Айза очнулась так же внезапно, как и потеряла сознание. Возвращение в реальность было мучительным: голова гудела, а бедро обжигало, словно по нему растекался огонь от монеты. Айза невольно издала шипение и тут же пожалела о звуке.
Минуту она приходила в себя, пытаясь снова привыкнуть к темноте. Одно было ясно: положение ее плачевно. Айза не чувствовала веревок, но осознавала, что не может пошевелиться. Это были чары, и достаточно сильные, чтобы она не могла их снять. По крайней мере, сейчас, когда от малейшего движения ее мутило и голова кружилась. Айза ощущала, что ее может вырвать.
А еще она знала, что при ней уже не было серпа – она потянулась к нему сразу же после того, как смогла хоть немного думать, но это было бесполезно. Кто бы ни схватил ее, он позаботился о том, чтобы отобрать ее единственное оружие.
Все, что у нее оставалось, это монета; но положение Айзы было еще не настолько безвыходным, чтобы она хотя бы подумала всерьез над тем, чтобы и впрямь ею воспользоваться.
Она наконец медленно подняла голову, стараясь не выдавать своего движения. В храме что-то точно происходило: она слышала какие-то звуки, шепот, шарканье. Как будто здесь точно было больше, чем один человек.
- Отойди, - услышала она шипящий тихий голос, и звук, словно кого-то толкнули в бок. - Иди лучше смотри за своей кралей, и не мешай.
Айза услышала шаги и мгновенно закрыла глаза. Она склонила голову, будто все еще была без сознания, но каждая мышца в ее теле была напряжена до предела. Шаги приближались, но остановились рядом.
— Она все еще без сознания? Что мне, просто стоять над ней?
Голос звучал устало, раздраженно и очень знакомо. Это был Рэм. Он стоял над ней и просил кого-то помочь. Айза еле сдержала желание поднять голову. Ей хотелось плюнуть Рэму в лицо или хотя бы взглянуть на него с презрением. Она понимала, что Рэм — предатель, это было очевидно.
Но почему-то Айза все же надеялась. Возможно, он помог Аглаю однажды по глупости или ради денег, но точно не ради уничтожения целого города, в котором работал. Он ведь не мог быть настолько глуп, правда?
- Да, просто стой и не мешай. Тут работы из-за этой... - неизвестный подавил проклятие, которое так и просилось с его языка, и продолжил. - Полно работы. И времени осталось не так много.
Потом с минуту было тихо. Айза слышала только шуршание где-то, вероятно, звуки восстановления пентаграммы. Рэм рядом сидел или стоял без движения, и тогда Айза наконец решилась понемногу открыть глаза и попыталась расшатать невидимые путы. Они были крепки; настолько крепки, что их точно ставил не Рэм.
У Айзы было всего две попытки – две незаметные, жалкие попытки, которые не дали никакого результата. А потом Рэм схватил ее за плечо.
- Так ты уже проснулась? - спросил он как будто искренне удивленно, но стоило Айзе испуганно поднять глаза, как она увидела по-злому нахмуренные брови и суженные глаза. О, Рэм точно не забыл, как Айза отвергла его ухаживания.
- Отпусти меня!
Она дернула плечом, заранее зная, что это бесполезно. Ее положение не позволяло выдвигать требования. Но какой у нее был выбор? Только ждать, когда придет Тесей.
Если он вообще придет.
Тесей не знал, в каком порядке Айза посещала кладбища. Не знал, что самое сложное и большое кладбище она оставила напоследок. Шансы на его появление посреди часовни Морены были так малы, что Айза почти не верила в них.
Рэм не отпустил ее, а лишь сильнее схватил за плечо, оставив синяк. Но это, конечно, если ей повезет выбраться живой.
Она наконец бросила взгляд вперед. Шуршание прекратилось, как только Рэм увидел, что она очнулась. Айза не удивилась, увидев Аглая. Кто еще мог быть там?
Она стиснула зубы от бессилия. Если бы только сейчас она была не связана, а серп был при ней, она бы легко разобралась как с Рэмом, так и с Аглаем – о последнем она уже знала точно, что он далеко не лучший боец. Что с Тесеем, что с ней он поступил низко – напал сзади; Айзе уже начинало казаться, что это его привычная тактика.
- Отпустите меня! - снова повторила Айза, еще более требовательно и громко. Если бы она создала шум, хотя бы немного шума, может, кто-то бы ее нашел.
Аглай посмотрел на нее снисходительно.
- О, дорогуша, отпустим. Мы тебя так отпустим, что ты еще будешь просить подержать тебя подольше.
