Не успела я переодеться в пижаму, как у меня затрезвонил телефон. На экране высветилось: «Саша».
— Алло, — я тут же взяла трубку.
— Агнета, дети дома?
— Конечно, уже спят, — ответила я.
— Уф, — выдохнул он. — Отлегло от сердца.
— А что случилось-то? — с тревогой спросила я.
— Да на подростков кто-то напал в старых садах.
— Что значит напал? — выдохнула я, вцепившись в телефон. — Кто напал? Что с детьми?
— Да тихо ты, тихо, — Саша говорил быстро, но я слышала в его голосе напряжение. — С нашими всё в порядке, они же ушли оттуда. Я поэтому и звоню — узнал от коллег, что вызов поступил. Какой-то мужик, говорят, пьяный, полез к компании. Ножом размахивал, орал на них. Пару подростков задел, но серьёзно никого не ранил. Скорую вызвали, участкового, то есть меня. Сейчас туда поеду.
— Господи, — я прижала руку к груди. — А мы только оттуда. Полчаса прошло, как пришли. Если бы мы чуть задержались… Как чувствовала, что что-то не так. Поэтому и пошла за ними.
— Не задержались, — спокойно сказал Саша. — И слава богу. Ты молодчина, что пошла их встретить. Чуйка сработала.
Я перевела дух.
— А что за мужик? Поймали?
— Пока нет. Убежал в лес. Темно, искать сейчас бесполезно. Утром будут прочёсывать. Но самое странное… — Саша замолчал на секунду.
— Что? — насторожилась я.
— Его никто толком не разглядел. Говорят, был в чёрном, лицо то ли в тени, то ли… Не знаю. Один пацан сказал, что у него глаза светились. Но ты же знаешь этих подростков — насмотрятся ужастиков, потом мерещится всякое. Да и от костра могли быть отблески.
У меня внутри всё похолодело. Глаза светились. Я вспомнила недавний разговор с Шелби, его предчувствия, свою тревогу, Маруську, которая всё смотрела в лес…
— Саша, — сказала я. — Ты мне сейчас самое главное скажи: дети точно целы? Все?
— Все. Пара синяков, пара ушибов, когда разбегались, лёгкие порезы на одежде только. Но серьёзно — никого. Повезло. А что? Думаешь, у нас в степях оборотни появились?
— Ничего я не думаю, просто у нас таких сумасшедших ещё не было, — ответила я. — Ты когда домой?
— Часа через два ещё. Тут бумаги, показания… Сама понимаешь.
— Понимаю. Приезжай, я жду.
— Ложись, не жди. Люблю тебя.
— И я тебя.
Я положила трубку и несколько минут сидела неподвижно, глядя в одну точку. Потом встала и на цыпочках прошла к детским комнатам. Катя спала, уткнувшись носом в одеяло, раскидав волосы по подушке. Слава — тот вообще разметался по всей кровати, свесив ногу с матраса. Обычные, живые, здоровые почти взрослые дети.
Закрыла дверь и вернулась в спальню. Прошка всё ещё сидел на подоконнике и смотрел в окно.
— Ты что-то видел? — спросила я у него шёпотом.
Кот медленно повернул голову, посмотрел на меня своими жёлтыми глазищами и тихо, очень тихо, мявкнул.
— Я так и знала, — выдохнула я.
Подошла к окну, выглянула на улицу. Темнота, редкие фонари, пустая дорога. Никого.
— Ладно, — сказала я себе. — Утро вечера мудренее.
Занавесила окно плотной шторой, легла в кровать и уставилась в потолок. Сон не шёл. Мысли крутились вокруг одного — что это было? Случайный пьяный хулиган или те самые парни, что увезли Матрену, а может, какая-нибудь новая хтонь. Я помотала головой, отгоняя глупые мысли. Мало ли у кого глаза светятся в темноте? Может, фонарик, может, блик от костра. А подростки — они такие, могут и приукрасить.
Я зажмурилась и приказала себе спать. Завтра будет новый день. Засыпая, вспомнила, что забыла проведать Николая.
— Ладно, завтра к нему зайду, — пробормотала я, погружаясь в сон.
Утро началось с того, что я проснулась оттого, что Прошка боднул меня головой в щеку.
— Уйди, лохматая котина, — пробормотала я, пихая его в бок.
Глянула на часы — семь утра. Саша ещё не вернулся? Прислушалась — в доме тихо, только Прошка сопит рядом, да где-то на кухне позвякивает посудой кто-то.
Я накинула халат и вышла. Саша сидел на кухне и пил чай.
— Ты чего так рано? — спросил он меня.
— А ты ещё не ложился? — ответила вопросом на вопрос.
— Поспал немного на диване в зале, — вздохнул он.
— Ты совсем себя не бережёшь, — покачала я головой и стала готовить завтрак.
— Кто бы говорил, — хмыкнул он.
— Раньше к подросткам всякие дядьки боялись подходить, а теперь какие-то бесстрашные стали, — проворчала я. — Да и раньше никто бы не вызвал полицию. Ещё бы догнали его и отпинали.
— Времена другие, Агнета, — покачал головой Саша. — И дети другие, и взрослые.
