Он часто забирал меня с работы, и мы ехали на его машине в новый автосалон, чтобы провести переговоры. Он открывал мне дверь автомобиля и теплой, мягкой ладошкой брал мою руку. Я ничего толком о нем тогда еще не знала, но сердце уже лихорадочно колотилось всякий раз, когда он прикасался к моей руке.
Наступила теплая осень 1999 года. Я сидела у окна на своем рабочем столе и смотрела, как солнышко гуляет по осенней листве центра Москвы. Наш кабинет был на самом высоком этаже правого крыла здания Банка России. Я обожала и это старинное здание со скрипучим паркетом больших холлов, его запах с нотками недавно отреставрированного дерева, и огромные просторы высоченных потолков помпезной центральной части здания, и этот просторный, светлый кабинет, в котором были большие окна и отличный вид на Неглинку. На столе стояла чашка ароматного кофе, запах которого успокаивал и поднимал мне настроение. Я ненавижу опаздывать и старалась приезжать чуть пораньше, чтобы насладиться вот этим моментом – тишина, аромат кофе и красивая разноцветная осень в окне.
Я внутренне подводила итоги за 3,5 года работы в этом прекрасном месте, и сердце слегка щемило. И от разлуки с моим первым кумиром – Ольгой Ивановной, которая так и не смогла победить рак груди. И от того, что я стала хорошим специалистом в той сфере, в которой мне было невероятно интересно работать. И от необратимой уже разлуки с таким дружным коллективом, с девочками нашего отдела. Да и с банками, которые я курировала, сложились самые теплые отношения. Моя любимая, грозная Ольга Ивановна осталась до сих пор в моих молитвах и записках за упокой души. Но мне надо было решиться на перемены и уходить на новую работу, так как моя жизнь стала невыносима. Я отказалась заходить в кабинет моего похотливого руководителя, устроила истерику и обещала орать, если Владимир еще хоть раз дотронется до меня. Документы я передавала через секретаря и получала обратно от него всегда исчерканные бумажки по несколько раз с явными придирками к тексту. Смиряться я устала, слишком много тренеров по смирению выпало на такой короткий участок моей еще юной жизни.
Куда двигаться? Фондовый рынок постепенно выкарабкивался их кризиса, но достойных вакансий я найти не смогла. Мой внутренний голос авантюриста всегда подталкивал меня в новые сферы. Я судорожно искала любые вакансии в банках, в которых хотелось чего-то совершенно нового. Любопытство и жажда учиться не покидали меня всю мою жизнь. В институте я обучалась на кафедрах в двух направлениях: ценные бумаги и кредитование. Пора было взглянуть внимательнее на второе направление.
В начале октября мамин новый ухажер рассказал ей, что есть вакансия самой низшей должности в коммерческом банке, который начал развивать проекты по розничному кредитованию. Но сразу предупредил, что, поскольку я приду туда по его звонку, никаких повышений и высоких зарплат не светит, и вообще не факт, что еще возьмут. Банк был весьма консервативный, кэптивный (не пугаемся нового термина, это означает «карманный»), но, по непонятным причинам, руководство банка решило рвануть в совершенно новое розничное направление – кредитование населения. И я была уверена, что, если встать у истоков активно растущего направления, то можно сильно выстрелить на волне роста. И еще важным аргументом к смене работы была надежда, что тут никто меня за задницу хватать не будет.
Я пришла на собеседование в банк, к зампреду, курирующему эту сферу. Невероятно красивый мужчина, обаятельный, деятельный, одетый в идеальный костюм явно очень дорогого бренда, сидел в огромном кабинете за лакированным столом. Я присела и тут же провалилась в кожаное, прохладное кресло напротив него и практически открыла рот. Этот невозможно прекрасный мужчина был сильно удивлен, почему я с такой должности Банка России и с моим уровнем компетенции согласна на стартовую позицию в отделе кредитования и спросил, не хочу ли я вакансию в отделе внутреннего контроля поинтереснее, но я уверенным голосом заявила, что убеждена в стратегически правильно выбранном новом направлении. Сказала, что моя внутренняя интуиция меня не подводит и явно сигналит, что надо идти туда. Я выразила надежду, что я не столкнусь более на новом месте с еще одним домогательством со стороны непосредственного руководителя. Он посмотрел на меня исподлобья и заверил, что этот банк дорожит своей репутацией и не допускает такого отношения к женщинам.
Документы были подписаны, и мне предстояло строить опять все с нуля.
Здание на Новом Арбате было небольшим, с маленькими окнами, темное внутри и несколько унылое. Я познакомилась с новым коллективом. Ребята были очень открытые, радостно меня приняли в коллектив, напоили чаем и угостили плюшками. Мы все были приблизительно одногодками, плюс-минус несколько лет. Весь отдел сидел в огромном пространстве, но между нами были перегородки тоскливого серого цвета. Искусственный свет, серое полотно перегородки перед глазами вместо шикарного вида из окна на Неглинку – все это, конечно, было непривычно и несколько меня расстраивало. А вот наш руководитель был крайне забавным молодым человеком. Его самым сильным пристрастием был шоколад. В течение дня он доставал тихонечко из ящика шоколадку, окидывал нас взглядом партизана и тихонечко, насколько это было возможно, начинал шелестеть оберткой, доставая небольшие кусочки и поглощая их с огромным удовольствием. Мы в душе хохотали над этой его привязанностью к сладкому, но это был его практически единственный огромный недостаток. В остальном все было сносно.
У каждой девочки было отдельное направление. Мне досталось автокредитование. На тот момент это была совершенно новая тема. Я должна была полностью разработать документооборот, создать типовые документы, согласовать их внутри подразделений банка и стартануть с первыми кредитами.
Весь отдел отправили на обучение психологии ведения переговоров, и первые наши кредиты были крайне забавными, ведь мне предстояло опросить потенциального заемщика, создать его психологический портрет и написать целую простыню-заключение на получение кредита. На обучении нас натренировали задавать около 20 вопросов, раскрывающих максимально личные качества клиента, и это было невероятно забавно и непривычно для банковской сферы.
В рамках автокредитования я познакомилась и заключила договоры с несколькими страховыми компаниями. И вот, со стороны одной из них к нам на встречу приехал молодой, деятельный Дмитрий. Он с таким энтузиазмом начал возить меня по автосалонам, знакомить с лучшими продавцами, двигал активно мое направление как мог. С его стороны я чувствовала какую-то отеческую заботу. В словах постепенно появились нежность и тепло. Я стала в наших разговорах «Катюшей» и я поняла, что меня однозначно и бесповоротно уносит в первую в жизни глубокую влюбленность. Я так давно забыла вот это чувство защищенности. А Дмитрий начал проявлять практически отеческую заботу, и мое направление просто завалили заявками на кредиты. Мое сердце настолько было измотано в вынужденном браке, что вот эти теплые слова и много действий, помогающих мне реально в работе, растопили все мои страхи быть уязвлённой и ранимой в отношениях с мужчиной. Он часто забирал меня с работы, и мы ехали на его машине в новый автосалон, чтобы провести переговоры. Он открывал мне дверь автомобиля и теплой, мягкой ладошкой брал мою руку. Я ничего толком о нем тогда еще не знала, но сердце уже лихорадочно колотилось всякий раз, когда он прикасался к моей руке.
Мой, уже любимый, Димочка был высоким, немного грузным, голубоглазым, невероятно обаятельным и умным. А мне всегда очень нравились самые умные мальчики в классе и в институте. Мы начали уже более часто общаться с ребятами из автосалонов. Всем было интересно развивать новый проект, и они часто подшучивали, что Димка по мне сохнет.
Шли месяцы, напряжение между нами росло. Воздух как будто наполнялся кипучей энергией страсти, когда мы были рядом. Но было ощущение, что он боится нырнуть в отношения, и все время откладывает неизбежное «на завтра».
Я попросила мою уже близкую подружку Наташу с работы помочь поменять мой слишком консервативный для 26 лет облик, и мы ринулись по магазинам Нового Арбата с огромным энтузиазмом. Я поменяла все: прическу, одежду, напялила каблуки. В гардеробе появились юбки выше колена, я выкинула все черное и скучное и облачилась в облегающие брюки с высокой талией, превращающие мою фигуру в образ гитары. Краситься меня так особо не научили, но я и так была молода, свежа и невероятно очаровательна. Дима, видя мои перемены, нахваливал меня, что я распускаюсь, как весна.
Проявлять инициативу я тоже не хотела, я выжидала развития ситуации. Дима стал приглашать меня на свидания. Мы выбирались погулять на Бульварное кольцо, бродили за ручку по Патрикам. Смеялись и ели на улице мороженое. В этих прогулках я как будто догоняла свою пропущенную молодость. Мы забегали в кафе и говорили, говорили, говорили… Было какое-то невероятное ощущение, что мы знакомы уже миллион лет, и так невероятно похожи во всем. Как-то в парке он нежно поцеловал меня в лоб. Это было так здорово. Каждый из нас боялся чего-то своего. Но после первого брака я тоже никак не торопилась начинать близкие отношения, так как для меня они были тягостными и были, скорее, наказанием, чем радостью.
Я неплохо водила машину, но Дима решил показать мне приемы экстренного вождения и увез в Сокольники на огромный пустырь, где мы ездили по очереди. Он учил меня экстренно тормозить, уворачиваться резко на поворотах. Это было настолько ярко и эмоционально, что мне окончательно просто снесло голову. Я уже не могла ни есть, ни пить. Я ужасно скучала и ждала возможности встретиться по любому поводу.
Однажды меня позвали на совещание в его страховую компанию, где было много разных специалистов. Мы предложили снизить ставку по кредиту за счет страховой премии для клиента. Это была новая маркетинговая идея. Я сидела за огромным столом, рассказывала подробно суть проекта. Но, когда зашел Дима, поняла, что даже не могу держать чашку с чаем. Настолько у меня лихорадочно колотилось сердце, что тряслась чашка в руке.
В тот вечер он предложил отвезти меня домой и поцеловал меня впервые с невероятной страстью. Я улетела в какое-то неземное состояние счастья. Странно, но я даже стала чувствовать его приближение на расстоянии. Когда он подъезжал к банку или моему дому, у меня начинали ныть кисти рук, и я знала, что вот, сейчас он войдет. В банке надо мной девчонки подшучивали, что у нас самые длинные платонические отношения во вселенной. Но я была реально очень счастлива. Дима заваливал меня цветами, часто дарил мелкие смешные плюшевые игрушки и привозил мой любимый торт «Полет», который мы лопали всем отделом.
Я всё не могла понять, почему он так откладывает шаг вперед, но в целом я была и не против.
Он часто заезжал к нам домой и познакомился с Ванюшей. Я, конечно, размечталась в голове своей, что он самый лучший и прекрасный человек на свете, и мог бы стать хорошим отцом Ванечке. Ване он тоже очень нравился, и мы иногда уже как будто по-семейному часто ужинали вместе. Он никуда не спешил никогда и с удовольствием гулял с нами до позднего вечера.
И вот, наконец, однажды он задержался после такой прогулки, и я с огромным удивлением для себя поняла, что близость может быть такой приятной, нежной, невероятно счастливой. Мы пили шампанской смеялись, и утихомирились уже ближе к рассвету.
Я сидела, завернувшись в плед, невозможно счастливая и смотрела, как он в который раз пытается одеться.
И тут я задала вопрос, почему же он так долго боялся прикоснуться ко мне.
Его ответ обрушил всё мое состояние счастья на дно…
«Я женат», - сказал он с грустью в глазах и ушел вместе с моим счастьем в кармане…
По совету юриста оставлю под постами с похотливым начальником тоже фразу - «Данная книга является художественным произведением. Любые совпадения случайны, события и персонажи являются вымыслом автора».