— Вы? – оторопела Тося, увидев перед собой человека, которого меньше всего ожидала увидеть. – Зачем вы приехали?
Предыдущая глава:
https://dzen.ru/a/aameUy-Sm2xW-wcN
— Здравствуй, Тося, - спокойно сказала женщина. – Какая ты невоспитанная. Тебя здороваться не учили?
— Здравствуйте… - промямлила Тося, язык не слушался её, ноги подкашивались от волнения.
— А приехала я, Тося, для того чтобы сказать тебе ещё раз: отпусти моего сына! Слышишь? Отпусти!
— Тётя Варя… я… Витя… - лепетала Тося.
— У Вити там, в городе, появилась девушка! – заявила Варвара. – И я этому очень рада! Не сомневаюсь, что Витя сделал правильный выбор. Девушка, между прочим, местная, городская.
— Но как же так? – покачала головой Тося. – Я не верю, чтобы Витя так быстро забыл про меня…
— Не веришь? – Варвара полезла в карман тулупа. – На, милая, прочитай письмо, которое он мне прислал, - она протянула Тосе тетрадный листок.
Тося взяла его трясущимися руками.
— Хорошо, я прочитаю, - тихо сказала она и собралась уходить.
— Нет, ты прочитай его здесь, при мне! – стальным тоном сказала Варвара.
Тосе ничего не оставалось делать, она отошла чуть в сторону и развернула сложенный вдвое листок.
«Здравствуй, мама! Добрался я хорошо, устроился в общежитии. Курсы очень интересные, я стараюсь запомнить всё, чему нас учат. После курсов я стану настоящим специалистом, и ты будешь мной гордиться.
Но это не самое главное, мама. Здесь, в этом городе, я встретил девушку, её зовут Анна. Когда я её увидел, то понял, что это и есть настоящая любовь.
Я мучаюсь, мама. Мучаюсь от того, что обещал Тосе быть с ней, помогать во всём. Ещё я обещал ей, что буду любить её всегда, а вон оно, как вышло.
Что мне делать, мама? Я запутался. С одной стороны – Аня, с другой – Тося. Я не хочу предавать Тосю и казаться ей обманщиком. Но Аня… Как я могу оставить девушку, которую по-настоящему люблю?
Если я выберу Тосю, получается, я предам свою любовь, но, наверное, я выберу Тосю. Её однажды уже предали. Тот человек, от которого она ждёт ребёнка. Бедная Тося, что с ней будет, если ещё и я её предам?
Я готов, готов пойти на жертву. Ты прости меня, мама. Знаю, что ты будешь против, знаю, что ты не принимаешь Тосю, но по-другому я поступить не могу.
Да-да, я расстанусь с Аней, как бы тяжело мне не было.
Ох, мама, сам не знаю, для чего я тебе это пишу. Наверное, мне нужно выговориться, сбросить камень с души.
Знаешь, я сейчас написал эти строки, но легче не стало. Ничуть.
Всё теперь будет зависеть от Тоси. Я вернусь и ещё раз с ней поговорю. Если она скажет мне «да», что ж, я женюсь на мне. Если откажет, это будет означать, что я свободен и у меня больше нет перед ней обязательств.
Ты прости меня, мама, что письмо вышло сумбурным и бессвязным – это от волнения. У меня куча мыслей в голове. Разных. Часть своих мыслей я изложил на бумаге.
С уважением и любовью, твой сын Витя».
В глазах Тоси появились слёзы, она крепко зажмурилась и пробежалась ещё раз по строчкам. В одном она не сомневалась – это был почерк Вити.
— Ну, что теперь скажешь? – смерила её взглядом Варвара.
Тося молчала, не в силах говорить.
— Молчишь? Крепко же ты в моего сына вцепилась! Кто бы сомневался! В твоём положении хоть за кого бы уцепиться. Кому ещё нужна баба с нагулянным дитём?
