Бронзовый век на Южном Урале — это эпоха древних металлургов, загадочных городищ и удивительных открытий. Как современные технологии помогают археологам заглянуть в далёкое прошлое и сенсации преподносит эта эпоха? Рассказывает кандидат исторических наук, директор Учебно-научного центра изучения проблем природы и человека ЧелГУ Елена Куприянова.
— СМИ регулярно сообщают о новых сенсационных археологических открытиях. Насколько они значимы? Это новые артефакты или действительно открытия, меняющие наше понимание истории?
— К счастью, ни один наш археологический сезон не обходится без инфоповода. Почти каждое лето приносит новости, хотя не все из них — сенсации. Тем не менее, каждая экспедиция добавляет новые детали, новый «кусочек пазла», который мы собираем, исследуя бронзовый век. Но иногда происходят действительно уникальные открытия.
Сейчас очень изменился подход к нашим исследованиям: несомненно, раскопки по-прежнему важны, но особое внимание уделяется фактам, которые мы получаем с помощью современных технологий. Если раньше основными источниками были кости, черепки, артефакты, архитектурные остатки, то сегодня ученые получают информацию буквально из земли. Новые методы позволяют использовать буквально всё — от состава земли до микрочастиц — для понимания прошлого. С этой точки зрения для нас сейчас открываются такие горизонты, что даже специалисты не перестают удивляться. За последние 5–10 лет произошёл настоящий прорыв, который открывает новые горизонты. Более того, наши уже известные и, казалось бы, вдоль и поперёк изученные памятники открываются совсем с под другим углом.
— А какие технологии и методы помогают сейчас исследованиям, например, почвы?
— Их очень много. Недавно мы реализовали совместный проект с почвоведами и палинологами — это разные направления, не надо их путать. Почвоведы исследуют состав и свойства почвы, а палинологи изучают остатки микрорастений и всё, что связано с растительным и животным миром, сохранённое в почве. Для нас земля — это просто земля, а для них — бесценный источник исторической информации. Весь слой почвы в культурном слое памятника можно анализировать разными способами. Например, есть метод флотации, когда землю промывают, и всплывают микроостатки, которые которые можно определить до вида. Это дает возможность узнать, из каких материалов был построен дом, какая органика там хранилась. Также по остаткам можно определить, из чего была сделана подстилка или в какой сезон произошло погребение. По периоду цветения растений можно точно установить время захоронения, ведь растения цветут не как захотят, у них есть свои сезоны цветения.
Многие важные открытия связаны с почвоведением и палинологией, но есть и другие методы, которые тоже дают очень много информации. Например, на Южном Урале в археологии бронзового века особое внимание уделяется анализу стронциевых изотопов. У коллег из ЮурГУ был реализован крупный грант по созданию карты распределения изотопов стронция в почвах региона. Всё живое накапливает стронций: всё, что растёт на и в этой почве, животные, которые едят то, что растёт на почве, и животные, которые едят животных, и сам человек, который ест животных и растения. И мея карту распределения изотопов стронция можно определить происхождение костей или органических остатков, выяснить, из какого места они прибыли. Мы применяли этот метод в нескольких интересных проектах: выясняли, как далеко древние люди отгоняли свой скот, или откуда происходил человек в конкретном погребении. Обычно предполагается, что человека хоронят в родной земле, что он родился там же, где его и похоронили, а оказывается, что зачастую не совсем так. И в бронзовом веке были мигранты с очень дальних территорий.
Недавно в журнале «Российская археология» вышла статья, посвящённая импорту тканей. Оказалось, что в бронзовом веке это было не просто домашнее производство, что они своих овечек чесали и из их шерсти ткали ткани, но ещё и импорт тканей был, причём на довольно большие расстояния.
В 2021 и 2023 годах экспедиция ЧелГУ проводила исследования поселения Степное. Это такой же протогород, как Аркаим, самое северное поселение «Страны городов», такой своеобразный северный форпост — они охраняли эти территории и стояли на границе с лесостепью, где жили уже совершенно другие племена, с другим укладом и другой культурой. Здесь были широко развиты разнообразные культурные связи: в раскопах встречались импортные вещи и их копии. При исследовании поселения мы внезапно нашли несколько странных погребений, что очень необычно: там люди обычно не хоронят своих собратьев, потому что это неудобно, и это не по обряду. Одно погребение оказалось в общем рву поселения, там лежали женщина с ребенком. Другое — взрослый индивид — за поселением на хозяйственной площадке. И в обоих случаях обряд был не синташтинский, или аркаимский. Мы заподозрили неладное, но мы бы ничего не смогли понять, если бы не было изотопов стронция.
— Если бы не было этих суперметодик…
— Именно так. Мы с коллегами проанализировали не только эти артефакты, но и всех людей, захороненных в могильниках — тот материал, который накопили за 20 лет раскопок. Выяснилось, что захороненные в могильниках — местные, а те, кто похоронен на территории поселения — пришлые, и происходят, судя по всему, издалека. Это были женщины. Мы установили факт межкультурных браков: невест привозили не из соседних деревень, а из весьма отдалённых регионов.
— Действительно очень любопытно. А какие компьютерные технологии применяются в археологии?
— Ну например, 3D-моделирование, и ещё сейчас всё больше используют квадрокоптеры для съёмки памятников. Такие аппараты создают 3D-модели всего за полчаса, тогда как раньше на это уходили недели. У нас есть совместный проект с математическим факультетом ЧелГУ: мы обучаем нейросеть находить археологические объекты.
— Есть успехи?
— Пока мы в процессе.
