Этот рассказ посвящается Лене Черкиа - давнему другу, замечательной писательнице и удивительному фотографу, умеющему видеть красоту в обычных вещах. Для иллюстраций использованы фотографии Лены Черкиа.
Бабушка с внуком смотрят в окно. Смотреть там особенно не на что: родной дворик, изученный до последней трещины на некогда беленой стене. Дворик один на несколько домиков, которые торжественно называются «квартирами» – бабушка с внуком живут в квартире № 3. Домики с двориком расположены на узкой улочке приморского городка по соседству с другими такими же кособокими и неприглядными строениями: латаные крыши, заросшие мхом; разномастные трухлявые двери; облезлые стены с обнажившейся кирпичной кладкой; облупленные и ржавые почтовые ящики; нагромождения всякого нужного хлама в углах; тряпье на веревках; неожиданные железные лестницы, неизвестно куда ведущие; засохшая лоза, вьющаяся по стенам; пожухлая трава, пробивающаяся в щели между камнями, которыми вымощен двор, и ленивые кошки, дремлющие на солнце. Впрочем, никакого солнца не наблюдается, потому что день пасмурный и ветреный, оттого бабушка и не повела внука гулять: у него второй день болит горлышко.
– Бабушка, смотри! Она опять пришла!
– Кто?
– Та девочка с фотоаппаратом!
– А-а, рыжая. Да какая она тебе девочка! Она с нашей Риткой в одном классе училась. Только я позабыла, как ее зовут.
– Как это – с тетей Ритой училась? Тетя Рита же старая!
– Чего это – старая? Ей всего-то сороковник. Выглядит, конечно, похуже…
Бабушка вздохнула, ярко представив дочь: толстую, вечно растрепанную и всем на свете недовольную. А эта рыжая, ишь, гладкая какая да стройная. И то сказать – разведенка. Ей надо в форме быть, чтобы мужика приличного подцепить. Но что-то она не сильно старается – все по городу с фотоаппаратом бегает. Куда ни пойдешь, обязательно ее встретишь.
– Бабушка, а зачем она все фотографирует?
– Да кто ее знает. Может, она эта, как ее… корреспондентка! Для газеты или журнала снимает. Зачем, правда, наш двор снимать, не понимаю! Помойка и помойка.
– А я думаю, она фея.
– Чего это – фея-то?
– У нее волосы как солнечный свет. Фея Солнечного Света, вот кто она!
– Ох, фантазер…
Тем временем Фея Солнечного Света потихоньку обходит двор, фотографируя то лестницу, до засохшую лозу, то покосившееся крыльцо. Потом она замечает кота и подходит к нему: чешет за ушком и, похоже, что-то ласковое говорит, потому что кот всяко перед ней выкозюливает – валяется, потягивается и кокетничает. Это Васька-то! С рваным ухом и прочими боевыми шрамами, суровый и неприступный. Потом Фея продолжает обход двора, а кот ее сопровождает, важно задрав хвост. Бабушка не выдерживает, приоткрывает створку окна и громко спрашивает:
– А зачем это ты тут все фотографируешь?
– Для красоты! – отвечает, улыбнувшись, Фея и демонстративно делает несколько кадров окна с бабушкой и внуком. Для красоты… Бабушка в растерянности – да какая уж тут особенная красота?! А внук восхищен: сама Фея Солнечного Света ему улыбнулась! И еще раз улыбнулась – уже от ворот, и рукой помахала, прежде чем совсем уйти! А Васька дальше с Феей не пошел, уселся в воротах. Посидел, зевнул от души и плюхнулся в теплую пыль, раскинув лапы и хвост – прямо в центре солнечного пятна, которое все расширяется и расширяется, пока, наконец, солнечный свет не заливает весь двор.
В лучах солнца все незаметно меняется: оживает пожухлая трава, сухая лоза вдруг выпускает новые побеги, сами собой выправляются перекошенные двери и ступеньки, исчезает нагромождение неведомого хлама и вместо него образуется крошечная клумба, на которой дружно расцветают белые гладиолусы, мелкие розовые георгины и лиловые астры. У другой стены прорастает длинноногая рудбекия, «Золотые шары» по-простому, а еще красные петушки, научное название которых – целозия – никто и не знает. Почтовые ящики становятся ярко-бирюзовыми, а на боку мусорного бака, приобретшего нежно-зеленый цвет, появляется рисунок: большая белая ромашка с жужжащей над ней пчелой.
Бабушка рассеянно смотрит в окно и думает: «А ничего вообще-то наш двор… Красивый… Никакая не помойка… Надо бы, пожалуй, попросить у Веры Тимофеевны отросточек жасмина. Точно, попрошу. Посажу – пускай себе пахнет».
Бабушка с внуком смотрят в окно на обновленный волшебством Солнечной Феи двор и им кажется, что он был таким всегда.
Мои статьи о книгах Елены Черкиа: Женщина с котом, Судовая Роль и Прогулка, Татуиро