— Если Витя приедет ко мне, - Тося с трудом проглотила комок слёз, - я скажу ему, чтобы больше не приезжал…
— Только не вздумай рассказывать ему, что я приезжала к тебе и показывала это письмо. Поняла? Иначе он решит, что ты говоришь ему «нет» не по своей воле, а под моим напором.
— Я не скажу, - чуть слышно ответила Тося.
Варвара протянула руку, чтобы забрать письмо. Трясущимися руками Тося вернула ей листок.
— Да, совсем забыла! – довольно улыбнулась Варвара. – Я же тебе фотографию привезла показать. Той самой девушки, Анны, - женщина положила письмо в карман и извлекла оттуда фотографию. – Вот, смотри.
— Мне это уже неинтересно… - отвернулась Тося.
— Нет, ты смотри, смотри. Убедись. А то вдруг подумаешь, что это письмо я сама сочинила.
— Я вам верю… - ответила Тося.
Перед её глазами стояли строки, сомнений не было, что почерк принадлежал Вите.
— Но всё равно взгляни. Ты глянь, ух, какая красотка! – Варвара поднесла фотографию к лицу Тоси.
Тося не выдержала и бросилась бежать. Она взлетела по ступеням на второй этаж и ворвалась в палату так, словно за ней гнались.
— Тоська, что стряслось-то? – подскочили к ней соседки по палате.
— Ничего не стряслось… - Тося укрылась с головой одеялом и зарыдала.
— Как же не стряслось? А ревёшь чего? Ответь, Тося! Ты где была? У врача? С Серёжей что-то?
— С Серёжей всё хорошо! – выкрикнула Тося и заревела ещё громче.
Соседки по палате вышли в коридор, оставив Тосю наедине с её болью.
— Интересно, кто к ней приходил? – стали живо обсуждать они.
— Так ясно же кто – отец ребёнка! Баба-то он незамужняя!
— Точно! Видимо, окончательно он ей сказал, что жениться на ней не собирается, пусть даже дитя она от него родила.
— Да-а, не повезло девке! В такую передрягу попала. Если отец ребёнка от неё отказался, кому она теперь нужна?
— Может, он и вовсе приходил уговаривать её, чтобы отказную она на Серёжку написала?
— Точно! Поэтому она так и рыдает. А сыночка-то своего она любит очень, прям наглядеться на него не может.
Тося лежала под одеялом, сжавшись в комок, и слезы душили её. Слова письма, словно раскалённые иглы, впивались в самое сердце. «Я встретил девушку, её зовут Анна... настоящая любовь... я готов пойти на жертву...».
Пойти на жертву? Нет-нет, она не позволит, чтобы Витя принёс себя в жертву ради неё. Она не позволит стать обузой, которую приходится тащить из жалости.
Рыдающая Тося не слышала, как соседки по палате, пошептавшись в коридоре о её тяжёлой доле, вернулись и разошлись по своим койкам. Не слышала, как за окном завывал ветер, бросая в стекло пригоршни сухого снега.
Перед глазами всё ещё стояла торжествующая улыбка Варвары и та фотография, которую она так и не рассмотрела, но теперь её воображение рисовало образ красивой, ухоженной городской девушки, которая, наверное, и на курсах не училась, а просто гуляла по городу, где и встретила Витю.
«Если я выберу Тосю, получается, я предам свою любовь...» — эта фраза из письма въелась в память. Тося вдруг резко села на кровати, вытирая мокрое от слёз лицо.
Печаль, горькая и обжигающая, на мгновение заглушила боль. Она представила, как Витя вернётся, подойдёт к ней с жалостливым взглядом, готовый «принести себя в жертву». А она? Что она должна сделать? Броситься ему на шею и благодарить за то, что он снизошёл до неё, «бабы с нагулянным дитём», как выразилась его мать?
— Нет, — прошептала Тося так тихо, что сама себя не услышала. — Не надо мне такой жертвы.
