Сергей Кравцов сидел в кабинете Громова, бледный как полотно, с дрожащими руками. Рядом стояли Горелов и двое оперативников, вооружённых аппаратурой. Телефон Кравцова лежал на столе - все ждали звонка.
- Когда они позвонят, говори спокойно, - инструктировал Горелов. - Никаких лишних звуков. Назови код и жди дальнейших указаний. Мы будем рядом.
- Я понял, - прошептал Кравцов. - А что, если они спросят, почему я так задержался?
- Скажи, что восстанавливал всё в памяти. Это правда.
Павел, сидевший в углу, сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони. Он не спал уже вторые сутки, глаза его покраснели, лицо осунулось. Горелов посмотрел на него и хотел что-то сказать, но передумал. Он понимал - это бесполезно.
Телефон зазвонил точно в 14:23. Все замерли. Кравцов взглянул на Горелова, и тот кивнул.
- Да, - ответил Кравцов, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.
- Код, - сказал искажённый голос из динамика.
Кравцов продиктовал длинную последовательность цифр и букв. На той стороне помолчали, затем:
- Жди. Если код верен, твою девочку отпустят.
- Можно мне поговорить с ней? - быстро спросил Кравцов, но в трубке уже были короткие гудки.
- Отключился, - произнёс он.
Горелов повернулся к техникам:
- Засекли?
- Частично. Сигнал шёл с юго-западного направления, но они использовали ретранслятор. Нужно ещё несколько звонков для триангуляции.
- Будут им ещё звонки, - уверенно сказал Горелов. - Им нужно убедиться, что код работает.
Он подошёл к окну, глядя на мрачные тучи, которые медленно ползли по небу, словно чудовища из старых сказок. В кабинете стояла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим тиканьем часов на стене.
Время шло, но никто не решался заговорить. Павел, закрыв глаза, пытался хоть немного расслабиться, но сон не шёл.
***
В банковских коридорах царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь приглушённым гулом компьютеров и едва слышным шепотом сотрудников. Спецслужбы, получив тревожное предупреждение о готовящейся атаке, мгновенно активировали план. Программисты, словно невидимые кукловоды, с ювелирной точностью перевели средства на специально созданные счета, которые маскировались под счета крупных предприятий, но на самом деле находились под полным контролем полиции. Как только код Кравцова начал действовать и деньги начали свой зловещий танец по банковским сетям, система зафиксировала каждое движение.
- Они в сети, - наконец доложил техник Громову, его голос дрожал от волнения. - Мы отследили их вход, но они используют множество прокси-серверов. Сразу не вычислить.
- Дайте им увести деньги, - спокойно, но твёрдо приказал Громов. Его лицо оставалось невозмутимым, хотя в глазах горел холодный огонь решимости. - Пусть думают, что всё получилось. Тогда они свяжутся с Кравцовым.
Павел, словно загнанный зверь, метался по коридору отделения, его шаги эхом отдавались от стен. Он садился на жесткую скамейку, но через минуту вскакивал, не в силах усидеть на месте. Подходил к окну, где серое, хмурое небо казалось отражением его собственных мыслей. Затем снова возвращался к двери кабинета, где его ждал Горелов.
- Сядьте, - мягко, но настойчиво сказал Горелов, выходя на улицу покурить. Его голос был твёрд, как сталь, но в нём слышалась забота. - Себе дороже.
- Не могу, - ответил Павел, его голос дрожал от напряжения. - Она там одна, чёрт знает где. А я здесь...
- Вы здесь помогаете, - спокойно возразил Горелов. - Без вас мы бы не нашли Кравцова, не узнали бы про код. Вы сделали всё, что могли. Теперь дело за нами.
Павел опустился на скамейку, его плечи опустились под тяжестью тревоги. Он закрыл глаза, пытаясь найти хоть минуту покоя. Но сон, который пришёл, был коротким и тяжёлым, без сновидений, словно забытье в ожидании неизбежного. Через полчаса его разбудил голос Горелова:
- Второй звонок. Засекли точнее.
***
В чулане царила удушливая тишина, нарушаемая лишь мерным светом старой лампочки. Ирина сидела на жёстком матрасе, обняв колени, и смотрела на её тусклый свет. Лампочка была её единственным спутником, и за долгие дни она научилась различать в её свете оттенки. Когда напряжение в сети падало, лампочка начинала едва заметно мерцать, словно живой организм, испытывающий боль. Сейчас же она горела ровно - значит, за окном был день или вечер, не важно.
Ирина думала о Павле. Её мысли то и дело возвращались к нему. Она представляла, как он, с горящими глазами и сжатыми кулаками, ходит по кабинетам, кричит на полицейских, ищет её. Его образ был таким ярким, что она почти могла почувствовать его тепло. Знала, что он не сдастся. Эта мысль давала ей силы.
- Я вернусь, - шептала она, глядя в пустоту. - Мы ещё погуляем по набережной. Ты будешь кормить меня мороженым, а я буду смеяться и говорить, что оно холодное. Потом мы пойдём к маме с папой, и ты наконец познакомишься с ними.
Её губы тронула слабая улыбка. Она встала, прошлась по крошечному чулану - три шага вперёд, три шага назад. Затекшие мышцы ныли, но она заставляла себя двигаться. В чулане не было окон, и свет лампочки был и её единственным источником тепла.
Вдруг сверху донёсся неясный шум. Сначала он был едва слышен, но постепенно становился всё громче - шаги, приглушённые голоса, возня. Ирина замерла, прислушиваясь. Её сердце заколотилось, как бешеное. Что это? Смена караула? Или...
Звук удара раздался откуда-то сверху, за ним последовал крик, а затем ещё один удар. Ирина вскочила, прижалась к стене, её тело дрожало. Дверь чулана распахнулась с оглушительным грохотом, и в проёме появилась тень.
- Не смотрите на меня! - крикнула она, закрывая лицо руками. - Я не буду поворачиваться!
- Ирина, - раздался мужской голос. Он был живым, не искажённым динамиком, усталым, но спокойным. - Можно повернуться. Это полиция.
Она медленно повернула голову. На пороге стоял подтянутый мужчина в военной форме, за ним - ещё несколько полицейских. В коридоре лежали двое в масках, их быстро скручивали оперативники. Ирина не могла поверить своим глазам.
- Вы... вы правда полиция? - прошептала она, её голос дрожал.
- Старший лейтенант Соколов, - представился мужчина, его глаза смотрели прямо и серьёзно. - Всё кончено, Ирина. Вы свободны.
Её ноги подкосились, и она бы упала, если бы не лейтенант, который успел подхватить её под руки. Кто-то накинул на её плечи тёплое одеяло, другой подал стакан с водой.
- Тихо, тихо, - успокаивал её лейтенант. - Всё позади. Мы выведем вас, там врач осмотрит. И... там вас ждёт один человек.
- Павел? - выдохнула она, её глаза наполнились слезами.
- Он самый. Не спит, не ест, всех достал. Ждёт вас.
Ирина разрыдалась. Это были слёзы радости, слёзы облегчения. Её нашли. Спасли. Она жива.
***
К дому в садовом товариществе, где держали Ирину, стремительно приближались машины. Операция была молниеносной: группа захвата окружила дом, ворвалась через окна и двери одновременно, словно тёмная волна накрыла всё вокруг. Трое похитителей даже не успели оказать сопротивления - их скрутили за считанные секунды, словно они были марионетками, чьи нити вдруг оборвались.
Ирину вывели из дома под руки. Она щурилась от яркого солнечного света, который после долгих дней плена казался ей волшебным. Воздух был пьянящим, сладким, как первый глоток свободы. Она сделала несколько шагов, словно её ноги не могли поверить, что теперь они могут идти куда угодно. Остановилась, привыкая к этому ощущению.
У ворот стояла машина скорой помощи, освещённая ярким светом. Рядом с ней стоял Павел. Увидев её, он рванул с места так стремительно, будто за ним гнались демоны. Подбежал к ней, схватил в охапку, прижал к себе с такой силой, что она пискнула от неожиданности.
- Тише, тише, - прошептала она, улыбаясь сквозь слёзы. - Я живая. Я здесь.
- Ирка… - бормотал он, целуя её лицо, волосы, руки. - Я чуть с ума не сошёл. Я думал… если бы с тобой что-то случилось…
- Но не случилось. Ты меня нашёл.
- Не я. Горелов, полиция… Но я всё время был рядом. Мысленно. Каждую секунду.
Она отстранилась, посмотрела на него с удивлением. Исхудавший, небритый, с красными от недосыпа глазами и трясущимися руками - таким она его никогда раньше не видела. Но это только усилило её восхищение.
- Ты страшный, - прошептала она с улыбкой.
- А ты самая красивая, - ответил он, глядя на неё с обожанием. - Самая красивая на свете. Даже после всего этого.
Подошли врачи, мягко, но настойчиво увели Ирину в машину. Павел сел рядом, держа её за руку, не отпуская ни на секунду. Она чувствовала его тепло, и это было самое главное.
- Рассказывай, - попросила она, когда машина тронулась. - Как вы меня нашли? Кто эти люди?
- Потом, - ответил он, стараясь говорить спокойно. - Всё потом. Сейчас тебе нужно отдохнуть.
Она закрыла глаза, прислонилась к его плечу. Впервые за много дней она чувствовала себя в безопасности. Рядом с ним. Мир вокруг казался ей другим, словно она проснулась от долгого сна.
---
Горелов стоял у дома и смотрел вслед уезжающей машине скорой помощи. Рядом курил Громов, задумчиво глядя на него.
- Хорошая работа, - наконец сказал полковник. - Быстро и чётко.
- Это только начало, - ответил Горелов, глядя на дом. - Похитителей взяли, но нам ещё предстоит выяснить, кто за всем этим стоит. Не сами же они до такого додумались.
- Мы выясним, - пообещал Громов, стряхивая пепел с сигареты. - Обязательно.
Горелов кивнул, развернулся и пошёл к своей машине. В кармане завибрировал телефон - сообщение от Павла. Он достал его, прочитал: «Спасибо, Саша. Век не забуду».
Он улыбнулся, убрал телефон и сел в машину. Работа была сделана. Можно возвращаться в Москву. Но что-то подсказывало ему, что он ещё вернётся в этот город. Не по работе, а просто в гости. Возможно, на свадьбу.