярко горели звёзды, и братья на минуту остановились, любуясь ими.
— Я и у себя иногда ночью во двор выхожу, на небо смотрю, — вздохнул Тимофей. — Но чаще как лягу спать, так уже до утра вырубаюсь. А у тебя в городе, Саша, наверное, звёзд почти не видно?
Младший брат вяло пожал плечами:
— Иногда видно, но, конечно, не так впечатляет.
Ночевали они в бабушкином доме, а утром начали собираться в дорогу. В объёмный пакет сложили несколько своих книжек, тетрадь с признанием бабушки и фотоальбом, решив, что это самое ценное наследство.
Тепло распрощались с Елизаветой Викторовной, её дочерью и новообретёнными друзьями, которые пришли их проводить. Соседка бабушки уверила:
— Поезжайте спокойно. Мы за домом присмотрим, чтобы всё в порядке было. В гости как соберётесь — не стесняйтесь, всегда вам рады.
Мужчины обменялись рукопожатиями, Елизавета Викторовна крепко обняла внуков своей лучшей подруги, и вскоре шины Сашиного автомобиля бодро покатили по серой ленте шоссе.
В дороге братья решили не тянуть с поисками отца и начать с откровенного разговора с матерью. Тимофей позвонил жене, предупредил, что вернётся на день позже, и поехал вместе с братом. Они даже не стали заезжать в квартиру, где прошло их детство и где сейчас жил Саша. Договорившись с мамой о времени встречи, братья сразу направились к ней, лелея надежду наконец узнать правду о прошлом.
Красивая женщина, совсем не выглядевшая на свои сорок шесть, радушно распахнула дверь.
— Молодцы, что заехали проведать, — улыбнулась Юля. — Алексей, к сожалению, в командировке, а то он бы тоже очень обрадовался вам.
Она хлопотала у плиты, а мужчины всё не решались перейти к главной причине визита. Женщина, заметив их нерешительность, сама подтолкнула к разговору. Подмигнув, почти по-девичьи, спросила:
— Тимка, Сашка, у вас лица, как у заговорщиков. Признавайтесь, что случилось?
Александр попытался смягчить обстановку, но в игривый тон не вошёл:
— Нам надо серьёзно поговорить. Ты только не волнуйся.
Юля всплеснула руками:
— Ты, наверное, тоже жениться собрался? Или… — она перевела внимательный взгляд на Тимофея. — Ты хочешь сказать, что я скоро стану бабушкой?
— Женщина старалась казаться весёлой и беззаботной, но внутри уже шевельнулось тягостное, дурное предчувствие.
Тимофей кашлянул и всё-таки признался:
— Да, Таня ждёт ребёнка. Но я приехал не из‑за этого.
Юля напряглась ещё сильнее и почти не удивилась, когда Саша, набравшись храбрости, выпалил:
— Мама, расскажи нам честно, что между тобой и папой произошло пятнадцать лет назад. В доме бабушки Кати мы нашли тетрадь, где вся эта странная история изложена с её стороны. Не думаю, что она стала бы врать на грани жизни и смерти. Насколько я помню её характер, бабушка была правдолюбкой и вранья не терпела. Вот только мы так и не поняли, что случилось с отцом. Мы с Тимом перебрали десятки версий, но ни одна не показалась достаточно правдоподобной.
Побледнев, Юля быстро взяла себя в руки и с громким стуком опустила чашку на блюдце.
— Правдолюбка, говоришь? Да из‑за этой чёртовой провинциальной свекрови я последние пятнадцать лет в постоянном страхе живу. Хотя... какая это жизнь? Как только она, наконец, померла, я подумала: земля ей стекловатой. Мечтала, что вздохну спокойно, а она, оказывается, и с того света умудрилась меня достать. Вот дрянь!
Александр и Тимофей переглянулись: такой реакции они не ожидали. Смущение на маминым лице исчезло, уступив место ярости.
— Мама, ты нас совсем запутала, — осторожно вмешался старший сын. — Объясни, пожалуйста, что тогда произошло. Мы с Саней понимаем, что тема деликатная, но мы имеем право знать правду.
Юля молча встала, достала из шкафа бутылку коньяка и три бокала. Дождавшись, пока Тимофей разольёт напиток, она залпом выпила свою порцию и заговорила:
— Нелегко даже взрослым детям признаваться, что изменяла их отцу... но чего уж теперь. Раз вы уже часть истории раскопали, пора расставить все точки над «i». С Борей, который потом стал моим мужем и вашим отцом, я связалась от безысходности. Хотела отомстить бывшему парню, который меня бросил. Мне тогда всего пятнадцать было. Первая любовь, розовые сопли, вот это всё.
Она усмехнулась безрадостно.
