*НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 43.
Ясная морозная ночь накрыла посёлок звёздным куполом. Люба с Оксаной сидели у окна не зажигая свет, в печи тихо потрескивали угольки, блаженное тепло наполнило не только дом, но и Любину душу. Хоть она ещё и не полностью осознала, что непростой путь закончен… ну, почти. Нет, отсюда её никто не прогонит, и вообще теперь не нужно никуда спешить, не нужно бежать, не нужно думать, где будет ночлег, и будет ли он не под открытым небом. Пуховая перина, сшитая ещё Оксаниной бабушкой, пахла горячей печкой и травами, чистая наволочка хранила аромат горячего утюга и домашнего уюта…
- Ох, я после бани себя всегда чувствую, будто заново родилась, - вздохнула Оксана, - Любашка, как же хорошо, что ты сегодня тут и всё прибрала, и баню натопила! И вообще, знаешь… я так рада, что ты нашлась…
Оксана вдруг поставила на стол чашку с горячим чаем и закрыла лицо руками, тихо расплакавшись. Плечи её вздрагивали, и Люба обняла подругу, и поняла, что говорить она не может. Всё, что копилось внутри столько времени, теперь горело и жгло, просясь выйти наружу слезами.
- Я ведь думала…, - говорила Оксана, глядя на подругу мокрыми глазами, - Думала, что совсем одна осталась… столько потерь, все, все… А мы с Настёнкой одни во всём мире, никого родных…
- Ну, что ты… мы теперь вместе, - вытирая мокрые щёки, улыбнулась Люба, - Мы с тобой таких дел наделаем! Всё у нас получится, вот увидишь!
Выплакавшись, подруги налили себе горячего чая, вместо остывшего, и принялись строить планы.
- Лена Ерёменко работает в паспортном, ты её помнишь? Она с нами училась, - сказала Оксана, - Когда я из квартиры выписывалась, она мне помогла, всё быстро сделала. Нам тогда только комнату дали, там такая разруха была после прошлого жильца… я думала, никогда не разгребу. Ничего, глаза боятся, как говорят. Да я тогда вообще как в тумане всё видела, казалось, это всё сон… И вот сейчас проснусь, а Коля дома…
- А родители у него как? У него же мама на инвалидности была…
- Да как… не хотят со мной разговаривать. Свекровь сказала, это я виновата, что с Колей такое случилось. Говорит – всё тебе денег мало было, вот ты его и подбила на такое. А то, что это её родной сестры идея, это не считается. Та своего сына отправила, брата Колиного двоюродного… Да ладно, я их не виню, им тоже тяжело, сына потеряли. Теперь вся забота вот дочке и её детям, а Настёнка… Отец Колин перед новым годом тайком приехал, на вахте в садике меня подождал - пакет с конфетами передал и немного денег. Купи, говорит, что нужно. Ну, я купила обувь, растёт же девчонка. И на том спасибо, как говорится. А когда с меня деньги стали трясти, за ту Колину поездку… за товар, и машину… так все как крысы по норам… Знаешь, Любаш, я вот думаю… разве могли мы себе представить, что вот такая жизнь у нас будет… Ладно, что о прошлом горевать. Я в понедельник на работу, а ты иди в паспортный, Лена тебе поможет, подскажет, как сделать, чтоб побыстрее паспорт получить.
- Нужно к маме поехать, - Любин голос снова дрогнул, - Чтобы она знала, что я жива, что я здесь. Она же уж точно муженьку моему не расскажет, что я приходила. Зато сама будет знать, что скоро я её оттуда заберу!
