После того как тот мужик ушёл в лес, мы ещё долго стояли молча.
Снег тихо скрипел под ботинками, фонари светили в темноту, а тайга снова стала такой же, как всегда — тихой и чёрной.
Будто никого там и не было.
Данила первым нарушил молчание.
— Ну и… что это сейчас было?
Никто не ответил.
Петрович смотрел туда, где между деревьями исчез силуэт бородатого.
— Человек, — наконец сказал он.
— Да это понятно, — фыркнул Данила. — Вопрос какой.
Я вздохнул.
— Отшельник.
Игорь покачал головой.
— Три зимы в тайге? Один?
— Бывает, — сказал я.
— Бывает, — согласился Петрович. — Но редко.
Он посмотрел на нас.
— И главное не это.
— А что?
Петрович тихо сказал:
— Мне не понравилось, как он сказал про лес.
Все сразу вспомнили его слова.
«Вы зря думаете, что я тут самый опасный».
Данила усмехнулся, но без особой уверенности.
— Может просто пугал.
— Может, — кивнул Петрович.
Пауза.
— А может и нет.
В ту ночь больше ничего не произошло.
Но спал я плохо.
В голове всё время крутилась одна мысль.
Если этот мужик жил рядом уже давно… значит он знает тайгу лучше нас.
А если он говорит, что в лесу есть что-то опаснее…
то он говорит это не просто так.
Утром лагерь жил своей обычной жизнью.
Тётя Светлана ругалась на кого-то за грязные сапоги.
Серёга спорил с механиком.
Генератор гудел.
Но разговоры всё равно крутились вокруг одного.
— Ты его видел? — спрашивали друг друга мужики.
— Видел.
— Страшный?
— Да обычный.
— А чего он в тайге живёт?
— Вот это хороший вопрос.
За завтраком Петрович сказал:
— Если он появится снова — не трогаем.
— Почему? — спросил Данила.
— Потому что он местный.
— В смысле?
— Он тут выживает.
Игорь тихо сказал:
— А мы нет?
Петрович усмехнулся.
— Мы на вахте.
Разница огромная.
Работа в тот день шла тяжело.
Не из-за мороза.
Из-за мыслей.
Я проверял датчики на линии, когда вдруг заметил что-то странное.
Сначала подумал — показалось.
Но потом присмотрелся.
— Данила, — сказал я.
— Чего?
— Иди сюда.
Он подошёл.
Я посветил фонарём на снег.
— Видишь?
Он нахмурился.
— Ну следы.
— А теперь посмотри внимательно.
Он присел.
И через пару секунд тихо сказал:
— Подожди…
Следы были огромные.
Но это были не те, что мы видели раньше.
— Это не тот мужик, — сказал Данила.
Я кивнул.
— Да.
— Тогда кто?
Мы оба посмотрели на лес.
Следы выходили из тайги.
Проходили через поляну.
И снова уходили в деревья.
— Волк? — предположил Данила.
Я покачал головой.
— Волки так не ходят.
— Медведь?
— Зимой?
Он выругался.
— Да что за хрень.
К обеду мы уже рассказали об этом Петровичу.
Он долго смотрел на следы.
Очень долго.
Потом сказал:
— Не нравится мне это.
— Почему?
— Потому что они свежие.
— И?
Он посмотрел на лес.
— И потому что этот зверь ходил прямо рядом с лагерем.
Игорь тихо сказал:
— А тот мужик говорил…
— Знаю, — перебил Петрович.
Мы стояли на краю поляны.
Снег блестел на солнце.
Тайга стояла неподвижно.
Но ощущение было такое, будто внутри неё что-то двигается.
Медленно.
Тяжело.
И наблюдает.
Вечером снова поднялся ветер.
Он гонял снег между вагончиками, стучал в стены и завывал в проводах.
Серёга сказал:
— Такая погода обычно перед метелью.
— Или перед чем похуже, — ответил Данила.
Мы сидели в вагончике и пили чай.
Петрович вдруг сказал:
— Сегодня никто один не ходит.
— Даже в туалет? — усмехнулся Игорь.
— Даже туда.
Мы переглянулись.
— Всё так серьёзно? — спросил я.
Петрович кивнул.
— Я тридцать лет на Севере.
— И?
Он посмотрел на нас.
— Когда тайга начинает себя так вести… лучше быть осторожным.
— Как именно «так»?
Петрович тихо сказал:
— Слишком много странного за одну неделю.
Пауза.
И вдруг…
ГЕНЕРАТОР ЗАГЛОХ.
Лампочка в вагончике моргнула.
И погасла.
Тишина.
Такая, что сразу стало слышно ветер.
Данила выругался.
— Отлично.
Игорь сказал:
— Пойду посмотрю.
— Стой, — сказал Петрович.
Он взял фонарь.
— Идём вместе.
Мы вышли на улицу.
Темнота была почти полной.
Фонари вырезали узкие лучи в снегу.
Генераторная стояла в двадцати метрах.
Мы уже почти дошли до неё, когда вдруг…
из леса раздался звук.
Глухой.
Тяжёлый.
Будто кто-то большой ломает ветки.
Мы остановились.
Фонари медленно повернулись к тайге.
И тогда Данила тихо сказал:
— Мужики…
— Чего?
— Смотрите.
На границе света…
между деревьями…
что-то двигалось.
Очень медленно.
И оно было слишком большое, чтобы быть человеком.
Петрович прошептал:
— Назад.
Но было уже поздно.
Потому что в этот момент из леса раздалось низкое, протяжное рычание.
И я вдруг понял одну неприятную вещь.
Тот бородатый мужик из тайги…
похоже…
вообще не шутил.
Подпишись и поддержи автора, чтобы не потерять. Ваша подписка очень важна для меня.
Предыдущая серия:
Следующая серия: