Часть 1. ЭТО РАЗВЕ ЖИЗНЬ?
Знаете это чувство, когда твой дом — это твоя крепость? Пусть небольшая, но твоя. У Вики было именно так. Доставшаяся от бабушки квартира в старом историческом центре Петербурга была ее тихой гаванью. Сюда она привела мужа Тараса, здесь они строили планы на будущее.
Но счастье молодой семьи длилось ровно до того момента, пока на пороге не появлялась свекровь, Нина Петровна. Она приезжала с инспекцией каждые выходные, и каждый ее визит заканчивался одним и тем же концертом.
— Это разве жизнь? — Нина Петровна обводила комнату трагическим взглядом, будто видела руины. — Тарасик, сынок, ну разве можно плодить нищету? Духота, стенки все в трещинах. Я не позволю, чтобы мой мальчик жил в таких условиях!
Вика пыталась возражать, приводила разумные доводы: район прекрасный, все в шаговой доступности, до работы рукой подать, а главное — это ее квартира, ее личный актив. Но Тарас, стоило матери повысить голос, превращался в подростка. Он поджимал губы и кивал. У Нины Петровны был свой рычаг давления — она болела. Или искусно притворялась больной. Стоило сыну проявить характер, как у матери прихватывало сердце, и она хваталась за пузырек с лекарством.
— Видит Бог, не переживу вашей неустроенности! — рыдала она в трубку.
И Вика сдалась. У нее просто не было выбора. Тарас поставил вопрос ребром: или они переезжают туда, где хорошо (по мнению мамы), или он уходит.
Квартиру продали. Деньги вложили в новостройку в новом, разрекламированном районе Ленобласти. Свекровь хвалила этот вариант: «Элитный квартал, экология, воздух!» Цены там были подозрительно низкими, так что деньги с продажи еще остались.
Первое время Вика пыталась убедить себя, что все не так плохо. Но с каждой неделей реальность становилась все мрачнее. Атмосфера в округе накалялась с пугающей скоростью.
Часть 2. МАМА НЕ ЗНАЛА
Все началось с мелочей. По утрам у ларьков стали собираться группы мужчин с усталыми лицами. Они громко разговаривали на неизвестном языке, не обращая внимания на прохожих. Потом начались проблемы с парковкой — дворы заполонили старые микроавтобусы с иногородними номерами. Вечерами из-за забора соседней стройки, которая, по слухам, должна была вот-вот сдаться, доносились звуки музыки и пьяные крики.
Кульминацией стал случай в лифте. Какой-то нетрезвый мужчина, от которого разило перегаром и дешевым табаком, начал что-то агрессивно выкрикивать Вике, тыча пальцем в ее сумку. Она выскочила на своем этаже, трясущимися руками открывая дверь. А через неделю у нее прямо из кармана куртки в супермаркете вытащили телефон.
Вика чувствовала себя заложницей. Она боялась выходить вечером на улицу. Их уютный «элитный» квартал превратился в зону отчуждения.
— Я же говорила, что здесь опасно! Я не хотела сюда переезжать! — кричала она мужу.
— Мама не знала, — мямлил Тарас. — Застройщик обещал…
— Надоела твоя мама! — Вика впервые сорвалась на крик. — Ты женат на мне или на ней?
Но Тарас, как всегда, ушел в глухую оборону, сославшись на то, что Вика накручивает себя и что везде сейчас так.
Часть 3. ЖИТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ
Она уже почти отчаялась, когда ситуация в районе начала стремительно меняться. Началось все с того, что однажды утром стройку за их домом оцепили. Вика, выглянув в окно, ахнула: там было настоящее столпотворение людей в форме.
А вечером в городских новостях показали сюжет, который заставил ее сердце биться чаще — от смеси ужаса и злорадства. Оказалось, что на этой самой стройплощадке прошли оперативно-профилактические мероприятия. Иностранцы не просто работали на стройке — они там жили. Жили месяцами, в антисанитарии, без документов. И чем больше их становилось, тем страшнее было вокруг. Формировался настоящий анклав, прямо за окном Вики.
Но полиция сработала на опережение. Объединённые силы МВД, ФСО и Росгвардии провели рейд. Итог: каждый пятый — нелегал. А когда начали копать глубже, нашли не только людей без документов. Нашли оружие и запрещенные вещества.
Вика сидела, сжимая край дивана, и её трясло. Это все было рядом с её домом. Не зря она боялась выходить за хлебом.
— Ты видел? — она ткнула в телевизор, когда Тарас зашёл с чашкой чая. — Там же банда была! Под боком!
— Мама сказала, что всё уже нормально, — зевнул он. — Поймали же.
Вика посмотрела на мужа долгим, тяжёлым взглядом. Этот человек не способен бояться. Не способен переживать. Не способен защитить. Он способен только повторять: «Мама сказала».
— Тарас, нам нужно поговорить, — твердо сказала она. — Я подаю на развод.
— С ума сошла? Из-за чего? Мама будет…
— Мама пусть ищет тебе новую жену, — перебила Вика. — Ту, которая согласится жить по ее указке. А я хочу жить свою жизнь. Без оглядки на твою мать.
Квартиру продали, деньги поделили. Вика купила новую квартиру, скромную однушку в старом районе. Там пахло детством и покоем.
Тарас звонил пару раз. Что-то мямлил про то, что мама переживает и что, может, стоит попробовать сначала. Вика сбрасывала. Хватит. Началась новая жизнь.