Нужен был новый командир роты. Инициативный, любящий людей, требовательный и заботливый. Такой человек, который не будет «лежать на должности» и работать «из-под палки». Нужен всерьёз и надолго. Должность капитанская. Поставишь молодого офицера, не успеет он набраться опыта – а его уже надо выдвигать на повышение. Значит, нужен человек постоянный. Конечно же, категория одна. Это – прапорщик. Его не волнует карьерный рост. Он, как правило, человек «из местных». И при умелом подборе это будет ротный всерьёз и надолго.
Тем более предстояло новому командиру роты прийти практически на всё готовое. К тому времени ремонт казармы уже был сделан, и сияла она словно «пасхальное яичко». Недаром прежний ротный получил майорскую должность. Душу свою вложил. И не только он. Предыстория ремонта была интересной.
«Ты вот всё ремонты делаешь, о солдатах заботишься, а у тебя с ними всё проблемы возникают!»,- однажды сказала мне супруга. Что ж, дорогой мой председатель женсовета, пойдём со мной в казарму! Увидишь одну из причин этих проблем. Супруга была в казарме и раньше. Но что можно увидеть посетителю дальше тумбочки дневального? И провёл её по всем уголкам помещения роты. Показал всё «в цветах и красках», начиная от чёрных от старости, с отбитой эмалью чаш «Генуя» в туалете, от бетонного жёлоба мочеприёмника с разбитым кафелем, от облезших зеркал и ржавых раковин с отбитой эмалью до гнилых полов и древних одеял и матрацев. «Как можно жить в таком ужасе? Почему ты ничего не сделал?». Да потому не сделал, что силёнок и денежек пока на это не было. А «ломать всё нахрен» приходится постепенно, иначе шею можно свернуть.
Но пришло время, и подошла очередь казармы. Вложения требовались большие, и своими силами часть такое сделать не могла. Что ж, начало лета, душа просит шашлыков. На базе части проводим занятие со всем районным начальством и всеми руководителями предприятий района. Всех пригласил, всё показал и рассказал, провёл по всем подразделениям. Даже устроил экскурсию по технической территории, чтобы убедились в том, как правильно у нас всё сделано, пояснил что бояться новых взрывов не надо. Потом всех на стрельбище, стрельба вдоволь из всех видов оружия. Патронов не жалко. Мужики молодость армейскую вспомнили.
Затем всех в кафе, к накрытым столам с холодными закусками, горячим шашлыком и охлаждёнными горячительными напитками. Подведение итогов занятий называется. И намёкнул, что всё в части хорошо, но вот сами они видели условия жизни солдат…ремонтик скромный косметический нам бы затеять? Широта русской души давно известна, а если она ещё подогрета и добрыми отношениями, и 40 градусами, то нет ей предела! Приходилось то и дело пинать под столом своего помощника по МТО (или проще - зампотыла), чтобы успевал и в рюмки подливать, и записывать, кто и что обещает. А то можно перепутать, с кого завтра линолеум требовать, а с кого кафель.
На следующий день на утреннем построении части прозвучала любимая фраза «сломать всё нахрен!». Роту переселили в здание пожарной команды. В тесноте, да не в обиде. Ради такого дела потерпим. И ротный с кипящим энтузиазмом действительно сломал всё. И полы, и двери, и сантехнику. Казарма стала большой пустой кирпичной коробкой практически за один день. Проект и дизайн уже изначально был мной составлен, и начались звонки тем, кто обещал и мебель, и кафель, и доски, и линолеум. Первый звонок был главе района с докладом, что его пожелание по ремонту казармы выполнено, казарма сломана и готова к началу ремонта. Ждём только материалов от предприятий района. Сказать, что от этих слов главе стало плохо – значит, ничего не сказать. Но отказываться руководителям было от своих слов неудобно, и карусель завертелась.