- Я думаю, нельзя тебе туда, - нахмурилась Оксана, - Мама твоя точно Сергею ничего не скажет, а вот персонал тамошний? Он оплату вносит, может там кто-то у него, или… у этой его Жабы знакомые работают. Нет, Любаш, я думаю, нельзя пока тебе к маме. Давай так – в следующую субботу я сама съезжу к Ирине Петровне, и всё ей скажу. Предупрежу, чтобы никому не говорила ничего, да я думаю – она сама знает. Она мне как-то сказала, что думает про Сергея… Считает, что он врёт, и с самого начала так думала. Призналась мне, что вообще считает, будто он тебя… убил. И как-то выкрутился. И знаешь, я сама уже так думала, когда увидала, как он прикатил… на какой машине! Я уж таких повидала, которые сейчас «новыми русскими» называются! Такие ко мне приезжали после гибели Коли… сказали, что нас с дочкой по лесу волки растащат, если не заплатим. Я сначала возмутилась, сказала – в милицию пойду, а потом… Иду Настёнку забирать, а она уже одетая возле садика стоит, чужой мужик с ней рядом. Воспитательница потом сказала – якобы я ей позвонила и просила отпустить дочку с этим человеком, мол, я сама не могу сегодня забрать. А я не звонила… У меня сердце зашлось, а этот ухмыляется стоит, и мне говорит: «Поняла теперь? Ну вот, продавай квартиру, если не хочешь дочку по кускам собирать!» Я и продала… Только недавно приватизировала квартиру, хоть что-то у нас было с Настёной, а теперь, вот… Ну ладно, хоть сами целы, и эти от нас отстали. Ну вот, я к чему… Они на таких же машинах к нам приезжали, на дорогих иномарках! Так Серёжка этот тоже на такой приезжал! И женщину я эту видала только два раза с ним… Страшненькая она, не зря её там Жабой-то прозвали. Но очень высокомерная. И я думаю – связи у них есть. Потому и говорю – пока не езди к маме, понятно, что хочется повидаться. Но лучше пока обдумать всё хорошенько…
Люба с подругой согласилась. Как ни хотелось ей маму повидать, показаться ей, что жива-здорова она, и вот, приехала, но… Оксана права. Нужно всё обдумать. Сделать паспорт, всё подготовить, а потом узнать, где теперь живёт Нина Алексеевна с Алёшей. И тогда можно будет просто забрать сына, как это сделал тогда Сергей. А кто её, Любу, остановит? Она мать, имеет право.
Нину Алексеевну было жалко, Люба почему-то думала, что свекровь не станет выгораживать сына и оправдывать его поступок, когда узнает правду. Но… Любу не очень волновало, осудит ли её свекровь, больше она переживала за то, как её встретит сын… вспомнит ли её Алёша, ведь совсем маленький был… и что ему наговорили про неё? Что сказал Сергей, как настроил сына? Может быть, так же, как и всем, сказал, что Люба предательница…
- Нет, Любаш, не может быть, чтобы Алёшка маму забыл, - покачала головой Оксана, выслушав подругу, - Что бы ему не говорили, а ребёнок всегда маму помнит и любит. Всё хорошо будет, ты себе сердце не рви. Отдохни, отоспись, наберись сил, впереди у нас… много чего нам предстоит сделать.
Усталая Оксана отправилась спать, попутно заглянув в комнату к дочке. Настёнка спала, не на своей кровати, а на коврике возле неё. Стащила с кровати одеяло, улеглась на коврик, обняла лежащего там Рика, и судя по всему – какая молодец – укрыла и себя и его одеялом.
- Любаш, иди, чего покажу, - тихонько рассмеялась Оксана, и обе подруги тихо прыснули со смеху, наблюдая такую картину.
Рик не спал, смотрел на хозяйку, и на Оксану, но не шевелился, видимо не желая разбудить малышку. Вообще удивительно, как этот пёс, живший на ферме с Гришкой, больше похожим своими повадками на зверя, чем на человека, и никогда в своей жизни не видевший детей, оказался ласковой и доброй «нянюшкой» для Настёны.
- Знала бы ты, сколько раз он меня спасал, - прошептала Люба подруге, - Это не простая собака… я думаю, это мой Ангел-Хранитель не выдержал, и решил мне помочь вот так, побыть рядом со мной.
Воскресенье пролетело так быстро, подруги занимались хозяйством, приводили в порядок дом и двор, заодно помогли соседке Валентине Петровне, расчистив той двор. Та хоть и уверяла, что сама справится, но снега за последние дни выпало так много, сугробы возвышались до верха резного заборчика перед палисадом.
- Ну, девчата, спасибо вам, – Валентина Петровна довольно осмотрела чистый двор и снег, сложенный в ровные кучи, - В понедельник может трактор пустят, так всё получше будет.
А вечером соседка явилась к ним с лукошком свежих куриных яиц, и отказа слушать не захотела.
- Только собрала, ешьте, свеженькие! И Настюшке полезно, да и вам самим, вон, какие тощие да бледные! На таких мужики и не глянут! – Валентина Петровна шутливо хмурила брови, - У меня вон и то жених есть, всё только обещает жениться-то!
- Это кто же такой? – всплеснула руками Оксана.
- Так Севка Горохов, одноклассник мой, - махнула рукой Валентина Петровна и чуть покраснела, - Овдовел давно уж, и всё ходит тут, мне говорит – давно мечтал, дескать, тебя у мужа увести.
- Ну а что, Всеволод Ильич человек интересный! Я помню, как он на аккордеоне играл.
