Кот дёрнулся и болезненно мяукнул.
— Тихо, тихо, — успокаивала она его. Она отлично понимала причину его недовольства. Он был недоволен тем, что ему не дали умереть…
Дорогие друзья! Сегодня наш канал продолжает работу только благодаря Вашей поддержке. Огромное Вам спасибо! Поддержать канал можно по этой ССЫЛКЕ
*****
Она нашла его возле мусорки, когда выносила туда утром, перед работой, всё, что осталось после посиделок с друзьями в выходные…
А поэтому, когда её взгляд наткнулся на худого, как скелет, кота, первое, о чём она подумала:
— Ну, вот. Теперь опоздаю не из-за плохого самочувствия или невозможности садиться за руль…
Кот покачивался из стороны в сторону, и ей казалось, что его колеблет лёгкий, весенний ветерок.
Он был худ, плешив и в его глазах была пустота. Знаете, такая пустота, которая бывает только в одном случае, и она очень хорошо знала этот случай, потому что работала медсестрой в большой больнице.
Ей приходилось видеть глаза умирающих. Точно такие же – уже отсутствующий взгляд, будто они видят что-то такое, не предназначенное для глаз живых.
Она споткнулась, остановилась, чертыхнулась и поняла, что не сумеет пройти мимо.
Выбросив пакеты в зелёные мусорные баки, она подошла, присела на корточки и попыталась заговорить с раскачивающимся во все стороны котом, но он…
Он молчал и не обращал на неё внимания.
— Так, — сказала она. — Всё понятно. Сиди тут и никуда не уходи, я сейчас… Господи, что я говорю? — оборвала она сама себя. — Куда же может пойти этот несчастный?
Она достала телефон и позвонила на работу:
— Авария прямо на стоянке! Въехала машина. Не знаю, что и делать, но… Но нельзя же всё оставлять. Сейчас буду вызывать полицию…
На той стороне трубки вздохнули и ответили:
— Бетси, что б тебя! Что там опять такое? Перепила на выходных?
— Я могу рассказать правду, — вдруг прорвало Бетси, — но вы же мне не поверите.
— А ты попробуй! — потребовала старшая медсестра.
Тогда Бетси сделала фото кота возле мусорки и отправила той.
— Не жилец, — констатировала старшая. Но профессиональный интерес пересилил: — И что делать будешь?
Бетси сняла куртку и накинула на кота. Она просто боялась прикасаться к нему. Ей казалось, что вся его слипшаяся грязная шерсть шевелится от блох.
Дома она набрала тёплую водичку в ванную и осторожно, предварительно надев мед перчатки, достала кота из куртки и посадила туда.
Кот дёрнулся и болезненно мяукнул.
— Тихо, тихо, — успокаивала она его.
Она отлично понимала причину его недовольства. Он был недоволен тем, что ему не дали умереть…
Вымыв его начисто и высушив феном, она приступила к самому плану спасения.
Осторожно разжимая его гнилые зубы ложечкой с теплой смесью молока и сметаны, она сумела влить в него немного, но – это было не самое главное. Она понимала, что ему требуется помощь врача…
Запихнув свою бывшую куртку в пакет для мусора – а что ещё можно было сделать с массой копошившихся там теперь блох? – она посадила теперь чистого, но еле живого страдальца в спортивную сумку и поехала.
В их компании был один знакомый – ветеринар.
Она никогда не обращала на него внимания. Бетси была видной девушкой лет двадцати семи. Видной издалека и, тем более, с близкого расстояния. И мужчины сворачивали шеи, заглядываясь на неё, но…
Она выбирала обстоятельно:
— Мама, хирург или просто ортопед? — судачила она с матерью.
Та всегда отвечала ей:
— Доча, надо, чтобы хороший человек был. А то ведь опять разбежитесь, как в прошлый раз.
В прошлый раз был известный психиатр. Она не смогла пережить его странностей.
Да, так вот… Неприметного в их медицинской компании ветврача она, смеясь, называла – лошадкин доктор.
Тот смеялся вместе со всеми и не обижался.
Бетси умела организовывать компании и была заводилой в посещении баров и дискотек. И ей казалось, что ветврач просто от скуки таскается с ними по выходным по всем злачным местам.
Вот ему она и позвонила:
— Привет. Как дела? У меня есть к тебе неотложное и срочное дело.
— Что случилось? — удивился лошадкин доктор.
Она, чтобы долго не объяснять, отправила ему два фото. Одно с мусорки, а второе – нынешнее, уже намытого кота.
— Давай ко мне, срочно, — заметил ветеринар. — Я сейчас передам дела помощнику и сам займусь. Если ещё что-то можно сделать…
Она вдруг сказала:
— Денег у меня много нет, но… Если спасёшь его, то эти выходные танцую только с тобой. И даже… Поцелую тебя на виду у всех!
На той стороне воцарилась тишина, и Бетси обиделась немного на то, что этот серенький мужичок не отреагировал так, как должен был.
— Ну, спасибо! — надо было сказать. Или там: — Ооооо! Класс! Все будут завидовать!
А он молчит…
— Вези быстрее, — просто ответил ей ветеринар.
*****
Его клиника оказалась довольно большой. Была секретарша и два помощника – студенты пятого курса. И были несколько кабинетов.
Она удивилась. Ожидала что-то мелкое и серенькое, а тут…
Люди, сидевшие в очереди, не обратили на Бетси никакого внимания, зато когда появился ветеринар, они оживились и разом начали:
— Доктор, только вы, а не студенты…
— Доктор, я к вам из соседнего города…
— Доктор, ради всего святого! Я потом расплачусь…
— Однако, — сказала Бетси, входя в кабинет приёмной с очень чистым и большим хирургическим столом.
Ветеринар и не посмотрел на неё. Он осторожно раскрыл спортивную сумку и, достав кота, положил его на никелированный стол.
Она опустилась на стул и как зачарованная смотрела на его бегающие по худому тельцу пальцы. Это были какие-то особенные пальцы. Они порхали, гладили, успокаивали…
Эти пальцы словно шептали что-то ласковое, теплое. Они говорили:
— Тихо, тихо. Всё будет хорошо.
Осмотр, рентген, анализы и уколы антибиотиков, плюс система с физраствором и витаминами…
И вот, что странно – кот не дёргался в его руках, хотя Бетси знала – бедняге было очень больно.
— Животные тебя любят, — заметила Бетси.
— И я их, — согласился лошадкин доктор.
Уезжая домой, она спросила:
— Сколько я тебе должна?
— Ничего, — ответил он. — Считай, это моя благодарность тебе за то, что не забываешь приглашать лошадкиного доктора на ваши развлечения.
Ей почему-то стало стыдно. Она посмотрела на его усталые глаза и залысину. А потом сказала:
— А знаешь, я рада, что приглашала тебя…
Приехав домой, она разложила полученные от него лекарства. Их было много, и обычный человек вряд ли бы разобрался, но ведь она всё-таки была практикующей медсестрой…
Однако, на следующий день она опять поехала к нему. Причина была банальна.
Придя в себя и открыв глаза, Черныш, первым делом, впился ей в руку, между большим пальцем и указательным!
Она дико вскрикнула, вырвала руку из его пасти. Кровь лила, не останавливаясь…
Почему она поехала не к себе в больницу, а к этому лошадкиному доктору? Она и сама объяснить себе не могла.
Ветеринар опять передал все дела одному из помощников и занялся ею.
— Не хочешь, чтобы в больнице узнали? — спросил он, и она согласилась.
Впрочем, плевать ей было на больницу и подружек-медсестёр! Ей хотелось, чтобы вот эти пальцы… Пальцы пианиста, а не ветеринара, коснулись ее руки…
Он уколол обезболивающее и приступил.
— Ты в курсе, что я не имею права принимать тебя? — спросил он, и она опять согласилась.
Она смотрела на то, как его пальцы осторожно порхали над её раной, накладывая стежок за стежком.
— Я отвезу тебя домой, — сказал он. — Тебе нельзя за руль.
Дома он помог ей раздеться и лечь в кровать, а потом приступил к уходу за котом.
— Осторожно, — сказала она. — Он и тебя укусит.
Ветеринар усмехнулся и ответил:
— Не укусит…
Она купила толстые перчатки, чтобы ухаживать за Чернышом, который шипел на неё, пытался спрятаться, поцарапать и укусить, когда она в очередной раз вытаскивала его из-под дивана, чтобы сделать укол.
Она не сердилась на него. Нисколько не сердилась. Она отлично понимала – он не верит никому.
Он не может верить.
Он не видел в своей жизни ничего, кроме зла. Зла, холода, голода и безнадёги…
Прошло больше трёх месяцев, и однажды ночью она проснулась от того, что кто-то толкал её в бок.
Открыв глаза, она увидела в темноте Черныша, устроившегося в её ногах. Черныш зашипел на неё и убежал, но…
Это был первый шаг, и теперь дело пошло быстрее. И царапин на её руках стало меньше.
Кот как будто забывался и вдруг прижимался к ней, а она затихала и боялась шевельнуться, чтобы не спугнуть это мгновение.
Он всё ещё шипел на неё, но уже без злости. Он всё ещё бил её лапой, но уже без когтей…
На лошадкиного доктора она обиделась – он демонстративно отказался от её поцелуя при всех!
Она так и заявила в их компании:
— Доктор очень помог мне и моему коту, и я хочу при всех поцеловать его.
Народ рассмеялся, захлопал в ладоши и стал отпускать скабрезные шуточки.
Она приблизилась к нему и попыталась, но он вдруг сказал:
— Спасибо тебе большое, Бетси, но… Ты уж, извини, я не нуждаюсь в оплате. Ты попросила о помощи, и я помог. Иди, поцелуй кого-нибудь другого.
— Оооооо! — закричали почему-то подруги-медсестры.
Они как раз сидели за большим столом в ресторане. И, чёрт возьми, они вовсе не осуждающе посмотрели на этого наглеца! Вы понимаете?!
Они, вместо того, чтобы поддержать Бетси, стали строить глазки этому наглому лошадкиному доктору, а она то…
Она-то думала, что он примет этот поцелуй, как награду. Вот и обиделась на него.
Теперь она назло ему целовалась с одним хирургом. Прямо перед его глазами и глазами других…
Вечерами, перезваниваясь с матерью, она рассказывала ей, какой он гадкий, некрасивый, лысый, неинтересный…
И вообще, какое такое право он имеет танцевать с её подругами?!
Мама выслушивала её и говорила:
— Бетси, я скажу тебе одно – возьми своего кота в охапку и едь к нему!
— К кому?! — возмущалась Бетси. — Да ни за что на свете!!!
А этой ночью вдруг пришел Черныш…
Поднырнув головой под руку и пролезши к самой груди, он упёрся в неё лапами и стал царапать легонечко, прижался, затарахтел…
Она посмотрела в его глаза, освещённые призрачным светом звёзд и луны. В глазах Черныша была любовь и надежда.
— Ты больше не будешь меня кусать и царапать? — спросила она его тихонько.
Кот мяукнул и толкнул её головой…
*****
— Что? — ответил сонный голос лошадкиного доктора. — Что опять случилось? Ещё один кот? Нужна срочная помощь?
— Очень срочная! — ответила Бетси, одеваясь. — Очень срочная помощь одной кошке.
— Что с ней? — проснулся ветеринар.
— Я сейчас еду в клинику. С ней всё очень плохо, — ответила Бетси, выходя из квартиры и проверяя ключи от машины…
Они встретились на стоянке возле ветклиники.
— Где кошка? — спросил лошадкин доктор. — Что с ней? Идём быстрее!
Но на вдруг обхватила его руками и горячо поцеловала!
Он растерялся и онемел.
— Кошка здесь… Только не говори ничего, бога ради, — сказала Бетси. — А впрочем, говори что хочешь. Мне совершенно всё равно. Я не отпущу тебя, и всё тут!
Ночной патруль полиции остановился. Они смотрели на целующихся людей.
— Задержим? — пошутил один из полицейских.
— Обязательно! — ответил второй. — Ведь это страшное преступление – целоваться на улице.
И он тяжело вздохнул, вспомнив, как давно не обнимал жену…
А Черныш спал, растянувшись на кровати. Он вздрагивал во сне, но был спокоен.
Он был уверен – она вернётся и обнимет его. Ведь она его любит. И ей можно верить…
Они вернулись утром. Его любимая женщина и тот самый врач, который лечил его.
Черныш спрыгнул с кровати и прижался к его ногам.
— Ах ты, предатель, — рассмеялась Бетси.
И они сидели за столом и завтракали. А Черныш смотрел на них и тихонечко мурлыкал.
Ему повезло. Очень повезло.
Он был дома.
Автор ОЛЕГ БОНДАРЕНКО (все рассказы: #олег бондаренко)