Июльский вечер был тёплым и тихим.
Солнце уже клонилось к закату, золотя верхушки деревьев, наполняя сад мягким, медовым светом. Пахло цветущими розами, свежескошенной травой и чем-то ещё, неуловимо счастливым, что бывает только в такие вечера, когда всё складывается так, как должно.
Алина вышла на террасу с нарезанными овощами , поправила лёгкую шаль на плечах и улыбнулась. За большим столом, накрытым для ужина, хлопотали Галя и Иван. Вернее, хлопотала Галя, а Иван крутился вокруг неё, как молодой лейтенант вокруг генеральской дочки.
— Галяяя! Ваняяя! — Алина раскинула руки и шагнула к ним. — Поздравляю! Еще раз поздравляю!
Они обнялись втроём, и у всех троих в глазах блестели слёзы. Слёзы радости, счастья, долгожданной справедливости.
— Свадьба когда? — спросила Алина, отсмеявшись.
— Скоро! Через неделю! — Иван сиял так, что мог бы освещать всю усадьбу без электричества. — Готовься, подружка невесты!
— Ой, Вань, — Галя шлёпнула его по руке, но глаза её светились. — Какая из меня невеста? Старая уже...
— Ты у меня самая красивая! — Иван подхватил её на руки и закружил по террасе. — Самая любимая! Самая долгожданная! И самая молодая!
— Сумасшедший, — хохотала Галя. — Опусти, урониишь!
— Не уроню, — пообещал он, осторожно ставя её на землю. — Теперь ни за что не уроню. И не отпущу!
Когда Иван колдовал над мангалом, а женщины накрывали на стол, Галя отвела Алину в сторону.
— Алин, я тебе ещё кое-что должна сказать, — зашептала она. — Мы... мы не просто так пожениться решили. Я... я беременна.
Алина замерла на секунду, а потом снова бросилась обнимать подругу.
— Галя! Господи! Поздравляю! — Она прижимала её к себе и чувствовала, как слёзы снова подступают. — Это же чудо! Настоящее чудо!
— Сама не верю, — Галя вытирала глаза. — Думала, возраст уже не тот, а оно вон как вышло. Ваня на седьмом небе. Говорит, дочку хочет. У нас есть два сына, теперь девочку надо.
— Правильно! — засмеялась Алина. — Нам невеста нужна! Будем с тобой с колясками гулять, всё как положено.
- Это мы так на нашей даче поработали. Я сразу поняла. А вот ты...
- А что я? После того , что произошло...Там , в Сосновке...весь цикл сбился. Да и не помнила ничего. Потом, уже здесь, тоже думала , что стресс, все как-то навалилось. Но заметила, что есть стала больше и спать хотелось. Ну и решила обследоваться. Пора уже было. А тут такое...я счастлива. Правда.
— А ты? — Галя посмотрела на неё внимательно. — Ты как? Не сказала ещё?
— Нет, — вздохнула Алина. — Жду. Сама не знаю чего. Может, чуда.
— Дождёшься, — уверенно сказала Галя. — Такие, как ты, не могут без чуда.
Серега...он хороший. Просто...откормил своих тараконов вот и мешают они ему. Знаешь, я думаю, все у вас будет хорошо. Мы с тобой заслужили счастья.
- Это точно!
Они сидели на террасе, пили сок (обеим теперь нельзя было ничего крепче), болтали о своём, о женском. Иван время от времени подходил, обнимал Галю подливал сок , целовал в макушку.
— Смотри, как ходит, — шепнула Алина. — Как кот весенний.
— Ага, — улыбалась Галя. — И я как кошка. Мурлычу целыми днями.
— Я так рада за вас, — Алина сжала её руку. — Правда. Вы этого заслужили.
— И ты заслужила, — твёрдо сказала Галя. — Твой тоже одумается. Не может не одуматься.
Алина только вздохнула.
---
— Девчонки! Пять минут и готово! — крикнул Иван от мангала.
Женщины засуетились, побежали на кухню за салатами, зеленью, домашним хлебом. Стол на террасе быстро заполнился тарелками — огурцы-помидоры, маринованные грибочки, картошка, запечённая с чесноком, зелень пучками.
— У меня слюнки текут, — призналась Галя, садясь за стол.
— А ты ешь, — разрешила Алина. — Тебе теперь для двоих надо.
— И тебе, — улыбнулась Галя, кивая на Алинин животик, уже заметный под лёгким платьем.
— И мне, — согласилась Алина.
Они только приступили к ужину, только разложили по тарелкам ароматное, только что с мангала мясо, как вдруг за воротами послышался звук подъезжающей машины.
— Кого это принесло на ночь глядя? — нахмурился Иван. — Мы никого не ждали.
