Вчера у нас было солнце. Настоящее, яркое, которое не пряталось за тучками к обеду, а висело в небе с утра и до самого вечера. И, о счастье, я наконец-то приезжаю на работу, и уже — светло!
Казалось бы, подумаешь, свет. Ан нет. Всю зиму я сажусь в автобус ещё в темноте. Темноту эту разгоняют только светящиеся вывески магазинов, жёлтые пятна фонарей да свет фар встречных машин. Едешь, уткнувшись носом в воротник, смотришь на тёмные улицы, на фигуры, которые, как и ты, спешат неизвестно куда, и кажется, что этому не будет конца. Что так и будешь всю жизнь вползать в серый автобус, в серый рассвет, в серую жизнь.
А вчера всё было иначе. Я вышла из дома — ветерок прохладный, но не злой, не липкий. И небо! Оно не было чёрным, оно было таким глубоким, синим-синим, предрассветным. А пока я дошла до остановки, пока дождалась своего автобуса, край неба на востоке начал светлеть, наливаться нежнейшим розовым.
Я села у окна и всю дорогу, все полчаса, просто смотрела, как рождается день. Сначала розовый стал золотым, потом облака, лёгкие, как перышки, вспыхнули изнутри. И когда автобус уже подъезжал к моей остановке, солнце вынырнуло из-за крыш, огромное, тёплое, и осветило всё вокруг: и саму остановку, и дома, и деревья, и лица людей, которые вдруг перестали быть серыми и уставшими.
Я шла на работу, и мне хотелось улыбаться. Не потому, что случилось что-то особенное. А просто потому, что я наконец-то приехала при свете. И впереди был целый день, залитый солнцем. И сил, почему-то, сразу стало больше. Будто не просто скоро весна, а будто и во мне самой что-то такое… оттаяло и расправилось...
Иду и думаю: как же это здорово — утренний свет. Свет надежды. Когда ещё вчера казалось, что зима никогда не кончится, а сегодня ты просто едешь в автобусе и видишь, как розовеет небо, и понимаешь — всё будет хорошо. Обязательно будет!