Четверть века назад она подвела символическую черту под затяжным противостоянием калининградских властей
Война между исполнительной и законодательной ветвями в самом западном российском регионе началась после того, как в ноябре 1996-го кресло главы областной администрации занял Леонид Горбенко.
Говорят, когда он был ещё кандидатом в губернаторы, в кулуарах его не раз спрашивали: оно тебе надо? Человек ты небедный, да при должности солидной – начальник порта. Ну зачем в политику-то лезешь?
На что Леонид Петрович якобы отвечал: порт, конечно, дело хорошее, только вот для меня уже маловато будет – хочу всей областью порулить!
Тогда же у него и прозвище появилось. Точнее, стало достоянием широких масс.
По словам Горбенко, Батяней его стали называть, ещё когда он работал в рыбном порту главным инженером. Когда же Леонид Петрович собрался в губернаторы, у всех на слуху была песня группы «Любэ» про батяню-комбата. Команда Горбенко решила сделать её звуковым фоном предвыборной кампании. И попала в десятку.
Ему самому прозвище тоже нравилось. Однако Батяня из песни всё же ещё и комбат. Так что, придя к власти, он сразу всем дал понять: в янтарном крае командовать парадом буду я. Но областную думу (ныне – Законодательное собрание) и лично её председателя Валерия Устюгова поставить в подчинённое положение что-то никак не получалось.
Уже в апреле 1997-го прозвенел первый тревожный звоночек, когда Горбенко отказался направить главе государства представление о присвоении Устюгову звания «Заслуженный юрист РФ». Якобы какие-то там формальности не соблюли депутаты при выдвижении своего шефа.
А в августе 1997-го грянул гром. Губернатор пришёл на заседание думы и предложил депутатам избрать себе другого спикера. Дескать, Устюгов не сумел должным образом организовать вашу работу. Из-за чего страдает наше общее дело – труды на благо региона.
– Вся гниль вьётся в областной думе, и я говорю вам, Валерий Николаевич, уходите в отставку! – бросил тогда в сердцах Горбенко.
Однако думцы не сдали председателя. И тогда Леонид Петрович пошёл другим путём. Подконтрольные ему СМИ стали по любому поводу поливать думу. А сама она была посажена на голодный паёк. Депутаты по полгода сидели без зарплаты – выделяемых на думу денег с трудом хватало на содержание её здания. В 1998-м на улице Кирова, 17, даже чуть телефоны не отключили – за неуплату…
И вот так – год, другой, третий. А потом настал 2000-й. Год выборов как губернатора, так и депутатов.
Горбенко очень хотел остаться на второй срок. И, между прочим, немало калининградцев его поддерживали. Скажем, на селе поныне тепло вспоминают Батяню. Немудрено, ведь сельское хозяйство для него было в приоритете не только на словах. Многие помнят и его «Программу-1000», учреждённую для развития городов и посёлков и в рамках которой не только придорожные валуны в российский триколор красили.
Однако надо признать: к концу правления Горбенко всё же больше было тех, кого харизма Леонида Петровича утомила. Не устраивал он и Москву. Было ясно, что столица на посту главы области предпочитает видеть совсем другого человека. А именно – командующего Балтийским флотом Владимира Егорова.
Тем не менее предвыборная борьба развернулась нешуточная. Это о ней потом много лет напоминали настенные агитки со слоганом: «Медведь пашет, собаки лают». Мишка с плугом – Горбенко. Захлёбывающиеся бессильной злобой шавки – те, кто его критиковал.
О накале страстей можно судить и по тому, что 4 октября 2000-го, за месяц до выборов, в Калининграде прогремел взрыв. Бомба, эквивалентная 400 граммам тротила, рванула у дома на улице Грекова. Через дорогу – штаб БФ. Вот сразу и заговорили: взрыв – предупреждение Егорову.
А перед этим, 30 сентября, инцидент произошёл на улице Карла Маркса. Возле магазина «Цветы» женщина-агитатор предвыборного штаба Егорова призывала голосовать за него прохожих. И в итоге оказалась в больнице – кто-то обстрелял её из пневматической винтовки.
5 ноября 2000-го состоялись выборы. Необходимый для победы 50-процентный рубеж ни один из кандидатов не смог преодолеть: Горбенко получил 21,54 % голосов, Егоров – 37,56 %.
19 ноября прошли повторные выборы. Горбенко набрал 33,71 %, Егоров – 56,47 %. Так закончилась в регионе эпоха губернатора-«хозяйственника», которого сменил адмирал-губернатор, как за глаза стали называть нового главу области.
Тем временем кипели страсти и в думе. Среди избранных в том ноябре депутатов третьего созыва был и Юрий Маточкин, предшественник Горбенко на посту губернатора. И этот политический тяжеловес стал главным конкурентом Устюгова в борьбе за должность руководителя областного парламента.
28 ноября 2000-го в ходе первого голосования в новоизбранной думе Маточкин получил 13 голосов, его соперник – всего шесть. Семеро депутатов выбрали графу «против всех». После обеда новые выборы начались с того, что отсидевший два срока на посту спикера Устюгов вдруг снял свою кандидатуру в пользу Владимира Никитина (с 2011 года – региональный уполномоченный по правам человека). Никитин набрал девять голосов, Маточкин – опять 13. Однако поскольку требовалось набрать больше половины, победителя снова не оказалось.
Решили перенести выборы на следующий день. Чтобы, значит, попробовать это сделать на свежую голову. И то ли действительно утро вечера мудренее, то ли ещё что, но 29 ноября Никитин с первой же попытки одержал безоговорочную победу: 18 голосов из 26 возможных.
Со сменой губернатора и председателя думы противостояние властных ветвей закончилось. Однако без «постскриптума» не обошлось.
22 марта 2001-го Горбенко и Устюгов оказались вместе в одном самолёте, следовавшем из Москвы в Калининград. Экс-спикер к тому времени был уже членом Совета Федерации. Экс-губернатор активно пытался вернуться в рыбный порт, которым руководил раньше. Казалось, былые распри в прошлом, пора всё забыть. Но Батяня считал иначе.
Как только взлетели, Леонид Петрович встал и направился к креслу Валерия Николаевича. И со словами, общий смысл которых «вот тебе за всё», попытался двинуть кулаком в лицо заклятому другу. Лишь в последний момент тот успел увернуться.
Сидящие рядом пассажиры (среди них, к слову, было немало важных персон), оторопев на миг от происходящего, очнулись и пришли на помощь Устюгову. Усадив Горбенко на его место, все решили, что на этом инцидент исчерпан.
Однако Батяня по-прежнему считал иначе.
Самолёт летел, убаюкивая пассажиров. Задремал и Устюгов. Из сна его вырвала боль. Оказывается, Горбенко опять пришёл и теперь не промахнулся. После чего политических оппонентов окружающим пришлось уже разнимать.
Устюгов долго не мог прийти в себя. А Горбенко сразу успокоился и мирно уснул с видом человека, который наконец исполнил свой гражданский долг…
О «небесном скандале» в те дни наперебой сообщали СМИ. Многие ждали продолжения. Шутили: теперь Устюгов должен вызвать Горбенко на дуэль. Но, вопреки ожиданиям, конфликт не получил развития – и вспыхнувший к нему интерес постепенно угас.
Остаётся добавить, что сегодня нет уже ни Горбенко, ни Устюгова. При этом упокоились они оба на Старом кладбище Калининграда. Правда, в разных его концах.
Владислав Ржевский,
автор канала «Калининградская Пруссия»
Смотрите также: