Новый отчёт из Москвы прибыл глубокой ночью, когда Город уже погрузился в тишину. Горелов, измученный бессонницей, сидел за ноутбуком, его глаза горели от усталости, но он не мог оторваться от экрана. Павел, сидевший рядом, чувствовал, как сердце колотится, словно готово вырваться из груди. Он не спал уже несколько суток, и теперь, когда на экране появилась новая информация, его охватил ледяной ужас.
- Читайте, - тихо сказал Горелов, разворачивая ноутбук к Павлу. Его голос был ровным, но в нём чувствовалась скрытая тревога.
Аналитики агентства проработали информацию до мельчайших деталей. Они подняли архивные документы, медицинские карты, старые уголовные дела и отчёты. И то, что они обнаружили, заставило Павла похолодеть до костей.
Сергей Кравцов. Двадцать восемь лет. В подростковом возрасте он состоял на учёте у психиатра с диагнозом «шизотипическое расстройство». По достижении совершеннолетия его сняли с учёта, но он продолжал наблюдаться у частных специалистов. Согласно характеристике, Кравцов отличался склонностью к навязчивым идеям и испытывал трудности с социальной адаптацией. Однако его интеллект был настолько высок, что это компенсировало все недостатки.
- Господи, - выдохнул Павел, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Он не мог поверить, что всё это может быть связано с их делом.
- Это ещё не всё, - продолжил Горелов, перелистывая страницы отчёта. - Семь лет назад, когда Кравцов учился в аспирантуре в Екатеринбурге, там пропала студентка. Она была девушкой, с которой он пытался встречаться. Её нашли через две недели в подвале заброшенного общежития. Живая, но в состоянии сильнейшего шока. Она утверждала, что её держал взаперти «парень, который приходил с едой и разговаривал через динамик». Кравцова допрашивали, но у него было алиби - он якобы уезжал к родителям. Дело закрыли за отсутствием состава преступления, а девушка позже отказалась от своих показаний.
Павел вскочил с места, его глаза метались по комнате, словно он искал выход.
- Это он, точно он! Как мы могли не понять?
Горелов кивнул, но его лицо оставалось непроницаемым.
- Похоже. Но есть один нюанс. Тот случай был семь лет назад. С тех пор Кравцов вёл себя безупречно. Работа, бизнес - никаких нареканий. Если он рецидивист, то очень осторожный. Но сейчас, возможно, что-то произошло. Ирина ему отказала - и сработал старый механизм.
- Надо брать его, - твёрдо сказал Павел, его голос дрожал от волнения. - Немедленно.
Горелов посмотрел на часы - половина четвёртого утра.
- Рано. Нужно идти в полицию, получать ордер, собирать оперативную группу. Если мы ворвёмся сейчас без санкции, всё испортим. Дождёмся утра.
- Она там, Саша! - Павел схватил Горелова за плечи, его руки дрожали от напряжения. - Она ждёт! Каждую минуту!
- Я знаю, - спокойно ответил Горелов, но в его глазах мелькнула холодная решимость. - Но если мы совершим ошибку, он может уничтожить улики или навредить ей. Доверьтесь мне.
***
Утро наступало медленно, как будто природа сама не желала пробуждаться. Серые облака лениво ползли по небу, скрывая первые лучи солнца. В восемь часов утра Горелов и Павел уже сидели в кабинете Громова. Полковник, не отрывая взгляда от экрана ноутбука, изучал отчёт. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнула тень тревоги. Он поднял взгляд на подчинённых и коротко бросил:
- Час на сборы. Выезжаем к нему домой. Сразу после - обыск в офисе.
Группа собралась быстро, словно давно ждала этого момента. Павел настоял на том, чтобы поехать с ними, и Горелов, вздохнув, не стал возражать. Он понимал, что парня не удержать.
Без десяти десять они уже подъезжали к дому Кравцова. Это была обычная девятиэтажка в одном из спальных районов города. Ничего примечательного - серая коробка, которая сливалась с другими такими же домами. Приметный подъезд с облезлой краской и потрескавшимися стёклами. Оперативники быстро заняли позиции, перекрыв все выходы. Двое из них поднялись на лифте, остальные пошли пешком.
Дверь в квартиру Кравцова оказалась хлипкой, деревянной, явно не предназначенной для защиты. Её вскрыли буквально за пару секунд, и оперативники ворвались внутрь с криками:
- Не двигаться! Руки вверх!