— На запах шашлыка, — пошутила Галя. — Нам самим мало.
— Сейчас посмотрю, — Алина поднялась, накинула на плечи лёгкую шаль и пошла к воротам.
Сердце билось ровно. Она не ждала никого конкретного, но внутри вдруг что-то ёкнуло. Предчувствие?
Она открыла калитку и замерла.
На дороге стоял он.
Сергей.
Уставший, с огромным букетом алых роз в одной руке и с маленькой коробочкой в другой. Рядом — несколько сумок, видно, что с вещами.
— Сережа... — выдохнула Алина. — Ты...
— Алиночка! — Он шагнул к ней, остановился в шаге, боясь подойти ближе. — Родная моя! Прости меня! Ну вот такой я дурак! Если ты ещё не разлюбила... если есть хоть капля надежды... выходи за меня! Пожалуйста!
Он опустился на одно колено прямо на дорожке, протягивая ей розы и раскрытую коробочку с кольцом. Кольцо сверкнуло в лучах заходящего солнца.
— Я всё понимаю, — говорил он сбивчиво, торопливо. — Может, я тебе не пара. Может, ты думаешь, что я из-за денег. Но я не из-за денег, Алина! Я из-за тебя! Я люблю тебя! Я не могу без тебя! Сколько ни убеждал себя — не могу! Прости! Прости меня, дурака!
Алина стояла, смотрела на него, и слёзы текли по щекам. Она не вытирала их. Пусть.
— Вставай, — сказала она тихо.
Он не вставал. Смотрел снизу вверх, ждал приговора.
— Вставай, Сережа. Мы согласны.
Он вскочил, не веря.
— Мы? — переспросил он. — Кто — мы?
— Я и Алексей Сергеевич, — Алина взяла его руку и положила себе на живот. — Твой сын. Мы тебя давно ждём.
У Сергея подкосились ноги. Он опустился на колени снова, но теперь уже не для предложения , просто силы кончились. Прижался лицом к её животу, обхватил руками, замер.
— Сын... — выдохнул он. — У меня сын... Алина... Алина, прости... прости меня, дурака...
— Вставай уже, — она гладила его по голове, по плечам. — Вставай, пойдём. Там Иван с Галей, ужин, всё как положено. Ты с дороги, наверное, голодный.
— Я не голодный, — он поднял на неё глаза, мокрые, счастливые. — Я люблю тебя. Очень.
— Знаю, — улыбнулась она. — И я тебя. Пойдём.
---
Появление Сергея вызвало фурор.
— Серега! — Иван бросился к нему, обнял, хлопнул по спине. — Молодец, что приехал! А мы тут уже думали, что ты совсем с катушек слетел!
— Слетел, — признался Сергей. — Но, кажется, вылечился.
— Это точно, — поддакнула Галя. — Алин, веди его за стол, кормить будем.
Ужин продолжился, но теперь за столом стало тесно от счастья. Говорили все сразу, перебивая друг друга, смеялись, обнимались. Галя то и дело вытирала слёзы, Иван сиял, Сергей не отпускал Алинину руку.
— Ты как узнал? — спросила Алина, когда страсти немного улеглись.
— Люба позвонила, — признался Сергей. — Наговорила с три короба. Сказала, что если я сейчас же не приеду и не попрошу прощения, она от меня отречётся. И что я скоро стану дедом, а веду себя как последний... ну, в общем, выразилась крепко.
— Люба? — удивилась Алина. — Но я же просила её молчать.
— Она и молчала, пока могла. А потом не выдержала. Сказала, что я идиот, что я тут в Сосновке комплексы лечу. И что если я тебя потеряю, она мне этого не простит никогда. Про сына не сказала.
Алина улыбнулась.
— Умница наша Люба.
— Умница, — согласился Сергей. — Вся в тебя.
— А девчонки? — спросила Алина. — Катя, Марина?
— На море. Я им позвонил, сказал, что еду к тебе. Катя закричала в трубку, что я молодец , и что они тоже хотят к тебе. Марина сказала, что так и знала.
Люба похвалила.
— Так и знала?
— Ага. Говорит: «Пап, ты же без неё как без воздуха. Чего ты мучился? Езжай и не будь дураком».
Алина рассмеялась.
— Какие у нас дети умные.
— У нас, — повторил Сергей. — Ты сказала — у нас.
— Да, — кивнула она. — У нас. А что тебя удивляет? Они давно мои.
---
Разговоры затянулись далеко за полночь.
Иван рассказывал про свадьбу, про планы, про то, как они с Галей теперь будут жить. Галя светилась, помолодевшая на глазах. Сергей не мог надышаться на Алину, то и дело прикасался, гладил по руке, по плечу, по животу.
— Алексей Сергеевич, значит, — повторил он. — В честь деда?
— В честь папы, — кивнула Алина. — Ты не против?
— Я? Я только за. Твой папа был замечательным человеком. Я по письму его понял. Честь для меня, что сын будет носить его имя.
— А если бы девочка? — подколола Галя.
— Девочку назвали бы Надей или Наташей. — не задумываясь, ответил Сергей. — В честь моей первой жены. Она это заслужила.
Алина посмотрела на него долгим взглядом.
— Я согласна, — сказала она. — Если будет девочка пятая девочка , то... Наталья Сергеевна.
— Договорились, — улыбнулся он.
---
Спать легли далеко за полночь.
Алина и Сергей лежали на кровати в их спальне, обнявшись, и не могли наговориться. Обо всём. О Любе, которая перевелась в Москву. О переезде всей семьи , Сергей решил, что будет работать в Москве, место ему уже есть у Михаила Борисовича. Ему нужны хорошие специалисты.
— Какой Михаил Борисович? — удивился Сергей.
— Врач, в клинике в которой наблюдаюсь . Хозяин клиники. Он одногруппник твой, кстати.
— Мишка? — Сергей даже привстал. — Мишка Соколов? Мы с ним в одной группе учились! Он после армии поступил, я помню! Господи, как тесен мир!
— Вот видишь, — улыбнулась Алина. — Судьба.
— Судьба, — согласился он. — Всё судьба. И то, что я тебя нашёл тогда, на дороге. И то, что ты выжила. И то, что сейчас мы здесь, вместе. Всё не случайно.
— Всё не случайно, — эхом отозвалась она.
Под утро они наконец уснули, обнявшись, уставшие, но бесконечно счастливые.
---
Утро выдалось шумным.
Сначала позвонила Катя. Узнав, что папа уже у Алины и что всё хорошо, она заорала так, что трубку пришлось отодвинуть от уха.
— Алина! Мама! Мы скоро приедем! Мы вас очень любим! Мы братику подарок везём!
— Откуда она знает про братика? — удивилась Алина.
— Я вчера сказала , — призналась Люба — Не удержалась.
Потом поговорили с Мариной. Сдержанно, но счастливо поздравила, пообещала помогать с маленьким.
— Ты только не переживай, мам, — сказала она. — Мы теперь все вместе. Всё будет хорошо.
Потом опять Люба. Та уже знала всё давно и просто подтвердила:
— Я же говорила, что он одумается. Мужики — они такие. Им надо время, чтоб дорасти.
— Спасибо тебе, дочка, — сказала Алина. — Что позвонила ему.
— А что ж я, враг своему брату? — фыркнула Люба. — Пусть лучше с вами живёт, чем там один мается.
---
Остаток дня прошёл в обсуждении планов.
Решили, что свадьбу сыграют в один день со Скрынниками. Вместе веселее. Никаких пышных торжеств , только свои, только самые близкие. Расписаться, посидеть в узком кругу, и хватит.
— Главное не штамп в паспорте, а любовь, но и штамп нужен.— сказал Сергей. — Главное, что мы вместе. Ты теперь моя. Мне даже не верится.
— Главное — что вместе, — согласилась Алина.- А твоей я стала...почти сразу. Потому что поверила. Поняла, почувствовала,что зла от тебя нет.
Через неделю, тёплым июльским днём, они стояли в загсе — две пары, две невесты, два жениха.
Алина — в лёгком кремовом платье, скрывающем округлившийся живот, с цветами в руках, сияющая. Галя — в нежно-голубом, счастливая, помолодевшая на глазах.
Сергей — в строгом костюме, немного растерянный от свалившегося счастья, но твёрдый в своём решении. Иван — в военной форме,( так Галя решила. Для внуков.) подтянутый, гордый.
Рядом — дети. Люба, Марина, Катя, два Галиных сына, приехавшие на торжество. Отец Ивана , мама Гали .Все в цветах, все улыбаются.
Расписывались быстро. Кольца, поцелуи, поздравления.
— Горько! — крикнула Катя, и все засмеялись.
А вечером — уютный ужин в доме Алины. Лариса Степановна расстаралась — стол ломился от угощений. Александр Сергеевич принёс шампанское для гостей и сок для будущих мам и детей.
— За вас! — поднял бокал Иван старший. — За любовь! За то, что она всё побеждает!
— За любовь! — подхватили все.
Алина смотрела на Сергея, на девочек, на друзей, на этот полный дом счастья, и думала: вот оно. То, ради чего стоило выжить. То, ради чего стоило ждать.
— Я люблю тебя, — шепнул Сергей, обнимая её.
— И я тебя, — ответила она. — Всегда.
За окнами цвел июль. А впереди была целая жизнь.
Вместе.
