Телефон зазвонил в субботу в девять утра.
Я открыла глаза. Посмотрела на экран. Светлана Игоревна. Начальница.
Суббота. Выходной.
Взяла трубку.
– Оля, доброе утро, – бодрый голос Светланы. – Извини, что рано. Нужно срочно доделать презентацию для Москвы.
– Светлана Игоревна, сегодня суббота.
– Понимаю. Но клиент ждёт. До понедельника нужно.
Я села на кровати. Игорь рядом повернулся, открыл один глаз, и я увидела, как он поджал губы – он уже понял, что происходит.
– Сколько времени это займёт? – спросила я, хотя уже знала ответ.
– Часа четыре. Ну пять максимум.
Пять часов. Суббота. Три года так живу. Три года каждую субботу звонит телефон, и я говорю "да", потому что боюсь сказать "нет".
– Хорошо, – сказала я, и Игорь отвернулся к стене. – Сделаю.
– Спасибо, Оленька! Знала, что на тебя можно положиться!
Трубка отключилась.
Я сидела на кровати и смотрела в стену. Игорь молчал. Спиной ко мне.
– Прости, – сказала я тихо.
Он не ответил.
Я встала и пошла на кухню, чувствуя, как внутри сжимается что-то тяжёлое и горячее. Включила компьютер. Открыла почту.
Письмо от Светланы пришло в восемь сорок пять. Пятнадцать минут назад. Презентация на шестьдесят слайдов. Переделать графики, добавить таблицы, поправить текст, и я понимала, что четырёх часов не хватит – это минимум шесть.
Налила кофе. Села за стол.
Начала работать.
---
В два часа дня я закончила. Отправила файл Светлане и встала из-за компьютера, чувствуя, как шея затекла так, что больно повернуть голову.
Спина болела. Глаза слипались.
Игорь сидел на диване с книгой, но я знала, что не читает – страницу не перевернул за последние десять минут.
– Готово? – спросил он, не поднимая глаз.
– Да.
– Пять часов обещали. Прошло пять.
Я села рядом, но он не пододвинулся, как обычно, и между нами осталось холодное пространство в ладонь шириной.
– Работа, – сказала я, и голос прозвучал виноватым даже для меня.
– Работа с понедельника по пятницу, – Игорь закрыл книгу, но всё ещё не смотрел на меня. – Суббота – это наш день. Помнишь? Когда-то мы так договаривались.
– Светлана говорит, что в нашей сфере нет выходных.
– Светлана живёт на работе. Светлана разведена. Светлана одна, – он посмотрел на меня, и в его глазах была усталость, которую я раньше не замечала. – Ты хочешь так же?
Горло сжалось.
– Если я откажусь, она скажет, что я не командный игрок.
– И что?
– Премии лишит. Или вообще уволит.
Игорь вздохнул и достал телефон. Открыл калькулятор, и я уже знала, что сейчас будет.
– Три года работаешь у неё, – он начал считать вслух, и каждая цифра била, как пощёчина. – Пятьдесят две недели в году. Сто пятьдесят шесть недель. Минус отпуски и праздники – допустим, сто двадцать суббот. По пять часов в среднем, хотя сегодня было пять, а работала шесть, потому что она всегда врёт про время.
Он повернул экран ко мне.
– Шестьсот часов. Семьдесят пять рабочих дней. Три с половиной месяца твоей жизни, которые ты отдала бесплатно.
Я смотрела на цифру и чувствовала, как что-то внутри трескается.
Три с половиной месяца.
Сто двадцать суббот, которые я могла провести с ним. С мужем. Которого люблю и которого медленно теряю из-за презентаций для клиентов, имена которых даже не помню.
– Что мне делать? – спросила я, и голос задрожал.
– Сказать "нет", – Игорь взял мою руку, но сжал не крепко, как раньше, а осторожно, будто боялся, что я хрупкая. – Просто один раз сказать "нет".
– Я боюсь.
– Я знаю, – он кивнул. – Но я тоже боюсь, Оль. Боюсь, что в один день проснусь, а тебя уже не будет. Ты вся будешь принадлежать этой работе, и для меня не останется ничего.
Я прижалась к нему и закрыла глаза, чувствуя, как слёзы жгут под веками.
Он прав. Я это знаю.
Но всё равно не могу.
---
В воскресенье телефон молчал до вечера, и я почти поверила, что Светлане хватит того, что я сделала вчера.
Мы с Игорем поехали за город. Гуляли в парке. Он держал меня за руку, и мне казалось, что всё налаживается, что я ещё успею всё исправить.
Вернулись домой в шесть вечера. Я заварила чай.
В семь вечера зазвонил телефон.
Светлана.
Игорь посмотрел на меня. Не сказал ни слова. Просто посмотрел.
Я взяла трубку.
– Оля, привет! Как выходные?
– Хорошо, спасибо.
– Слушай, тут вопрос возник, – она говорила легко, как будто не было вчерашних шести часов работы, как будто воскресенье вечером – это нормальное время для звонков. – Нужен отчёт по проекту Восток. Срочно. К понедельнику к восьми утра.
Я посмотрела на часы. Семь вечера воскресенья.
– Светлана Игоревна, это тринадцать часов до дедлайна.
– Ну да. Успеешь?
– Там три раздела. Аналитика, графики, выводы. Это минимум восемь часов работы, если я буду работать всю ночь без перерыва.
– Ну, поработаешь ночь, – сказала она так просто, будто предложила мне чаю. – Оль, я на тебя рассчитываю. Это важный клиент.
– Но я...
– Спасибо, солнышко! Знала, что выручишь!
Гудки.
Я стояла с телефоном в руке и смотрела в пустоту.
Игорь встал. Прошёл мимо меня на кухню. Поставил свою чашку в раковину так тихо, что я поняла – он сдерживается изо всех сил.
– Что будешь делать? – спросил он, глядя в окно, а не на меня.
– Знаю! – я повысила голос, и это было несправедливо, потому что он ни в чём не виноват, но я не могла сдержаться. – Знаю, что ты скажешь! Но я не могу отказать!
– Почему? – он развернулся, и на его лице было столько усталости, что мне стало больно. – Почему ты не можешь?
– Потому что она начальница! Потому что я боюсь потерять работу!
– А меня ты не боишься потерять? – он спросил это тихо, но слова ударили, как кулаком в живот.
Я открыла рот. Закрыла. Не нашлась, что ответить.
– Работай, – сказал он и ушёл в спальню.
Дверь закрылась. Не хлопнула. Закрылась тихо.
И это было хуже крика.
Я стояла на кухне одна, и руки дрожали так, что пришлось сжать их в кулаки и спрятать за спину.
Потом пошла к компьютеру. Включила. Открыла файлы.
Начала работать.
---
В три часа ночи я закончила. Отправила отчёт и рухнула на кровать, не раздеваясь.
Игорь спал на самом краю кровати, отвернувшись к стене, и между нами была пропасть в полтора метра.
Я протянула руку, но не дотронулась до него. Побоялась.
Заснула с телефоном в руке.
Подъём в восемь утра. Голова раскалывалась. Глаза слипались, и когда я встала, закружилась голова так, что пришлось схватиться за стену.
Игорь уже ушёл. Не разбудил. Не попрощался.
На столе лежала записка: "Кофе в термосе. Поешь что-нибудь."
Я взяла записку и заплакала. Стояла на кухне и плакала, потому что он всё ещё заботится, даже когда я разрушаю нас своими же руками.
Доехала до офиса. Зашла в кабинет.
Светлана сидела за столом – свежая, бодрая, в идеальном костюме. Волосы в строгий пучок. Макияж безупречный.
Она спала ночью. А я работала.
– Оля! Отчёт получила, спасибо! – она улыбнулась. – Отличная работа!
Я кивнула, потому что не могла говорить.
– Только там небольшая правка нужна, – она листала документ на экране. – Второй раздел – можешь дополнить статистикой за прошлый год?
– Когда? – мой голос прозвучал хрипло.
– Ну к обеду. Часа три займёт. Успеешь?
Я смотрела на неё. На свежее лицо. На идеальный макияж. На руки без дрожи.
Три часа работы ночью превратились в "небольшую правку" к обеду.
– Успею, – сказала я и пошла к своему столу, чувствуя, как ноги ватные, как голова плывёт, как внутри всё превратилось в тугой холодный узел.
Марина, коллега, взглянула на меня и ахнула:
– Оль, ты как выглядишь!
– Нормально.
– У тебя синяки под глазами. Посмотри – синяки. И ты бледная, как мел.
Я достала зеркальце из сумки. Посмотрела.
Тёмные круги. Серое лицо. Впалые щёки. Губы потрескались.
Когда я последний раз нормально спала?
Неделю назад? Месяц? Год?
Я не помнила.
---
К обеду я доделала правки. Отправила Светлане.
Марина принесла мне кофе и бутерброд.
– Ешь, – сказала она. – Выглядишь так, будто сейчас упадёшь.
– Спасибо, – я взяла кофе, и руки тряслись так, что пролила немного на стол.
Марина села рядом.
– Оль, так нельзя, – сказала она тихо. – Ты себя убиваешь.
– Работа такая.
– У меня такая же работа. Но я не работаю по ночам.
Я посмотрела на неё, и внутри вдруг всё вспыхнуло – злость, обида, зависть.
– Ты умеешь отказывать, – сказала я, и голос прозвучал резче, чем я хотела. – А я нет.
– Потому что ты боишься.
– А ты нет?
– Боюсь, – Марина кивнула. – Но я поняла одну вещь: если я не буду беречь себя, меня никто не побережёт. Светлана не побережёт. Компания не побережёт. Только я сама.
Она встала и ушла к себе.
Я сидела за столом и смотрела в монитор, чувствуя, как слова застряли где-то в горле.
Она права.
Но я всё равно не могу.
Вечером Игорь пришёл поздно. В десять.
Я сидела на диване с ноутбуком – доделывала ещё одну задачу, которую Светлана прислала в шесть вечера "на завтра к девяти".
Он посмотрел на меня. Прошёл мимо на кухню. Разогрел ужин.
Сел за стол один.
Я закрыла ноутбук и подошла.
– Прости, – сказала я.
– За что? – он ел, не поднимая глаз.
– За всё. За эти выходные. За то, что...
– Оля, не надо, – он посмотрел на меня, и в его глазах было что-то новое. – Не извиняйся. Просто... измени что-нибудь.
– Не могу.
– Не хочешь, – он поправил. – Это разные вещи.
– Игорь...
– Я устал, Оль, – он откинулся на спинку стула. – Устал ждать, когда ты выберешь меня. Выберешь нас. А не эту чёртову работу.
– Я выбираю тебя!
– Нет, – он покачал головом. – Каждую субботу ты выбираешь Светлану. Каждое воскресенье. Каждый вечер. И я не знаю, сколько ещё смогу это терпеть.
Горло сжалось так, что не могла вдохнуть.
– Ты... уйдёшь?
Игорь долго молчал.
– Не знаю, – сказал он после паузы. – Но если ничего не изменится... наверное, да.
Он встал, помыл тарелку, ушёл в спальню.
Я осталась на кухне одна.
Села на пол. Прислонилась спиной к шкафу.
И заплакала – тихо, сдавленно, чтобы он не услышал.
Через месяц я купила путёвку на море. Турция. Две недели. Я и Игорь.
Мы не разговаривали о том вечернем разговоре. Но он висел между нами, как стена из стекла – прозрачная, но непробиваемая.
Игорь стал приходить позже. Я работала больше. Мы почти не виделись.
Путёвка была попыткой склеить то, что трещало по швам.
Вечером я показала ему билеты.
– Турция. Две недели. Июль.
Игорь взял распечатку. Посмотрел.
– Ты согласовала отпуск?
– Завтра скажу Светлане.
Он кивнул, но не улыбнулся.
– Хорошо.
Только "хорошо". Не "я рад". Не "я так ждал".
Просто "хорошо".
И я поняла, что опоздала. Что-то между нами уже сломалось, и две недели на море могут не починить это.
Но нужно было хотя бы попытаться.
---
Утром я зашла к Светлане. Положила заявление на стол.
Она подняла глаза от монитора.
– Отпуск? – взглянула на даты. – Июль?
– Да.
– Оль, это же пик сезона, – она откинулась на спинку кресла. – У нас три больших проекта запускаются. Никита в отпуске. Саша на больничном. Ты нужна здесь.
– Светлана Игоревна, я не была в отпуске два года.
Она подняла бровь.
– Два года?
– Да. В прошлом году отменила отпуск из-за проекта Север. В позапрошлом – из-за аудита.
Светлана вздохнула и потёрла переносицу, и я вдруг заметила, что у неё тоже тёмные круги под глазами, которые она тщательно замазала консилером.
– Оля, ты же понимаешь ситуацию, – она говорила мягче, чем обычно, почти устало. – Бизнес не ждёт. Клиенты не ждут. Если мы сорвём сроки, потеряем контракты.
– Я понимаю, но...
– У меня мама в больнице, – она сказала это неожиданно, и я застыла. – Инсульт. Третью неделю лежит. Врачи говорят, что нужен уход. А я здесь. Потому что кто-то должен тянуть всё это, – она обвела рукой офис. – И я не могу тянуть одна. Мне нужна ты.
Я стояла и смотрела на неё, чувствуя, как что-то переворачивается внутри.
Светлана – не монстр. Светлана такая же загнанная лошадь, как я. Только выше по иерархии.
– Мне очень жаль насчёт вашей мамы, – сказала я тихо. – Правда. Но мне тоже нужен отдых. Я очень устала.
Светлана посмотрела на меня долго. Потом кивнула.
– Перенеси на сентябрь, – сказала она, и это прозвучало не как приказ, а как просьба. – Там спокойнее будет. Я прошу тебя как человека. Потерпи ещё два месяца.
Она смотрела на меня, и в её глазах была такая усталость, что мне стало её жалко.
Я взяла заявление со стола.
– Хорошо, – сказала я. – Перенесу.
Вышла из кабинета.
Вернулась к столу. Открыла сайт турагентства. Отменила бронь.
Потеряла двадцать процентов. Шестнадцать тысяч рублей.
Деньги, которые мы с Игорем копили полгода.
Марина подошла.
– Не дала отпуск?
– Попросила перенести.
– И ты согласилась?
Я кивнула.
Марина покачала головой.
– Оль, когда ты последний раз отдыхала?
– Два года назад.
– Это ненормально.
– Знаю.
– Тогда почему согласилась?
Я не ответила. Потому что сама не знала.
Потому что жалко Светлану? Потому что боюсь? Потому что не умею говорить "нет"?
Наверное, всё вместе.
Вечером я пришла домой.
Игорь сидел на диване.
– Ну что, согласовали отпуск?
Я села рядом. Не смотрела на него.
– Перенесли на сентябрь.
Тишина.
Потом он встал.
– Опять, – это было не вопросом. Это было констатацией факта.
– Проекты. Светлана сказала, что сейчас пик. И у неё мама в больнице, и...
– Оля, – он развернулся ко мне, и на его лице было столько гнева, сколько я не видела никогда. – Хватит.
– Я не могла отказать!
– Могла! – он повысил голос, и я вздрогнула. – Ты просто боишься! Боишься остаться без работы, боишься расстроить Светлану, боишься всего, но не понимаешь, что теряешь меня!
– Это несправедливо...
– Несправедливо?! – он засмеялся, зло и коротко. – Я жду. Жду когда скажешь: "Нет, Светлана, это мой выходной. Нет, Светлана, это мой отпуск. Нет, Светлана, это моя жизнь". Но ты не говоришь! Потому что работа важнее!
– Это не так!
– Тогда докажи! – он схватил телефон со стола и протянул мне. – Позвони Светлане прямо сейчас. Скажи, что отпуск будет в июле. Как планировали. Скажи!
Я смотрела на телефон в его руке.
Не взяла.
– Вот, – он бросил телефон на диван. – Вот и доказательство.
– Игорь...
– Я устал, Оль, – он прошёл мимо меня к двери. – Устал быть на втором месте после работы. Устал ждать, когда ты одумаешься. Устал.
– Ты куда?
– К брату. Переночую там.
– Игорь, не уходи, – я вскочила. – Пожалуйста.
Он остановился в дверях. Не обернулся.
– Не уйду, – сказал он тихо. – Но и оставаться не могу. Мне нужно подумать. О нас. О том, есть ли смысл дальше.
Дверь закрылась.
Я стояла посреди комнаты одна.
Села на пол. Обхватила колени руками.
И сидела так до утра, пока за окном не рассвело.
---
Игорь вернулся через два дня.
Мы не обсуждали ту ссору. Жили рядом, как соседи – вежливо, осторожно, холодно.
Я работала больше. Он приходил позже.
Мы почти не разговаривали.
А в августе у меня заболела спина. Так, что не могла разогнуться.
Пошла к врачу.
Терапевт посмотрела анализы. Послушала. Задала вопросы.
– Мышечный спазм на фоне хронического стресса, – сказала она и посмотрела на меня серьёзно. – Вам сколько лет?
– Тридцать восемь.
– В тридцать восемь организм ещё терпит. В сорок начнутся серьёзные проблемы. Давление скакать будет. Сердце пошаливать. Язва возможна. Хотите к сорока жить на таблетках?
Я молчала.
– Берите отпуск, – она выписала рецепт на обезболивающие. – Срочно. И отключайте телефон. Полностью. Иначе организм не восстановится.
Я взяла рецепт и вышла из кабинета, чувствуя, как руки дрожат.
Села в машину. Достала телефон.
Открыла сайт турагентства.
Путёвка на море. Одна неделя. Конец сентября.
Нажала "Забронировать".
Оплатила.
Всё. Решено.
На этот раз я не отменю.
На следующий день я снова зашла к Светлане.
Положила заявление на стол.
– Отпуск, – сказала я твёрдо. – С двадцать третьего сентября. Неделя.
Светлана подняла глаза.
– Опять?
– Я не была в отпуске два года. Это моё законное право.
– Оль, у нас конференция в конце сентября.
– Знаю. Я подготовлю всё заранее.
– А если что-то срочное случится?
– Марина подстрахует.
Светлана вздохнула и потёрла виски.
– Ты меня подводишь, – сказала она, и в голосе была обида.
Внутри что-то сжалось, но я не отступила.
– Светлана Игоревна, я отработала шестьсот часов сверхурочно за три года. Бесплатно. Каждую субботу я брала трубку. Я ни разу не отказала. Мне нужен отдых. Врач сказал – срочно.
Она смотрела на меня долго, и я видела, как на её лице сменяются эмоции – обида, раздражение, усталость.
Потом взяла ручку. Подписала заявление.
– Иди, – сказала она холодно.
Я вышла из кабинета с трясущимися руками.
Но я это сделала.
Двадцать третьего сентября мы с Игорем сели в самолёт.
Он держал мою руку, но не так, как раньше – осторожно, будто не был уверен, что имеет право.
Мы почти не разговаривали с того вечера. Жили в одной квартире, как чужие люди.
Этот отпуск был последней попыткой. Я это знала. Он тоже.
Телефон лежал в моей сумке. Включённый.
Мы взлетели. Я смотрела в иллюминатор на облака и думала: может быть, там, на море, мы найдём дорогу друг к другу обратно.
Приземлились в Анталье. Жара обволокла, как одеяло. Солнце било в глаза.
Доехали до отеля. Поселились.
Я вышла на балкон. Море было бирюзовым, красивым, как на картинке.
Телефон зазвонил.
Светлана.
Игорь вышел на балкон следом. Увидел, как я смотрю на экран.
– Не бери, – сказал он тихо.
Я посмотрела на него. Потом на телефон.
– Светлане нужна помощь.
– Светлане всегда нужна помощь! – он сел и посмотрел на меня, и в глазах была боль. – Оля, посмотри на себя! Мы на море! Солнце, пляж, красота! А ты будешь сидеть с компьютером и делать отчёты!
– Не могу бросить работу!
– Ты В ОТПУСКЕ! – он повысил голос. – Имеешь право не отвечать!
– Она уволит меня!
– Пусть увольняет! – он встал. – Найдёшь другую работу!
– Не найду! Мне тридцать восемь! В моём возрасте...
– В твоём возрасте люди живут, – он перебил. – А ты существуешь. Как робот. Светлана нажимает кнопку – ты делаешь. И мне это смотреть невыносимо.
Я смотрела на него, и губы дрожали.
Я взяла трубку.
– Оля, привет! Ты уже на месте?
– Да.
– Как доехала? Всё хорошо?
– Хорошо.
– Слушай, тут вопрос возник, – она говорила быстро, деловито. – По проекту Волга. Нужно уточнить цифры в смете. Можешь посмотреть?
Я закрыла глаза.
– Светлана Игоревна, я в отпуске.
– Понимаю, солнышко. Но это же пять минут. Просто открой файл и проверь пару строчек.
– У меня нет компьютера.
– С телефона можно. У тебя там Excel есть.
Игорь смотрел на меня. Не говорил ничего. Просто смотрел.
– Светлана Игоревна...
– Оль, ну пожалуйста! – в её голосе появились умоляющие нотки. – Клиент ждёт. Это очень важно. Я бы не стала беспокоить, но правда срочно.
Я молчала.
– Оля?
Посмотрела на Игоря. Его лицо было непроницаемым.
– Нет, я не могу – сказала я. – Передайте Марине, она в курсе этого вопроса. До свидания.
– Ну спасибо, ...!
Трубка отключилась. Я выключила телефон.
Я стояла на балконе и смотрела на море, которое вдруг перестало казаться красивым.
Продолжение следует...
Часть 2 выйдет сегодня в 18.00
Спасибо, что дочитали до конца!
Буду рада вашим лайкам 👍, комментариям ✍️ и размышлениям.
Ваше мнение очень важно.
Оно вдохновляет на новые рассказы!
Из полюбившегося:
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ на мой канал "Поздно не бывает" - впереди еще много интересных историй из жизни!