- Да, играл… только всё равно лучше моего Володи нет никого, - вздохнула Валентина Петровна, - Мне уж за ним, а не замуж… Ладно, вы, девчата, если что нужно – заходите ко мне.
- Спасибо за гостинец, тёть Валя, - Оксана и сама погрустнела, Колю своего вспомнила.
Воскресным вечером Люба с Риком провожали Оксану и Настюшку в город. Сама Люба собиралась ехать в паспортный завтра утром, и немного волновалась, как всё будет.
- Мы сюда к вам приедем в пятницу, я там на полдня отгул возьму, продуктов вам привезу. Ты, Любашка, смотри тут, голодом не сиди, не экономь. Ничего, справимся! У нас на заводе пока можно в счёт зарплаты брать кое-что, я беру частенько. Так что проживём! - говорила Оксана, - А ты, если что, приезжай в город, вдруг что-то нужно будет, мне сообщи.
- Оксан, ты не траться на нас с Риком, дочку корми! – Любе было неловко от того, что подруга вынуждена сейчас отрывать средства от себя, и от дочки, - Мы привыкли понемногу… да и придумаю я что-то! Тётя Валя сказала, что на почту можно сходить, там на полставки почтальон нужен был, если ещё не взяли. Может как-то… пока без документов… оформят на себя эти полставки, а я работать буду. Валентина Петровна говорила, что заведующая почтой – её подруга. Всё лучше, чем ничего!
- Любаш, прорвёмся! – Оксана обняла подругу, на въезде уже показался автобус, - Главное, ты дома, мы вместе все… Настюшка, отпускай Рика. Он, бедный, наверное, уже устал от тебя.
- Он не устал, - сказала Настюшка, и ласково провела маленькой ладошкой по Риковой спине, - Я же не живодёр! Я ему обещала в следующие выходные его на санках покатать!
Люба рассмеялась, а сердце заплакало, защемило… вот бы сейчас здесь Алёшка был… Они бы с Риком и Настёной, да все вместе, сама Люба и Оксана, и чтобы мама была здесь тоже…
Люба махала рукой, глядя на улыбающиеся лица подруги и её дочурки за окном автобуса. Жизнь научила ценить то малое, что есть, а у неё есть так много! Мама жива, и Алёшка здесь, с Ниной Алексеевной, а не с Сергеем…
Люба с Риком возвращались домой по тихой улице. Снегопады прекратились, стало подмораживать, но Любе мороз был не страшен, на ней были валенки, ещё Оксанина мама их носила. А дома – тёплая печка, горячий чай и тишина… покой. Никуда не нужно бежать, ни от кого не нужно прятаться.
Люба нашла тетрадку и ручку в стареньком комоде и села писать. Она написала пространное письмо Фание, не стала описывать все свои злоключения, но про Марата упомянула, не стала скрывать – пусть знают, что отправлять с ним людей… в такой путь, небезопасно. Как могла, постаралась завуалировать произошедшее, но была уверена, Фания всё поймёт. Просила передать привет абийке и всем… кого Бог послал ей на чужой стороне.
После этого Люба написала два тяжелых письма. Вытирая бегущие ручьями слёзы, она писала родителям Миши и Кирилла, описывая всё, что знала. Рик сидел рядом с ней, положив свою голову Любе на колени и тем выражая молчаливую поддержку и сочувствие.
- Завтра из города отправлю, - сказала Люба Рику, - Чтобы этот адрес, индекс посёлка, нигде не виден был, на штампиках, мало ли…
Люба думала написать доктору Светлане Константиновне, но что-то её останавливало. Может быть, не хотелось вспоминать вообще всё, что случилось с нею там… а может потому, что Люба боялась – вдруг мужу как-то станет известно, ведь у его новой спутницы жизни есть там знакомства…
«Нет, не может быть, конечно, чтобы Светлана Константиновна или её муж были как-то причастны к тому, что произошло со мной в поезде, - думала Люба, - Хоть Фания и говорила… кто знает, как всё было… ведь и препарат, который так людей отключает, что ничего не чувствуешь, в аптеках просто так не продают… Напишу им, когда у меня всё устроится, и когда документы сделаю. А пока… дополнительных неприятностей нам с Оксаной сейчас не осилить!»
Утром понедельника Люба с Риком стояли на остановке, ожидая автобуса. Сейчас, зимой, в посёлок было всего три рейса – утром, в обед и вечером, а летом давали дополнительные, когда начинался садово-огородный сезон. Люба сначала думала оставит Рика дома, но… не смогла. Он ещё не привык на новом месте, да и как оставить – запереть дома? Привязать? А если сбежит? Одна только мысль о том, что Рик может потеряться, ввергала Любу в леденящий ужас. Поэтому и сидел теперь Рик рядом с Любой, ожидая автобус, к ошейнику был прикреплён намордник, который Рик ненавидел, но терпел. Хорошо хоть, что в пригородном автобусе за Рика оплату не просили, водитель сам собрал за проезд, и на собаку вообще внимания не обратил. Видимо, это было тут делом обычным, да и в автобусе народу было немного.
