Он прошел три войны. Получил три ранения и тяжёлую контузию. Дважды представлялся к ордену Красного Знамени, но наградные листы так и остались в штабных папках.
А погиб не в госпитале и не в глубоком тылу — погиб как солдат, в передовых порядках своего корпуса, под бомбами немецкой авиации. Просто потому, что по-другому не умел.
Ефим Пушкин был из той породы командиров, про которых говорят: «За таким хоть в огонь, хоть в воду». Казак с Кубани, доброволец с восемнадцатого года, он носил войну в крови с той самой минуты, как впервые сел в седло красноармейцем.
Три раны Бухары и награды, которые не нашли героя
Когда началась Гражданская война, Ефиму не исполнилось и девятнадцати. С января 1918-го — в строю. Писарь в штабе, квартирмейстер, командир взвода. Воевал против Деникина, против поляков, против банд Булак-Балаховича. Но настоящее испытание ждало его в песках Туркестана, где Красная Армия громила басмаческие формирования.
Там, в Бухаре, его судьбу мотало беспощадно. Три ранения. Одно за другим. И контузия — тяжёлая, когда земля уходит из-под ног, а в ушах стоит звон, не стихающий неделями. Дважды командование представляло его к ордену Красного Знамени. Дважды наградные листы либо терялись, либо оседали в штабных столах. Пушкин не роптал. Не за наградами воевал.
Позже, в тридцатых, когда страна пересаживалась с коней на танки, Пушкин освоил новую технику. Окончил Ленинградские бронетанковые курсы, командовал полками. К июню 1941-го полковник Пушкин встретил войну командиром 32-й танковой дивизии.
Дубно, Днепр, Донбасс: как выживали в аду первого года войны
Первые дни войны — это не кино с красивыми атаками. Это хаос, пожарища, колонны разбитой техники и приказы, которые устаревают быстрее, чем их успевают записать. Под Дубно, в величайшем танковом сражении начала войны, Пушкин сражался так, что противник запомнил эту фамилию. Его дивизия не просто держалась — она наносила ощутимые удары.
А потом было страшное лето и осень сорок первого. Днепродзержинск, Днепропетровск. Пушкин уже командовал 8-й танковой дивизией. Казалось, он знал секрет, как из разрозненных, обожжённых боями частей создать кулак, способный бить противника даже тогда, когда вокруг твердят: «Отходим».
9 ноября 1941 года, когда Москва находилась на осадном положении, а немецкие части закрепились под Тулой, вышел указ. Полковник Пушкин Ефим Григорьевич стал Героем Советского Союза. За Днепр. За Донбасс. За то, что не сдал рубежи, хотя мог бы сослаться на нехватку всего — от снарядов до людей.
Сталинград и Донбасс: путь генерала
Дальше — Сталинград. Пушкин там не просто воевал — он учил воевать других. Заместитель командующего фронтом по танковым войскам, затем снова в строю — командиром 23-го танкового корпуса. Это была его стихия: прорыв, маневр, удар по тылам, когда гусеницы сминают вражеские позиции, а противник в панике отступает.
Корпус Пушкина освобождал Донбасс, гнал врага за Днепр, крушил оборону под Запорожьем. Генерал-лейтенант — это звание он получил не в кабинетах, а в окопах, где пахло соляркой и пороховой гарью. Он всегда находился там, где кипел бой. В передовых частях, в самой гуще сражения.
Последний прорыв под Николаевом
Март 1944 года. Правобережная Украина. Весна, распутица, но врага уже гнали так, что он не успевал закрепляться на новых рубежах. 23-й танковый корпус прорвал оборону и ворвался в оперативный простор. Позади остались окопы, впереди — тылы противника, штабы, паника отступления.
Пушкин, как всегда, находился в головной походной заставе. Не в штабной машине, не с рацией в двадцати километрах от линии боя — в танке, среди своих танкистов. 11 марта 1944 года колонна втянулась в село Новоивановка под Николаевом. И тут с неба обрушились немецкие бомбардировщики.
Удар был прицельным. По головам наступающих.
Генерал-лейтенант Пушкин погиб на месте. Не от шальной пули, не от вражеского снайпера — от авиабомбы, которая не разбирает званий и заслуг. Рядом с ним рвались такие же осколки, что и вокруг простых механиков-водителей. Он не прятался за броню. Он был там, где и положено быть комдиву, — в самом сердце сражения.
Наследие казака
Похоронили Ефима Григорьевича в Днепропетровске, на Мемориальном комплексе Вечной Славы. Там, где через год отгремят салюты Победы, которую он приближал с восемнадцатого года.
Пушкин не дожил до Победы чуть больше года. Он не увидел, как советские танки входят в Берлин, как развевается знамя над Рейхстагом, как те самые вражеские части, которые он гнал от Днепра, бросают оружие и поднимают руки.
Но без него — без его корпуса, без его прорывов, без его казацкой отчаянной храбрости — этой Победы могло и не случиться. Он покоится в братской земле, среди таких же, как он, — не жалевших себя ради того, чтобы мы сегодня могли жить под мирным небом, спорить о политике и растить детей.
Друзья, если история Ефима Пушкина тронула ваше сердце — поставьте лайк, чтобы о нашем герое узнало как можно больше людей. И напишите в комментариях имена своих защитников. Пусть память живёт, пока мы о них говорим.