— Аркаим был открыт ещё в 1987 году. Что нового о нём узнали за последние годы?
— Сейчас мы говорим об Аркаиме не как о конкретном протогороде, а как о широком явлении, синташтинской археологической культуре, с которой связана так называемая «Страна городов», и в последние годы мы узнали просто очень много нового, всего не перечислить.
Ну если кратко: во-первых, территория «Страны городов» буквально за последние пару лет расширилась примерно вдвое. Это, видимо, связано с волновым развитием науки и технологий, как и всего остального. Ведь в 70-е годы было известно только одно поселение — Синташта, которое считалось особенным. А в 1987 году, после открытия Аркаима, сразу было открыто двадцать подобных поселений, так как стали применять геологические научные методы — дешифрировку аэрофотоснимков. Потом был какой-то "застой" — с начала "нулевых" не было открыто ни одного нового поселения... И вот буквально за последние несколько лет мы обнаружили уже десяток: в прошлом году — два новых поселения, в этом сезоне — ещё несколько. И плюс к этому — мы подняли старые отчёты и оказалось, что уже обнаруженные, но не исследованные пока памятники тоже были подобными укрепленными поселениями. Сейчас насчитывается свыше 30 объектов «Страны городов» — их количество практически удвоилось.
— А есть ли новые гипотезы, например, о назначении Аркаима, или о причинах исчезновения «Страны городов»?
— Мы сейчас рассматриваем феномен Аркаима не как статичный объект, а как процесс: приходит понимание того, что это была трансформация. Новые данные, включая генетические исследования, помогают понять происхождение местного населения: откуда они пришли, что лежало в основе их культуры. Конечно, пришло понимание, что эта культура менялась и адаптировалась со временем.
Вот мы на небо смотрим — видим просто звёзды, «плоскую» картинку, а ведь в действительности звёзды расположены друг от друга на огромном расстоянии миллионов. Так же и археологи видели только статичные памятники. Когда мы копаем больше новых объектов, мы исследуем их уже более пристально, применяем новейшие методы анализа — и наблюдаем процесс, динамику, а не «плоскую» картинку.
— Можете ли вы выделить самые значимые открытия, связанные с бронзовым веком в нашем регионе, были сделаны за последние годы? Какие находки или теории заставили пересмотреть всё, что было до?
— Совсем недавно произошло важное открытие, множество СМИ писало о нём. ЧелГУ ведёт раскопки в Карталинском районе, где исследует два крупных объекта — рудник бронзового века и стоянку эпохи неолита-энеолита. Это очень масштабный проект — работы идут с 2022 года, объекты огромны по площади и изначально воспринимались как несвязанные между собой, учитывая расстояние около километра и разницу эпох.
Однако недавно на руднике мы обнаружили два погребения эпохи энеолита — необычные шахтные захоронения. В одном лежал пожилой мужчина, есть подозрения, что со следами травм, это было вторичное погребение. А во втором погребении лежали, вернее, сидели двое — подросток и женщина. Это вообще большое событие, так как за последние сто лет на Урале найдено всего 8 подобного рода захоронений, а мы буквально за пару дней увеличили их число почти на треть.
Погребения были шахтные — скорее всего, они действительно сами разрабатывали этот рудник, рыли шахты, а разработанные использовали как ямы для погребений. Но самая интересная находка — это медный браслет на руке женщины! Аналогов этому браслету нет: он орнаментирован и совершенно не похож на украшения бронзового века. Это совершенно оригинальная металлургическая школа.
И буквально в тот же день на стоянке мы обнаружили следы металлургической деятельности — шлаки, слитки металла и развал печи.
Раньше об энеолите на Урале никто толком ничего не знал. Считалось, что до «Страны городов» ничего особенно не было: где-то жили какие-то разрозненные племена, и не было неизвестно чем они занимались… Но связав эти два памятника — рудник и стоянку — мы поняли, что ещё в эпоху энеолита у нас была металлургия.
Это позволяет пересмотреть хронологию начала металлургии на Урале: если открытие Аркаима отодвинуло начало развития металлургии в регионе лет на триста, то это открытие отодвинуло его на тысячу лет. Это настоящий прорыв и сенсация.
— Неужели вся металлургия началась с Южного Урала?!
— Скорее всего — нет, но звучит хорошо. Факт наличия сстоль развитых металлургических технологий уже в энеолите — подлинная сенсация. Нам сейчас предстоит целый комплекс исследований: датировки, анализы ДНК, реконструкции обликов и многое другое. После этого, я надеюсь, мы сможем очень много узнать как связан Аркаим с энеолитическим населением. Раньше уже звучали гипотезы о том, что часть жителей Аркаима была местного происхождения. Ждём результатов анализов.
Считалось, что металлургию на Южный Урал принесли с Предкавказья, но теперь ясно: в энеолите у них уже были крупные конкуренты. Это перевернуло наши представления о взаимоотношениях эпох бронзы и энеолита, и взгляды на историю бронзового века.
— Это действительно сенсационное открытие. Поздравляю вас и всех учёных, задействованных в проекте. Огромное спасибо!
Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда и Челябинской области № 25-28-20202.
Авторы: Ирина Фадюшина, Анна Таскаева, Мария Гулова
Разговор состоялся в программе «Такая наука» на радио «Комсомольская правда-Челябинск» (95,3 FM).
Программа «Такая наука» посвящена научным достижениям южноуральских ученых. Ведущая — доктор филологических наук, профессор ЧелГУ Анна Таскаева.
Материал подготовлен изданием «Комсомольская правда - Челябинск» и пресс-службой ЧелГУ