В паспортном всё прошло на удивление просто, может потому, что судьба наконец сжалилась над Любой и послала ей удачу.
- Любаша, ты? – Лена Ерёменко, Любина одноклассница, обрадовалась ей и даже вышла из-за перегородки, - Я сто лет тебя не видела! Ты вернулась в город? Вы же с мужем вроде бы уезжали! Ой, какая собачка красивая, твоя?
Одноклассницы проговорили чуть не полчаса, но тут в паспортный стал приходить народ, и Лена вернулась к работе. Предварительно расспросила Любу, что и как, посетовала на то, что сейчас очень много случаев, когда у людей крадут паспорт.
- Сумки из рук вырывают, а у людей там документы, - говорила Лена, - Воришкам документы не нужны, они с сумкой бегут подальше, куда-то в подворотню, там сумку и потрошат! Деньги и что есть ценное забирают, а остальное – в мусорку! А люди потом мучаются, восстанавливают. Ладно, ты не переживай, всё сделаем. Хорошо, что у тебя там временная прописка была, а постоянная здесь, проще будет восстанавливать. Сейчас напишу, какие нужны справки, в домоуправление сходишь… Запрос туда, где ты жила, я отправлю, постараюсь, чтобы побыстрее ответ дали… только штраф всё равно придётся заплатить, за утерю…
Ничего, Люба была рада уже тому, что всё получается. Оксана дала ей деньги, все эти траты ими были ожидаемы. И вот теперь у Любы на руках будет пока хотя бы новая справка, заменяющая паспорт, и надежда на будущее.
С разными справками Люба пробегала до обеда, даже дольше, домой возвращаться им с Риком придётся на вечернем, но это ничего. Люба смотрела на Рика, судя по его виду, он вообще не переживал, вернутся они домой или нет. Так же, как и Люба, за последнее время он привык бежать…
Люба вздохнула. Сев на скамейку в маленьком сквере, она подумала, вот сейчас сделает все дела, и пока ходят все эти запросы и готовится её новый паспорт, они с Риком никуда не поедут. Будут обживаться в доме, сходят на почту к той знакомой Валентины Петровны… и будут учиться снова жить, как живут все люди.
В тот день Люба всё же не удержалась… сделав все дела, она увидела, что до отправления автобуса ещё долго… и вот как раз по пути тот самый садик, куда ходит Алёшка… Оксана ей сказала про это, и вот он, сетчатый забор, окружающий одноэтажное здание с высоким крыльцом. Скоро ребят должны вывести на прогулку, с дрожью в душе думала Люба, и не могла заставить себя уйти отсюда.
Накинув на голову капюшон и натянув его на самые глаза, она стала прогуливаться вокруг сетчатого забора. Скоро с крылечка на улицу высыпала ребятня. Воспитатели выводили группы, каждая на свой участок для прогулки, ребятишки весело кричали, у кого-то в руках были лопатки, кто-то с санками…
Алёшку Люба узнала сразу. Он деловито переговаривался с другим мальчиком, шагал, закинув на плечо жёлтую пластмассовую лопату и посматривал на сугробы. Синяя курточка, серая шапка с помпоном, и такие родные глаза, улыбка. Люба приникла к сетке забора, взявшись за неё руками и не замечая, как замерзают от металла пальцы. Воспитатель стала организовывать детей на какую-то игру и уже дважды пристально посмотрела на стоявшую у забора женщину в капюшоне.
Едва справившись с собой, Люба оторвала себя от забора и пошла прочь, ускоряя шаг. Иначе она не выдержит и бегом побежит туда… Рик ткнулся ей в ногу головой, словно говоря – не грусти, скоро всё наладится… Завернув за угол, когда её уже не было видно с территории садика, Люба согнулась от боли… душа болела так, что казалось, сейчас сердце выпрыгнет из груди…
Через час автобус уносил Любу и Рика обратно в посёлок, туда, где снова будет печка и покой, где снова соберёт Люба своё сердце по кусочкам и будет жить дальше эту жизнь. Права была Оксана, нельзя пока ей к маме ехать, и к садику лучше пока не приходить.
Продолжение будет здесь.
От Автора:
Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ.
Итак, рассказ выходит шесть раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025