Некоторые говорят: «То, что я делаю — это капля в море». Но важно не то, сколько ты сделал, а то, сколько любви ты вложил в свои дела. Пусть самая скромная помощь — но с большой любовью. (А. Мамонтов)
Начните с начала, если вы не читали:
Глава 1, Глава 2, Глава 3, Глава 4
Глава 5
После того, как я узнала с кем общаюсь уже несколько лет, наши разговоры стали ещё откровеннее и глубже. Он много чего интересного поведал мне, и я, наконец, узнала, как так вышло, что он не смог уйти туда, куда положено после смерти.
«Я же не сразу умер. Я в больнице ещё долго лежал без сознания».
— Долго — это сколько? Неделю?
«Больше. Двенадцать дней. Я помню, мама плакала, бабушка... И так мне это невыносимо было смотреть! В какой-то момент я понял, что вижу себя со стороны и даже могу перемещаться. Вот я и начал потихоньку улетать. Может, и подсказал кто-то, не знаю. Здесь ведь голоса всякие слышатся, не разобрать сразу. А мне интересно было. Это же так легко: раз и улетел, и никто меня не видит... И время не ощущается совсем. Другое оно, не могу объяснить»
Вздыхает горестно.
«Улетел далеко, и не успел вернуться... А тот я, что в больнице остался — не выжил. Закопали».
И такая тоска в его голосе слышна, что у меня сердце от боли сжимается. И ещё больше помочь хочется, но всё тот же вопрос в голове звучит: как?
— А что за тобой никто не пришёл? — я вспоминаю луч света, который был в «Приведении».
«Кажется, звал кто-то, но я не уверен. Я не понял ничего. Пошёл на зов и опять опоздал»
— А потом что делал?
«Обошёл всех, кого знал. И никто меня не видит и не слышит. Я злился от бессилия, а что делать не знал. Полетал ещё сколько-то по городу, а потом улетел путешествовать, развлекал сам себя, как мог. А потом снова вернулся сюда, а меня... — он запнулся, и я почувствовала, что ему до сих пор больно — А меня все забыли. Никто уже не вспоминал меня. Только родные, конечно. А потом вдруг про тебя вспомнил, не знаю почему... Прилетел к вам, а ты меня помнишь! Какая-то девчушка, с которой я и парой слов не обмолвился, помнит меня. Почему?»
— А меня тогда твоя смерть так потрясла, — вспоминаю я. — Для меня всё произошедшее было ужасной несправедливостью, и я постоянно об этом думала. Ведь получается хорошее дело сделал и погиб. Я же любила фотографию вашего класса рассматривать, поэтому всё время о тебе думала, всё переживала из-за этой несправедливости.
«Ну вот этим ты и задержала меня. Стал я рядом с тобой летать, потому что ты меня помнила. Было интересно наблюдать, как ты растёшь, взрослеешь. А потом ты позвала...»
— Но ведь мог отозваться не ты! — ужасаюсь я в догадках.
«Мог, да»
— И что было бы тогда?
«Отозвался бы кто-нибудь другой. И пытались отозваться. Но я всех отогнал»
— А я ведь подолгу могла с тобой не разговаривать. Я же думала, что это разные, поэтому, как только получалась, так и звала. Без общения, получается, тебя оставила.
«Я же не один тут такой. Много нас. Есть и нормальные, как я. Вот я с ними и общался. Но тебя из виду не упускал, всегда рядом был».
— Почему?
«Потому что мне с тобой интересно было. Я же видел, как ты растёшь. Когда ты меня позвала тебе столько же, сколько мне было. А ещё мне сказали, что ты мне поможешь».
— Кто сказал?
«Не могу сказать. Но знаю, что только ты мне можешь помочь».
— Хотела бы я знать как. Может, ты знаешь?
«Нет, и я не знаю»
— А те, кого ты от меня отгонял они какие? Злые? Или им тоже помощь нужна?
«Злобные. Такие душу выпотрошат без раздумий»
— И ты с ними дрался?
«Всяко бывало. Тут всё как на земле, но иначе»
— Поэтому я тебя однажды дозваться не могла?
«Да»
Вот такие беседы теперь происходили между нами постоянно. Я понимала, что Сергей открывает мне то, что мне знать-то не положено. Но он рассказывал, а я слушала и вопросы задавала, в надежде, что получится узнать, как я могу ему помочь.
Но выход всё не находился. Зато происходили другие события.
Например, однажды проснулась я утром и вдруг решила на кладбище съездить. Очень мне хотелось на его лицо посмотреть. У Веры он был только на двух фотографиях. Но на одной он был ещё маленьким — шестой класс, а на фотографии восьмого класса он вышел размыто. Вернее, взгляд у него был такой, туманный, что ли. Вот мне и подумалось, что на могиле должна быть другая карточка, где его лицо крупным планом.
Подумав так, я быстро собралась и поехала в путь. Гвоздик, как водится, купила. Да только съездила почти напрасно. Потому что могилу его не нашла и вообще, как потом оказалось, в другую сторону свернула, не на ту аллею. Поплутав, достаточно долго, решила идти обратно: время уже поджимало.
Но на выходе увидела могилу коллеги бывшего. Хороший парень был, да только умер как-то по-глупому молодым, и тридцати не исполнилось. Помню, мы с ним на музыкальной волне тоже изредка общались. Не дружили, нет, но были хорошие, приятельские отношения. И уходя, я на его могиле гвоздики оставила, я ведь помнила рассказ Сергея о том, как он летал, а никто из знакомых о нём уже и не помнил. Ну а мне несложно ведь помянуть человека добрым словом, ведь действительно, ничего дурного о нём сказать не могла.
— Прости, — говорю, — Не к тебе я приходила, но и тебя только добром всегда вспоминаю.
Постояла немного и ушла, а как до дома добралась, так сразу иголку с листком достала. Сергей отозвался сразу и... как начал ругать меня на чём свет стоит:
«Зачем туда пошла? Я тебя туда не звал!»
По голосу чувствую совсем другое у него настроение, впервые таким был. И тут я что-то сникла, расстроилась:
— А что туда по приглашению ходят? Я думала, по зову души...
«Что ты там хотела увидеть? Что узнать? Ты что меня проверить решила? А я-то тебе доверился!» — бушует Сергей.
Тут я совсем уныла, и даже испугалась. Нет, не его гнева, а того, что обидела его своим поступком. Слёзы у меня потекли, сижу, молча утираю их. Он заметил, сбавил тон:
«Не плачь» — говорит.
— Ну а что ты ругаешь меня? Что мне там проверять? Фамилию, что ли, сверить? Так, я и так её знаю... Я ведь только твою фотографию хотела увидеть. Подумала, что там должно быть крупное фото.
«Зачем тебе моя фотография?»
— Так, ты сам сколько раз говорил, что взгляд у нас похожий, вот я и хотела проверить.
«А что, другого способа нет?»
— В том-то и дело, что нет. Фотографии всего две. Но на одной ты маленький ещё и улыбаешься — глазки-щёлочки. А на второй взгляд размытый, и она у сестры в альбом вклеена. Как мне её оторвать?
«Ну так ты бы хоть мне сказала об этом!»
— Не подумала что-то. Утром проснулась, меня как торкнуло, я и собралась быстрей, пока муж с сыном не вернулись. Не знала же я, что ты так ругаться будешь.
«Пойми ты, не люблю я это место! — сам почти плачет. — Бываю там иногда, потому что надо. Но место это не люблю... А ты ещё без приглашения!»
— Ну, прости, не знала же я, что для этого приглашение требуется, я думала по зову сердца туда идут, и на памятные даты.
Молчит, потом уже почти спокойно добавляет:
«И ты прости, что напугал. Не хотел обижать тебя»
— Я и не обиделась, испугалась только, что уйдёшь.
«Да куда же я уйду? — опять горечь в голосе. — Только ты туда больше не ходи, ладно? Без моего ведома не ходи»
— Хорошо, не пойду без твоего разрешения.
«А с фотографией что-нибудь придумаю»
— Ладно.
И тут я впервые почувствовала лёгкое прикосновение к щеке. Нежное, как летний ветерок в жаркий день. Удивлённо так говорю:
— Это ты?
«Я... А ты что-то разве почувствовала?»
— Да. Это было очень приятно, незабываемо. Спасибо тебе.
«И тебе спасибо»
А с фотографией действительно он мне помог. Появилась у меня фотография Серёжи. И пусть там взгляд тоже не самый чёткий был, но всё же различимый. Сравнивала его и своё детское фото и действительно будто взгляд меня-пятилетней очень похож на его взгляд в шестом классе. А может, мне только так хотелось думать. А ещё мне казалось, что чем больше я на неё смотрю, тем чётче она становится. И никто мне ответит так ли оно было. Да и незачем мне знать ответ.
Я всё думала-думала, как же мне ему помочь, как вернуть туда, где он должен быть. Книжки разные читала, газеты листала, передачи по телевизору смотрела, но только не находился тот ответ, который нужен. Сердцем чувствовала, что всё не то.
А потом случилось так, что не я ему, а он мне помог. Да так помог, что и представить сложно. Расскажи мне такое лет десять назад, я бы не поверила. Но сейчас уже верила. Расскажу и об этом, чтобы знали, что случаются чудеса и на нашей бренной земле.
~~~~~~
Продолжение ЗДЕСЬ
Данный текст одобрен к публикации силами Света.
Данный текст одобрен к публикации силами Тьмы.
Я в Телеграм
Я в Максе
Здесь продаётся мой первый сборник «Крылья»