- Лёш, я сегодня задержусь, у меня ещё два клиента.
Марина прижала телефон плечом, одной рукой складывая полотенца в стопку, другой выключая фен.
- Ладно, - ответил Алексей и повесил трубку.
Даже "пока" не сказал. Марина посмотрела на экран, потом на отражение в зеркале. Тридцать четыре года, тёмные круги, волосы собраны в хвост, потому что нет времени сделать укладку, потому что "пашет" в салоне с утра до вечера.
Работала Марина мастером маникюра в салоне на Первомайской, принимала по восемь-девять человек в день, и к вечеру пальцы гудели так, что ложку держать было больно.
С Алексеем они жили четвёртый год. Расписались быстро, через три месяца знакомства. Квартиру Марина купила до свадьбы, оформила на себя, первоначальный взнос собирала сама два года, откладывая с каждого клиента. Кредит ещё висел, и платила его тоже она - потому что восемь месяцев назад Алексея сократили с завода, и с тех пор он сидел дома.
Говорил, что ищет работу. Рассылает резюме, ходит на собеседования. Марина верила. Не потому что глупая, а потому что хотела верить, что этот период закончится, и они снова будут тянуть всё вместе, как и раньше.
Кредит - сорок семь тысяч в месяц. Плюс коммуналка, продукты, его сигареты, которые он якобы бросил, но пепельница на балконе говорила обратное. Марина не считала, она просто работала и платила.
А ещё была Валентина Петровна.
Свекровь жила в двадцати минутах на автобусе и приезжала три раза в неделю - стабильно, как маршрутка. Привозила кастрюлю борща, банку варенья и ведро замечаний.
- Маринка, ну что у тебя за ногти. Вечно обгрызенные, ты ж мастер маникюра, люди все видят, - говорила Валентина Петровна, раскладывая по полкам свои банки.
- У меня аллергия на материал, Валентина Петровна, я в перчатках работаю, - отвечала Марина.
- Ну не знаю, вот Лёшина одноклассница, Настенька, помнишь? Так у неё свой салон, и ручки всегда идеальные. Может стоит тебе у неё подучиться?
Марина стискивала зубы и молчала. Алексей в такие моменты уходил в комнату, включал компьютер и закрывал дверь. Один раз она попробовала поговорить.
- Лёш, скажи ей хоть что-нибудь. Она меня каждый раз цепляет.
- Мам просто переживает. Она так заботу проявляет. Ты устаёшь, вот и кажется.
"Кажется". Любимое слово людей, которым удобно ничего не замечать.
***
В ту среду Марина пришла с работы раньше обычного - клиентка перенесла запись на завтра, и Марина решила не брать замену. Устала так, что хотелось просто лечь на диван и полчаса посмотреть в потолок, не думая ни о чём.
Она тихонько открыла дверь, сняла кроссовки, поставила у порога. В квартире горел свет на кухне. Алексей был дома - его куртка висела на крючке. На столике в прихожей лежал его телефон.
Экран телефона светился - открыт мессенджер, переписка с контактом "Мама".
Марина не собиралась читать. Она хотела просто отложить его в сторону, чтобы не лежал на документах. Но первое сообщение бросилось в глаза само.
Валентина Петровна, 14:32:
"Сынок, главное - не дёргайся. Квартира на ней, кредит на ней. Ты пока терпи, а когда встанешь на ноги, разберёмся. Я юристу звонила, он говорит, если пропишешься и три года проживёшь, при разводе можно долю отсудить через суд, если доказать, что ты тоже вкладывался. Чеки сохраняй, какие есть."
Алексей, 14:35:
"Мам, да какие чеки, она сама всё платит"
Валентина Петровна, 14:36:
"Ну хоть продукты покупай картой, не наличкой. И мне скидывай скрины. Мало ли что потом пригодится. А пока живи тихо, не ссорься, она баба терпеливая, ещё поживёте. А там видно будет, может и кого получше найдёшь, и с квадратными метрами не пролетишь."
Алексей, 14:37:
"Ладно мам, понял"
Марина стояла в прихожей и перечитывала этот диалог три раза. Потом пролистала выше. Там было ещё. Много. Переписка тянулась месяцами.
Валентина Петровна писала сыну инструкции: как себя вести, что говорить, какие документы сохранять. Называла Марину "твоя рабочая лошадка" и "хоть и не красавица, зато квартира есть". Один раз написала: "Потерпишь, зато крыша над головой, а как найдёшь нормальную - уйдёшь не с пустыми руками."
Алексей не спорил. Не защищал. Отвечал короткими "ок", "понял", "да, мам". Иногда присылал смеющийся смайлик.
Марина взяла свой телефон и сделала скриншоты. Двенадцать штук, и отправила их в "облако". Положила телефон Алексея ровно туда, где он лежал, и тихо вышла из квартиры.
В машине она просидела минут двадцать. Внутри было пусто и ясно, как бывает, когда долго болел зуб и его наконец вырвали - ещё ноет, но ты знаешь, что хуже уже не будет.
***
Она поехала к подруге Кате. Та работала в агентстве недвижимости и могла помочь с главным.
- Кать, мне нужно сдать квартиру. Быстро.
- Свою?
- Свою.
Катя не стала спрашивать подробности. Посмотрела на Марину, кивнула и открыла ноутбук.
- Двушка, ремонт свежий, вся техника... Если долгосрочно - тысяч шестьдесят-шестьдесят пять в месяц выйдет. Район хороший, желающих найдём быстро.
- Давай. Деньги пойдут на погашение кредита, а разницу буду добивать сама.
- А ты где жить будешь?
- У тебя можно первое время?
Катя посмотрела на неё, потом встала и молча налила чай. Достала из шкафа комплект постельного белья и положила на диван в гостиной.
- Живи сколько нужно. Рассказывай.
Марина рассказала. Показала скриншоты. Катя прочитала, отложила телефон и сказала одно слово:
- Дрянь.
- Которая из двух? - спросила Марина.
- Оба.
***
На следующий день Марина оформила всё через Катино агентство - договор аренды, передачу ключей, акт приёма. Квартиру сдали паре без детей, с предоплатой за два месяца. Деньги Марина сразу направила на кредит.
Вечером она написала Алексею. Сообщение было коротким.
"Квартира сдана. Арендаторы заедут в субботу. У тебя три дня, чтобы забрать вещи. Ключи оставь Кате, её номер у тебя есть. Переписку вашу с мамой я читала. Всю."
И прикрепила скриншот - тот самый, где Валентина Петровна называла её "рабочей лошадкой".
Алексей позвонил через четыре минуты. Марина сбросила. Он перезвонил. Она сбросила снова. Он написал: "Это не то, что ты думаешь."
Марина ответила: "Это ровно то, что я прочитала. Чёрным по белому, Лёша. Даже со смайликами."
Больше она ему не писала.
***
Валентина Петровна явилась к Марине на работу на следующий день. Влетела в салон ровно в тот момент, когда Марина покрывала клиентке топ.
- Ты чего творишь? Куда Лёшке деваться? Ты совсем сдурела, из собственной квартиры человека выселять?
Марина не подняла глаз от руки клиентки. Досушила ноготь, убрала лампу, повернулась.
- Валентина Петровна, квартира моя. Куплена до брака, оформлена на меня, кредит плачу я. Вы это, кстати, знаете лучше других - вы же юристу звонили, уточняли. Как там, можно долю отсудить или не получится?
Валентина Петровна открыла рот и закрыла. Клиентка, женщина лет пятидесяти, с золотой цепочкой и аккуратной укладкой, смотрела на сцену с нескрываемым интересом. Администратор за стойкой сделала вид, что изучает журнал записей.
- Это семейное дело, - прошипела свекровь.
- Было семейное, - ответила Марина. - Пока ваш сын не стал копить чеки по вашей указке, чтобы отобрать у меня квартиру. Теперь это моё дело. И только моё.
Валентина Петровна развернулась и ушла. Колокольчик на двери громко звякнул.
Клиентка помолчала, потом сказала:
- Второй слой, пожалуйста. И цвет поярче. Под настроение 😊.
***
Алексей приходил к салону четыре раза. Приносил цветы, стоял у входа, пытался заговорить. В первый раз сказал, что мать его надоумила, что он сам так не думает, что любит и всё исправит. Во второй - что нашёл работу, что готов платить за кредит, что переедет к матери и будет ждать, пока она его простит. В третий принёс бумажку - распечатку с сайта вакансий, тыкал пальцем в строчку "менеджер по продажам, 60 000 руб.".
Марина выслушала только в первый раз. Потом сказала:
- Лёш, ты мог в любой момент написать матери: "Мам, это моя жена, перестань." Одно сообщение. Пять слов. Но ты восемь месяцев кивал и отвечал "ок, понял". Ты выбирал не меня. Ты выбирал квартиру. И мы оба это теперь знаем.
Она зашла в салон и закрыла дверь. Алексей постоял ещё минуту. Потом ушёл. Больше не приходил.
***
Развод оформили через три месяца. Тихо, без скандалов. Алексей подписал всё без споров - видимо, юрист Валентины Петровны объяснил, что шансов нет. Квартира добрачная, кредит на Марине, прописка - временная регистрация, которая ничего не даёт.
Марина по-прежнему жила у Кати. Работала, платила кредит, откладывала на ремонт - арендаторы съедут через год, и она вернётся к себе. В свою квартиру. Без чужих кастрюль с борщом, без чужих советов и без человека, который сидел рядом, кивал и копил чеки.
Катя как-то вечером спросила:
- Не жалеешь?
Марина подумала. Допила чай, поставила кружку в раковину.
- Жалею, что раньше его телефон не взяла в руки.
На рабочем столе её ноутбука в папке "Документы" лежала папка с названием "Скриншоты". Двенадцать файлов. Она их не удаляла, но и не открывала. Просто знала, что они там.
На всякий случай.
А как бы вы поступили на месте Марины? Простили бы или тоже ушли? Напишите в комментариях - интересно, что скажете.👀👇
- Рекомендую почитать: