На лице Теодоры не отразилось ни тени страха, только усталость. Она прижала к себе Мурчика и спокойно произнесла:
- Уйдите с дороги. Пока по-хорошему прошу.
Петр, расплывшись в пьяной ухмылке, лишь громко расхохотался.
- Не знаю, кто ты и откуда, - выплюнул он, едва ворочая языком. – Да похрен... Давай-ка, попроси прощения за то, что унизила меня… Или, может, по-другому извинишься?
Эти слова Петр произнес, откровенно пошло. Его масляный взгляд пробежался по фигуре Теодоры, задерживаясь на бедрах. Она тяжело вздохнула, скривившись от омерзения.
- Что ж, я просила по-человечески… Но вижу вы не понимаете, - Яга медленно опустила кота на пол, и он тут же шмыгнул в тёмный угол. - Придётся поговорить с вами по-другому.
В воздухе повисла звенящая тишина. Руда не могла блокировать магию Первородной. Мощная, первобытная сила была способна разнести эту хибару в щепки вместе с её обитателями. Но как же не хотелось «светиться» из-за троих ничтожеств… Только выбора не было. Теодора прекрасно понимала, что обычными способами справиться с тремя мужчинами будет практически невозможно. Она подняла руку, концентрируя в центре ладони энергию, и в этот момент хлопнула входная дверь. За спинами пьяниц показалась высокая фигура Егора.
- Какого чёрта здесь происходит? – угрюмо поинтересовался он, расталкивая их.
- Так баба эта залезла в мой дом! Воровка! – возмущённо воскликнул Петр.
- Ты чего несёшь? Что у тебя воровать? Раиса Степановна где? – процедил Егор. Он бросил быстрый взгляд на стол, на котором стояли пустые банки из-под консервов, лежал засохший хлеб и заветренные остатки колбасы. – Ты что, со своими дружками пожрал то, что я принёс для твоей бабушки, урод?
- Да я откуда знаю?! – зло, но явно испуганно протянул Петр. – Небось, эта бабку и увела!
- Да, Раиса Степановна у меня, - подтвердила Яга. – А я зашла кота забрать.
- Обойдёшься… - ненавистно скривился пьяница, но Егор перебил его:
- Вали отсюда, Петя. И друзей своих забери. Ты же знаешь, я дважды не предупреждаю.
Петр злобно зыркнул на Тео, сплюнул на грязный пол, но спорить не решился. Бурча что-то невнятное под нос, он вместе со своими приятелями вывалился из дома.
- Вы в порядке? - спросил Егор, с беспокойством глядя на Ягу. - Простите, что не зашел сразу. Не думал, что эти здесь… Похоже, они через заднюю калитку вошли.
- В порядке. Спасибо.- Теодора присела, подзывая Мурчика. Котик тут же прыгнул к ней на руки. – Давайте уйдём отсюда.
Дверь УАЗика захлопнулась и, почувствовав себя в безопасности, Мурчик окончательно обмяк на коленях Тео. Егор завел мотор. Машина мягко тронулась и он спросил:
- Когда вы успели Раису Степановну забрать?
Яга отвернулась к окну, наблюдая за тем, как капли начавшегося дождя чертят кривые линии на стекле.
- Сегодня. Когда увидела, как этот гад её обижает.
- Петька вчера после пятнадцати суток ареста домой вернулся. Видать, зло и сгонял... – в голосе Егора зазвучала злость. - Я ведь хотел Раису Степановну у себя поселить. У меня дом большой, им бы с дедом моим не скучно было. Уж который раз её звал, уговаривал - отказывается и всё тут. А с вами сразу пошла.
Теодора почесала Мурчика за ушком, и котейка во сне дернул лапкой.
- Наверное, уже совсем невмоготу было, - задумчиво произнесла она. - Иногда человеку нужно, чтобы кто-то просто взял за руку и вывел из огня. Ничего. Всё образуется. У меня ей будет спокойно.
Егор мельком посмотрел на Теодору. В его взгляде светилось мужское уважение.
Остаток пути он молчал, сосредоточенно глядя на дорогу и думая о чем-то своем. А Тео чувствовала, как внутри, наконец-то, затихает колдовское пламя, уступая место обычной человеческой усталости.
Когда они вошли в дом, неся покупки, старушка на мгновение испуганно сжалась, вцепившись в свою клюку.
- Ну, вот мы и дома, Раиса Степановна.
Услышав мягкий голос Теодоры, она расслабилась. Яга положила на колени бабульке живой, теплый комочек. И старушка радостно охнула, а Мурчик, узнав родной запах, преданно ткнулся носом в ладонь хозяйки.
- Спасибо тебе, дочка! Привязалась я к этой живой душе, сил нет... Куда он без меня… пропал бы совсем, - прошептала Раиса Степановна, прижимая к груди свое сокровище. Мурчик мой… Мурлыка…
Егор тем временем занес матрасы и обвел взглядом скромное жилище. Он задержался на старой железной кровати и мужчина нахмурился.
- Кровать одна. Как же вы разместитесь?
Тео с улыбкой пожала плечами..
- Ничего, я и на полу могу. Спина только спасибо скажет. Благодарю за помощь, Егор.
- Это ты, Егорка?! – радостно воскликнула Раиса Степановна. – Ты как здесь, сынок?
- Да вот, Теодору вместе с покупками до дому доставил, - ответил он. – Что, опять Петька бесчинствует?
- Что ж поделать… Не измениться он уже… - вздохнула старушка. – А тебе спасибо, Егорушка за всё. Не забываешь бабку…
- Не стоит, - коротко бросил он, направляясь к выходу. - Пойду я. Дел еще много.
Как только за ним закрылась дверь, Тео тут же принялась за ужин. Вскоре на печи зашипела сковорода, по комнате поплыл аромат жареной картошки. Домовой свернулся калачиком за печью и тихо похрапывал. А Баюн сидел на подоконнике, и с высоты своего авторитета наблюдал за Мурчиком, который на полу играл бумажкой.
- Раиса Степановна, вы ведь наверняка здесь всех знаете, - обратилась к старушке Тео, нарезая овощи на салат. – Кто эта молодая женщина с чёрными волосами и взглядом таким тяжёлым? Сегодня она по дороге мимо моего забора шла.
- А-а-а-а… ты, наверное, за Люську говоришь… - бабулька тяжело поднялась, опираясь на кровать, и медленно, по-стариковски шаркая, перебралась на табурет напротив Тео. - Живет она в конце улицы. Последний дом, у самого оврага, где лес вплотную к заборам подходит. У них вся семья колдовок, дочка. И прабабка, и бабка, и мать ейная ворожили… Страшные они. О бабке её, Аграфене, сказывали, что она смерть свою трижды обманывала. Когда помирать пришел черед, она не в землю легла, а в черную кошку обернулась и три дня на крыше выла, пока дочка Пистя силу не переняла. Мужики в ихом доме не задерживаются. Либо мрут в первый же год от сухотки, либо уходят в лес и не возвращаются. Приехал к нам сюда на работу мужик молодой… Видный… Как раз руду обнаружили в наших местах. Ну и закрутилось у них с Пистей. Так он через месяц почернел весь, глаза ввалились… Забрали его в город в больницу, там бедняга и помер. Потом здесь стройка началась… шахта в полную силу заработала… О колдовстве и думать перестали. Другие времена…
Тео кивнула, задумчиво откладывая нож. Похоже, эти женщины обладали страшным даром. Высасывать жизнь из мужчин. И таким даром обладают только черные ведьмы. После того, как здесь стали добывать руду, питаться стало невозможно… Значит, Люська это делает на стороне. Уезжает отсюда…
Мысли Теодоры прервал стук в дверь. Она вытерла руки и прежде чем открыть, спросила:
- Кто там?
- Егор.
Яга с удивлением щёлкнула замком и увидела своего недавнего знакомого. За забором, тихо урчал грузовичок, разрезая фарами вечерний туман.
- Что-то случилось? – Тео недоумённо приподняла бровь.
- Я привез кое-какую мебель, - ответил Егор, кивая на грузовик. - У меня стоит, пылится в цоколе, место только занимает. А вам сейчас нужнее.