Айза от его слов вздрогнула, по коже пробежали мурашки. Она поняла, куда Аглай собирался ее отправить. Но Рэм внезапно вышел вперед.
- Ты же обещал, - дрожащим голосом сказал он, явно испуганный. Было ясно, что они не на равных. Рэм был лишь исполнителем, за всем стоял Аглай.
Аглай раздраженно прищелкнул языком.
- Посмотрим. Если она будет мешать...
Айза ничего не понимала. Она переводила взгляд с Рэма на Аглая и обратно, но они лишь напряженно смотрели друг на друга. Наконец, Рэм повернулся к ней. Он отпустил ее плечо — хватка ослабла, больше не было ощущения тисков — и опустил лицо почти до ее уровня.
Айза хотела отползти, чтобы не видеть его лица, не чувствовать его дыхания на щеках. Но за спиной была лишь статуя Морены, и бежать было некуда. Впервые за все время патрулирования ей захотелось заплакать — от бессилия, оттого, что она ничего не могла сделать. Но она сдержала слезы, невероятным усилием воли, лишь бы Рэм и Аглай не увидели ее слабости.
— Не волнуйся, Айза, — сказал Рем. Его водянистые глаза, затянутые странной, густой туманной пленкой, смотрели прямо на нее. — Ты не погибнешь.
- Что? - спросила она. Конечно, это не могло не давать надежду, но это же был Рэм. Очевидно, он подготовил для нее гораздо худшую судьбу.
Лицо Рэма исчезло из ее поля зрения, и Айза уже выдохнула с облегчением, но оно продолжалось недолго: мужчина начал опускаться на колени, хватая Айзу за руки, все еще прижатые к туловищу невидимыми путами.
– Я люблю тебя, - сказал Рэм тихо, и Айзу передернуло. Она надеялась, что они уже прошли этот этап. Но ... сейчас, в ситуации, где ее могли убить в любой момент, возможно, это было и не самым худшим из всего, что могло случиться. - Я не дам никому тебе навредить. О, Айза, мы будем вместе.
Айза в этом глубоко сомневалась, но держала лицо, не позволяла ни одной эмоции проникнуть на него. Последнее, что ей сейчас нужно – это снова отбросить Рэма, чтобы он все же передумал и решил оставить ее труп прямо на плитах этой часовни.
И все же Рэм ожидал от нее какого-то ответа. Возможно, слов любви в ответ, возможно, чего-то еще, но Айза не могла заставить свой язык пошевелиться. Он словно распух у нее во рту, и она только медленно, мелко кивнула – даже не кивнула на самом деле, а просто как-то дернула головой. Рэм мог понимать этот жест, как ему хотелось.
К счастью, этого было достаточно. Что-то засияло на дне его водянистых глаз, и он только сильнее сжал ладони Айзы.
- Мы уедем отсюда в Сентре. Или в Кент, где тебе больше понравится. Будем жить вдвоем, путешествовать. Я найду другую работу, зачем заниматься дальше некромантией? А ты…
Рэм посмотрел на нее словно влюбленно. Но нет, это было другое чувство. Тесей смотрел на нее влюбленно – с уважением, пониманием во взгляде. Рэм смотрел на нее со страстью и так, словно она была вещью, которой он долго мечтал завладеть.
Видимо, Айза для него была лишь вещью, прихотью, которую он легко решил исполнить. Но как они собирались удержать её рядом с Рэмом? Они не были настолько наивны, чтобы думать, что она пойдёт по своей воле.
— А ты будешь сидеть дома, ждать меня с работы? Будешь смотреть за детьми, заниматься чем-нибудь женским…
— Зачем уезжать из города? — наконец прервала его Айза. Его слова её раздражали, а язык всё ещё подводил, поэтому она старалась не смотреть ему в глаза.
Оно было бледное, словно сделанное полностью из воска – такое ненастоящее, такое неожиданно опасное. Аглай возле пентаграммы засмеялся, но ничего не сказал. Только тогда Айза осмелилась выкрутить голову и посмотреть в том направлении.
Она успела разрушить почти все плетение символов, и потому Аглаю приходилось рисовать почти с нуля. Но, казалось, это не было проблемой для него; еще оставалось время, а у него был мел и кровь.
Тогда Айза повернула лицо к Рэму и требовательно посмотрела на него. Она ожидала ответа.
— Ты ведь уже догадалась сама? — сказал он, приподнимая ее подбородок двумя пальцами.
Айза подняла брови. — Не будет здесь никакого Райна, — продолжил он. — Все сметут трупы. Представь себе: такие же пентаграммы, как эта, и еще на одиннадцати других кладбищах. Для горожан есть только одна радость — все закончится действительно быстро.
Она не могла поверить ни в Ремову глупость, ни в свою удачу. Он и, очевидно, Аглай все еще считали, что остальные одиннадцать пентаграмм целы. Это было невероятно глупо — в конце концов, где, по их мнению, был Тесей, как не с ней?
Но больше ее пугало другое. Их цель была именно такой, как Аглай описал в дневнике. И, похоже, он ничего не скрывал от Рэма, а тот не возражал.
- Но зачем? Зачем уничтожать город?
Айза перебирала в голове варианты один за другим, и все не могла найти хотя бы половины, хотя бы кусочка причины, которая могла бы заставить кого-то уничтожить целый город.
Рэм молчал, и Аглай тоже, он только рисовал дальше на полу, и Айза слышала скрип мела.
- Объясните мне! - снова потребовала она. - Как... как вы вообще могли об этом подумать?..
Аглай молчал, и Айза снова перевела взгляд на Рэма. Его губы были плотно сжаты, словно идея убийства тысяч людей не вызывала у него восторга. Но он все же стоял рядом, помогая Аглаю на протяжении всего пути. В обмен на что? Деньги, артефакты? А теперь вот — на Айзу? Она чувствовала себя разменной монетой, предметом, который можно использовать для достижения цели.
Айза не отводила от Рэма гневного взгляда. Он молчал, сначала даже отвернулся, но не смог долго выдержать ее натиск. В конце концов, он оказался самым слабым из всех, кого Айза когда-либо встречала.
— Это необходимость, — наконец выдавил он, отступая на шаг. Теперь она видела его полностью, не только лицо, но и фигуру. Рем начал нервно ходить кругами, перекатывая в руках круглый артефакт защиты.
Айза на мгновение потеряла дар речи. Необходимость?
–...что? - только и сказала она, втискивая все свое недоверие и гнев в одно короткое слово.
Рэм резко повернулся к ней. Одной капли неодобрения в ее голосе хватило для того, чтобы его осанка из изогнутой и неуверенной превратилась в прямую, а из голоса исчезло даже некое подобие сожаления.
– Это необходимость, - снова сказал он с прижимом. - Иначе частные конторы могут погубить всю Эстрию. Так дальше продолжаться не может.
Брови Айзы, и до того высоко поднятые, могли бы с легкостью затеряться в волосах.
- Ты работаешь в частной конторе. Мы вместе там работаем. И это единственная причина, почему по городу еще не разгуливают духи.
Рэм замолчал на мгновение, но тут Айза услышала другой звук. Аглай наконец поднялся с пола. Очевидно, он дорисовал пентаграмму, и теперь проверял свою работу. Довольный результатом, через минуту он отошел от нее и начал подниматься к алтарю, где сидела Айза.
– Вот и все, – сказал Аглай, вытирая руки о штаны. На его щеке виднелся свежий порез, воспаленный и кровоточащий, что вызвало у Айзы кривую улыбку.
Аглай склонил голову и посмотрел на нее.
– Удивительно, что ты улыбаешься. Ничего хорошего тебя не ждет.
На этот раз Рэм не стал спорить и защищать ее. Близость Аглая явно делала его менее смелым. Айза сглотнула, но не спросила, что ее ждет. Она все еще надеялась, что Тесей придет. Или что она справится сама.
Айза снова подняла взгляд на Аглая и Рэма. Пути разорвать чары не было, но она пыталась дотянуться до них магией. Однако та вела себя странно – сила живых оказалась беспомощной в эту ночь, когда Морена окутала город. Канатики силы, с которыми Айза так легко играла в архиве госпожи Серпик, теперь извивались и вели себя как скользкие черви. Касаться их не хотелось, но она все же пыталась ухватить их кончиками разума. Если бы она только могла освободиться…
Из-за этого она чуть не пропустила момент, когда Аглай снова заговорил. Лишь в последний миг она подняла голову и изобразила заинтересованное выражение. Но вскоре Айза действительно увлеклась его словами.
- Тебе интересно, зачем мы это делаем, деревенщина? - спросил Аглай. Именно это слово, деревенщина, в его исполнении звучало как худшее из всех возможных оскорблений. Айза медленно кивнула, не оставляя попыток освободиться. Но она чувствовала, что полнолуние уже подбирается, и тогда все ее попытки сделать хоть что-то со своей магией были бы напрасными. Она только надеялась, что и магия Аглая также ослабнет. А, возможно, и исчезнет полностью.
- Конечно, таким, как ты, этого никогда не постичь. Но все же – - Аглай несколько раз щелкнул языком и прошелся взглядом по Айзе, словно оценивал ее. - Но все же. вероятно, потом уже не будет никого живого, кому я мог бы рассказать эту историю. Так что можешь радоваться.
Аглай говорил с таким видом, будто делал Айзе огромное одолжение. Она не могла не согласиться: если она выживет и узнает его план, посадить Аглая и Рэма за решетку станет гораздо проще.
– Амулеты — это основа некромантии. Они обеспечивают стабильность, создают рабочие места и налаживают порядок, — начал Аглай. Айза едва удержалась от того, чтобы закатить глаза. Амулеты помогали, но были далеко не необходимы. Да и зачем они вообще? — И каждое некромантское агентство должно следовать единым правилам.
Айза начала понимать, к чему клонит Аглай, и ей это совсем не нравилось. Она знала, что гильдия некромантов — худшее учреждение во всей Эстрии. Однако она всегда представляла её как место с коррупцией, бесконечной бюрократией и кумовством, а не как организацию, планирующую уничтожить целый город, окруженный кладбищами.
К счастью, Аглай не ожидал от нее никакого ответа. Он начал складывать все свои принадлежности обратно в чемоданчик, не прекращая говорить – вальяжно и неспешно. Он не допускал даже мысли, что что-то во всем его плане может пойти не так.
- Частные агентства получили слишком много свободы в последнее время. Особенно в Райне. И вся некромантская отрасль из-за этого страдает. Люди могут потерять вложения, даже работу…
Айза бы сказала, что это Аглай может потерять вложения, или же он может потерять работу. Конечно, частные агентства не покупали артефакты в таких количествах, как их производила Гильдия; да и не было в этом никакого смысла. Зачем, когда можно за меньшие деньги нанять некроманта, которому не нужно использовать артефакты, чтобы упокоить духа или труп?
— Гильдия должна что-то предпринять. Мы не хотели идти на крайние меры, но Рубчик и весь Кривой бугор не оставляют выбора. Единственный способ избавиться от частных контор, угрожающих гражданам, — показать их некомпетентность.
Айза чуть не рассмеялась. Некомпетентность? Это было бы забавно, если бы не было так страшно.
— Подожди, я правильно поняла? Ты хочешь поднять всех мертвецов в городе и убить сотни, если не тысячи людей, чтобы доказать, что некроманты Кривого бугра не справляются с работой? А как же городские некроманты? Ваши коллеги?
Аглай лишь усмехнулся.
— О, не переживай. Разве ты ведь помнишь? До жатвы и сегодня тоже все они находятся под руководством твоего Рубчика. Так что это его провал...
Айза покачала головой. Она понимала этот план - ужасный, циничный план, который, к сожалению, мог сработать, если бы они с Тесеем ничего не сделали. Она должна была потянуть время еще немного, еще хотя бы несколько минут, и что-то придумать. В тоненькое окошко высоко в стене она видела луну, становившуюся только ярче. До полуночи оставалось совсем немного времени.
- Но ведь ты пытался убить Тесея, да? А он не из частных некромантов…
Аглай махнул рукой и поставил на землю чемоданчик, который держал так, словно собирался уходить.
— О, Тесей. Он, конечно, не пошел с тобой? Слишком труслив для настоящей работы. Все, что ему по силам, — сидеть в лабораториях и придумывать бескорыстные ритуалы. Он мне не нужен.
Айза сомневалась в этом. Если бы Тесей был не нужен Аглаю, он бы не пытался его подставить и убить, не поехал бы в Райн, туда, куда сам его сослал.
- Трусливый? - не удержалась от вопроса Айза. В ее голове это звучало насмешливо, но ее голос дрожал, поэтому получилось почти искренне. Вероятно, поэтому Аглай ей и поверил, хотя не должен был бы. Должен был бы догадаться, что Тесей не отправил бы ее на кладбища одну. Получается, они оба знали друг друга ужасно плохо.
- О, да. Ты только сейчас столкнулась с этой его стороной? Он боится успеха, поэтому даже не пытается. Кто бы согласился работать в центре, зная, что ему никогда при жизни не достичь должности руководителя? Я предлагал ему пойти в Гильдию, предлагал ему лучшие деньги, лучшую должность – он испугался и отказался. Дурак, - Аглай едва не сплюнул на землю.
Айза едва удержалась от того, чтобы не сделать то же самое. С каждой секундой она все больше стыдилась того, что два столь безмозглых типа смогли взять ее в плен. Зачем Тесею работать за большие деньги и власть? Он уже был богатым дворянином, у него было все, о чем можно мечтать. Зачем ему больше? Тесея интересовали артефакты, и он нашел идеальное место для их изучения, свободное от ответственности и отвлечений.
— Вероятно, сидит у себя дома и продолжает перекладывать бумажки, — продолжал Аглай, отходя от Айзы. Она поняла, что теряет его внимание, а это было слишком рано! Еще несколько минут, и путы ослабнут настолько, что она сможет вытащить хотя бы одну руку.
— А все же ты пытался его убить, — сказала Айза, кивая на порез Аглая.
Тот скривился, словно укусил лимон, и вальяжно ответил:
- О, поверь, я еще свое дело завершу. Тесей, может, и трус, но знает слишком много. И эти его круги, конечно, мне удалось в конце концов обернуть их в выгоду, но он едва не испортил мне все, – в его голосе пробилась такая невыразимая злоба, что становилось очевидно – вся эта расслабленность напускная. - О, от Эстирхайда гораздо больше хлопот, чем пользы.
И тогда он пошел обратно к кругу. Айза не видела его хорошо, но чувствовала – от того, чтобы оно начало действовать, его отделял только тонкий луч света и несколько слов, сказанных на древнем языке. Тогда ... Тогда ей конец.
В решающий миг, когда Аглай уже встал рядом с пентаграммой и достал из кармана листочек с нужными словами, у Айзы пропал голос. Голова ее была пуста, а за плечо снова больно схватил Рэм – словно он ожидал, что она вскочит в последний момент и испортит весь их план.
Айза сидела, парализованная страхом и не в силах пошевелиться. Путы, вместо того чтобы ослабевать, становились все крепче. Похоже, Аглай использовал силы, отличные от тех, что были у Айзы. Возможно, он заключил сделку с Летом или применил какой-то странный артефакт, но жатва на него не подействовала.
— Ахеис кист! Зедаль! — выкрикнул Аглай, когда круглая луна наконец появилась в окне и озарила пентаграмму. Свет был ярче, чем Айза когда-либо видела. До этого момента она даже не представляла, что такое возможно.
Аглаю пришлось отступить, прикрыв глаза, а Рэм отпустил ее плечо и отвернулся. Айза не могла отвести взгляд, не могла закрыть глаза. Свет луны приковал ее так крепко, что она не могла моргнуть. Она смотрела и чувствовала, что что-то не так.
И это было так.
Если бы Айза не разрушила пять других пентаграмм и Тесей не был бы где-то в другом конце города, разрушая свои, все могло бы пойти по плану Аглая. Духи и трупы могли бы устремиться в город, убивая все живое. Но пентаграмм не было.
Даже поверхностного знания Айзы о талисманах и ритуалах хватало, чтобы понять: мертвые устремятся к источнику силы, мертвой силы. Сейчас этим источником была пентаграмма.
- Нужно бежать! - крикнула Айза, пытаясь как-то подняться на ноги. Ей уже это почти удалось, когда Рэм грубо ударил ее в спину, и она повалилась лицом вперед на каменные плиты.
Щека проехалась по жесткому граниту, и Айза почувствовала, что кожа содралась; из раны начала капать кровь, а половина лица заболела так сильно, что она не смогла сдержать шипения. Айза чувствовала, что всего стало слишком много: боли, света, звуков и... силы.
Магии, сплетавшейся большим клубком возле ритуального круга.
- Уничтожь его! - сквозь боль воскликнула Айза. - Уничтожь! Они придут сюда, а не в город!
Айза не знала, как Аглай мог оставаться таким спокойным – так же, как и Рэм. Она уже прямо чувствовала, что сущности подступают к стенам часовни, чувствовала, что это только первые, а за ними потянутся еще десятки, если не сотни. Чувствовала, что им не выжить, если не упокоить их сразу же.
Шум мертвых душ, их шепот, шарканье шагов – все это набатом звучало у нее в ушах, но и Аглай, и Рэм оставались глухи. Аглай выглядел так, словно все сработало как следует, полностью довольный собой. Он медленно сел на краешек постамента к статуе Морены и только отмахнулся от Айзы рукой.
- Закрой ей рот, - сказал он. - Еще действительно призовешь сюда какую-нибудь душу.
Глаза Айзы расширились. Как они могли не понимать? Как они могли не видеть?..
Она ощутила, как огромные мурашки ползают по её спине и рукам. В тот момент, когда Рэм закрыл ей рот, она хотела закричать, но не смогла. Через полуоткрытую дверь в часовню ворвался первый дух.