Я кивнула, наливая себе чай. Мысли крутились вокруг вчерашнего.
— Папа, а что случилось-то? — спросил Слава, выползая из комнаты.
— Вчера, после того как вы ушли, на поляну напал какой-то мужик с ножом. На ваших друзей, — ответил ему Саша.
— На Светку? На Серёжу?
— На всех, кто там остался. К счастью, серьёзно никого не ранил, но… вы вовремя ушли. Я поэтому и пришла за вами — чувствовала что-то неладное, — вздохнула я.
Слава присвистнул.
— Ничего себе… А мы и не знали. Так тихо всё было.
— Поэтому и не знали, что тихо. Но вы теперь будьте осторожны. Пока из дома — никуда. И близко к садам не ходить.
— Мы не маленькие, — начал было Слава.
— Я в курсе, — кивнула я. — Но и на взрослых нападают.
— И в школу теперь нельзя? — он хитро на меня посмотрел.
— Размечтался, — фыркнула я. — Лопай свой завтрак и дуй на автобус.
— Эх, ну что за несправедливость.
Я допила чай и вспомнила, что собиралась к Николаю.
— Надо бы батюшку проведать. Сейчас по дому всё переделаю и отправлюсь. А ты, Саша, ложись, поспи ещё, пока тихо, а то сейчас опять кто-нибудь бедокурить начнёт.
Он со мной согласился и поплёлся в спальню. Славка убежал в школу. Катя ещё спала.
Через пару часов я оделась, прихватила монисто, на всякий случай сунула в карман соль и брелок в виде косы. Выйдя во двор, на секунду задержалась у калитки, глядя в сторону садов. Ничего особенного не увидела и пошагала дальше.
До дома Николая идти было минут двадцать. Я шла по знакомой улице, здоровалась с соседями, но мыслями была далеко. Калитка у дома батюшки была приоткрыта. Я вошла во двор и увидела Николая — он сидел на лавочке, задумчиво глядя в небо. Вид у него был уставший, но вроде спокойный.
— Здравствуй, Николай, — сказала я.
Он обернулся, улыбнулся.
— Агнета! Я так и знал, что ты сегодня придёшь. Во сне видел.
— Во сне? — удивилась я.
— Да. Присаживайся, рассказывай. Что у вас тут без меня случилось?
— Ты лучше скажи, почему ваши братья решили нас с Матреной и Марой подставить? — нахмурилась я.
— В смысле подставить? — он растерянно на меня посмотрел.
Я ему рассказала, как из дела пропали все бумаги, где были упоминания о священнослужителях, и про исчезнувший труп девицы, и про нового Сергея.
— Н-да, — почесал затылок Николай. — Чудны твои дела, господи. Ничего такого я и не знаю. Меня в такие дела не посвящали.
Посмотрела на него внимательно и поняла, что он не врёт, так оно и есть.
Я вздохнула и откинулась на спинку лавочки.
— Ладно, верю. Но ситуация, сам понимаешь, неприятная. Получается, что мы с Матреной теперь единственные, кто фигурирует в этом деле. А официальная версия — Сергей умер от сердца, и никаких батюшек рядом не было.
Николай покачал головой.
— Я поговорю с отцом настоятелем. Не обещаю, что он мне всё расскажет, но попробую выяснить, что за игры ведутся за моей спиной. Меня самого это не радует.
— Будь осторожен, — предупредила я. — Эти игры могут быть опасными.
— Знаю, — кивнул он. — Потому и буду осторожен. А ты как? Как там Лена? Я слышал, у неё какие-то проблемы с тёткой были?
— Были, — усмехнулась я. — Но уже решили. Тётка её оказалась той ещё колдуньей, хотела тело племянницы занять. Пришлось проводить.
Николай присвистнул.
— И ты справилась?
— С помощью друзей, — скромно ответила я. — Матрена помогала, ну и Шелби, куда ж без него.
— Шелби… — задумчиво протянул батюшка. — Демон, а помогает.
— Не злой, — согласилась я. — Просто… другой.
Мы помолчали. Над головой щебетали птицы, где-то вдалеке лаяла собака. Обычный весенний день.
— А у вас тут что нового? — спросила я. — Кроме того, что ты пропадал в монастыре?
Николай вздохнул.
— Да всё по-старому. Прихожане, службы, требы. Одно радует — весна, скоро Пасха. Самое время для очищения и надежды.
— Это точно, — кивнула я. — Надежда нам всем не помешает. Как там ваш старец, оправился?
— Отец Иоан? Да, пришёл вроде в себя. Теперь никуда из своей кельи не выходит. Для него это всё было большим потрясением.
— Да ещё бы, — хмыкнула я. — Он, наверно, с такими вещами никогда не сталкивался.
— Ничего не могу тебе сказать, ибо не знаю, — Николай покачал головой.
Я посмотрела на часы. Пора было возвращаться — дома дел полно, со всеми этими событиями и гадание забросила.
— Пойду я, Николай. Ты если что узнаешь — звони. И сам береги себя. И в гости к нам со Светланой заглядывайте.
— Храни тебя Господь, Агнета, — сказал он на прощание.
Я вышла за калитку и побрела обратно.
Продолжение следует...
Автор Потапова Евгения