— Тот хлыщ со мной позабавился и выдал своё «прости, прощай»: мол, разлюбил. Гениальная, конечно, причина. Тогда я решила, что назло этому козлу найду кого‑нибудь и срочно выскочу замуж. Буду самой красивой невестой в белом платье, чтобы бывший снова в меня влюбился. План дурацкий, не спорю, но, как ни странно, сработал. Боря, конечно, не олигарх, но ухаживал красиво, был практичным, надёжным. Маме моей сразу понравился: сказала, чтобы я не дурила и не упустила его.
Мы повстречались, а бывший — ноль эмоций. Постепенно я по‑своему к Боре привязалась. Потом получилось, что я залетела в шестнадцать. Не о таком я мечтала. Думала, что вызову ревность, а в итоге просчиталась. Сообщила Борису — он счастлив, сразу предложил пожениться.
— Мы поселились в квартире, которую мне ещё давно бабушка завещала. Сразу стали жить своей семьёй. Вроде всё ничего, многие мне даже завидовали. Сначала родился Тимофей, потом и ты, Саша. Жили, как все, только от свекрови я постоянно чувствовала какую‑то настороженность. В лицо улыбается, вас обожает до безумия, а у меня всё время ощущение, что она только повод ищет, чтобы меня уколоть.
Юля нервно провела рукой по волосам.
— Я жила по инерции: дом, работа, приготовить, постирать, уроки с вами сделать, летом к свекрови в деревню свозить — и снова всей кожей ощущать её недоверие. Нет, это не жизнь. Борис в работу с головой ушёл, чтобы мои прихоти выполнять и семью тянуть, а я всё по любви и романтике скучала. Как закрутила роман с командировочным, сама не поняла. В гостиницу не пошли, и чёрт меня дёрнул этого гостя домой притащить. В общем, свекровь застукала меня на измене её сыну.
— Как только от обморока очухалась — убежала. О какой там романтике с этим случайным любовником могла идти речь, — Юля поморщилась. — Но сразу разбегаться тоже вроде бы не резон. Он ещё уйти не успел, как в квартиру вошёл Борис. Мать, видимо, успела ему что-то передать.
Она шумно выдохнула.
— Скандал разгорелся знатный, как иначе. Борис с этим моим ухажёром парой зуботычин обменялись, я кинулась разнимать — и мне влетело. Потом Боря предложил этому типу выйти на улицу «по-мужски разобраться» и вернулся примерно через час. Молча собрал вещи и уехал. Куда — не сказал. Только бросил, что сам подаст на развод. И всё. Будто в воду канул. Как, впрочем, и мой командировочный.
Юля криво усмехнулась:
— Грешным делом я тогда решила, что Борис его придушил и сам в бега подался. Стыдно было до ужаса: из‑за меня вся эта заваруха. Но ещё сильнее я на свекровь злилась. Какого чёрта она полезла в нашу семью? Я всё время ждала, что однажды в дверь постучат люди в форме и начнут расспрашивать про Бориса и этого гостя. Если муж его и правда на тот свет отправил, выходило, что я не только виновница, но ещё и соучастница.
Она потерла виски, словно пытаясь стереть воспоминания.
— Я уже тогда думала съехать, да жалко было вас дёргать: школа у вас хорошая была. Попросила свою маму перебраться к вам, чтобы за вами приглядывала. А сама сошлась с Алексеем. Это тот самый мой первый парень. Его полностью устраивало, что я его в ЗАГС не тащу и даю полную свободу манёвров. Вот так и живу. Страх, что кто‑то начнёт копаться в прошлом, давно уже притупился, а тут вы со своими расспросами. Ну что, презираете меня теперь?
Женщина перевела дыхание и, когда в комнате воцарилась тишина, снова одним глотком опрокинула в себя коньяк.
Тимофей осторожно спросил:
— Ты сейчас во всём призналась потому, что срок давности по особо тяжким преступлениям как раз пятнадцать лет, или просто устала это тащить?
Юля посмотрела на старшего сына немного расфокусированным взглядом и промолчала. Она и сама не до конца понимала, почему наконец решилась вытащить наружу давнюю историю.
Саша тихо сказал:
— Мы с Тимкой узнали, что наш папа может быть сейчас на Камчатке. По прихоти судьбы туда переехала его троюродная тётя, к своей дочери. У него раньше там знакомые были?
Юля задумалась, пытаясь зацепиться за хоть какую‑то деталь, но ничего, что связывало бы исчезнувшего, а затем признанного умершим мужа с тем далёким краем, вспомнить не смогла.
— Нет… Если только Боря решил забраться подальше ото всех, где почти нет шансов столкнуться с кем‑то знакомым, — наконец выдохнула она.
Женщина обхватила голову руками, будто её пронзила резкая боль.
— Что же теперь делать?
Александр ответил твёрдо:
— Я поеду к бабушкиной сестре и постараюсь точно выяснить, где и при каких обстоятельствах она видела человека, похожего на отца. Хуже точно не будет. Он должен знать, что бабушки Кати больше нет.
Юлия только кивнула. Совсем не так она представляла себе эту встречу с сыновьями, но в глубине души давно уже мечтала, чтобы в старой истории наконец была поставлена точка.
продолжение