Глава ✓381
Начало
Продолжение
Рюмка с наливкой стучала о край зубов так звонко, что Мэри казалось, ещё чуть-чуть и тонкое стекло разобьётся.
Азарт, который погнал её в ледяные воды, полные опасностей, сейчас схлынул, оставив после себя только трясущиеся руки, дрожащие от напряжения и холода ноги. Заледеневшие пальцы сводило судорогой. Зубы выстукивали дробь. И алкоголь - извечный лекарь страхов, шока и усталости, не помогал.
Единственное лекарство, которое могло бы ей помочь в это страшное утро - сильные горячие руки мужа, были далеко. Не докричишься.
Зато можно поплакать.
И она плакала. Рыдала, уткнувшись лицоммв подушку, судорожно, до икоты, а когда прибежала Анисья, то просто спеленала барыню и влила ей в рот настойку, наплевав на рюмки, прямо из чайной чашки. Кашляя от слёз и обжигающего глотку спирта, Мэри только крепче вцепилась в полные руки служанки, оставляя синяки.
Откат адреналиновый, да только кому из них о том известно? Шок у барыни, истерика. Поплачет, да и успокоится, главное, чтобы её в этаком раздрае детки не увидали - слёз и крику потом не оберёшься.
От души наплакавшись, Мэри уснула и спала до самого полудня. Немногочисленным слугам такой возможности никто не предоставил. Сырую печь топить нельзя - лопнут швы, набравшие воды, но чуть-чуть, лучинками да щепками можно подсушить, а тем временем на спиртовке сварить манной каши и яиц. А пока печь сохнет, в углях запечь пирог наливной - полон дом народу - ажно тринадцать человек - и всех кормить надобно. Да не по одному разу! Валандаться некогда - в подсыхающей печи всё время что-то томилось - то картошка в мундирах прямо в чугунке, без капли воды, то репа - к вечеру, как спадёт вода пойдут по улицам побираться сирые да убогие. Грех их в лихолетье без самой малой милостыни оставлять. Марфа и теста ржаного вдвое против обычного намесила - для пирогов-калиток.
Генриетта наказала любопытной кормилице носа из детской не высовывать, где рядом с младенцами спала спасённая кроха, а сама, как могла, отвлекала Жорку и Лизоньку, Ванятку и Аришу от происходящего за окнами.
Вода постепенно уходила, оставляя на проезжей части и тротуарах горы мусора, хлам и обломки брёвен. Те дрова, что с вечера успели занести в дом, остались в неприкосновенности, но весь запас брёвен, что конюх не успел распилить, был смыт половодьем. И это Лариным ещё повезло - многие жители лишились не только дров, но и жилищ, а то и самой жизни.
Марфа и Анисья подсчитывали ущерб: все, что осталось в погребе безнадёжно испорчено водой, грязь, густая и вязкая, покрывала весь пол в кухне и службах, обе лестницы - черную и парадную. И самое главное - одно-единственное ведро с питьевой водой уцелело.
Проснувшись с тяжёлой головой, Мэри долго не могла прийти в себя: во рту гадостный привкус, всё тело ломит, где-то в комнатах лает собака, утробно и громко. Немного приведя себя в порядок, она вышла из спальни и замерла от неожиданности.
Золотоволосая кроха которую она совсем недавно бесчувственной извлекла из воды, что-то лепеча, обнимала огромную рыже-белую собаку, а та только жмурила карие глаза и позволяла ей всё: теребить себя за уши и тянуть за длинную густую шерсть. Положив огромную голову на толстые лапы, каждая из которых по толщине мало уступала женским рукам, она внимательно следила за происходящим и когда Мэри вышла в коридор лишь едва заметно скосила на неё глаза.
Зато резвое дитя, заметив красиво одетую женщину с любопытством разглядывала её, смешно расставив пухлые ножки и заложив ручки за спину.
- Ты кто? Я Лала, а это, - пухлый пальчик ткнул в собаку, - Гелда.
- Меня зовут Мэри, но ты можешь назваать меня Машей, если захочешь. Наверное, ты всё же Лара, а не Лала, а это милое создание - Герда?
Девчушка кивнула своими кудряшками, подтверждая предположение.
- Она моя! А у тебя есть собака?
- Увы, зато у меня есть кошка и котята, они наверху. Надеюсь, Герда не станет их обижать? Они ловят мышек и добрые.
- Не станет, она меня слушается, - кроха наступилась, - только я не знаю, станет ли она слушаться тебя. А где моя мама и Дуся, ты знаешь?
- Дуся - это твоя няня? Нет, дитя, я не знаю, но мы обязательно узнаем, где твои родные. Ты мне только расскажи, где и с кем жила, и я постараюсь найти их. Или, может быть, отыскать их нам поможет Герда?
При каждом упоминании собственной клички собака смешно собирала брови "домиком"и прядала ушами.
- Ты уже познакомилась с Генриеттой, Лизой, Георгием, Ваней и Ариной?
- Да, мы вместе ели кашу с хлебом и чаем, а ещё я видела двух малюток, это тоже твои дети?
- Да. А ещё есть Марфа, Анисья - это служанки, кухарка Дарья Ивановна и конюх Иван.
- И всё? - девочка выглядела растерянной, - это очень мало. У мамы и папы дом большой-плебольшой, - её ручки широко распахнулись показывая, какой большой у неё дом, - и там людей много, самых лазных. И все мне кланяются. А ты тоже будешь кланяться?
Мэри подхватила крошку на руки, нежно потискала под внимательным взором пушистой охранницы, чмокнула в макушку.
- Вполне возможно, юная барышня, что я буду вам кланяться. Но не сейчас. Сейчас я должна ехать по делам, а ты должна слушаться старших, обещаешь?
- Холошо. Мы будем иглать! - и пухлые ножки в серых от грязи, но сухих атласных башмачках затопали вверх по лестнице. Скоро в детской раздался басовитый лай и звонкий детский хохот.
Господи! За что же хвататься первым делом?!
Отправляться инспектировать урон, что нанесла стихия торговому делу её, в дом Арендтов - благо недалече - сам-то наверняка в госпитале зашивается, а дом без хозяйского догляда? Самое простое, теплое серое суконное платье со шнуровкой под грудью* она и без помощницы надела, волосы уложила по-русски - простую косу короной вокруг головы, закрепив конструкцию шпильками, обула самые крепкие башмаки и велела седлать Звёздочку - ни одна коляска по тем завалам грязи, хлама, разбитой утвари и останков птицы и скотины на улицах проехать не сможет.
- Иван, - забирая поводья из рук конюха она посмотрела ему в глаза - как в душу заглянула, - на тебя пока баб с детишками оставляю. Не подведи!
- Да как же это вы, без сопровождения, хозяюшка-барыня?! Ведь болтать станут!
- Молва на вороту не виснет, Иван, а магазин недалеко - там не только добро, там жизнь наша. Как смеркаться начнёт, так придёшь туда, меня сменишь.
И отпустив поводья, дала лошади возможность самой выбирать дорогу. Карман тяжело оттягивал пистолет, подаренный когда-то графиней Анной Алексеевной. Полиции нынче не воришек будет, а люд разбойный обязательно воспользуется суетой и паникой, чтобы вынести из богатых магазинов что подороже.
Продолжение следует ...
Телефон для переводов и звонков 89198678529 Сбер, карта 2202 2084 7346 4767 Сбер
* Нам сложно представить себе такой покрой. Передняя полочка платья не имела единых боковых швов со спинкой. Вот пример