Вика снилась ему. Юная красавица постоянно присутствовала в его мыслях.
Со временем, когда девушка освоилась в офисе, узнала, кто есть кто, она начала здороваться с Виктором, улыбаться ему, обращаться к нему с вопросами. Мужчина терялся от её близости — иногда даже дар речи у него пропадал. Виктор отчаянно надеялся, что всё это незаметно окружающим. И в первую очередь — самой Вике. Потому что… Ну, потому что не хотелось пугать и смущать девушку. Да и вообще. Виктор прекрасно понимал, как это может выглядеть со стороны: интерес взрослого, влиятельного человека к юной, красивой особе — типичный мезальянс.
Однажды Виктору пришлось задержаться на работе — такое случалось довольно часто. Он засиделся допоздна. Как обычно, мужчина вышел из офиса, кивнув на прощание охраннику, и направился к парковке. Ещё по дороге к машине он заметил краем глаза фигуру человека, бредущего к шлагбауму. Офис располагался в промышленной зоне, остановка далеко — наверняка это кто‑то из сотрудников.
«Сейчас догоню его на автомобиле и предложу подвезти», — решил Виктор.
Поравнявшись с одинокой фигурой, он вздрогнул: это была она — Вика.
— Вот это поворот! — мужчина остановил автомобиль и открыл дверцу. — Садись, подброшу до остановки.
— Спасибо, — явно обрадовалась Вика. Она быстро обошла машину и села на переднее пассажирское сиденье.
Она теперь была совсем рядом — такая красивая, юная, обворожительная и желанная. Но Виктору нельзя было демонстрировать своих чувств. Скрывать эмоции он, конечно, умел, только вот с Викой это давалось ему с большим трудом.
— А ты что так поздно? — спросил мужчина, чтобы нарушить неловкую тишину.
— Да там история одна… — Вика опустила глаза и погрустнела. — Из‑за меня отчёт испортился. Анна Матвеевна просила меня кофе принести, а я… Я же неуклюжая — пролила всё на отчёт. Она разозлилась, заставила перепечатывать. Вот потому и задержалась.
— Вот так Анна Матвеевна… — протянул Виктор.
Для кого‑то Анна Матвеевна, а для него — Анька, двоюродная сестра, которую мужчина взял к себе начальницей экономического отдела. С детства была вредной — вот и сейчас оторвалась на студентке безответной. Все отчёты хранились в электронном виде в компьютере у секретаря, и Анна прекрасно об этом знала. Просто решила вот так показать свою власть.
«Бедная Вика, — подумал Виктор. — Поздно уже. Хорошо, что я сегодня задержался, а то пришлось бы ей по промзоне в темноте шагать. Тут и собаки бегают, и компании иногда подозрительные шляются…»
— А давай я тебя до дома довезу, — вдруг предложил Виктор. — Ты где живёшь?
— На Вишнёвой.
— О, да нам по пути, — соврал мужчина.
На самом деле ему было совсем в другую сторону, но… Хотелось продлить эти чудесные мгновения: он с Викой наедине — и никого вокруг.
— Вы меня очень выручите, — улыбнулась Вика.
Какое‑то время Виктор вёл автомобиль молча. Вика сидела рядом и смущённо молчала: всё‑таки сам начальник её подвозит. Ситуация, мягко говоря, нестандартная.
— Какую музыку любишь? — спросил Виктор.
— Всякую. Больше всего рок, наверное.
Виктор улыбнулся и включил одну из своих любимых композиций — энергичную, зажигательную, жизнеутверждающую. Вика сразу заулыбалась, расслабилась, начала подпевать и даже танцевать — умудрялась танцевать, сидя в пассажирском кресле. Естественная, раскованная, грациозная — неловкости как не бывало.
Виктор умудрялся и за дорогой следить, и любоваться своей очаровательной пассажиркой, с которой ему… совсем не хотелось расставаться. Мужчина мучительно выдумывал предлог, чтобы продолжить этот замечательный вечер.
Неожиданно Вика сама предложила выход:
— Извините, конечно, а вы можете меня отвезти чуть дальше — не на Вишнёвую улицу, а к рынку? Оттуда автобус в центр ходит.
— Да я и в центр могу тебя подбросить. А зачем тебе туда на ночь глядя?
— Меня девчонки звали погулять. Я сначала не хотела, отказалась — настроения никакого не было из‑за этого случая с отчётом и кофе. А теперь вот почему‑то совсем домой не тянет. Лучше с ними погуляю. Сейчас там интересно — день города же.
— День города? — удивился Виктор. — Я думал, он позже.
— А он и позже, — объяснила Вика. — Просто праздник перенесли на сегодня, потому что пятница, завтра выходной. Люди смогут расслабиться, отдохнуть, погулять, салют дождаться, в конце концов. Он же поздно будет — почти в одиннадцать вечера.
Виктор улыбнулся. Вспомнил те времена, когда и сам с друзьями не пропускал такие мероприятия. Нравилась ему эта праздничная толкотня: «Все весёлые, беззаботные, шутят, улыбаются — жизнь кажется сплошным праздником…» Но с тех пор прошло уже много лет. «Интересно, как оно всё проходит сейчас?»
— Довезу тебя до центра, — решительно заявил Виктор. — Мне и самому интересно на всё это посмотреть. Где вы с подружками встретиться договорились?
— Да я вообще не знаю, где их там теперь искать, — призналась Вика. — Я ведь отказалась с ними идти, они там уже. Созвонимся и пересечёмся где‑нибудь.
Девушка тут же достала телефон и принялась набирать номера подружек. Но тщетно — ни одна не отвечала.
Когда автомобиль Виктора приблизился к центру, стало ясно почему: улицы были запружены нарядными толпами отдыхающих. Отовсюду гремела музыка. Торговцы наперебой предлагали прохожим свой товар. Тут и там выступали фокусники, танцоры, певцы. В таком шуме звонок телефона услышать просто нереально. Виктор с трудом нашёл место для парковки.
Вика не торопилась выходить из автомобиля. Взирала на происходящее со смесью удивления, веселья и даже страха.
— Столько народу… Я тут своих никогда не найду, — протянула она. — Девочки не отвечают, не слышат, наверное. Не пойду я никуда — страшновато немного.
— А по‑моему, здесь весело, — возразил Виктор.
Он вспомнил атмосферу веселья и всеобщего единства, что царила обычно на таких масштабных городских праздниках. И ему вдруг отчаянно захотелось снова её прочувствовать.
— Ну да, здесь сегодня будет интересно… Только одной‑то мне там теперь что делать? Лучше домой поеду. Раньше надо было соглашаться.
— А может, всё же сходим, посмотрим, что там? — вдруг предложил Виктор.
Слова его прозвучали просто и естественно, будто это обычное дело — что начальник приглашает студентку‑практикантку на праздник города. Вика задумалась. Видно было, что ей очень хочется согласиться, но она всё не могла решиться. Наверняка девушку смущал тот факт, что её приглашает начальник. Подумает ещё, что он, взрослый мужчина, планирует с ней продолжение вечера…
— У меня через пару часов важная встреча, — соврал Виктор, чтобы снять неловкость. — Так что час у нас примерно есть, потом мне нужно будет уезжать. Завезу тебя по пути на твою Вишнёвую.
— Здорово! — обрадовалась Вика и выпорхнула из автомобиля.
Они гуляли по многолюдным улицам, любуясь выступлениями артистов и восхищаясь тем, как город украсили к празднику. Да уж, полюбоваться действительно было чем. Чтобы не потеряться в толпе, им пришлось держаться за руки.
Когда Виктор впервые взял узкую ладонь Вики в свою, его будто электрический разряд прошил — это было невероятное ощущение. Она шла рядом: красивая, счастливая, весёлая, восхищалась всем вокруг, то и дело показывала Виктору то на одно, то на другое.
У него сердце замирало от её близости. Он держал её за руку — всё остальное казалось малозначительным и не важным. Но мужчина подыгрывал девушке: тоже удивлялся, радовался, восхищался.
Они дождались салюта и стояли среди множества людей в сквере. Разноцветные фейерверки озаряли небо яркими вспышками. Лица всех присутствующих были обращены вверх — и только Виктор смотрел не на цветы в небе, а на Вику. Он не мог оторвать взгляд от её заворожённого лица. Всё равно никто этого не видел: все были слишком заняты салютом. Удивительный момент — будто время замерло.
А потом она повернулась к нему с чуть печальной улыбкой:
— Вам пора, — напомнила девушка. — Час уже прошёл.
— Да, — спохватился Виктор. — Действительно.
К автомобилю они снова шли, взявшись за руки: иначе людское море неизбежно разнесло бы их в разные стороны. Виктор с неохотой выпустил ладонь Вики из своей, чтобы распахнуть перед ней дверь машины.
Назад они ехали долго — попали в пробку. Вика нервничала, думала, что начальник опаздывает из‑за неё на встречу. Тот, как мог, убеждал девушку, что всё в порядке.
— Спасибо тебе, вытащила меня на такое мероприятие. Я получил огромное удовольствие, — сказал Виктор, когда припарковал автомобиль у дома Вики.
«Скоро она уйдёт… И всё, — пронеслось у него в голове. — До самого понедельника я её больше не увижу. Да и встречать девушку в офисе — это же совсем не то, что сейчас, когда мы сидим в автомобиле совсем рядом друг с другом и вот так запросто общаемся…»
— Это вам спасибо, — улыбнулась девушка. — Я всё‑таки посмотрела салют, а ведь и не надеялась уже.
— Здорово! Прекрасный вечер получился.
Вика потянулась за сумочкой. Её лицо оказалось совсем близко. Виктор, до сих пор не мог понять, кто первый тогда кого поцеловал. Кажется, всё‑таки он. Но Вика ответила сразу — с готовностью, желанием, радостью.
Они оторвались друг от друга и долго молча улыбались. У Виктора кружилась голова и бешено стучало сердце. Он всё никак не мог поверить в то, что только что случилось. Эмоции били через край — мужчина едва держал себя в руках, чтобы не сгрести Вику в объятия, не прижать к себе.
Уже потом, какое‑то время спустя, девушка призналась, что именно такого поведения и ждала от Виктора, — так что зря он сдерживался.
Вика выглядела растерянной и смущённой, щёки её покраснели, что делало девушку ещё более трогательной и милой. Она явно не знала, как вести себя дальше — что сказать, что сделать. Но глаза, сияющие глаза, говорили о том, что Вика рада произошедшему.
— Вика, ты… Ты мне очень давно нравишься, — Виктор решил, что скрывать дальше чувства не имеет смысла. Да и… Должен же кто‑то нарушить это затянувшееся молчание, сделать первый шаг.
— Я… Я замечала, но не верила, — ответила Вика. — Мне казалось, что я придумываю себе это, потому что… Потому что тоже…
— Что тоже?
— Тоже, кажется… Ну, не знаю. Вы мне тоже нравитесь.
Краска залила лицо девушки. Она спрятала лицо в ладонях. Видно было, что признание далось ей нелегко.
Виктор же почувствовал, как с его души свалился тяжёлый камень. Всё вдруг стало простым и понятным: у Вики есть к нему чувство. Это очевидно — и так прекрасно.
— Это же… Это очень здорово, — он аккуратно убрал руки Вики от её лица, заглянул ей в глаза… и снова поцеловал девушку.
