Вот и пришла снежная и морозная зима. С её заботами и проблемами. А ведь помимо этих текущих проблем «на командирской шее» тяжким ярмом висело разрушенное хранилище, накрывшее своими обломками реактивные снаряды.
Прибывшее в помощь от округа подразделение сапёров проработало недолго. У округа своих забот хватает, и сапёров быстренько откомандировали обратно. Железобетонное хранилище голыми руками не разберёшь и обломки не вывезешь. Своей техники – как говорится, «кот наплакал». Значит, к друзьям за помощью. Директор совхоза (или как теперь это называется?) Анатолий Гаврилович Ляхов дал и автокран, и прочую технику. Про этого достойного человека ещё пойдёт речь ниже.
«Под шумок», на волне острой необходимости, смогли «выбить» в округе дополнительную технику. Часть пополнилась автокраном, путепрокладчиком БАТ, получили бортовой КАМАЗ, даже удалось правдами и неправдами пригнать санитарный РАФик и шнекороторный аэродромный снегоочиститель Конечно же, всё не новое, пришлось всё это доводить до ума. Но это извечная проблема.
Работы на технической территории не прекращались, хранилище разбирали, РС-ы из-под обломков доставали, сортировали. На площадках с боеприпасами шёл просчёт и укладка в штабели нерассортированных и непринятых ранее боеприпасов. А снег всё валил и валил…
С горючим в части пошла страшная «напряжёнка», ведь все работы требуют технику, а «она железная и пьёт солярку».А работ проводилось много. Опять выручал дружественный колхоз в лице того же Анатолия Гавриловича. Причём выручал порой «без отдачи». Тем и ценна настоящая мужская дружба, что она не основывается на материальных ценностях. Есть возможность помочь? Помоги. Завтра будет трудно тебе? Тебе помогут. И речь не идёт о деньгах. В Сибири эти отношения развиты гораздо сильнее, нежели « в Европах». Народ там другой. Жизнь заставляет жить иначе.
Горючее «сжирала» и повседневная, не связанная с технической территорией жизнь. Детей надо было возить в школу и из школы. А учились они в две смены. Рабочих из Каргата возить на работу и с работы. Автобусов рейсовых с маршрутом «Каргат-войсковая часть» в районном центре отродясь не было. «Проблемы индейцев шерифа не волнуют», и все перевозки людей вела часть на своих «вахтовках», на ГАЗ-66 и КАМАЗах с кунгами. Естественно, проезд был бесплатным, а график движения плотным.
Хлеб для питания солдат почему-то получали за сорок километров, и пару раз в неделю приходилось отправлять машину. Не говоря уже о качестве хлеба и его свежести, эти маршруты высасывали горючее не каплями, а сотнями литров.
Пришлось решать проблему силовыми методами. Введен платный проезд на «вахтовках». Стоимость билета в два раза ниже, нежели в городском транспорте. Это ведь не комфортабельный автобус! Дети бесплатно. В автобусах женщина-билетёр, продаёт билеты. Не желает рабочий покупать? Не проблема. По приезду билетёр пишет рапорт. Рапорт мне на стол. Далее решается вопрос с премией данного «зайца». А деньги за проезд приходуются и на них приобретается горючее.
К тому времени уже были разработаны и новые функциональные обязанности всех рабочих и служащих, в которых была внесена ключевая фраза: «обязан исполнять ПРОЧИЕ работы, необходимые для функционирования части(отдела, службы)». Поэтому вопросов о дополнительной нагрузке работника чем-либо не возникало.
По премированию вопрос поставлен был «с головы на ноги». Премии человек не лишался. Он её зарабатывал, что чётко было расписано. Работаешь как обычно? Получи оклад. Участвуешь в противопожарных мероприятиях(выкос, вырубка)? Получи 15% премию. Участвуешь в благоустройстве части(отдела, службы)? Вот тебе ещё 10% премии. Исполняешь дополнительные обязанности? Получи ещё 15%. В результате премию, как правило, получали все полностью. А за тот же безбилетный проезд или за вонь перегара человек мог её просто не получить, так как «премия не выплачивается нарушителям требований приказов командира части».
Ввели абонентскую плату за пользование квартирными телефонами. Она опять-таки была минимальной. Тридцать рублей, если не изменяет память. Ведь наш коммутатор, как было заведено, обеспечивал и личную междугороднюю связь. Из квартиры-«межгород» маме в Пензу. Хотя потом и платили за переговоры, но не все и не всегда.
Опять начались жалобы и кляузы. Опять приезды комиссий, проверки и «разборки». Опять истрёпанные нервы и стопки бумаг с объяснениями…
Но собака лает, а караван всё идёт! И всё оставалось так, как сделали. И отключали телефоны тем, кто не желал платить абонентскую плату, и ездили «вахтовки» с билетиками.
С хлебом решили проще. Добились заключения договора между продслужбой округа и Каргатским хлебозаводом. Опять сработали сибирские дружеские отношения, теперь уже с директором Каргатского РайПО. В результате солдаты получили ежедневный вкусный и свежий хлеб, и машину за 40 километров «гонять» уже не приходилось. И тот же дружественный хлебозавод согласно заведенной новой традиции на все праздники пёк солдатам «бизваздмездна, то исть дадом!» пироги, булочки и торты.
Жизнь в части продолжала кипеть. Да ведь она и не должна стоять на месте, превращаясь в застой. И жизнь, которая движется вперёд. И часть, которая по своей сути-живой организм.
После очередного посещения солдатской столовой моё терпение окончательно лопнуло. С той поры крылатой фразой для очередных нововведений, перемен и ремонтов стали произнесённые в столовой слова: «Сломать всё нахрен!»
И стали мы ломать. Но не по поговорке «Ломать – не строить!», а вопреки ей.
За какую-то пару месяцев в солдатской столовой «откуда ни возьмись» появились резные деревянные столы, накрытые скатертями. «Нашлись», значит, умельцы в части! «Нашедшаяся» в части художница разрисовала и разукрасила стены, сохранив прежнюю картину со сказочным сюжетом. Появился каменный водопадик с цветником. Подвесной потолок с современными светильниками украсил обеденный зал. На подоконниках за новыми шторами вместо цветов по моей «воле и прихоти» рос зелёный лук, к недоумению различных «проверяющих». Как им объяснить, что витамины в солдатском желудке полезнее всякой цветущей травы? Новые подносы, новая посуда, музыкальный центр. Женщины отдела материально-технического обеспечения, опять-таки «по прихоти и самодурству» командирскому, занялись разработкой «солдатского» огорода. По лету-осени он дал свои плоды в виде овощей на столах. Да и заготовки на зиму небольшие делали. Хлеб давали вне всякой нормы. Отладили качество питания, хотя оно и раньше было неплохим. От хиленького подсобного хозяйства с тремя кроликами, четырьмя курицами и четырьмя свиньями прока не было, кроме хлопот и проблем. «Пустили под нож», и впредь проблему дополнительного питания решали с ранее упоминаемыми организациями- с совхозом и РайПО. Не было проблем ни с шашлыками, ни с пирогами, тортами и лимонадом на праздничные столы.
