Солгал. Не хотел высказывать свои печали вслух, потому и выдал желаемое за действительное. Тео не поправится. У этого кота давно повреждён духовный корень. Даже полноценные демоны не всегда способны благополучно пережить неожиданные всплески внутренней силы, но они хотя бы могут перенаправить свою энергию и сгладить нежелательные последствия, а для Тео самоконтроль невозможен в принципе. То, что случилось этим утром, теперь будет повторяться всё чаще и чаще, пока демоническая аура не поглотит сознание зверя полностью. Его нельзя оставлять в живых, иначе верный друг превратится в безумное и очень опасное кровожадное чудовище. В этот раз Дин забрал у Тео всю демоническую силу, лишив бедолагу возможности перевоплощаться, но это не выход. Нужно уничтожить магический корень, а это значит, что придётся отнять и жизнь тоже. Без права на перерождение.
Такое решение принять очень сложно, если привязан к кому-то всей душой. Стать для самого преданного своего товарища судьёй и палачом. Дин надеялся, что такой день не наступит никогда, но непоправимое всё же случилось. Нужно было собрать в кулак всю свою волю и поступить правильно сразу же, как только началась неожиданная и ужасная трансформация, а владыка демонов позволил себе быть слабым и милосердным лишь потому, что Тео ― его единственный друг. Если бы покончил с проблемой быстро и без раздумий, как поступал с другими демонами, то и сомнения теперь не терзали бы его душу так сильно. Осознание того, что отнять эту жизнь придётся собственными руками ― худшая из пыток. Хуже даже, чем кара пламенем Преисподней, потому что эта боль не утихнет никогда.
― Святые небеса! Владыка Лин, что с вами?! ― пришёл в ужас Тань Ху, очередная встреча с которым была назначена заранее и именно на это утро.
Во-первых, Дин должен был вернуть ему свиток, распознающий истинную суть живых существ ― эта вещь создана в Небесных Пределах, и в Лунной Долине ей не место. Во-вторых, через лиса владыка демонов планировал передать полубогам информацию о том, насколько точными были его расчёты относительно нарушения баланса магических сил вследствие казни пары дюжин магов. Местом встречи в этот раз была выбрана вершина одной из А-Шуанских гор ― достаточно далеко от барьеров, но в непосредственной близости от Лунной Долины. И там очень много снега, а на снегу хорошо видна кровь, которой Дин Лин не жалел, стремясь создать как можно более жуткую картину для впечатлительного зрителя. Он даже раны, нанесённые когтями Тео, раскрыл вновь и не позволял им затягиваться, хотя это и было довольно болезненно. Когда Тань Ху появился в указанном месте, владыка демонов уже лежал у большого камня, изображая чуть ли не предсмертные муки. Естественно, оборотня это напугало.
― Всё… хорошо, ― прохрипел Его Демоническое Величество и для пущей драматичности момента сплюнул кровь на снег.
― Да где же хорошо?! ― разволновался лис ещё сильнее. ― На вас же места живого нет! Какому зверю под силу так вас потрепать?
― Забудь, ― будто бы небрежно отмахнулся Дин от его тревоги. ― Просто… я тоже… не всесилен. Боюсь, что… печать дракона…
И действительно ослабил печать, что по ощущениям намного хуже любых ран. Жар сразу же хлынул от тела во все стороны, в считанные мгновения растопив снег вокруг почти до самого камня небольшого плато. Вены привычно вздулись чёрно-красными змеями. Тань Ху, доселе никогда не видевший ничего подобного, запаниковал, но что он мог сделать? Попятился только и по неосторожности едва не свалился в глубокую пропасть.
― Нужно… вернуться, ― выдавил из себя Дин и активировал талисман перемещения, чтобы продемонстрировать отсутствие возможности воспользоваться собственным магическим ресурсом.
У бессмертных есть Зал Времён. Это место создано самими полубогами, среди которых нет наследника Великого Бога времени, поэтому «всевидящее око» можно обмануть магией сокрытия. Лунная Долина для него как на ладони, но не дворец владыки демонов, поэтому небожители смогут увидеть лишь то прошлое, какое Дин Лин сочтёт нужным им показать. Этой ночью он приложил немало усилий для того, чтобы восстановить баланс, нарушенный казнью Яо. Полубоги должны были почувствовать колебания магических сил, а в Зале Времён смогут посмотреть, что именно было сделано. Во время процесса поглощения он не скрывался и не щадил себя ― притворяться страдальцем не было нужды. Возвращение во дворец и драка с Тео выпадут из общей картины, но в случае, если возникнут вопросы, можно сказать, что раны появились при попытке уединиться для отдыха в одной из старых драконьих пещер ― их Зал Времён тоже не видит, а нечисти там водится немало. Дин хотел показать небожителям не свою уязвимость, как предположила принцесса, а угрозу, которую несёт в себе сам факт существования истинного демона с драконьей сутью. Бессмертные знают о том, что владыка Лин запечатал эту часть своей души, но не представляют, как именно это было сделано и насколько надёжна печать. Если испугался Тань Ху, то и полубоги не останутся равнодушными. Им ни к чему появление демона-дракона. Сведения о том, что подобное всё же может случиться, подстегнут их к действиям ― так замысел Дун Фэна раскроется быстрее.
Оставив свиток владыки Юна на окровавленном снегу, Дин исчез с вершины горы, но не вернулся во дворец, а выбрал конечной точкой перемещения достаточно открытое пространство у входа в пещеру с целебным источником. К этому моменту он и правда довёл себя до очень опасного состояния. Сил на то. чтобы вновь укрепить печать, ещё хватило, а потом навалилось беспамятство ― такое же, свидетелем какого месяц назад была Мирена Яо. Мучительный процесс усвоения поглощённой энергии собственной аурой может длиться несколько часов или даже дней. Сделать точный расчёт невозможно, но Дин предполагал, что в этот раз его страдания продлятся не дольше одного дня и одной ночи ― достаточно, чтобы напугать небожителей как следует. Они не сунутся в Лунную Долину. Будут только наблюдать и делать выводы. Поймут, что затеяли опасную игру, и постараются завершить её как можно быстрее.
* * *
Эда дулась весь день. Прежде она никогда не показывала свою обиду на поступки молодой госпожи, но теперь ведь изменилась и её жизнь тоже. Односложные ответы, холодная отстранённость, предельная вежливость без капли тепла ― словно чужой человек. Отвергла помощь в лечении рук, отказалась от еды, не хотела поддерживать разговор, какой бы темы он ни касался. Мирена понимала, что виновата перед ней. Не следовало запирать Эду в кухне, ведь она из благих побуждений опекает свою хозяйку сверх меры, но сделанного уже не воротишь. Осталось только раскаиваться и размышлять над тем, как искупить эту вину.
«Всё же господин Лин прав. Я капризная, избалованная и вздорная», ― уже в который раз мысленно констатировала принцесса, кутая Тео в тёплое одеяло. Она сама согрела воду, чтобы помыть кота, пока он спит и не сопротивляется. Сама очистила от запёкшейся крови его шёрстку. Сама освободила от свежих овощей большую корзину, чтобы устроить в ней временную тёплую лежанку для питомца владыки. Пока занималась всем этим, пришла к выводу, что со многими делами может справиться самостоятельно, а заботой Эды пользуется по старой привычке. Утверждала, что больше не является принцессой, а на деле… Просто бесполезный человек со скверным характером.
Ко сну Мирена тоже готовилась в этот раз сама ― уж раздеться-то она точно может без посторонней помощи, а у Эды ранены руки. Корзину со спящим котом поставила подальше от кровати из опасения, что приступ Тео может повториться. Целесообразнее было бы и вовсе убрать этого непредсказуемого демона за пределы комнаты, но по залам дворца гуляют сквозняки, а в спальне всё-таки тепло. Да и владыка Лин сказал, что Тео будет спать долго. Вряд ли он стал бы лгать и подвергать опасности тех, о ком столько времени проявлял только заботу. К шитью Эда этим вечером не притронулась, так что можно было погасить свечи пораньше, оставив лишь те, что освещают маленький алтарь, но стоило девушке задуть всего одну свечу, как в закрытую створку окна что-то громко стукнуло ― один раз, потом снова.
― Наверное, снова прилетела та странная птица, ― решила Мирена.
