Истории от души

— Зачем пришла? — голос колдуньи скрипел, как несмазанная дверь. — За помощью... — прошептала Тося. — Показывай, что принесла, - рявкнула старуха. Начало: https://dzen.ru/a/aYclAvrainLPSLUo Девушка протянула корзинку. Баба Паня, не вставая с табуретки, заглянула в неё: — Конфеты убери. Не нужны мне твои сласти. Тося растерянно вынула кулёк с «Белочкой». — Ну, говори, что надо: приворожить кого, али со свету сжить? — Ой! — Тося инстинктивно прикрыла рот рукой. — Охать-ахать не время. Говори или убирайся...

В тот год, когда Тосе Волковой исполнилось восемнадцать лет, мир, казавшийся таким ясным и предсказуемым, внезапно перевернулся. Известие о грядущем материнстве обрушилось на неё подобно летней грозе — неожиданно, громогласно, навсегда меняя ландшафт души. До этого момента жизнь Тоси напоминала идеально выстроенную симфонию, где каждая нота находилась на своём месте. Тося была тем редким сочетанием внешней привлекательности и внутренней глубины, что заставляет людей оборачиваться вслед, а сердца биться чаще...

Одинокие вечера в большом городе давили на нервы. Мария, закончив свои домашние дела, часто останавливалась посреди комнаты, прислушиваясь к звонкой тишине. Она ловила себя на мысли, что эта однокомнатная квартира, когда-то казавшаяся символом долгожданной самостоятельности после института, теперь больше напоминала аккуратную, уютную, но безмолвную клетку. Начало: https://dzen.ru/a/aYYSiNsSrnRGeohS Годы учёбы подарили ей вереницу ярких знакомств, шумных компаний, но с получением диплома эта живая река разлилась по бесчисленным руслам разных городов...

«Выбирай: либо я, либо твой Алёша! Это моё последнее слово!» — не кричал, а выдыхал, сдавленно и хрипло, Павел. Его лицо, обычно такое сдержанное и невозмутимое, было искажено мукой ревности, граничащей с отчаянием. Он стоял посреди комнаты, сжав кулаки, и его взгляд, острый как лезвие, впивался в Марию. Мария, к которой и был обращён этот ультиматум, казалась статуей из холодного мрамора. Она не плакала, не кричала в ответ. Она просто смотрела в окно, где ранний вечер спускал на город сизую дымку, а в душе её бушевал вихрь, поднятый одним-единственным именем...

В рабочем посёлке «Рассветный», где жизнь текла размеренно и предсказуемо, как стук колёс поезда, некоторые истории врезались в память жителей навсегда. Они передавались из уст в уста на лавочках у подъездов, в курилках завода «Машиностроитель» и в тесных кухнях двухэтажек, обрастая подробностями и моралью. Одна из таких саг – история семьи Семёновых, Петра и Анфисы. С виду – крепкая ячейка общества, двое детей, дом с приусадебным участком. Но к Анфисе, красивой и статной женщине, намертво приклеилось прозвище «гулящая»...

В уютном полумраке элитного парфюмерного бутика, где воздух был густым коктейлем из тысячи ароматов — от дерзких амбровых аккордов до нежных цветочных симфоний — Вероника Петровна замерла, будто наткнувшись на невидимую стену. Ее взгляд, привыкший за последние месяцы к тусклым больничным стенам и зашторенным окнам собственной квартиры, машинально скользил по рядам хрустальных флаконов, и вдруг остановился, зацепившись за образ, от которого похолодело внутри. Она узнала ее сразу. Не по имени, нет...

История, которую Лизавета Петровна поведала дальше, вырываясь из груди хриплым, прерывистым шёпотом, была историей старой, как мир: страсти, предательства, слепой материнской любви и ещё более слепой, всепоглощающей мести. Начало: https://dzen.ru/a/aYTB7my4Cg31-B3H Её сын, Сергей, с юности безнадёжно и безответно любил местную красавицу Ольгу Зарецкую. Девушка была неотразима: статная, с длинными золотистыми волосами, глазами цвета июльского неба и вызывающей, дерзкой улыбкой. Она сводила с ума всех парней в округе, а девушки тихо ненавидели её за эту данную свыше, несправедливую красоту...

За окнами бушевала настоящая февральская пурга, злая, пронизывающая, заметающая все дороги и тропы искристым, колючим саваном. Глубоко за полночь, когда мир, казалось, должен был погрузиться в самое беспробудное забытье, в стекло спальни Антонины Степановны раздался настойчивый, неприятный стук. Не сразу пожилая женщина, разбуженная от тяжёлого, старческого сна, поняла, что происходит. Сердце, отвыкшее от неожиданностей, глухо и тревожно забилось под рёбрами. Она медленно приподнялась на локте, прислушиваясь...

Когда дверь за ним закрылась, Анна машинально повернула ключ, щёлкнула защёлкой, задвинула цепочку. Потом прислонилась лбом к холодному дереву и застыла. Так она простояла долгие десять минут, пока в памяти всплывали обрывки прошлого, яркие, как киноплёнка… Начало: https://dzen.ru/a/aYRwLcwX5zgEJ0-9 Они встретились в далёком девяносто третьем году, в полуподвальном клубе «Мелодия», где пахло дешёвым парфюмом, сигаретным дымом и безудержным весельем. Она, семнадцатилетняя Анна, стройная, с копной...

Иногда самый страшный приговор звучит не в суде, а в собственной прихожей. Анна прожила с Максимом восемнадцать лет, но один вечер перечеркнул всё. Эта история — не просто рассказ про измену мужа, который ушёл к другой. Это история о том, как долгий брак рассыпается в прах, и о невероятном повороте, который приготовила для героини судьба. Анна вернулась домой вовремя, как обычно. В шесть часов вечера в квартире стоял особый вечерний полумрак, который она так любила. Она сбросила туфли, повесила плащ на вешалку и только тогда заметила странную тень в углу прихожей...

Осень наступила. Словно невидимый художник, уставший от буйства летних красок, взял широкую кисть, обмакнул её в охру, умбру и бледное золото, и начал неспешно закрашивать зелень. Начало: https://dzen.ru/a/aYNtS7lIbmyO43J4 Листья на берёзах у околицы пожелтели сначала по краям, будто опалённые лёгким холодком. Воздух, ещё вчера густой и сладкий от запаха скошенной травы, стал прозрачным, звонким и острым, как лезвие. В этом воздухе особенно отчётливо разносились звуки: отдалённый лай собаки, скрип...

— Нет, ну ты погляди только, а? Будто назло делает… Нюська! Нюська-а-а! Голос Евдокии, звонкий и зазубренный от раздражения, летел через покосившийся забор, разделяющий два подворья. Он встряхивал сонную тишину, сгонял воробьёв с крыши бани и, казалось, даже на мгновение останавливал тяжёлый полёт шмеля. Лето в деревне Верхняя Слободка стояло томное, медовое от зноя, густое от пыли на просёлке и гула пчёл над палисадниками. Воздух над огородами колыхался, словно живой, прозрачный и зыбкий. И сквозь...