Следом за столовой «сломали всё нахрен» в медицинском пункте части. Отремонтировали палаты и кабинеты, сделали хотя бы подобие домашнего уюта. Глядя на всё происходящее, отделы и службы стали уже самостоятельно заниматься ремонтом, исходя из имеющихся и творчески добываемых материальных запасов и творческих возможностей. Нет обоев? Покрасим! И покрасим не серой(зелёной, чёрной, коричневой- ибо нет в армии иных цветов краски отчего-то), а сделаем так, как командир показал. «Мордовской росписью» покроем стены. Так отчего-то стали называть накатку несколькими слоями краски разных цветов, показанную мной. Получалось и дёшево, и красиво, и практично.
Постепенно, как я и говорил ранее, начала расти инициатива. Многих уже не надо было толкать и заставлять идти вперёд. Напротив, всё чаще приходилось сдерживать порывы и желание людей или по причине отсутствия средств и сил, или просто по несрочности данной проблемы. На всех совещаниях и планёрках постоянно внедрялся принцип, преподнесённый мне отцом. «Ставя начальника перед проблемой, ты должен быть готов предложить ему несколько способов её решения!». Этот принцип имел и обратную силу. Руководитель, обозначив проблему или задачу подчинённым, обязательно спрашивал у них: «Какие предложения?». В общем, началась активная и интересная жизнь.
Маленькую двухкомнатную гостиницу в здании клуба привели в достойное состояние. Новая мебель, холодильник, телевизор, посуда, красивый ремонт. Я помню, как спал там на железной кровати в первые дни…Теперь и перед «проверяющими» не стыдно, и «рюмку чая» в уютной гостинице с ними выпить не зазорно.
Одними боеприпасами и кипящими ремонтами жизнь не насытить. Женсовет, активно включась в работу, стал меня досаждать проведением разных «увеселительных» мероприятий. То коллективный выезд части на природу по случаю празднования Пасхи. Значит, давай-ка, командир, выгоняй технику, расчищай поляну в роще от снега. Доставай баранину на шашлык. Организуй вывоз дров, столов, мангалов и людей. И веселись вместе со всеми. То надо провести «День защиты детей» . От кого? Надо-значит проведём. Опять организовывай питание, стрельбы из всех возможных видов оружия с детьми и женами. То праздничный вечер офицеров и прапорщиков с семьями. В общем, немного повеселело.
Пустующий кинозал клуба навевал грустные мысли. Главное – желание. Ведь наши мысли материальны! Знакомство с начальником Новосибирского военного склада технических средств воспитания, подполковником и «афганцем», дала свои плоды. Впрочем, это знакомство переросло и в личную, и в семейную дружбу, длящуюся до сих пор.
Получили «правдами-неправдами» комплект широкоэкранной киноаппаратуры, сами смонтировали, из рабочих части( вы же помните –кадры решают всё!) подобрали киномеханика и дали ему солдата-дублёра на обучение. Наладили поставку кинолент из гражданской кинобазы. И в итоге получили нормальный маленький бесплатный кинотеатр, на радость и детям городка, и солдатам.
Разваливающийся «Военторг» прекратил своё существование, закрыв магазин и кафе в городке. Конечно, на голодную смерть мы не были обречены.Каргат с кучей магазинов рядом. Но из-за буханки хлеба или пачки сигарет в город ехать? Бессмыслица. Что делаем? Правильно! Готовим помещение, приглашаем «частника». Женщина из Каргата с энтузиазмом развернула свой маленький магазин, оформив аренду официальным путём. Стало немного попроще, но это был не выход. Монополия нам была не нужна. Да и кафе не работало. Но силёнок на иное решение проблемы пока не хватало.
Энерго-механический отдел, как всегда, усиленно занимался котельной. Придумали новый способ экранирования и обмуровки котлов, затеяли их ремонт. В результате, на удивление всем, рядом с угольными котлами росли живые цветы. Солдаты на смене в котельной получали дополнительное питание. Но пришлось, как и везде, немного «доворачивать». Выдать нормальную посуду, ввести чаепитие не только в котельной, но и во всех нарядах как рекомендуемое и обязательно разрешённое мероприятие в ночное время. Где написано, что это - запрещено? Пропала необходимость «гонять» солдат за неуставной чай и самодельные кипятильники. Возникла другая – ругать их за грязную посуду, но это уже проще.
Прибывающие железнодорожные транспорта с боеприпасами разгружались теперь так, как и полагалось. С составлением актов просчёта, сортировкой, вывозом и укладкой в штабель. Разрушенное хранилище разобрали, РС-ы подготовили к уничтожению. Много набралось. Добился получения вагона с тротилом. Но нужны специалисты, меня же учили делать и хранить, а не взрывать. Щедрот округа хватило лишь на одного капитана-сапёра.
Надо приступать к уничтожению. Где? Опять мужская дружба. Местные власти не препятствовали, разрешение от них получено. Совхоз выделил участок бросовой земли неподалёку от части. Документы оформлены. Можно рвать! Но возникает глобальная проблема. Реактивные двигатели РС-ов не отработаны. По всем руководящим документам их надо подрывать в одиночном порядке, укрыв железобетонной плитой. Такими темпами нам и года не хватит! И где же я столько плит возьму?
Сапёра - с собой, к месту будущих подрывов. Погрузили несколько РС-ов, взял тротил и всю необходимую для подрыва аммуницию. Выехали, положили один снаряд. На него - тротиловые шашки. Естественно, никакой бетонной плиты. «Бабахнули» . Эффект плачевный. Ракетная часть разорвана на мелкие осколки, головная часть со взрывчаткой не детонировала, а просто разломилась.
Далее, как говорится, «с учётом улучшения методического мастерства», немного увеличили количество тротила, расположили пару РС-ов в шахматном порядке, чтобы детонация головной части приводила к взрыву ракетной. «Бабахнули» снова. Отлично! Всё в клочья, мелкие осколки. Значит, инженерная мысль и знание конструкции боеприпасов работают.
Издан приказ, безопасность обеспечена, оцепление выставлено. Мы – грузим, возим, выгружаем. Сапёр-ведёт укладку зарядов и подрывает. Методом проб и ошибок подобрали практическим путём количество снарядов в одной закладке. Десять - мало, пятнадцать - мало, кладём двадцать. «Бабахнули». Много! Уменьшили. Радиус разлёта осколков и безопасное расстояние определили ранее.
И закрутилась карусель с подрывами по нескольку раз в день. Сначала невольно вздрагивали от грохота взрывов, потом попривыкли. Оставалось совсем немного, работы шли к завершению. Поставленная задача практически была выполнена, и то что «сверху» считали невозможным – было сделано.
Проще было бы не взять на себя ответственность, мотивируя невозможности соблюдения требований и отсутствия специалистов-сапёров. А кто будет дело делать? И сколько ещё будут искорёженные снаряды лежать на технической территории? Они же опасны в обращении.
Рисковал ли я, нарушая установленные правила? Да, рисковал. Но риск был построен на знании конструкции боеприпасов, взрывного дела, на личной практической проверке. Правила транспортировки, техники безопасности, оцепления и прочее выполнялось строжайшим образом, и я был не просто уверен, но и убеждён в том, что люди относятся к порученному делу не спустя рукава, не отбывают номер, не спешат, не проявляют расхлябанности, а делают свою работу именно так, как должны её делать. Сам присутствовал на уничтожении, проводил инструктажи, даже привёз как-то жену и сына, чтобы показать им происходящее, и даже разрешил по разочку «бабахнуть», нажать на кнопку подрывной машинки и произвести подрыв.
Кстати, при последующей утилизации РС-ов в других частях специалисты ГРАУ долго допытывались у меня, как правильно располагать снаряды, количество и места закладки тротиловых шашек и прочие тонкости. Ребята, учите матчасть! Эти знания, как и любые другие, никогда не станут для вас обременительной ношей!
Жалобы местных жителей на звенящие стёкла, грохот взрывов и дрожь земли докатились до Новосибирска. В гости решила пожаловать съёмочная группа Новосибирского телевидения, сделать телерепортаж. Хорошо, что они предварительно позвонили.
Встречаю съёмочную группу. Запретить съёмку? Но при желании эти любознательные создания заедут со стороны леса, снимут издали (объективы мощные!) и прокомментируют так, что мне потом мало не покажется. Разместил в гостинице, съёмки завтра. Обед, плавно переходящий в ужин. «Рюмка чая», согласно законов сибирского гостеприимства. Неспешные разговоры о жизни, о части, об армии. Шутки, юмор, воспоминания.
Ситуацию спас мой верный пёс Бимка. В поисках хозяина он ворвался в гостиницу. Пришлось показать свои способности дрессировщика. Маленькая дворняжка была приучена выполнять беззвучные команды, подаваемые движением пальца. Даже кусок колбасы лежал нетронутым на полу, пока не будет жеста «Можно!».
- Господа журналисты, я переживаю по поводу съёмок. Снимете завтра не то и не так, дадите свои комментарии, пустите в эфир, а мне потом от начальства пламенный «привет» придёт. Может, поступим иначе? Давайте поспорим.
- На что и как?
- А вот если моя собака замяукает, то снимаете то, что покажу и озвучку программы(текст) проверяю и корректирую лично я.
- Собака? Замяукает? Это что, кошка что ли? А если не замяукает?
- А если не замяукает...Тогда снимайте что хотите, как хотите. Всё открою, всё покажу.
Хлопнули по рукам. Наивные! Стоило только сказать хозяину-«Бим! Скажи «мяу-мяу!», и выдрессированный пёс, задрав морду к потолку, проимитировал басовитое кошачье мяуканье. Я думал, что у журналистов лопнут глаза и отвалятся челюсти. Потребовали ещё раз. Не проблема, Бим исполнил и на «бис». Ситуация была спасена.
Итогом были два ролика. Один - о подрывах. Начинался словами: «Беспрецендентные меры безопасности соблюдаются военными в Каргатском районе…» и завершающийся словами о том, что завтра прогремят последние взрывы и жители будут спать спокойно. Так, кстати, оно и было. Второй ролик о жизни части, о солдатах, о заботе и о хорошем отношении к людям. Прекрасно и умело сняли, правдиво показали. Молодцы, одним словом. В Москву о визите журналистов, естественно, не докладывал. Всё равно не разрешили бы, и было бы только хуже.
Итак, подрывы завершены. Огромную воронку сровняли бульдозерами с землёй. В Москву о полном ликвидации последствий доложено. Вас интересует, как поощрили? О чём идёт речь! О каком поощрении? Главное, что не наказали!
Капитан-сапёр согласно моего приказа по части за уничтожение взрывоопасных предметов получил 100% выделяемой суммы. Он был приятно удивлён, так как до этого, как выяснилось, такие вознаграждения доходили до исполнителей лишь в мизерных объёмах. Почему не поощрил деньгами остальных, спросите вы? Остальные, как и я, делали всего лишь свою работу. Обид ни у кого не было.
Да и какие обиды могут быть? После всех этих событий люди поняли то, что постоянно говорил на совещаниях и собраниях:
- Наша жизнь и служба - это жизнь внутри пороховой бочки. У нас с вами лишь два варианта. Или мы погибаем, или выживаем. Но и то, и другое - ВСЕ ВМЕСТЕ!!!
=======
Время всё бежало вперёд, торопя нас за собой. И мы постепенно стали всей частью не выживать, а жить! И жить лучше и лучше. Под стеклом в кабинете перед глазами лежал листок бумаги со словами: «Если тебе кажется, что ситуация улучшается, то стисни зубы и приступай к работе!!!»
Почему телевизоры показывают всего две программы, и то еле-еле и с помехами? Весь жилой дом утыкан антеннами, словно ёжик иголками. Варианты? Они всегда находятся! Решили с другом, который был упомянут выше, начальник склада тех.средств воспитания, и этот вопрос. Привезли из Новосибирска комплект приёмопередающей телевизионной станции. Смонтировали в клубе, установили антенны, настроили на спутник. Нашлись умельцы со своей жилкой энтузиазма! Появился новый канал с высоким качеством.
Хорошо, но мало. Привезли ещё две станции, немного посовременнее. Потом ещё одну. Итого четыре канала трансляции в отличном изображении. Мощность сигнала была небольшая, разрешения никакого не требовалось.
Библиотеку части расширили и пополнили книгами и полками из сокращённой районной библиотеки. Офицеры и прапорщики, кроме того, часто отдавали свои книги. Солдаты, да и рабочие стали там частыми гостями. На подписку газет и журналов деньги всегда находились.
Привезли цистерну мальков карпа и карася, выпустили в водоёмы на территории части. Пусть растут на рыбацкую уловистую радость детишкам, да и некоторым офицерам и прапорщикам.
С этими водоёмами связано ежегодное празднование Крещения, когда в январские морозы жители городка устраивали купание в проруби. Так и в этом году было, но организованно. Вырубили прорубь в виде креста. Пригласил батюшку, но тот отказался, ведь ему в Каргате на богослужении надо быть. А как же иордань освящать? Батюшка "дал добро" на троекратное окропление иордани святой водой и краткую молитву. Ночь, метёт со страшной силой снег. Ровно в полночь окропил прорубь святой водой, сказал кратко молитву. Невероятно и непонятно. Метель моментально прекратилась, словно кто-то выключил рубильник. А вода начала подниматься выше уровня льда... Что это было и отчего, я не знаю.Но видел всё это своими глазами. Вокруг всё устлано одеялами, вылезших из проруби тут же окутывали и проводили в тёплые КАМАЗы-"вахтовки". Горели старые покрышки, давая тепло и свет. В общем,мероприятие. Да и баня была гоова принять в свои тёплые объятия всех нырнувших в прорубь.
Сотовые телефоны в то время из разряда диковинки стали повседневностью. Все знают, что одна из проблем в войсках - это связь. Дежурному по части был приобретён сотовый телефон с ежемесячным пополнением баланса «из командирского широкого кармана». Интересно, но факт – случаев злоупотребления в виде личных телефонных разговоров с «сотика» никогда не было.
Правдами-неправдами через неофициальные каналы нашлись деньги на радиотелефон «Сенао», и на «трубку», и на две «базы» (автомобильную и стационарную). Дальность связи была до 40 км, что не раз выручало в случае звонка из Москвы от начальства. Ведь командиру полагалось теоретически всегда быть в части.
Отладили систему радиосвязи в части. Все рации на пожарной автотехнике, рацию дежурного, рации на легковых автомобилях и переносные современные радиостанции смогли заставить работать умельцы на одной волне.
Отработали систему антитеррора. Правдами и неправдами, с помощью друзей пригнали из Новосибирска приготовленную к отправке на полигон в качестве мишени БРДМ-2 с демонтированным спец.оборудованием. Числилась она как транспортное средсто 5 категории, подлежащая списанию. Но состояние было практически идеальное, пробег всего одна тысяча километров. Вварили в пустующий проём крыши большую броневую башню, получили вездеходное колёсное транспортное средство для оперативной группы. Вооружение, средства связи и защиты. В определенные периоды усиления в наряд дополнительно заступали вооружённые штатным АКМ и боеприпасами солдаты. Один на КПП части, на усиление гражданских контролёров. Второй для ночного сопровождения по территории част дежурного, чтобы не бродил с пистолетом в кобуре по голой степи. Инициативные «умельцы» изготовили из подручных конструкций неподвижные огневые точки с пуленепробиваемой засыпкой.
На технической территории продолжала кипеть работа. Готовились к приёму боеприпасов новые площадки открытого хранения, ставились 27-метровые мачты молниезащиты, изготавливаемые силами части из подручных материалов. Обновлялись дренажные канавы для осушения территории. В выгрузке боеприпасов принимали активное участие офицеры и прапорщики, играя не только руководящую роль, но и непосредственно в составе отдельной бригады выполняя работы по выгрузке. Как-то и своего старшего сына, собирающегося поступать в военное училище, для получения практики послал на выгрузку прибывших патронов. Расчёт деньгами с ним произвёл после выгрузки, согласно действующих тарифов, со словами - «Держи, сын, это твои. Заработал!». Сынишка, теперь уже капитан, до сих пор с гордостью вспоминает эту ночную выгрузку.
Отряд военизированной охраны ( в просторечии ВОХР), самостоятельно и творчески проявив инициативу, восстановил трактор Т-16 и стал использовать его как караульный автомобиль для смены часовых. Сами опахивали и выкашивали периметр, часовой порой заступал на пост с карабином и косой, ведь за каждым караулом был закреплен участок охранного периметра. Для стрелков в отремонтированном караульном помещении поставили вместо топчанов нормальные кровати с матрацами, одеялами и подушками, и каждый караул заступал с комплектом свежего белья. Напротив караульного помещения построили склад РАВ для хранения патронов и стрелкового оружия.
Энерго-механический отдел не топтался на месте. Добившись введения гражданского персонала котельной ( а это дополнительные рабочие места, это опять-таки ЛЮДИ!), сохранили эксплуатационно-технический взвод. Смогли обустроить их быт. Сделали в котельной комнату отдыха, столовую. Подобрав из числа рабочих токаря и кузнеца, из заброшенного помещения создали и обустроили токарно-кузнечный участок, добыли и поставили в нём оборудование. В одном из боксов отдела инженерных работ оборудовали отличный сварочный пост.
В пожарную команду силами и стараниями ГРАУ прибывала новая автомобильная техника, все четыре пожарных автомобиля были, как говорится, «с нуля». Комплекты нового пожарного обмундирования, запасные комплекты новых пожарных рукавов, нештатная пожарная техника. Загляденье, а не пожарная команда! Она действительно работала по своему предназначению. Выезды на тушение пожаров в Каргат и окрестные деревни были нормальным явлением.
Частые степные пожары заставили проявить инициативу и сделать из гусеничного тягача МТ-ЛБ пожарную гусеничную технику, способную оперативно доставлять расчёт и воду по заболоченным солончакам к степному палу. На крыше отсеков смонтировали баки для воды, подключили пожарный насос к трансмиссии, установили впереди на броне форсунки-разбрызгиватели, вместо пулемёта поставили лафетный ствол. Такой машины ни у кого и нигде больше не было!
Инициативные «умельцы», не остановившись на достигнутом, сделали своими руками гибрид из мотоцикла «ИЖ» и мотороллера «Муравей». В итоге на каждодневную проверку технической территории выезжал не пожарный «Урал» с расчётом, а маленькое экономное транспортное средство на трёх колёсиках, «нюхающее» бензин.