Подключили своих умельцев. И сварщиков, и художников, и плотников. Дело-то общее и нужное. Ведь сибирское лето короткое, надо всё сделать, пока тепло! Солдаты на ремонте работали с энтузиазмом. Сам, своими руками показывал, как правильнее и лучше делать. Точнее, не показывал, а делал. Про руки разговор отдельный.
Офицер должен уметь и знать многое или почти всё. Не знаешь, не умеешь? Научись. Пригодится .Не стесняйся спрашивать, этим не уронишь свой авторитет. Это работа замполита «Делай, как я сказал!» А работа командира – «Делай, как я!». Рушится стена хранилища с патронами? Иди, командир, не стесняйся, лезь, смотри, щупай руками, думай! И заставь сделать, и расскажи и покажи все тонкости. «Стуканул» танковый дизель на шнекороторе? Ты инженер, включай руки и голову и ищи решение! Никто ведь с такими двигателями не сталкивался, а ты в юности в ракетчиках на пусковом агрегате с ним работал. Знаешь, как можно его заменить и чем. Никогда не стеснялся залезть в ёмкости водозабора, чтобы оценить, как надо проварить стальные листы для ликвидации подсоса грунтовых вод, засучить рукава и помочь водителю грамотно собрать двигатель, взять в руки «держак» с электродом и проварить шов на мачте молниезащиты, и прочее-прочее. Это нормально для любого офицера независимо от должности, и никоим образом не унизит твой авторитет.
Нужны картины. Голые стены – это серость и уныние. Подружился с полковником, начальником «зоны» в соседнем районе. Появились в роте красивые картины. Нужны цветы. Значит, развешиваем и живые, и искусственные цветы. Кафельную плитку в умывальник и туалет? Конечно, красивую. Унитазы? Конечно, типа «Компакт», с красивыми бачками, чтобы всё как у людей! Раковины? Смесители? Зеркала? Все самое лучшее!
Прошло несколько месяцев, и казарма преобразилась. Просторное помещение, новые прикроватные тумбочки табуреты, прекрасный туалет и комната для умывания, зона отдыха с мягкой мебелью, аквариумом. Чтобы понять всю разницу между прошлым и настоящим, надо видеть и то, и другое. Солдаты, сделавшие все помещения своей роты своими руками, были довольны, словно маленькие дети.
Итак, нужен новый ротный... Один из командиров взводов, всегда отличавшийся энтузиазмом, добросовестным отношением к делу и заботой о своём взводе, был приглашён на беседу. Упираясь и руками, и ногами, он как мог отказывался от лишних забот. Но из всех это была лучшая кандидатура. Ранее расматривал его как будущего инспектора по технике безопасности, но ГРАУ не пропустило бы прапорщика на такую должность.
Пришлось пойти на «военную хитрость», разъяснить ему всю порочную сущность происходящего. Ведь, отказываясь от проведения в жизнь политики командирской, он со своим противостоянием неминуемо переходит во вражеский стан «оппозиции», сующей палки в колёса. Это же армия, тут либо ты за «красных», либо за «белых». А всякие «зелёные» и «голубые» нам не нужны. Сила командирского убеждения сломала прочный хребет упрямства. Договорились, что временно будет исполнять обязанности, а там разберёмся. Наивный, хоть и взрослый. В армии нет ничего более постоянного, чем «временное».
При визите к другу-полковнику за картинами для казармы случайно разговорился в присутствии журналистки большой новосибирской газеты о том, как живут наши солдаты. Она моим рассказам отчего-то не поверила. Заявила, что сказок достаточно слышала о прелестях солдатского быта. Ну что ж, коль так скептически настроена, то – «Добро пожаловать в нашу часть! Конечно же, в любое удобное для Вас время!»
И она не утерпела и приехала. Конечно же, никто ничего специально не готовил. Как было, рассказал. Что стало, показал. Как раз к кому-то из солдат приехали родители. В Каргате гостиницы нет, да и ни к чему она. Мы всегда селили родителей в медпункт, отпускали «ребёнка» к папе и маме. На день приехали, на два, на три – какая разница? От отсутствия одного солдата на работах ничего страшного не произойдёт, папа и мама не каждый день приезжают. Контролировали, естественно. Устраивали им экскурсию по части с обязательным питанием в солдатской столовой. Обязательны беседа с командиром роты и со мной. Так же поступали, когда к солдату приезжала жена. Даже если приезжала девушка, звонили родителям, уточняли все обстоятельства и «с их благословления» разрешали молодым людям побыть вместе. Это жизнь, от неё никуда не деться!
Дали возможность и с солдатами откровенно поговорить, и фотографии сделать. Для неё стало откровением то, что наши солдаты открыты, веселы, общительны. Что улыбаются, смотрят в глаза при разговоре. Что не боятся и не сторонятся ни офицеров, ни прапорщиков. Что солдат разговаривает с офицером свободно, без какого-либо внутреннего напряжения. Тем более для неё тема была более чем близка, сына скоро в армию предстояло отправлять. Больше всего ведь мам волнует, не бьют ли их детей и не издеваются ли над ними. С удивлением узнала, что ежевечерне солдат после вечерней поверки осматриваем на предмет наличия и отсутствия синяков и ушибов, что приполучении солдатом малейшей травмы он должен доложить об этом командиру взвода, да ещё и представить пару свидетелей для того, чтобы взводному стало понятно, откуда, как и когда появился этот ушиб и кто в этом виноват. Многое увиденное для неё стало приятным откровением. Результатом визита оказалась моя победа в споре и огромная статья на весь газетный лист о нашей части.
Когда в очередном отпуске дал прочесть эту статью родителям, мама расплакалась, а у отца повлажнели глаза…
Кстати, про родителей. Почему мы пишем родителям солдата благодарственное письмо, но не считаем нужным то же самое сделать для родителей офицера или прапорщика? Или матери капитана всё равно, как служит её сын? Ей что, не приятно прочесть тёплые и нестандартные слова благодарности от командира за то, что она сына столько лет правильно воспитывала, что он самый достойный и самый лучший? Нормальным поощрением, пусть и неуставным, стали такие письма родителям офицеров и прапорщиков.
Тема поощрений и взысканий, несомненно, интересна. Как можно поощрять? Как нужно наказывать? То, что в Уставе написано, это и хорошо, и правильно. Но благодарностью сыт не будешь. А выговор…можно его и поносИть. Правильно писал Покровский – «Офицера можно…». И в основном все пользуются этим «можно», наказывая и наказывая любыми методами.
Да, стимулировать человека нужно. Стимул необходим. Но не забывать о том, что стимул-это в Древнем Риме остроконечная палка для управления ленивыми животными и нерадивыми рабами. Поэтому и наказывать тем же самым стимулом приходится. Надбавка за сложность и напряжённость? Устанавливать ежемесячно, обсуждая с заместителями её величину для каждого военнослужащего, с учётом конкретных «ратных подвигов» и «безобразных нарушений». То же самое и по квартальной премии, и по «13-й зарплате».
Появилась возможность поощрить деньгами? Значит, это поощрение должно быть в виде достойной суммы и заслуженное. И сумма опять-таки определяется коллегиально, исключая всякие разговоры о «командирских любимчиках». К слову, всегда органически ненавижу подхалимство и «стукачество». Хочешь получить признание? Вкалывай! Хочешь получить информацию? Беседуй, вникай в душу, доверься людям, и тогда они доверятся тебе! Солдату ценный подарок? Значит, он должен быть для него действительно ценным и заслуженным. Появилась возможность выдвинуть достойного офицера на вышестоящую должность, пусть даже и в другую часть? Надо выдвигать. Ради этого он служит. С его согласия, разумеется. Появилась возможность сделать жизнь людей и быт лучше, дать лишнее время отдыха, устроить жену на работу? Сделай, дай и устрой. Это тоже поощрение своего рода, хотя его и нет в Уставе. Кого как, а меня всю армейскую службу откровенно бесили проводимые практически каждый выходной различные спортивные праздники, лыжные и пешие кроссы, безумное обилие построений и прочая абсолютно лишняя атрибутика. Люди должны и служить, и отдыхать!
«Офицера можно…» ..Да, можно. Порой и нужно. Люди служат в Сибири, куда ехать отчего-то желающих из «Европов» очень мало. Чем их запугаешь? Да и надо ли пугать? Надо воспитывать!
Самый главный и сложный вопрос всегда звучал так- «Объясни мне, ПОЧЕМУ ты это сделал?»
Ответная уставная фраза «Виноват, товарищ полковник» не сбивала с толку. То , что ты виноват, мне понятно. Ты подумай, мой юный друг, в разуме своём покопайся и озвучь мне найденную тобой главную причину - ПОЧЕМУ? А откровенный ответ заставлял человека задумываться о реальных причинах сотворённой пакости. И делать выводы, пусть даже и не вслух.
Какое самое страшное наказание может быть для военнослужащего? Ответов на этот вопрос может быть очень много, но единственно правильный ответ прост до безобразия. «Самое страшное наказание – это то, которого человек боится!»
Солдат боится того, что о его безобразиях узнает мама. Нашкодил, и нашкодил более чем серьёзно – нет ничего проще возбуждения уголовного дела. Будет ли от этого толк? Тюрьма исправляла лишь единичных личностей, остальных она только калечила. А перед тобой стоит глупый мальчишка…
Звонок маме, подробный рассказ. И вот уже этот ребёнок, бывший час назад бравым «дедушкой» и пытавшийся издеваться над сослуживцами, пускает слёзы и сопли в телефонную трубку. Были случаи, что вызывали родителей солдата в часть, когда стоял вопрос «или-или». «На родительское собрание», как я это называл. Перед всей ротой сидела мама, слушала о гнусностях, которые её чадо натворило. Слушала, что завтра её чадо ожидает… А потом оставлял и маму, и чадо великовозрастное наедине с солдатами. На откровенный разговор. Помогало. Хотя и рискованно, и незаконно, но действенно!
Никогда нельзя забывать о том, что в конечном итоге ты наказываешь не только офицера или прапорщика. Ты наказываешь его семью, жену, детей. И виноват за некупленную папой шоколадку в мыслях ребёнка будешь не папа, а ты. Тот, который лишил его премии. Не помогают обычные меры воздействия? Ну что ж, тогда впереди очень неприятное наказание. Или воспитание? Это приглашение офицера в кабинет вместе с женой на беседу. Страшно и неприятно! Ведь он дома – герой! Он дома может возмущённо рассказывать жене о командирской несправедливости. О том, что он в части самый работящий. О том, что наказали его ни за что. О том, что переводить куда-то собираются, потому что не нравится он командиру и вообще командир козёл!
А в тихой обстановке, без нервов и криков, при спокойном рассказе «за жизнь» и за поступки, всё сразу встаёт на свои места. Ну или почти сразу. И работать потом с людьми становится полегче. Но такие мероприятия нельзя проводить , не заработав авторитет и у подчинённых, и у жён.
Когда наказывать и когда поощрять? В какие сроки? Поощрение должно быть неожиданным для человека, тогда и на душе у него станет приятнее от нежданной радости. А наказание должно быть отсрочено по времени и ожидаемо. Тем более, что нельзя наказывать, не разобравшись. В Уставе есть хорошая фраза – «Командир(начальник) должен провести разбирательство». Не дознание, не расследование, а именно разбирательство. Словно оружие разобрать на составные части, разложив все их по порядку. И сразу увидишь, где нагар, где грязь, где копоть и где заусенцы или коррозия. Тогда и методы чистки станут понятны.
Наказывая, нельзя унижать человека. В любой ситуации нельзя загонять его в безвыходное положение, в угол, в тупик. Ты всегда должен показать ему выход, дать ему шанс, протянуть руку. Иначе ты рискуешь получить озлобленную личность, которая станет вредить и тебе лично, и общему делу. Твоя конечная задача - помочь человеку самому победить тот негатив, который в нём есть. Помочь ему стать лучше. Поэтому всегда надо стараться поступать с людьми именно так, как хотел бы, чтоб поступали с тобой.
Близился юбилей части. Целых (или всего?) двадцать лет. Решили провести его достойно. Готовились, конечно, серьёзно. И финансов требовалось много, да и недоделок хватало. Вот теперь руки и до командирского кабинета дошли. Как и обещал, говоря «Мой кабинет будет отремонтирован последним!» Пригласили двух командиров части, нынешних пенсионеров, из Пензы. Конечно, проезд за счёт части, иной речи и быть не могло. Множество гостей. Тех, кто помогал части выживать, жить и развиваться.
Клуб был переполнен. Как принято, торжественный доклад. Читать, конечно же, мне. Ну что поделаешь, если ненавижу я с юных лет этот официоз и чушь, которую несут с трибуны в скучающие массы. Вы заметили, с какими унылыми и скучающими лицами люди сидят в зале, пропуская мимо ушей речи, льющиеся с трибуны? Как они оживляются, когда переходят к раздаче наград, к поощрениям и подаркам?
Доклад был написан тезисно. Задача номер один поставлена самому себе - «Не говорить слово «Я». Только слово «Мы». Мы смогли. Мы все сделали. Мы все добились!» Бумажку в сторону, и говорить от души, глядя людям в глаза. Первым делом наградили прежних командиров, полковников запаса Кривенко и Лощинина. Каждому вручили по домашнему кинотеатру. А затем рассказ об успехах каждого отдела, о достижениях каждой службы, о созданном ими за эти годы. И пока идёт разговор об этом отделе, на сцену поднимаются люди, о которых идёт речь. Кратким итогом поздравления, подарки, денежные премии. И разговор прямой и откровенный о следующем отделе. Непрерывное поздравление, непрерывный рассказ. Людям интересно.
Поздравили и подарили подарки и приглашённые гости. Затем краткий банкет для гостей. Они ведь приглашены на праздник. Всем им понравилось. А офицеров, прапорщиков, контрактников вечером ожидали накрытые и сервированные столы в нашем кафе. Вечер отдыха. Все были предупреждены, что никакие напитки и продукты брать с собой нет необходимости. Это НАШ праздник. Сколько на весь праздник – и на поощрения, и на подарки, и на вечер потрачено денег? Поверьте, много. Откуда они взялись? Отвечу с улыбкой. Это совсем неважно, и никому не надо это знать. Главное, что они пошли не в карман, а на общее и нужное дело!
Женсовет подготовил шикарную развлекательную программу. Про нашу часть, про всех и каждого, про ветеранов-командиров. Я от души хохотал вместе со всеми, когда вышло женское трио с пародией на «троицу командиров». Один - с бородой, второй - румяный и кругленький, третьим изобразили меня, юного, в пионерской пилотке и с пионерским галстуком. Вся подготовка программы держалась в строгой тайне. Поверьте, это было похлеще финала КВН. Это было изображено нами и о нас!
Настал год 2005-й, конец апреля. Уже пять лет командую частью. В голове начинает проявляться мысль о предстоящей скуке, о каком-нибудь переезде на новое место. Привык жить «кочевой» жизнью, ничего не поделаешь! Часть работает прекрасно, как хорошо отлаженный и смазанный механизм. В него не надо совать руки, надо лишь иногда подрегулировать. Очередной отпуск. Как и в прошлый раз, я поехал на своём верном джипе. Супруга осталась в части, с детьми. Путешествие на машине всегда и интересно, и увлекательно.
Беспокоило лишь одно. Мама несколько раз обмолвилась о том, что отец что-то прихворал. Но все мои попытки узнать подробности разбивались о стену материнской любви. Не хотела она меня расстраивать. И вот долгожданная встреча, вот моя курская деревушка (точнее, местечко), вот родной дом, вот мать, вот и отец. На все расспросы о здоровье батя покряхтывал и отвечал, что всё сойдёт. Я не врач, но когда увидел болячки, то дошло до страшного скандала. Пришлось поступать жёстко. Или завтра в Курск, в больницу, или я уезжаю!
Курск. Врачи. Диагноз, как я и предполагал и чего боялся. Да, онкология. Рак кожи. Нужна операция. Отец потерян и растерян, поддерживаем и настраиваем его изо всех сил. Операция сделана, всё нормально, но впереди ещё лечение, сеансы химиотерапии. Отпуск уже заканчивается. И тут звонок из Москвы. Генерал озвучивает предложение – начальником большого арсенала, Дальний Восток. Понимаю, что помочь отцу не могу. Я не врач. Сейчас всё зависит лишь от него самого и немного от медицины. Но главное - это его моральный настрой. Сможет он победить? Или болезнь одержит верх? Моя поддержка будет всегда, независимо от расстояния!
Одним словом, я согласился. Быть может, и зря. Но это моя жизнь и моё решение. Довёл информацию до жены, попросил не распространяться, так как приказа ещё нет. Но когда вернулся в часть, в кабинет пришла жена офицера. Села и заплакала… Что случилось? И в ответ услышал неожиданные слова - Павел Станиславович, возьмите нас с собой! Нам без вас плохо!
Отговаривал её как мог. Но бесполезно! Конечно же, взял. И довёл офицера от лейтенанта-выпускника, приехавшего в Каргат в 2000 году, до заместителя начальника арсенала, подполковника. Гвозди бы делать из этих людей!
…Уезжал из Каргата, и неожиданно тёплый августовский дождь прекратила двойная радуга. Моя первая часть плакала и благодарила? Быть может, и так. В ту пору я не знал ещё, что ждёт меня там, на далёком Дальнем Востоке. Но всегда перед глазами стоит взгляд отца…
Перед моим отъездом в Сибирь, за накрытым столом в саду, щурясь от дыма над мангалом, он смотрел на меня такими задумчивыми тёплыми глазами. Словно хотел что-то сказать, но не решался… Знать бы, что он хотел тогда мне сказать!
…А в ноябре я прилетел из Комсомольска-на-Амуре уже на его похороны…
Спасибо тебе, батя! За то, что родил и вырастил.
За то, что учил жизни. За то, что и хвалил и наказывал!
За то, что помогал в трудных ситуациях.
За то, что учил любить людей.
Это ведь именно ты учил меня, что Устав не догма, а руководство для мыслящих людей. Учил, что готовых рецептов в жизни не существует.
Что надо творить.
Что надо гореть жизнью, а не коптить!
Что всегда надо думать о благе людей и необходимости исполняемого тобой долга.
Что надо ценить и любить солдата.
Ты ведь сам прошёл путь от рядового солдата сахалинской пограничной заставы до капитана первого ранга…
Что не надо ждать наград и аплодисментов, всё это мишура.
Что надо стать обречённым на победу и всегда наращивать успех.
Что не надо бояться брать на себя ответственность!
Что власть нужна не для тебя лично, а прежде всего для тех людей, которым ты сможешь что-то дать хорошее, ценное, нужное, используя эту власть.
И ещё много чему ты меня научил…
Спасибо, батя! И прости…я жил и служил, как мог. Я всего лишь человек.
P.S. 1.12.2012 г. войсковая часть 71185 (г.Каргат Новосибирской обл) сокращена за ненадобностью в ходе "военной реформы"
Предыдущая часть:
Другие рассказы автора на канале: