Сижу после работы на скамейке в сквере, наслаждаюсь покоем и весенним воздухом. На соседней скамейке примостились две девчонки, лет по двадцать пять. Бесцеремонно влезли в мой мир своими голосами. Обсуждают недавний корпоратив в честь женского дня.
— Ты видела, что Ирка надела на корпоратив? — одна девица щелкает семечки, шелуха мимо урны. — Это же позорище. Думает, если сумку ей папик купил, теперь можно ходить королевой, а на самой платье с рынка за три копейки.
— Ой, не говори, — вторая девушка листает что-то в телефоне, не поднимая головы. — А прическа? Она думает, если волосы накрутила, уже красотка. У меня вообще подруга видела, как она это платье в ин***грамме у Ленки Ковалевой срисовала. Точь-в-точь, только дешевле.
— Да Ленка Ковалева вообще о***ла, — первая сплевывает шелуху. — Выставила фото с моря, а сама в прошлом году в той же позе стояла, только пляж другой. Денег, видно, нет на новое, вот и переигрывает старое.
— А мужик у нее новый есть? — вторая оживляется.
— Какой там! Бросил ее этот, помнишь, высокий такой на джипе. Говорят, к Маринке ушел. А у Маринки грудь силиконовая, дура набитая, зато тачка теперь у нее.
— Повезло дурам, — вздыхает вторая. — Моему лишь бы пиво пить да в телефоне зависать. Вчера говорю: купи мне те сапоги, как у Алисы, а он — денег нет. А у Алисы муж вон какой, каждую неделю обновки тащит.
Я смотрю на голубей, которые дерутся за корочку. Очень на девчонок похожи. Всю жизнь одно и то же наблюдаю — и в молодости, и сейчас. Только раньше они в очередях грызлись за импортные тряпки, теперь в телефонах друг друга обсуждают.
— Слушай, а ты видела, что она вчера в сторис выложила? — первая вдруг понижает голос до заговорщицкого шепота, но мне все равно слышно. — С этим, с новеньким из бухгалтерии. Думает, никто не заметил, как они из кафе выходили.
— Да ладно! — вторая аж подпрыгивает. — А говорила, что они просто друзья. Я ж тебе говорила — она готова на шею вешаться любому, лишь бы повыше должностью.
— Ну да, а сама в прошлом году моего парня пыталась увести, помнишь? Забыла, что ли? Я тогда с ней месяц потом не разговаривала, а она еще удивлялась: "я не думала, что у вас серьезно".
Голуби разлетелись, я провожаю их взглядом. Это же их оружие. Всегда им было. Конкурируют из-за любого пустяка: из-за мужика, что мимо прошел, из-за платья, из-за того, у кого ногти длиннее, у кого ресницы гуще, у кого сумка дороже. Из-за всего, что бросается в глаза. У кого богаче, у кого моднее, у кого талия тоньше, у кого муж больше зарабатывает.
А я сижу и думаю: странно все это. Никогда я не слышала, чтоб они дрались из-за мозгов. Чтоб одна сказала: «Она такую умную книжку прочитала, а я нет — надо тоже прочитать и переплюнуть». Или: «Она такую мысль выдала, я от зависти сгорю, надо срочно придумать умнее».
Не слышала. Ни разу за всю жизнь.
— Свет, а пойдем ко мне? — первая поднимается, отряхивает джинсы от шелухи. — Покажу, что купила на распродаже. Там такое платье — Ирка обзавидуется, если узнает цену.
— А сколько?
— Шесть тысяч всего, представляешь? А выглядит на все пятнадцать.
— Ну, пошли, — Света убирает телефон. — А то мой скоро с работы придет, опять начнет: где была, с кем была. Устала как собака.
Девчонки засмеялись, зашуршали пакетами и убежали. Солнце все так же светит, голуби снова слетелись на то же место, где валялась корочка.
Правильно мне мама говорила. Умные люди не соревнуются ни с кем. Им это незачем. Когда внутри есть что-то свое, настоящее — не хочется доказывать, что ты лучше. Просто живешь и радуешься. А они пусть бегают. Это их игра. А у меня — моя.
Я поправила косынку, достала из сумки книжку в мягкой обложке и открыла там, где заложено. Вокруг шумел город, а я читала и ни с кем не соперничала...