Отремонтировали помещения команды, стены автомобильных боксов пожарного депо превратились в сплошной класс для проведения занятий и инструктажей из-за нанесённых на них схем, планов, инструкций и картинок. Начальник Каргатского РайПО (дружба всегда помогает!) подарил УАЗик-«санитарку». Всё в хозяйстве пригодилось! Сделали те же умельцы-пожарные из машины передвижной штаб пожаротушения, со связью, схемами, документацией, рабочими местами. Конечно же, она нигде не числилась и за пределы части не выезжала, но в случае надобности была бы востребована.
После землетрясения (да-да, не улыбайтесь, нас тогда тряхнуло под три балла!) треснули стены бассейна и потолочные плиты могли рухнуть . Ну что ж, опять громко звучит крылатая фраза «Сломать всё нахрен!».
Сам рисую проект (впрочем, как обычно). Изыскиваются с помощью друзей средства и материалы. Находятся «неожиданно» специалисты, способные воплотить идею в жизнь. И «ломаем всё нахрен!»
Демонтированы железобетонные плиты кровли, сломаны шлакоблочные стены. Отбит кафель бассейна. Остался лишь стальной кессон и груды мусора. А затем ударными темпами возводятся кирпичные стены, ставится арочная лёгкая кровля, утепляется. Изнутри обшили пластиковой рейкой со встроенными светильниками. Снаружи оцинкованная жесть. Умельцы выложили бассейн красивой новой кафельной плиткой. Красота!
Коль сделали новый бассейн, надо и баню подновить! Новый кафель, новый банкетный зал. На втором этаже, над комнатой отдыха, сделали миниатюрный зал с бильярдным и теннисным столами.
Про баню вообще стоит заметить, что согласно заведенной традиции она была для жителей городка бесплатной. Четверг – «день женский», пятница – «день мужской». Ну а суббота – «день командирский». С самого начала пришлось эту традицию ломать. Бесплатность, конечно же, оставили. Но «день командирский» убрали. «Командир, как ни крути, имеет право ходить в баню тогда, когда захочет!» - высказал я с улыбкой. К кому-то приезжали гости или родственники, люди обращались с просьбой «дать добрО» на «баню по семейному». Отказа никому и никогда не было.
Коль «Сломали нахрен!» баню общую, надо то же самое делать и с баней солдатской! Это сейчас модно рассуждать о том, как надо мыть солдат в душе, а не в бане. Баня бане рознь, а парную с веничком морозной сибирской зимой никакой душ не заменит! Сделали хорошую парную в солдатской бане, помывочный зал в новый красивый кафель одели, избавились от тазиков, поставив душевые рожки. И мылись солдаты не по двадцать минут, а с удовольствием и долго, чтоб пропарились на совесть и на здоровье. Веники для парной заготавливали они себе сами.
Стало нормально работать офицерское собрание в сформировавшемся коллективе. Сами оборудовали технический класс, добыли учебные боеприпасы, изготовили стенды. Телевизор, видеомагнитофон. Офицеры и прапорщики дважды в неделю стали выезжать в Каргат играть в волейбол в школьном спортзале. В части своего-увы!-не было.
Частный магазинчик, размещённый на территории части, постепенно повышал цены. Бизнес! Ничего личного. Силовыми методами эту проблему не решить. Пришлось пойти другим, более интересным и творческим путём. Идея была весьма интересной. Претворение её в жизнь – тоже.
Офицерское собрание под руководством командира приняло решение. На базе пустующего магазина и кафе бывшего «Военторга» с использованием оставленного оборудования создать «Стол заказов офицерского собрания». Провели ремонт помещений, установили оборудование. Изыскали и правдами, и неправдами начальные денежные средства. С помощью женсовета подобрали кадры, способные добросовестно заниматься этим нужным делом. Долго, правда, уговаривать пришлось, но дело того стоило.
И механизм заработал. Продавцы стола заказов на попутной машине части, едущей в Новосибирск, закупали за наличные деньги офицерского собрания на оптовых рынках города необходимые продукты и товары. Ассортимент формировался исходя из женского житейского опыта. Затем собиралась избранная тем же офицерским собранием «лавочная комиссия», которая документально устанавливала розничные цены на эти товары. Надбавка была минимальной, чтобы цены были обязательно ниже, нежели в магазинах Каргата. Привозили и пиво, и крепкие спиртные напитки, и мелкие бытовые товары повседневного спроса. Полученная прибыль шла в денежный фонд офицерского собрания и расходовалась только по его решению.
Появились настоящие денежные средства, пусть и не очень большие, но их можно было тратить на различные хорошие дела. Как говорится, «какой же атаман без золотого запаса?». Что, ротный, сгорел в казарме телевизор и восстановлению не подлежит? Голосуем, товарищи офицеры! Кто «за» то, чтобы купить новый? Единогласно.
Главное, как говорил герой кинофильма, «не путать свою личную шерсть с государственной!». Да и в итоге народ стал доволен, так как магазин есть магазин, как его не называй. И цены в нём ниже, чем во всех остальных магазинах районного центра. Рабочие части, приезжая на работу, стали «затариваться» в части продуктами. Для солдат оборудовали уютный уголок, сделав в помещении магазина мини-чайную.
Ну как же без недовольных? Жалобы, кляузы. Всё те же лица…Про это очень хорошо сказал Высоцкий – «Кто мне писал на службу жалобы? Не ты?! Да я же их читал!». Долго хранил на память папку с ксерокопиями разных гадостей, написанных обо мне, с подписями и фамилиями. Зла не держу, жизнь мудра и сама расставила всё и всех по своим местам, даровав каждому свою судьбу. Потом махнул рукой и решил - а зачем хранить чьё-то зло? Сжёг. А вот копию письма жён военнослужащих и рабочих на тему «Руки прочь от нашего командира!», сочинённого ими, подписанного пофамильно и отправленного в Москву начальнику управления, храню до сих пор. Тайком от меня писали, чтобы не узнал. Только потом «раскололись», когда отправили. Люди! С большой буквы!
Приезжающие комиссии и ревизоры настойчиво пытались «зацепить» меня за этот стол заказов. На фразу ревизора «иду проверять эту лавочку» незамедлительно с улыбкой следовал ответ: « В Вашем предписании написано - «Проверка финансово-хозяйственной деятельности части». Там есть фраза «Проверка деятельности общественной организации», которой является офицерское собрание части? Ах, нет! Ну что ж, ничем помочь не могу! Этот объект вам не подконтролен».
Попытки проверок налоговиков и прокуроров также наталкивались на железобетонную улыбчивую логику. «Какие налоги? Какая прибыль? Какая коммерческая деятельность? Это же «Стол заказов», а не магазин! Вот тетрадочка. Запись-заказ: три блока сигарет «Союз-Аполлон», пять пачек вермишели, пять бутылок водки. Не смешите меня! Офицеры получил денежное довольствие. Налог с этих денег уже удержан! Купили ящик водки и три палки колбасы. Да, в складчину. Да, по оптовым ценам. Потом все вместе всё это «употребили вовнутрь» и закусили. И в общую «заначку» добавили ещё денег на следующую пьянку! Докажите мне, что я не прав!»
Впрочем, про пьянку говорилось лишь к слову, для доходчивости. Злоупотреблять спиртным практически перестали, и даже пиво, купленное в магазине (пардон, в «Столе заказов») считалось некультурным и неприличным нести домой в руках, а не в пакете.
Стабилизировался в основном моральный климат. Жить стало интересно. Созидание нужного и полезного, да ещё с личной инициативой – это процесс творческий. У людей появился «блеск антрацита в глазах». Тем не менее мораль пришлось блюсти всем.
Реклама «офицерской любви» в фильмах типа « Таёжный роман» ни к чему порядочному не приводит. Я не могу понять, как можно порядочному офицеру даже пытаться флиртовать с женой сослуживца. Речь о порочащих грязных интимных связях вообще не веду! Ведь завтра ты с этим боевым товарищем будешь сидеть в одном окопе, и он тебя будет прикрывать в бою.
В кабинет вошёл прапорщик. Изложил свою проблему. Жена изменяет… С кем? С подполковником. Посидели, покурили, попили кофе. Обсудили проблему. Главное – суметь сохранить семью. Детей жалко. Да и любит прапорщик супругу. Коль так, то два рапорта на стол. На отпуск по личным обстоятельствам и на перевод в другую часть.
Далее подполковника на беседу. Обычная грязная связь ради удовлетворения потребностей организма. Понятно. Тебе, мой юный друг, на пенсию в этом году? Ускорим по максимуму. Перевести, к сожалению, уже не получится. Премий лишаешься по полной программе и надолго!
Переходим к беседе с женщиной. Выслушал. Положил листок бумаги и ручку. Пишите заявление об увольнении. На недоумённый вопрос «Почему?» получен краткий ответ: «Потому что мне ****и в штабе не нужны!».Уволена в течение получаса.
Москва быстро нашла должность и место прапорщику. Было два варианта. Или поближе к Уралу, или на край света, дальше только Сахалин. Конечно, в дальние края! Почему? Да не потому, что в ссылку, а потому как год за полтора, паёк, районный коэффициент и северная надбавка, в итоге выплаты в два раза больше. Семью кормить надо! И через две недели скорый поезд увёз их восстанавливать семью за шесть тысяч километров на Дальний Восток.
Жёнам офицеров и прапорщиков происшедшая «разборка» очень пришлась по душе, и в части с их острого языка возникла поговорка-«Смотри, а то по тебе порт Ванино скучает!».
Кстати, спустя несколько лет, приехав в гости к старшему сыну, служившему почти на краю света, был приятно удивлён и от души выпил пару рюмок с пришедшим в гости тем самым прапорщиком. Выслушал слова благодарности. Семью сохранили, дурь прошла, дети растут, жизнь прекрасна. А могло ведь кончиться совсем иначе!
На одном из совещаний из зала прозвучала реплика: «Всё требуют и требуют, а мы живём тут, как скоты!». По сердцу резануло. Сколько ни делай людям, всё равно хорошим не станешь. Впрочем, если хочешь делать хорошее, то просто делай и не рассчитывай на благодарность. Делай, потому что это - НАДО! И никто, кроме тебя, не сможет сделать их жизнь лучше. Командир – ты.
-Ну что ж. Как скоты, говорите? Хорошо. Начинаем жить как люди. Как военные. По Уставу.
Запоминайте по пунктам.
1. Выезд за пределы городка в рабочее время - запрещаю. Все проблемы пусть ваши жёны решают.
2.Построение - утром, перед обедом, после обеда, вечером.
3.В 18-00 подведение итогов работ у главного инженера.
4.В 18-30 подведение итогов заместителей у командира
5. В 19-00 планёрка на следующий день у главного инженера
6. В 19-30 постановка задач подчинённым, проводят начальники отделов.
7.В 20-00 ежедневное совещание. Провожу я лично.
8. Каждая суббота теперь становится полным парково-хозяйственным днём
9. Каждое воскресенье с 9-00 до 13-00 праздничные спортивные мероприятия
10. Женщины - ежедневно в форме, на все построения, в общий строй!
11. Форма одежды для всех полевая. Подшиты. Берцы. Портупея. Строевые тренировки ежедневно!
12-е, и так далее…
Через неделю в кабинет полетели «первые ласточки», робко просящие «объявить амнистию, так как мы всё поняли и больше не будем!». Продержались ещё неделю, объявлена «амнистия». Урок запомнился надолго. Самое интересное, что автором реплики был один из самых работящих и инициативных. И по его словам, он «не нашу часть имел в виду, а вообще!»
========
Без кого не может обойтись ни одна армия мира?
Без кого невозможно одержать победу в бою, сражении, войне?
Кто приносит в армии самые большие проблемы?
Какое «звено» в армии самое слабое?
От кого больше всего болит голова у командира?
От кого в любой момент можно ожидать непредсказуемой неприятности?
Ответ на все эти вопросы прост до безобразия.
И он, пожалуй, одинаков для всех армий.
Это солдаты.
Офицеры и прапорщики идут в армию осознанно, на десятилетия, выбирая профессию и жизнь. Солдата же, в отличие от них, призывают исполнять почётный долг и священную обязанность. Или же, говоря простым языком, сначала "зовут", а потом «забирают в армию». Значит, этот молодой человек за свои 18 лет уже набрал долгов, которые из него Родина начинает выбивать службой, забрав его из отчего дома. Это, конечно же, шутка. Но доля истины в этом присутствует.
В части было несколько подразделений, укомплектованных военнослужащими по призыву. В дальнейшем буду назвать этих военнослужащих проще и привычнее. Солдаты.
Подразделения также буду называть попросту.
Пожарная команда жила в своём обособленном здании пожарного депо. Маленькая казарма, свои бытовые условия, свой наряд и свой начальник пожарной команды. С тремя отдельными взводами дело обстояло несколько сложнее. На третьем этаже здания, над штабом, находилась казарма. Там и располагались те самые три отдельных взвода.
Как говорится, «Если хочешь «завалить» дело, поручи его сразу двоим». Здесь же, исполняя важное и нужное дело, было не двое, а трое. Три командира отвечали каждый за свой взвод. У каждого была своя кладовая. За казарму, то есть за её внутреннее обустройство, порядок, быт, службу и прочие атрибуты отвечали…правильно, все трое. А значит, никто.
Что такое три взвода? Верно. Это рота. Боевая единица, сжатый кулак. Со своим ротным хозяйством, со службой, прописанной в Уставе. У роты есть и командир, и старшина. Что делаем? Правильно. Создаём роту. Прежде всего, конечно, подобрав необходимые кадры. Солдатами командовать хлипкого душой человека не поставишь. И людей загубит, и они его растопчут и сомнут. А как следствие – «бардак», происшествия и всё из них истекающее.
Приказ по части. Рота - нештатная, сводная. Командир роты и старшина – тоже нештатные, с правами и обязанностями согласно Устава. Командиры взводов прежние, подчинены командиру роты. А тот, в свою очередь, мне. Кто и как будет командовать ротой? Работа с солдатами – это одна из самых сложных. Ведь они ЛЮДИ, такие же, как и мы, но с другими погонами. Люди со всеми их слабостями, со своими характерами. Причём люди в основной массе подневольные, жаждущие поскорее вернуться домой, к маме и папе. А с учётом отсутствия жизненного опыта, юношеского неоперившегося максимализма, эти юноши, помещённые в замкнутое пространство армии, способны причинить немало неприятностей и себе, и окружающим.
Добавьте к этому и то, что благодаря нашим славным СМИ и эти 18-летние дети, и их родители глубоко убеждены и готовы к тому, что сначала будут над этим ребёнком издеваться и заставлять работать за себя старослужащие. А затем этот ребёнок сам станет «дедушкой», «дембелем» и будет жить как король, глядя сверху на «молодых», «припахивая» их, вымогая деньги и продукты. Убеждены и в том, что прапорщики и офицеры все поголовно изверги, скоты и сволочи. В итоге солдат приходит в армию, уверенный в том, что именно так, как пишут в газетах, и должно быть. И готов молчаливо терпеть, ибо потом всё станет хорошо. Тот, кто над ним издевается – это друг, так как он готов через некоторое время быть таким же. А офицер и прапорщик для него противник, так как заставляет жить иначе и требует служить. И так далее и тому подобное.
Старательный и энергичный молодой офицер подобран из воинского коллектива. Мои требования доведены, «карт-бланш» дан. Постоянные должностные обязанности с него не сняты, но в случае старания, добросовестной работы, создания нормальной роты ему обещана майорская должность. Старшина подобран, один из незагруженных командиров взводов, пожилой старший прапорщик.
И началась работа по созданию единого ротного солдатского коллектива, наведению порядка в отношениях, созданию сводной роты как единого организма. Ломать, ломать, ломать ущербную психологию!!!! Требования были едины ко всем солдатам, независимо от взводов. Трудно, тяжело, не месяц и не два, но постепенно кропотливая работа стала давать свои плоды.
Солдат помимо постоянной требовательности стал всё чаще чувствовать и проявляемую о нём постоянную заботу. Всё слагалось из мелочей. Почему команда «Отбой» и сон уставших после выгрузки боеприпасов солдат должны наступать в 22-00? Для этого есть командир роты, который обязан заботиться о своих подчинённых! Доложил дежурному по части о принятом решении, и «Отбой» производится хотя бы на час раньше. Старая, выслужившая срок форма? Выбросить или пусить на ветошь? Зачем? Запасливый старшина готовит её как подменную. «Отбой 45 секунд» ? Ради чего? Ради собственного удовольствия? Почему солдат должен сапоги снимать лишь на восемь часов в день? Ноги не железные, зашёл в казарму – обуй тапочки! «Старослужащий» в строю с ремнём «до пупа», а «молодой» затянут так, что дышать тяжело? Всем распустить ремни! И наказывать за излишне затянутый ремень тоже. Но наказывать командира отделения, а не солдата. И таких, казалось бы, мелочей было великое множество. Впрочем, вся наша жизнь состоит из мелочей, надо лишь присмотреться к ним внимательно. Вредны ли они или полезны.
Военная форма одежды. Сколько копий сломано о неё сейчас. Жили мы проще. Во что одели солдата, то он и носит. Одно «но», не предусмотренное Уставом. Погода-то меняется часто, да и сезонов в году целых четыре. А формы одежды всего две основных. Летняя и зимняя. Или шинель(бушлат) и шапка, или «афганка» и кепка. Что мешает при похолодании, не дожидаясь приказа по округу, выдать солдатам кальсоны? Что мешает дать команду одеть бушлаты без утеплителя? Что мешает при жаркой весне приказать носить не шапки, а кепки? Что мешает на зарядке быть в лыжных шапочках?
Правильно, мешают две вещи. Всегда и повсюду. Это лень и равнодушие командира и начальника любого уровня. Наверное, многие в части до сих пор помнят слова Юлиуса Фучика, как-то процитированные мной на совещании. «Не бойтесь друзей – в худшем случае они могут Вас предать. Не бойтесь врагов – в худшем случае они могут Вас убить. Но бойтесь равнодушных, ибо именно с их молчаливого согласия совершаются на земле все предательства и убийства.» А равнодушных офицеров и прапорщиков в части становилось всё меньше и меньше.
«Один наряд - один призыв!».И в нарядах стали постепенно исчезать явления «дедовщины». Работа делилась меж равными. Многое приходилось менять, вносить новое. Главным оставалось одно условие. Это постоянный контроль. Солдат не должен быть предоставлен сам себе! Везде и всегда рядом с солдатом должен быть старший. Офицер, прапорщик, контрактник. И он и руководит, и отвечает!
Бесспорно, были и конфликты, были и так называемые случаи казарменного хулиганства или неуставных взаимоотношений. Я повторюсь, ведь солдаты такие же люди. Один холерик, другой меланхолик. Один матом с детства разговаривает, другой и ростом и плечами не вышел, вырос без отца, робок и застенчив. И задачей командования роты всегда было и оставалось делать из этих разных мальчишек дружных, добросовестных и старательных людей.
Создали солдатскую команду КВН, готовили выступление. Активно привлекли офицеров и прапорщиков. Неожиданный результат – первое место в районе. Дальше, правда, «не потянули», силёнок не хватило. О питании солдат я уже рассказывал. Помимо обязательных шашлыков и тортов на праздники, нормальным – но нечастым блюдом, конечно, была и жареная картошка. Постоянно давали молоко, привезенное безвозмездно из совхоза. Анатолий Гаврилович Ляхов всегда говорил - «Они же наши детишки!». Масло в кашу? Опомнитесь! Сгущёнку в чай? Да что вы говорите? Отставить! Всё на солдатский стол! И солдат, и командир должны видеть и знать, что они едят то, что им положено и не меньше, чем положено по нормам!!!
Новогоднее застолье в казарме всегда было шикарным. Для этого всегда находил средства, в основном не правдами, а «неправдами», конечно. Но ради детей в погонах это стоило делать. Хорошей традицией стал ежегодный новогодний подарок подразделению от командира. Телевизор, «видик», музыкальный центр. Вручал его в новогоднюю ночь, поздравляя солдат за накрытыми в роте столами.
Соседка пожаловалась, что от моего верного пса Бима у её собаки завелись щенки, а топить и жалко, и поздно. На следующий день по моему приказу у пожарной команды, в автопарке, у боксов инженерной техники и у токарного цеха были сделаны собачьи будки. Щенки расселены, обрели дом, корм и хозяев. Самодурство, скажете вы? Или любовь к собакам? Правильнее будет назвать это любовью к людям! Солдаты быстро дали щенятам клички, соответственно месту жительства. Болт, Гайка, Багор. Почему-то щенка у токарного цеха назвали Дашка. Жалко, очень быстро отчего-то умерла, буквально за неделю…самая красивая собака была. И теперь солдаты, идя из столовой, несли в котелке пищу для СВОЕЙ собаки, кормили её, играли, дрессировали. А впоследствии у той же Гайки принимали роды. Происходила ломка психологии, прививались доброта и забота, а не жестокость, да и эти собачата так напоминали многим свой родной дом.
В тумбочках художественные книги, фотоальбомы. Кто сказал, что это запрещено? Устав? Читать внимательно! Написано же- «…и прочие лишние вещи». На прикроватную тумбочку поставить фотографию из дома. Мама, папа, сестра, девушка – какая мне разница? Главное, чтобы солдат перед сном посмотрел и лишний раз вспомнил, что его любят и ждут!
Периодически приезжал на беседы с солдатами местный батюшка. Беседы проводились «тет-на -тет», без офицеров и прапорщиков. Кто-то потом беседовал отдельно, кого-то батюшка приглашал в храм. Вреда это никакого не принесёт, а пища духовная должна быть разнообразной. На полке в религиозном уголке мирно соседствовали и Библия, и «Закон Божий», и Коран на русском языке.
На празднование «Дня Города» подготовили шикарное выступление в Каргате, с бронетехникой, с рукопашным боем и стрельбой, с показом группового исполнения строевых приёмов с карабинами. Не рота почётного караула, конечно, и не «спецназ», но заслуженно сорвали бурные аплодисменты зрителей.
Нет лучшего дня в жизни солдата, чем день увольнения в запас, или, попросту говоря, «дембель». Да, закон есть закон.И солдат должен отслужить «от звонка до звонка» установленный ему срок. Проблема в том, что отношение к службе у всех разное. А значит, нельзя стричь всех под одну гребёнку! Анкетирование (анонимное) на тему «Кто достоин быть уволен первым?», рейтинг лучших из равных. Мнение взводных и ротного. И на следующий день три-четыре самых достойных «дембелей» на общем построении вызываются на трибуну, перед ними торжественным маршем проходит вся часть, и вперёд, домой к папе и маме! Ну и что из того, что им оставалось служить ещё месяц или полтора? Министерству Обороны хлопот меньше, кормить не надо. Зато какой стимул и надежда появляются у людей! Вот только ты, как командир, всегда должен быть готов нести ответственность и за применение закона, и за его нарушение. А это очень непросто.
Не всё было так каждодневно сладко и красиво. Как говорил, солдаты все люди разные. Информации набираются «откуда ни попадя». Появились несколько личностей, пытавшихся имитировать суицид. Царапины бритвочкой на запястье, вены захотел якобы вскрыть от жизни невыносимой. Разбирательство, отправлен на медицинское освидетельствование первый. Не поняли. Второй случай. Туда же, в «психушку», отправлен и второй. Третий пытался имитировать повешение. Стоя на железной боковине кровати и одев петлю на шею, попросил товарища сбегать к дежурному по части и доложить - мол, Вася там повесился. Сам при этом рассчитывал, что услышит звук открывающейся двери, и шагнёт с кровати, и снять его успеют. Да вот только ноги на холодном железе стоять устали, соскользнул. Спасло то, что дежурный успел прибежать. Куда его? Туда же, в «психушку». Не вернулся в армию, естественно, ни один. И попытки побегов были, и ножницы прикомандированный солдат вонзил в спину моему бойцу, пытавшемуся «качать права» ….
Тем не менее никого не отдал под суд, брал всё на себя. Понимал при проведении разбирательств суть происходящего и прежде всего копался в человеческой душе, ища причины происшедшего. Глупые дети, они считали себя взрослыми! И творили глупые ошибки. К сожалению, не все ошибки мог исправить. Поэтому и отправлял на обследование. Трупы в части не нужны!
Шло время. Не шло, а летело! Офицеры и прапорщики чётко усвоили, что от их отношения к солдату зависит их спокойная жизнь. Что при нормальном отношении к службе и проявлении постоянной заботы о солдатах и контроля над ними не придётся срываться по команде «Сбор» и всю ночь разыскивать беглеца. Командир роты, добросовестно сделав своё дело, получил майорскую должность. Как и обещано.
Через ГРАУ смог добиться расширения штата. Один из элементов, который был необходим и важен – это рота. И вот наконец она появилась в новом штате. Техническая рота, командир «капитан».Старшина «старший прапорщик», три командира взвода – тоже должности «старший прапорщик». Со старшиной проще, он уже есть, старый и опытный. Итак, нужен новый командир роты. Кто?
Предыдущая часть:
Продолжение: