Харул меж тем осознал, что битва проиграна. Его армия разбегалась во все стороны под шквальным автоматическим огнём. Сам он, недолго думая, также решил уходить в сторону Холенгума. Искать защиты и работы у тамошнего князя.
Но сейчас важно было уцелеть.
В хаосе отступления в кромешной темноте можно было запросто угодить в трясину или поймать пулю испуганного наёмника.
И он, будучи не самым глупым человеком, решил переждать, пока основная людская лавина схлынет.
Вместе с тремя ординарцами он, спешившись, залёг в неглубокой ложбинке. Лошадей бросили, сейчас не до них.
Его войско меж тем позорно разбегалось. Шальные пули, свистевшие по кустам, время от времени находили цель, вызывая крики ужаса раненых.
Обстрел длился ещё минут восемь, затем всё стихло.
Стон стоял в окрестностях Лура. Мучились те, кому не посчастливилось уйти вовремя и не попасть под разящие куски свинца.
Харул вовремя укрылся и теперь радовался своей хитрости. Побежав со всеми, он мог запросто поймать свою пулю.
Теперь же нужно выждать несколько минут и уходить. Триста метров - слишком небольшое расстояние. Враги могут запросто прочесать окрестности с факелами.
Он бы сам так поступил на их месте.
Потому нужно убедиться, что больше не будут стрелять и, не мешкая, уходить.
Эх, сейчас бы хотя бы один факел. В темноте можно запросто провалиться в какой-нибудь бочажок. А они тут очень глубокие.
Уходить по дороге опасно, по ней могут пустить погоню. А лошади, как назло, разбежались.
Ротозеи-ординарцы вместо того, чтобы беречь их, решили сохранить свои дрянные шкуры и залегли поодаль.
В панике бегства лошадей могли и украсть. Чего уж теперь. Им нужно выбираться отсюда.
Прошло пять десять минут тишины. Больше никто не стрелял. Ожили и заголосили ночные птицы, насекомые. Тьма скрыла поле битвы.
- Пора, - прохрипел Харул. - Уходим на Холенгум вдоль основного тракта. И ищите мне лошадь, болваны!
Донельзя перепуганные ординарцы не смели перечить. Харул поставил позади себя двоих, а впереди пустил третьего. Так и двинулись, уходя по южной дороге в кромешной темноте.
- Ничего, - думал Харул. - С моим опытом я легко найду работу у Куриллы. Могу быть воеводой, сотником. На худой конец десятником. Но надеюсь, что князь поймёт угрозу, что несут нашему миру эти пoганые рыбаки. Их бунт может заразить окрестные деревни. Что тогда?! Я ему точно нужен.
Вокруг валялись раненые и убитые. Харул не обращал на них внимание. К чему волноваться о черни и продажных наёмниках. Будет золото, будут новые сотни и тысячи.
Виктор меж тем со своей пятёркой ратников двинулся по южной дороге, Олег со своей - по юго-восточной.
Сержант решил перестраховаться и задействовать сразу два направления, чтобы погоня была максимально успешной.
Третью пятёрку конников он с запасом воды и продуктов отправил в лагерь беженцев. Нужно было выяснить, там ли была Варя и сообщить о недавней победе.
Люди там до сих пор находились в состоянии неопределённости.
Виктор поручил Серго Кромычу утром с вооружённым отрядом прочесать окрестности, собрать трофеи и похоронить тела, раненым оказать помощь. В том числе и наёмникам. Хотя их нигде и не любили. Но негоже было начинать править здешним городом с неоправданной жестокости.
Этот мир и так был слишком жестоким: темные, дикие звери, рабство местами, феодальные распри. Нет уж. Виктор всё же был хоть и плохим, но христианином и вспоминал о том, что такое совесть.
Виктор был уверен, что воевода Харул уже ушёл от стен города. Сейчас очень хорошо выручал прибор ночного видения.
Почти в кромешной темноте пятерка двигалась вслед за Виктором.
Шли бойко благодаря чудному прибору из другого мира. Разрозненные группы врага старались обходить, не ввязываясь в бой. Не хватало ещё поймать случайную пулю.
Эх, не командирское это дело - по лесам за беглыми воеводами бегать. Но что поделать! Сам всё, всё один, делегировать другим чревато. Могут не справиться.
Нет пока у него подготовленного отряда спецназа для таких целей. Ну ничего. Глаза боятся, руки делают.
Придёт время, будет у них и своя армия, и полиция, и суды. Всё будет, по лучшим мировым практикам.
Сейчас вот бармалея этого выловить и можно вопросами государственного устройства заняться.
Не хватает знаний, конечно. Но университеты оканчивать некогда. Придётся читать литературу по управлению и по возможности советоваться с наставниками.
Жаль, конечно, Прохора Кузьмича. Он многими дельными советами мог бы помочь.
Ага, а это что что за квартет? Любопытно, понаблюдаем...
Двое прикрывают отход, один впереди и напыщенный пузан в центре.
Вот он, милок! Где же ты своих лошадей растерял!
- Я их вижу, впереди на 12 часов четверо, дистанция 150 метров. Вооружены. Брать самого полного из них живым, остальных по обстановке, - отдал приказ Виктор.
Остальные трое, видимо, из охраны или личные слуги. С винтовками. У него, как видно, пистолет в кобуре.
Ратники услышали командира и начали бесшумно обходить медленно бредущих в темноте воинов, брать в полукольцо.
Последние и не подозревали, что за ними кто-то движется почти по пятам. В темноте ничего было не разобрать.
Виктор открыл огонь первым. Вывел из строя впереди идущего. Остальные члены пятерки почти в упор ликвидировали замыкающих. Те после первого же выстрела ответили бешеной хаотичной пальбой.
Харул, бешено вращая головой, вытащил револьвер и принялся палить в белый свет как в копеечку. Света, конечно, не было, до рассвета оставалось ещё несколько часов. Но все шесть патронов воевода быстро расстрелял. Впрочем, безрезультатно.
Виктор успел подкрасться к Харулу и подсечкой свалить его на землю.
Началась отчаянная борьба. Но время шло, и было не до рыцарских поединков.
Подоспевшие ратники помогли связать руки и заткнуть кляп в рот бывшего лурского воеводы.
- Хенде хох, дядя! - ткнул дулом автомата пленника Виктор. - В крепость назад шагом марш!
Удивительно, но Харул не предпринял попыток сопротивления. Вероятно, последние события сломили его дух. Он явно не был готов к поражению.
Да, вот чего не ожидали, того не ожидали менее чем за час выловили главаря. Остальные в принципе не страшны, пусть разбегаются.
Наёмников в плен брать не хотелось, а воины рано или поздно вернуться к семьям.
Достаточно будет распространить по окрестным деревням, что беглым воинам лурской дружины объявляется амнистия.
Многих из них можно будет взять к себе на службу. Ну да время покажет. Пока Варю бы отыскать.
Пятерка воинов и пленник возвращались в город. Лишь в трёхстах метрах от крепости они зажгли факелы и условным сигналами показали, что возвращаются.
Не хватало ещё от своих пулю получить.
Забрезжил рассвет. Скоро должны были вернуться гонцы с новостями от мирного населения Рыбачьего.
Продолжение следует.