💡 ЭТО 89 ЧАСТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЯ НАЧАЛО ЗДЕСЬ
Пока фельдшеры осторожно, с использованием жёстких носилок, переносили пострадавшего в машину, к месту подъехала и полиция. Обычная машина ДПС. Два сотрудника вышли, оценили обстановку. Один пошёл к «скорой», второй, молодой и усталый на вид, направился к ним.
— Ваши документы, — сказал он без предисловий, доставая блокнот.
Кирилл молча протянул права. Светлана, всё ещё бледная, но собравшаяся, достала свои.
— Что произошло?
— Человек упал с путепровода прямо перед машиной, — тихо, но чётко сказал Кирилл. — Я успел затормозить. Наезда не было.
— Вы видели, как он падал? Может, кто-то был наверху?
— Никого не видел. Просто… упал. Судя по синякам на лице, его уже били до этого. Думаю, его сбросили. Специально.
Полицейский поднял бровь, делая пометку. Светлана произнесла:
— Я спала. Проснулась от торможения. Больше ничего не видела.
Один из полицейских сел в машину и уехал. Через несколько минут он оказался на путепроводе и уже оттуда окликнул своего напарника. Сообщив ему, что никаких следов там он не обнаружил, полицейский исчез, а ещё через несколько минут вновь приехал к их группе.
В это время Кирилл и Светлана давали объяснения второму сержанту. При этом «скорая», забрав пациента, с включённой сиреной рванула в сторону города. Осталось лишь их замершее авто и полицейская машина. Стражи порядка, убедившись, что ДТП нет, а есть несчастный случай или преступление, закончили оформление. Они кивнули, что-то сказали насчёт «будет расследование», сели в машину и уехали.
Тишина снова вернулась, теперь уже полная и гулкая. Светлана прислонилась к капоту, дрожа.
— Всё… кончилось? — спросила она, и в её голосе звучала пустота.
— Для нас — да, — ответил Кирилл, глядя в темноту, куда умчалась «скорая». Внутри него не было опустошения. Была тяжёлая, но чистая усталость мастера, выполнившего сложную работу. Он спас жизнь. Не геройски, не на виду. Тихо. И теперь, когда адреналин схлынул, он понимал — это и есть его новая обыденность. Тихие сражения на краю мира, где счёт идёт на минуты, а награда — всего лишь чья-то несостоявшаяся смерть.
Светлана, всё ещё дрожа, с трудом оторвалась от капота и посмотрела на Кирилла. В её глазах был немой вопрос, смешанный с остатками шока и чем-то вроде отстранённого удивления.
— Ты… как? — выдохнула она. — Ты же видел всё это… а говоришь с полицией, как будто отчитался о погоде.
Кирилл лишь пожал плечами, отводя взгляд в сторону пустой теперь дороги, где осталось лишь тёмное пятно на асфальте.
— А что тут кричать? Мы сделали, что могли. Остальное — не от нас зависит.
Его спокойствие было не напускным. Это была глубокая, почти ледяная ясность, пришедшая после магического напряжения. Тело лишь слегка налилось усталостью, но разум был чист. Он совершил акт воли, провёл тончайшую операцию на грани возможного, и теперь внутренний шторм улёгся, оставив после себя лишь тихое, уверенное знание: он поступил правильно.
— Садись за руль, — тихо сказала Светлана, протягивая ему ключи. — Я… я не смогу.
— Конечно я довезу, — сказал он, уже открывая дверь со стороны водителя. — Я в порядке.
И это была правда. Небольшая усталость была от затрат сил, а не от нервного потрясения. Он завёл двигатель, плавно тронулся, и машина снова понесла их в сторону огней города. В салоне воцарилось тяжёлое молчание. Каждый был погружён в свои мысли.
Кирилл думал о незнакомце в «скорой». Чувствовал ли он едва уловимое биение тех самых «связок», что были в него вплетены? Нет, конечно. Но Кирилл знал — они работают. Как тихие часовые, они теперь будут нести свою службу в темноте чужого тела, направляя, корректируя, поддерживая. Это было странное чувство — ответственности на расстоянии, связи с кем-то, кого он никогда не увидит. Он думал и о выборе. О том, что не стал творить явное чудо. И в этом решении не было сожаления. Была твёрдая уверенность в необходимости таких правил. Он ведьмак, а не бог. Его долг — быть тенью, поддерживающей баланс, а не факелом, слепящим мир.
Светлана смотрела в окно на мелькающие огни. О чём думала она? Возможно, о хрупкости, о том, как жизнь может оборваться в секунду под колёсами или на холодном асфальте. Возможно, её прагматичный ум уже вытеснял шок, заменяя его усталостью и желанием поскорее оказаться дома, в привычной, безопасной обстановке, где нет падающих тел и мигающих синих огней.
Когда впереди замаячили первые огни городской окраины, Кирилл нарушил тишину:
— Мне нужно заскочить к себе. Покормить кота.
Светлана медленно повернула к нему голову, будто возвращаясь из далёкого путешествия.
— Кота? — переспросила она, и в её голосе впервые за вечер прозвучала обычная, живая интонация. — Ты завёл кота? Тебе мало их на работе?
— Не заводил, — солгал он легко, смотря на дорогу. — Взял на передержку. У знакомых форс-мажор, скоро заберут.
Маленькая, незначительная ложь выскользнула сама собой, первая ложь в их отношениях. Он даже не поморщился. Это было необходимо. Часть маскировки. Часть новой жизни.
Светлана вдруг оживилась.
— А, ну тогда конечно, зверь не виноват. Нельзя морить голодом. Пойдём, познакомлюсь с твоим временным постояльцем.
И в её тоне, в этом внезапном интересе к обыденной, бытовой детали, Кирилл с облегчением увидел возвращение к нормальности. К их общей, старой нормальности, где были работа, карьера, кошки и редкие свидания. Ту нормальность, в которой ему теперь предстояло жить, скрывая под её спокойной поверхностью целый океан иного мира. Он повёл машину к своему дому, и эта простая, земная цель — покормить кота — казалась ему сейчас самым важным и самым правильным делом на свете.
Подписываемся и читаем дальше…
#фэнтези #фантастика #мистика #городскоефэнтези #рассказ #история #детектив #роман #магия #ведьма #ведьмак #домовой #оборотень #вампир #лесовик