В квартире царил полумрак, наполненный запахом застарелого табака и пыли. В прихожей никого не оказалось, и оперативники осторожно двинулись дальше. В зале было пусто, если не считать нескольких фотографий на стенах. Павел шагнул ближе и замер, чувствуя, как холод пробежал по спине.
На фотографиях была Ирина. Ирина в кафе, улыбающаяся и счастливая. Ирина на набережной, идущая по песку босиком. Ирина у Дома Мод, примеряющая наряды. Ирина с Павлом - они смеются, гуляют, целуются у подъезда, словно ничего не может испортить этот момент. Все фотографии были сделаны скрытой камерой, с разных ракурсов, и от этого становилось ещё страшнее.
- Он следил за ней, - прошептал Павел, не в силах отвести взгляд от снимков. Его голос дрожал, а руки сжались в кулаки. - Месяцами...
- Ищите его! - рявкнул Горелов, его лицо исказилось от гнева. - Найдите этого ублюдка!
Из коридора донёсся голос одного из оперативников:
- Тут запертая комната!
Дверь оказалась заперта, но ключ торчал снаружи. Ломать не пришлось - оперативники быстро справились с замком, и дверь распахнулась. Из комнаты дохнуло сыростью и чем-то кислым, словно там давно никто не жил.
На полу, прикованный наручниками к ржавой батарее, сидел Сергей Кравцов. Его лицо опухло от побоев, покрылось синяками и ссадинами, разбитая губа кровоточила. В комнате царил полумрак, лишь тусклый свет фонарей пробивался сквозь пыльные окна, освещая его искажённое лицо. Он поднял голову, щурясь от резкого света, и хрипло прошептал, его голос был полон боли и отчаяния:
- Не стреляйте... Я не виноват.
Павел, не теряя ни секунды, бросился к нему, схватил за грудки и встряхнул так сильно, что тот едва не упал. Его лицо исказилось от гнева, глаза горели огнём.
- Где Ирина?! Говори, ублюдок!
Кравцов попытался что-то сказать, но лишь закашлялся, из его груди вырвался хриплый стон. Его лицо исказилось болью, и по щекам покатились слёзы.
- Не знаю, - выдавил он, с трудом переводя дыхание. - Я не брал её. Клянусь! Я правда не знаю, где она!
Павел оттолкнул его с такой силой, что тот упал на пол, ударившись головой о батарею. Горелов, стоявший неподалёку, схватил Павла за плечо, пытаясь остановить его.
- Дайте ему говорить! - его голос звучал твёрдо и спокойно, несмотря на ситуацию.
Павел гневно обернулся к Горелову, но тот лишь покачал головой, давая понять, что нужно дать Кравцову возможность объясниться. Тот, всхлипывая и дрожа, продолжил свой рассказ.
Да, он следил за Ириной. Его сердце замирало каждый раз, когда он видел её, идущую по улице. Он мечтал о ней, думал, что если она проведёт с ним хотя бы немного времени, то поймёт, полюбит его. Он представлял, как они будут вместе, как она станет его. Но это были лишь мечты. Реальность оказалась жестокой.
Он начал планировать похищение. Нашёл старый подвал в заброшенном доме, подготовил всё необходимое. Он был уверен, что это его шанс. Но в тот вечер, когда он уже собирался действовать, у её подъезда появился серый фургон. Кто-то опередил его. Это был удар.
Через два дня к нему пришли трое. Они ворвались в его квартиру, словно звери, набросились на него, избили до полусмерти. Они знали о его планах, о том, что он следил за Ириной. Они знали всё.
Они сказали, что у них Ирина. Что если он не поможет им, то они убьют её. И его тоже. Они угрожали, что если он через неделю не вспомнит код доступа к программе, которую он когда-то написал для банков, то её жизнь оборвётся. И его жизнь тоже.
Горелов и Павел переглянулись. В их глазах читалось понимание. Ирина оказалась в руках тех, кто хотел ограбить банк. Им нужен был код, который знал только Кравцов. А Ирина была заложницей, гарантией его сговорчивости.
- Ты вспомнил код? - голос Горелова звучал холодно, но в нём чувствовалась сталь.
Кравцов опустил голову, его плечи задрожали. Он прошептал, его голос был едва слышен:
- Да... Вчера вспомнил. Но я не сказал им. Боялся, что они убьют её, убьют меня. Думал, полиция найдёт. Вы нашли...
Горелов повернулся к Павлу, его лицо было непроницаемым.
- Нужна прослушка его телефона, - сказал он. - Они позвонят снова. Мы должны засечь сигнал.
***
Ирина сидела на старом матрасе в чулане, обхватив колени руками. В тусклом свете, проникающем сквозь щели в стене, её лицо казалось бледным и измождённым, но в глазах всё ещё горел огонь надежды. Вчера, когда она, дрожа от холода и отчаяния, попросила у похитителя больше воды и мыло, её сердце на мгновение замерло. Но потом она услышала шаги, и дверь чулана открылась. В комнату вошёл он - тот самый похититель, мрачный и молчаливый, с ведром воды и куском хозяйственного мыла в руках. Ирина не могла видеть его лица, но знала, что он смотрит на неё с холодным равнодушием.
- Спасибо, - прошептала она тихо, не поднимая головы. Её голос дрожал, но в нём звучала благодарность. Похититель ничего не ответил, лишь молча поставил ведро на пол и бросил мыло рядом. Дверь за ним закрылась, и снова воцарилась тишина.
Ирина осторожно встала и подошла к ведру. Вода была холодной, но это было настоящее сокровище. Она вымыла руки, а затем, собрав всю свою волю, начала умываться. Вода стекала по её лицу, смывая грязь и усталость. Когда она закончила, то почувствовала себя немного лучше. Она вытерла лицо одеялом и посмотрела на мыло. Оно было серым и шершавым, но всё же это было мыло.
Потом она села и съела хлеб с сыром, который принесли вместе с водой. Впервые за много дней еда показалась ей вкусной. Ирина знала, что должна держаться. Ради Павла, ради своих родителей. Она закрыла глаза и представила их лица. Мама, наверное, не спит по ночам, плачет и молится за неё. Папа хмурый, молчаливый, но внутри него бушует ураган эмоций. А Павел... Он ищет её, она знала это. Он не сдастся и не бросит её.
- Я вернусь, - прошептала она в пустоту чулана. Её голос был тихим, но твёрдым. - Обязательно вернусь.
Мысль о том, что кто-то там, за стенами этого чулана, борется за её свободу, придавала ей сил. Она встала и начала ходить по комнате, измеряя её шагами. Три шага в длину, два - в ширину. Каждый сантиметр был ей знаком, каждая трещина в стене напоминала ей о чём-то важном. Она смотрела на эти трещины, как на карту звёздного неба, и пыталась найти в них ответы на свои вопросы.
Она ждала. Ждала, когда откроются двери и войдёт он. Но не похититель, а спаситель. Тот, кто придёт и освободит её из этого заточения. Она знала, что этот день придёт, и это придавало ей сил.
***
Кравцова увезли на скорой помощи, а затем поместили в палату отделения интенсивной терапии. Павел и Горелов остались в его квартире. Они сидели в тишине, нарушаемой лишь шуршанием бумаг и фотографий, которые Павел аккуратно раскладывал на столе. На снимках были запечатлены лица, места и события, которые могли пролить свет на тайну, которую они искали. Горелов, скрестив руки на груди, задумчиво смотрел на экран телефона Кравцова, который лежал перед ним.
- Если они позвонят, мы узнаем, где он, - сказал Горелов, его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась уверенность. - Останется только выехать.
Павел, нахмурившись, посмотрел на друга. Его руки нервно сжались в кулаки.
- А если не позвонят? - тихо спросил он, стараясь не выдавать своих сомнений.
Горелов поднял глаза и встретился взглядом с Павлом. В его глазах горел огонь решимости.
- Позвонят, - уверенно ответил он. - Им нужен код. А Кравцов теперь будет тянуть время под контролем полиции. Мы их возьмём.
Павел вздохнул, пытаясь успокоиться. Он знал, что Горелов прав, но ожидание всё равно давило на него. Он чувствовал, как время тянется медленно, словно вязкая смола. В голове крутились мысли о том, что может случиться, если они не успеют вовремя.
Горелов, заметив напряжение Павла, положил руку ему на плечо.
- Всё будет хорошо, - сказал он мягко. - Мы справимся.
Павел кивнул, но его взгляд всё ещё был полон тревоги. Впереди их ждёт ещё много испытаний, но сейчас они могли только ждать. И это было самое трудное.