Продолжение цикла публикаций. Начало: Коломенское. Откуда такое название? и Коломенское: что о нём писали иностранцы?
Перебирая сиятельных владельцев Коломенского, мы словно путешествуем по родословному древу Рюриковичей. Вот и самый известный представитель династии — уроженец Коломенского (согласно преданию) царь Иван IV, сын Василия III и Елены Глинской. По случаю рождения в 1530 году долгожданного и позднего сына государь всея Руси Василий III (ему было уже за пятьдесят) заложил церковь Вознесения на высоком берегу Москвы-реки, которая по сей день является подлинной жемчужиной не только Коломенского, но и русского зодчества. Как гласят летописи, «церковь камена Вознесения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа <...> велми чюдна высотою и красотою и светлостию, такова не бываа прежде сего в Руси». Зодчим храма Вознесения считается Петрок Малый.
Торжественное освящение храма Вознесения митрополитом всея Руси Даниилом случилось 3 сентября 1533 года (по другим данным, 1532-го). При сем присутствовала великокняжеская семья, в том числе и наследник, трехлетний князь Иван Васильевич. Праздник, «великий, светлый и радостный», длился три дня. В декабре того же года Василий III преставился, завещав государство старшему сыну Ивану.
Как правило, когда речь заходит о временах самого грозного русского царя, картина представляется довольно мрачной, сплошной «этюд в багровых тонах». Так уж вышло, что имя Ивана IV ассоциируется в основном с кровавыми разборками и изощренными казнями бесчисленных врагов монаршей власти и «укрепления русского централизованного государства». Образ Грозного-мучителя, еженощно замаливавшего свои страшные грехи коленопреклоненными поклонами в церквях и соборах, усиленно эксплуатируется уже много веков подряд и на Западе. Немецкий купец Нейбауер так и пишет: «Иван Васильевич Ужасный». Дескать, вот она, истинная история России. Однако стоит лишь приоткрыть учебник истории Европы того же периода, то выясняется, что и у них подобных государственных деятелей — сторонников крутых мер — было не мало. Например, Генрих VIII, уморивший немало своих подданных, в том числе и нескольких жен. Однако это не снимает ответственности с Ивана IV.
Но не будем о грустном. То обстоятельство, что Грозный появился на свет именно в Коломенском, а не в Кремле, например, навевает некоторые мысли. Красота этих мест, их, если хотите, подлинно русская суть не могла не отразиться на многогранной натуре Ивана Васильевича. И если уж искать результаты сего влияния, то они прежде всего обнаруживаются в литературных способностях Грозного, «смелого новатора, изумительного мастера языка, то гневного, то лирически приподнятого, мастера “кусательного” стиля», как его оценивал академик Дмитрий Лихачев. Где-то Грозный должен был черпать вдохновение для своих сочинений, так почему же это не могло быть в Коломенском, где некоторые до сих пор надеются отыскать библиотеку царя, унаследованную им от своей бабки Софьи Палеолог?
Мало сведений осталось о детском периоде жизни Грозного. Впрочем, именно сопутствующая взрослению Ивана обстановка кровавых дворцовых переворотов во многом и воспитала его. Тем более что своей матери, Елены Глинской, которой Василий III завещал «держать государство под сыном до его возмужания», Иван лишился в 1538 году, когда ему не исполнилось и восьми лет. Одна из наиболее распространенных версий ее смерти — отравление, во что сын с готовностью поверил.
В 1547 году Иван Васильевич был коронован как первый царь всея Руси. Трудно поверить в предзнаменование, но именно в тот год Москву опустошил великий пожар. Пострадало и Коломенское. Единственным укрытием для царя стало Воробьево. Немедля вспыхнул и другой пожар — народного гнева, избравшего главными виновниками поджога Глинских. Разъяренная толпа, как обычно это бывает на Руси, пришла к царю требовать выдачи материнских родственников. Тут-то и возник священник Сильвестр, образумивший молодого государя, призвавший его к покаянию перед народом. И вскоре самодержавие Ивана несколько потеснилось, уступив место «Избранной раде», куда, помимо Сильвестра, вошли Адашев, Курбский, Висковатов и другие прогрессивные деятели того времени. С ними вновь государь согласовывал важнейшие решения в области внутренней и внешней политики.
Царь не забывал Коломенское, по-прежнему наезжая в село. Частыми были его визиты особенно в теплое время года. Точные границы царского загородного дворца сейчас очертить трудно, но известно, что находился он неподалеку от храма Вознесения. На дошедших до нас миниатюрах Лицевого летописного свода XVI века изображения дворца неизменно присутствуют. Несмотря на их условность и некоторую неконкретность, можно судить, что дворец имел не одну главу, а несколько, причем разной высоты и конфигурации, а также был довольно большим по площади, включая в себя хоромы царицы и царя, разнообразные палаты и крытый переход, связывавший здание с храмом Вознесения. О размерах дворца говорит тот факт, что в случае нападения понадобилось бы не менее полутора тысяч человек для его приступа (по оценке опричника Генриха фон Штадена). Вероятно, что сам дворец входил в комплекс зданий различного назначения и величины, ведь вместе с царем выезжал и его двор, вся челядь. Их надо было где-то разместить на долгое время.
В Коломенском Иван IV останавливался, направляясь в походы на Казанское ханство. Всего с 1547 года он возглавил три похода, последний из которых, в 1552 году, окончился взятием Казани. Летопись того года сообщает: «И восходит на конь свой и шествует, а може Богом наставлен, и поиде Государь к селу своему Коломеньскому те ему кушати. И вкушаечи Государь всех с ним сущих вельми жаловал». Иначе говоря, все кушали в Коломенском, причем досыта.
С первой, внушавшей оптимизм, половиной царствования Ивана Грозного связано и сооружение в Коломенском церкви Усекновения честныя главы Иоанна Предтечи, на земле близлежавшего села Дьякова, стоявшего в границах царской усадьбы. Точная дата рождения церкви не ясна. Бытует предположение, что заложили храм в честь коронации царя в январе 1547 года. Есть и не менее любопытная версия, что возведение храма связано с обетом о ниспослании царю наследника или же с самим фактом рождения сына. Это позволяет датировать храм 1552 либо 1554 годами, когда появились на свет царевичи Дмитрий и Иван. Версия интересная и связывает этот храм с другим — Вознесения, поставленным в честь рождения самого Ивана IV, в этом видится определенная последовательность.
Уже много лет ждет своего подтверждения гипотеза, роднящая храм Усекновения честныя главы Иоанна Предтечи с выдающимся памятником русского зодчества эпохи Ивана Грозного — собором Василия Блаженного на Красной площади. Первоначально считалось, что храм в Дьякове является предшественником Покровского собора прежде всего по своей композиции, основанной на расположении по диагонали пяти отдельных глав. Более века назад историк Иван Кондратьев писал на этот счет: «Замечательна церковь Св. Иоанна Предтечи, построенная, как видно, одновременно с Василием Блаженным, так как сходна с ним по кокошникам и по распределению мест подле главной церкви. Она составлена из пяти отдельных церквей в виде восьмигранных башен, соединенных между собой крытыми ходами, или коридорами. Общий вид и характер первоначальной постройки не изменился, несмотря на некоторые изменения в коридорах, окнах и крестах на куполах».
И потому называются предполагаемые авторы дьяковского храма — Барма и Постник, известные как зодчие Покровского собора. А не так давно было озвучено мнение, что храм Усекновения не предшественник Покровского собора, а его упрощенный вариант. Вероятно, мы услышим еще немало различных версий. Ясно одно: наряду с храмом Василия Блаженного это уникальный храм, иллюстрирующий развитие русского зодчества в один из самых драматичных периодов нашей истории.
Благодарю Вас за внимание, как пишут в таких случаях, не забудьте подписаться на мой канал и лайкнуть. 😊 С уважением, Александр Анатольевич Васькин - писатель, культуролог, историк Москвы, автор и ведущий программ на радио "Орфей". Сайт: александр-васькин.рф , YouTube-канал: Александр Васькин Телеграмм-канал: Александр Васькин
Москва
Васькин
история Москвы
москвоведение
Коломенское