На этот раз она сама обвила руками его шею и прижалась к нему. Они долго ещё сидели в тот вечер в обнимку — ни о чём не говорили, ничего не обсуждали. Просто наслаждались близостью друг друга.
А потом у Вики зазвонил телефон — это её мама интересовалась, куда запропастилась дочь.
— Мне пора, — печально улыбнулась Вика.
— Жаль, — честно ответил Виктор.
— Но теперь всё будет по‑другому, — сказала девушка.
— Неуверенно, но…
— С надеждой, что ли?
— Конечно, — улыбнулся мужчина.
Он в этом нисколько не сомневался. И всё действительно стало по‑другому.
На работе Виктор и Вика свои отношения не афишировали — ни к чему это было. Но когда никто не видел, они обменивались взглядами и улыбками, даже целовались. От этого у Виктора дух захватывало: таких чувств и эмоций он не испытывал даже в молодости.
Скоро у Вики закончилась практика. Теперь они встречались вне стен офиса. Виктор заезжал за Викой по вечерам, и они отправлялись в кино или кафе. Просто гуляли по улицам и паркам, катались на каруселях, ели сахарную вату. Иногда выезжали за город: там, на пустынной просёлочной дороге, Виктор учил девушку водить машину.
От походов в дорогие рестораны, где Виктор привык бывать со своими дамами, Вика отказывалась.
— Не хочу. Такие места меня пугают своей пафосностью, — признавалась она.
Дорогие подарки девушку тоже смущали. Виктору хотелось для неё горы свернуть — он готов был скупить для любимой весь ювелирный салон, — но Вика попросила этого не делать.
Это было необычно. Прежние пассии Виктора сами намекали ему о том, что не прочь получить от него дорогой подарок. А Вика яростно сопротивлялась таким жестам. И даже уговорила мужчину вернуть в магазин массивный золотой браслет, который он выбрал для неё к Восьмому марта.
— Я не ношу такие дорогие украшения, — призналась Вика. — И вообще, бижутерию больше люблю.
Иногда она оставалась у него ночевать. Родители девушки считали, что их дочь гостит у подружек в общежитии, где девушки вместе готовятся к экзаменам. А Вика приезжала к нему. В эти дни Виктор чувствовал себя самым счастливым на свете. Он засыпал, держа любимую в объятиях, а когда просыпался, она всё ещё была рядом — спала, совсем по‑детски подложив под щёку ладони.
Виктор какое‑то время любовался спящей девушкой, жалея, что не научился в своё время рисовать: какой бы потрясающий портрет получился! А потом отправлялся на кухню готовить завтрак. Ему нравилось заботиться о Вике — и нравилось, когда она заботилась о нём: делала массаж или приносила кофе.
Жаль только, что отношения их по‑прежнему оставались какими‑то не совсем официальными. Девушка не знакомила Виктора с друзьями и родителями. Оно и понятно: мужчина чуть ли не в отцы ей годился, да ещё и успешный бизнесмен. Совсем разный уровень по всем параметрам…
Только вот мешало ли это неравенство им быть счастливыми наедине? Ни возраст, ни образование, ни жизненный опыт не были преградами для полнейшего взаимопонимания.
У каждого из них была своя жизнь. У Виктора — работа, бизнес, встречи с партнёрами и взрослыми солидными друзьями. У Вики — родители, университет, студенческие вечеринки, сессии, экзамены. И эта её жизнь очень привлекала и интересовала Виктора. Ему нравилось слушать рассказы Вики. Он от души смеялся над забавными ситуациями, каждый день происходящими в университете с кем‑то из знакомых девушки, — это напоминало ему собственное студенчество.
А Вика, в свою очередь, с искренним интересом слушала о жизни мужчины — о его совещаниях, стычках с конкурентами, общении с взрослыми друзьями.
Виктор немного ревновал Вику к её приятелям. В этой компании были и парни — наверняка многие из них тайно влюблены в девушку, хотя Вика утверждала, что все они просто друзья.