Она легла на подушку, уставившись в белый потолок. Глаза уже не плакали, они высохли и горели. Решение пришло не сразу, оно выкристаллизовывалось из хаоса мыслей и обид. Она ни за что не скажет Вите о приезде его матери. Она сделает так, как решила: когда он придёт — а он придёт, она знала, — она скажет ему «нет». Гордо и твёрдо. Чтобы он думал, что это её решение. Что она не нуждается в его жертвах. Что она сильная. Ради Серёжи она должна быть сильной.
Тосе было ужасно плохо, больше всего на свете хотелось, чтобы сейчас рядом оказались близкие люди – мать и тётка. Хотелось поделиться с ними своим горем, рассказать, что ещё один мужчина, обещавший вечную любовь, отказался от неё. Но мать с тёткой почему-то не ехали.
«Почему их нет?» - эта мысль прибавляла Тосе дополнительных волнений.
Тося даже предположить не могла, насколько коварна и хитра Варвара и на что она способна, ради того, чтобы разлучить Витю с ней.
Витя тем временем, несмотря на то что целый день был занят учёбой, не переставал думать о Тосе. Он переживал за неё и почему-то был уверен, что она уже произвела на свет младенца – неспроста же ему не спалось в ту ночь.
Письмо матери Витя написал совсем иного содержания:
«Здравствуй, мама! Добрался я хорошо, устроился в общежитии. Курсы очень интересные, я стараюсь запомнить всё, чему нас учат. После курсов я стану настоящим специалистом, и ты будешь мной гордиться.
Мама, я очень переживаю за Тосю. Знаю, что тебе это не понравится, но я думаю о ней постоянно.
Мама, пожалуйста, если узнаешь, что у Тоси родился ребёнок, отправь мне срочную телеграмму. Для меня это очень важно, мама! Сделай это ради меня, твоего сына.
А коллектив у нас здесь дружный, я подружился с ребятами. Есть у нас один парень, Вова, он увлекается фотографией. Высылаю тебе фотографию, которую он сделал. Слева направо: я, Аня, Костя, Паша, Саша, Дима, ещё один Саша, Наташа.
Скоро вернусь домой. Жди. С уважением и любовью, твой сын Витя».
Как только Варвара увидела девушку, стоящую рядом с Витей на фотографии, в её голове созрел коварный план.
Почерк сына подделать Варваре было нетрудно. Она быстро составила текст от имени Вити, в котором ту самую Аню с лёгкостью записала в его невесты.
Довольная собой, Варвара отправилась к Тосе в роддом. Если бы Марья с Глафирой не опоздали на автобус, они добрались бы до Тоси первыми и вряд ли коварный замысел Варвары был осуществлён – при них она бы не решилась подходить к Тосе и размахивать перед ней письмом с фотографией.
Но случилось, как случилось. Удача оказалась на стороне хитрой Варвары. Она ехала домой с чувством исполненного долга. Что-то подсказывало ей, что она добилась своего.
Варвара ехала домой, довольно улыбаясь своим мыслям. Морозный воздух врывался через дверь автобуса, но ей было жарко от чувства собственного торжества. «Выкуси теперь, — думала она, глядя на проплывающие мимо заснеженные поля. — Будешь знать, как к моему сыну подмазываться. С нагулянным-то дитём».
Варвара даже не сомневалась, что Тося теперь прогонит Витю – девка-то она явно гордая.
Дома Варвара первым делом растопила печь, согрела чайник и долго сидела за столом, перечитывая настоящее Витино письмо — то, где он просил сообщить о рождении Тосиного ребёнка. Хмыкнула, сунула письмо обратно в конверт и спрятала в шкаф. Пусть пока полежит. А то, другое, липовое, она порвала на мелкие кусочки и бросила в печь. Языки пламени жадно слизнули бумагу, не оставив от фальшивки и следа.
— Теперь, сынок, всё путём будет, — сказала Варвара вслух, обращаясь к треску дров. — Женишься на другой, приличной. Хорошо бы, если на городской. А эта непутёвая Тося пусть другого глупца ищет.