Она подошла к окну и приоткрыла лёгкую створку, но увидела там не птицу с длинным клювом, а парящую в воздухе старую знакомую, за спиной которой часто-часто трепыхались тонкие пёстрые крылышки. Барьер владыки не впускает во дворец никого, кроме Тео, потому и Мин-Мин не смогла проникнуть в помещение без дозволения, а просто кидала камни в единственное светлое окно.
― Отдай мне Тео! Господин сказал, что я могу его забрать, ― заявила бабочка, не снизойдя до приветственных слов и проявления вежливости в принципе.
― Забирай, ― предложила Мирена, сопроводив эти слова приглашающим жестом.
― Жалкая смертная! ― бросила ей Мин-Мин. ― Знаешь же, что барьер меня не впустит!
― Если бы господин разрешил тебе забрать друга, то решил бы и эту проблему заодно, верно? ― уточнила принцесса.
― А ты будто бы не знаешь, что он сейчас не в состоянии что-либо решать, ― язвительно отозвалась собеседница.
― Если так, то и разрешения тоже дать не мог, ― возразила девушка.
― Да просто вынеси Тео за окно на вытянутых руках, а я его заберу. Барьер по стене проходит. Тебе сложно что ли? Умереть хочешь? Если демоническая сила Тео снова всколыхнётся, думаешь, сумеешь избежать его когтей и в этот раз тоже?
Эда зашуршала одеялом на своей тахте. Встала, сунула ноги в тёплые тапки и тоже подошла к окну. До сих пор она ни разу не видела Мин-Мин, но теперь заинтересовалась не яркими крылышками демона-бабочки, а словами их обладательницы. Мирена ведь не рассказала служанке о том, что Тео превращался в злобного зверя. Не хотела волновать, поскольку опасность уже миновала, а сейчас почувствовала себя виноватой ещё в этом.
― Что значит «и в этот раз тоже»? ― уточнила Эда, приоткрыв створку шире и подслеповато щурясь.
― А, и старая ведьма тоже здесь, ― неприятно ухмыльнулась бабочка. ― Хорошо, я расскажу вам, жалкие смертные, что это значит. Про приговор для Яо вы ведь слышали, да? Знаете, что вчера многих магов казнили, а остальным урезали магические корни?
― И что? ― стараясь сохранять спокойствие, спросила принцесса. ― Это справедливое решение. Если ты хотела уколоть меня этим побольнее, то не получится.
― Да кому ты нужна, глупая девчонка? ― пренебрежительным тоном ответила Мин-Мин. ― Только господин за тебя и заступается, потому что не может забыть свою жену. А бессмертные приказали тебя казнить, как и всех Яо, у кого нет магических корней. На баланс сил это никак не повлияет, зато исключит появление наследников-магов в будущем.
― Ты лжёшь, ― уверенно констатировала Мирена. ― Я указ собственными ушами слышала.
― Один из указов, ― ехидно уточнила бабочка. ― Их было несколько, и не все оглашены публично. Вчера казнили даже ту бесполезную старуху, которая присматривала в твоём дворце за императорской усыпальницей. Она хоть и не могла уже продолжить род, но такие тонкости в указе не отмечены. А раз так, то и ты тоже должна умереть. Наш господин отказался выдать тебя, поэтому бессмертные назначили твоим палачом Тео. Владыка ранил его и забрал всю силу, пытаясь помешать исполнению приговора. И тебе ничего не сказал, чтобы не расстраивать. Но это всё временная мера. Тео скоро очнётся, быстро восстановится и сделает то, что должен. Господин не успеет вернуться до этого времени, потому и прислал меня. Силу Тео нужно контролировать извне, иначе он снова взбесится. Мне тебя не жаль, поверь, но если подобное всё же случится, то господин убьёт моего Тео, как поступает со всеми злобными демонами.
― То есть владыка прислал тебя сейчас за котом, чтобы спасти таким образом и меня, и своего друга? ― уточнила принцесса.
― Ну конечно! ― охотно подтвердила её выводы Мин-Мин. ― Ты же не разбираешься ни в травах, ни в ядах, а я смогу позаботиться о Тео, пока господин занят своими делами.
Мирена изобразила глубокую задумчивость, долго молчала, а потом подвела итог беседе, заявив:
― Проваливай.
И закрыла окно, в которое сразу же прилетел очередной камень.
Эда теперь выглядела встревоженной не на шутку, а ситуация явно требовала подробных разъяснений, поэтому принцесса всё же расщедрилась на откровения. Объяснила в деталях, что именно произошло утром. Выслушала все упрёки, накопившиеся у служанки за прошедший день.
― Но если всё так, то, наверное, Тео и правда лучше отдать, ― высказала Эда своё мнение, опасливо косясь на беспомощного, крепко спящего зверя.
― Если бы у владыки Лина имелась хоть капля сомнений в нашей безопасности, он не оставил бы кота здесь. Даже прикоснуться к нему не позволил бы, но всё же сам отдал его мне в руки, ― попыталась успокоить её Мирена.
― Вы знаете этого демона всего три месяца, но уже готовы доверить ему свою жизнь? ― не унималась служанка.
― А кому, кроме него и тебя, моя жизнь вообще интересна? ― осведомилась принцесса. ― У Мин-Мин точно на уме что-то дурное. Утром владыке снова было плохо, а сейчас, наверное, стало ещё хуже. Он не может вмешаться, а она пользуется моментом и строит козни за его спиной. Относительно указа о казни я ей не верю. Если бы бессмертные приняли такое решение, господин Лин не обещал бы мне свободу. Насчёт того, что Тео в любой момент может снова превратиться в чудовище, она тоже врёт. А вот по поводу расправы над ним… В этом Мин-Мин может быть права.
― Да бросьте, ― возразила Эда. ― Владыка этого паршивого кота за младшего брата почитает.
― И поэтому не убьёт? ― скептически уточнила Мирена. ― Я хоть и знаю этого демона не слишком долго, но уже поняла его характер. Он не оставит в живых того, кто способен навредить другим. Демоны не контролируют рост своей духовной силы, но способны направлять её, а Тео даже такой возможности лишён. Утром владыка пощадил его из глубокой душевной привязанности, но рано или поздно он смирится с необходимостью этой утраты. Будет страдать и винить во всём себя, но тяжёлое решение всё же примет.
Эда вздохнула и с грустью посмотрела на котика, спящего в корзине. Она хоть и ссорилась с ним постоянно, но вражды между ними не было. Не хотела привязываться слишком сильно, вот и бранилась, а теперь осознание того, что этот зверь обречён, причиняет боль и ей тоже.
― Если тощий демонюка даже дракона в себе смог запечатать, то почему мальчишке ничем не хочет помочь? ― произнесла служанка расстроенно.
Мирена подумала о том же. Тео живёт уже довольно долго ― почти полтора века. Всё это время его демоническая сила продолжала расти, и этот рост вряд ли отличался равномерностью. Как-то ведь владыка Лин помогал ему избежать столь сильных всплесков. И помимо демонической природы у этого кота есть ещё и человеческая душа. Он пусть и не может контролировать внутреннюю силу, но во всём подражает господину, а тот в аналогичной ситуации предпочёл бы расстаться с жизнью, но не превратиться в кровожадного монстра.
― Погоди-ка… ― задумчиво произнесла принцесса. ― Мин-Мин сказала, что я избежала его когтей, но в момент превращения меня не было рядом. Я случайно там оказалась, когда мы с тобой услышали шум. А ночью Тео вообще не было во дворце. Вчера вечером он с разрешения владыки ушёл к этой дрянной бабочке.
Новая неведомая опасность уже развеяла все обиды Эды, и служанка теперь снова волновалась за свою госпожу.
― Верно, ― согласилась она. ― А утром он обычно первым делом заглядывает к нам сразу же, как только я просыпаюсь, и спрашивает, не нужно ли чего. Сегодня не пришёл. И ещё вот что, госпожа. Послушайте, что мелет эта зловредная пигалица.
За окном продолжала бесноваться Мин-Мин, бросая камни и обидные слова. Как раз в этот момент она красочно расписывала, как именно небожители казнили принцессу Амелию Яо вместе с младенцем в её утробе. Мирене было не слишком приятно слышать об этом, ведь она всё-таки считала Амелию старшей сестрой и любила, но теперь девушке нужно было сосредоточиться не на скорби об ушедших, а на решении совсем другой проблемы. После прошлого своего приступа месяц назад владыка Лин запечатал все выходы из Лунной Долины и углубил барьер, перекрыв им даже подземные реки. Не оставил ни одной лазейки даже для Тео. Талисманы перемещения тоже теперь бесполезны. Сам он пользуется собственными магическими навыками, а другие демоны никак не могут выбраться отсюда. Откуда Мин-Мин может знать столько деталей о том, что происходило вчера во дворце, если на казни не присутствовал даже Дин Лин?
― Господин Джан, ― высказала Мирена вслух неприятную догадку и зябко повела плечами.
― О чём вы? ― не поняла Эда.
― Господин Джан не демон. Он просто бесплотный дух. Призрак, хоть и отравленный уже демонической аурой. Барьеры владыки не являются для него препятствием, потому что рассчитаны только на демонов, ― пояснила принцесса, чем запутала свою старую служанку ещё сильнее.
Она могла бы дать больше объяснений, но сочла, что всё скоро и так прояснится. Мин-Мин глупа. Смешивает ложь с правдой, свято веря, что её окружают такие же глупцы. Рассчитывает на то, что эмоции собеседника возьмут верх над здравым смыслом, потому и бьёт по самому больному. Но сейчас она просчиталась. После всех пережитых ударов судьбы сердце принцессы Мирены Яо стало пустым и почти не воспринимает новые раны. Её и саму пугает это состояние, но от него, оказывается, может быть ещё и польза.
Дождавшись очередного удара камешка по деревянной створке, девушка снова открыла окно и заявила уверенно:
― Я выросла в гареме, помнишь? Там ложь и коварство можно встретить на каждом шагу, поэтому я умею защищаться и способна отличить правду от вымысла по признакам, о которых ты даже не подозреваешь. Это ты виновата в том, что случилось с Тео. Ты обижена на владыку Лина, презираешь меня и считаешь, что для твоего кота унизительно быть моим слугой. Не знаю, что именно ты с ним сделала, но это твоя вина. И его смерть тоже будет на твоей совести.
― Это ты должна умереть! ― истерично завизжала бабочка, сжав кулачки.
― А кто ты такая, чтобы распоряжаться чужими судьбами и жизнями? ― невозмутимым тоном осведомилась Мирена. ― Без советчиков и помощников даже простую смертную прикончить не можешь, потому и сговорилась с призраком, да? Не способна дотянуться до меня сама, вот и погубила по глупости того, кого любишь. Можешь и дальше кидаться камнями и вопить, но Тео ты этим уже не спасёшь. А за результат, который оказался именно таким, поблагодари господина Джана. В том, что вы оба просчитались, моей вины тоже нет.
Закончив эту маленькую обличительную речь, принцесса закрыла окно и приложила палец к губам, призывая свою служанку к полной тишине. Три месяца назад, проведя в подвале старой крепости всего несколько часов, она успела заметить, что перемещения бесплотного духа бесшумны, но вызывают колебания воздуха. Господин Джан не может навредить кому-либо ввиду отсутствия у него даже духовной силы. Он способен лишь говорить и передвигаться без ограничений. Мин-Мин сама как-то рассказывала, что во дворец владыки этот гость наведывается редко, но такая возможность у него всё же есть. Узнать о том, что случилось утром дворце и в каком состоянии сейчас Тео, мог только он. К тому же у владыки Лина были планы на это утро. Господин Джан мог и не знать о них, но наверняка понимал, что Дин Лин будет в плачевном состоянии, поскольку казнь даже нескольких магов не могла обойтись совсем без последствий для магического равновесия, а ответственный демон не оставит это без внимания и снова примет удар на себя. По всему выходило, что Мин-Мин и господин Джан что-то сотворили с демонической силой Тео, рассчитывая на то, что кот вернётся во дворец и взбесится, когда владыки здесь не будет. Конечно же, двум смертным женщинам не спастись от острых когтей и клыков обезумевшего зверя, не контролирующего себя нисколько. Мирена Яо и её служанка умрут, а Тео, как всегда, будет прощён, потому что Дин Лин ценит его жизнь очень высоко и не посмеет её оборвать. Должно быть, Мин-Мин услышала именно эти заверения, иначе не согласилась бы пожертвовать возлюбленным ради того, чтобы избавиться от пары ненавистных людишек.
Бестолковая бабочка никогда даже не пыталась понять характер своего господина, потому что думает только о себе и своих интересах. И Тео она тоже никогда не понимала. Не подумала о том, что, почувствовав неладное, он не будет скрывать это, а сразу скажет владыке, что происходит нечто странное. Владыка сказал, что его драка с котом была случайностью ― судя по всему, так и есть. Для Мирены было большой удачей, что в тот момент Дин Лин находился во дворце, а Тео побежал именно к нему, когда внутренняя сила неожиданно взбунтовалась. Господин Джан, вероятнее всего, наведался сюда уже после того, как владыка исчез, иначе его присутствие было бы замечено. Выяснив, что принцесса не пострадала нисколько, а кот лишён всех своих сил, подлый призрак задумал что-то ещё, потому и напугал бабочку мрачными пророчествами о судьбе Тео. Сама Мин-Мин ни за что не смогла бы продумать столько деталей. Господин Джан ― тоже Лин. Один из бывших императоров А-Шуана. Возможно, он недоволен тем, что власть над империей осталась за Яо, которые истязали его родню. Но это лишь догадка. Мотивы его коварства могут быть иными, их сложно вычислить. Главное теперь заключается даже не в том, чего он хочет, а в том, что двум беспомощным смертным нужно продержаться до возвращения владыки и не попасться на грязные уловки. Просто высунуть Тео за окно на вытянутых руках ― это уже безумие, ведь руки в этом случае окажутся за пределами защитного барьера, а Мин-Мин довольно-таки сильная. Ей не составит труда выдернуть жертву наружу и сбросить вниз на острые камни.
Слабое дуновение ветерка, которому неоткуда было взяться в окутанной магией комнате, потревожило пламя свечей на алтаре, а потом погасило их вовсе. Для бестелесного духа нет преград. От него нельзя спрятаться даже в той безопасной комнатке, которую показывал Тео. Но этот дух ничего не способен сделать живым. Может только напугать до полусмерти, что, похоже, и было его намерением. Зашуршал тканевыми драпировками на стенах. Прошёлся по пологу балдахина. Загасить голубоватые магические огоньки под потолком не смог, поэтому в спальне теперь царил полумрак, но всё это впечатлило только бесстрашную Эду.
― Не бойся. Это просто бесполезный дух. Он не сможет нам навредить, ― успокоила Мирена старую женщину, для пущей убедительности крепко сжав её похолодевшие руки. ― Бессонная ночь нам обеспечена, но не более того.
― Да что мы ему сделали? ― прошептала служанка, испуганно озираясь по сторонам.
― Не знаю и выяснять это не хочу, ― ответила принцесса. ― Пусть господин Лин сам с ними разбирается, когда вернётся. Давай зажжём магические фонари, чтобы стало светлее, если тебе страшно.
На самом деле ей тоже было страшно, ведь за странными поступками духа мог стоять бессмертный Бай Фэн, а предугадать намерения этого злодея практически невозможно. Господин Джан не является узником Лунной Долины. Он может свободно покидать её и возвращаться. Дин Лин не принимает в расчёт этого призрака, считая его совершенно безвредным, но иногда и одного только голоса бывает достаточно, чтобы посеять в умах и душах демонов сомнения, тревоги и страхи. Мин-Мин уже попалась на его уловки. Хорошо, если только она. Более сильный демон может обрушить на дворец камни покрупнее и похоронить под руинами всех, кто находится внутри. Если принцесса Мирена Яо должна умереть именно сегодня, то в отсутствие владыки Лина справиться с этой задачей не так уж и сложно.
Словно в подтверждение этих её мыслей сверху послышался нарастающий гул. За окном отчаянно завизжала Мин-Мин, требуя отдать ей Тео, потому что он ни в чём не виноват. Зловредный призрак перестал наводить на женщин ужас и притих ― очевидно, убрался прочь из дворца, чтобы насладиться предстоящим зрелищем со стороны.
― Бежим! ― крикнула принцесса служанке и метнулась к корзине со спящим Тео, чтобы спасти и кота тоже.
Не успела. Острая боль пронзила спину и сбила дыхание, а надтреснутый и бесцветный старческий голос Эды сообщил:
― Во времена правления моего деда самонадеянность считалась худшим из пороков, поэтому Яо и были тогда казнены. Жаль, что не все.
― Господин Джан? ― не поверила Мирена своим ушам и повернулась, но лишь для того, чтобы увидеть окровавленные ножницы в морщинистой руке своей служанки и получить ещё один удар этим предметом. Прямо в сердце.