— Да как ты могла! Только выгода одна на уме! — возмущалась Инга.
— А что ты так переполошилась, сестричка? — осведомилась Катя. — Я же не с тебя эти деньги спрашиваю. Со мной поступили нечестно, я всего лишь хочу восстановить справедливость.
— Мы родные люди!
— И что?
— Жадина!
— Пусть так. Но, знайте, я не отступлюсь, — твёрдо заявила Катя сестре.
Инга со злости плюнула на пол, прямо у ног Кати.
—Вот теперь сама и убирай, — тихонько усмехнулась Катя, выходя из подъезда дома, где жила сестра. — Твоя же квартира, сама себе работу нашла.
Кате вдруг стало смешно, и она даже негромко засмеялась, представив, как сестра, после её ухода, станет мыть пол у себя в прихожей, наверняка, чертыхаясь и ругая её на все корки. Но хорошее настроение быстро улетучилось, лишь только Катя вспомнила о том, зачем приходила к сестре.
***
— А почему ваша бабушка именно так распорядилась наследством? — спросила подруга Лиза Катю, когда они однажды разговорились на работе.
Совсем недавно у Кати случилось горе, не стало бабушки Ангелины. Баба Геля умерла в почтенном возрасте, девяностолетнем, и ещё совсем недавно вся семья собиралась, чтобы торжественно отметить юбилей бабушки.
— Бабушка нарядилась, словно тульский пряник, — улыбалась Катя, вспоминая юбилей и протягивая подруге свой телефон с открытой фотографией бабушки Гели. — Платье ей сшили на заказ. Никаких платков: причёска, макияж. Да-да… Что ты улыбаешься? Макияж! Глазки, губки, реснички. Бабушка Геля была та ещё модница. Следила за собой, наряжалась, красилась.
— Умничка какая! — улыбнулась Лиза.
— Да, бабушка у меня такая. Она даже, выходя посидеть на лавке у подъезда, губы подкрашивала, не любила «бледной молью» выглядеть, как она сама выражалась, духами пользовалась до самого последнего дня. И вот, спустя неделю после праздника, бабуля легла спать и не проснулась… — сказала Катя и загрустила. — Ты спрашиваешь, почему так наследством распорядилась, да просто любила и обожала она моего Ромку и Аню, дочку Инги. Растила их, помогала нам с сестрой.
— Странно всё же, — не согласилась Лиза. — Наследство оставить правнукам! Не детям. Не даже внукам, а правнукам.
— Она знала, что у нас всё хорошо, — улыбнулась Катя. — Жильё есть. А правнуки молодые, им старт в жизни нужен.
— Только неравнозначный получился старт, — заметила Лиза.
— Вот потому я и предложила племяннице свою помощь, — улыбнулась Катя.
— Сколько ей лет, твоей племяннице?
— Двадцать три. А Ромке моему двадцать шесть. Бабушка Геля много возилась с ними, пока они малышами были. Живём рядом, удобно. Бабуля сама просила приводить малышей, она их, страсть как любила. И сказку расскажет, и книжку почитает и накормит и спать уложит. Знаешь, они у неё и не капризничали никогда, слушались и вели себя хорошо! Ели кашу, которую в них дома не засунуть было на за какие коврижки. А бабушка подход к ним находила. Я помню, она ещё и меня так растила. Как начнёт уговаривать, причитать жалобным голосом, что, мол, картошечка в тарелке у меня плачет, потому что я её никак не доем. Вот я ложку в руку и быстро картошку эту доедала, жалко же, что плачет…
Лиза засмеялась. Катя тоже улыбнулась. О бабушке у неё были самые добрые воспоминания.
— А потом, когда наши с Ингой дети выросли, они сами к бабуле в гости забегали, помогали если нужно. Мы все её очень любили и помогали ей, хотя бабушка никогда ничего не просила. И не жаловалась. Знаешь, как она нам говорила? Никогда не жалуйся, а то жизнь отберёт у тебя то, на что жалуешься. Так-то. Бабушка Геля очень мудрая была.
— Так я и не пойму толком, кто есть кто, у вас в семье, — улыбнулась Лиза.
— Всё просто. Живём мы все в одном городе. Моя мама Лариса единственная дочь бабушки Гели. У мамы две дочери: я и Инга. У меня сын Ромка. У Инги дочь Аня. Вот Ромке бабушка Геля завещала свою квартиру однушку, а Ане домик в деревне. Домик, правда, ветхий совсем, требует ремонта, жить там нельзя, да и чтобы продать его, тоже надо бы там всё в порядок привести.
— Да… Неравнозначно вышло, — сказала Лиза.
— Бабушка так решила, — пожала плечами Катя. — Аня расстроилась, ко мне пришла, как же, мол, тётя Катя, вашему Ромке квартиру, а мне развалюху дом? А я её утешила, что мол, отремонтируешь потихоньку, станешь там жить.
— А она?
— На что мне ремонтировать, говорит, денег мало, да и в город на работу будет ездить неудобно, — ответила Катя.
— Она работает? — спросила Лиза.
— Работает, — согласилась Катя. — Девчонка с высшим образованием, устроилась нормально, зарплату ей хорошую дали, как молодому специалисту, все плюшки собрали, какие только можно. Инга сама мне хвасталась, как раз на бабушкином юбилее, что, мол, хорошо выходит у Ани. Стала себе вещи покупать, на отдых копит.
— Ну вот, теперь на ремонт пусть копит, — сказала Лиза.
— Короче мне её жалко стало. Да и неудобно как-то всё же. И я предложила свою помощь, — сказала Катя.
— Помощь в ремонте? Сама что ли крышу ветхую полезешь чинить? — пошутила Лиза.
— Деньгами, — улыбнулась Катя. — У меня есть деньги. Я ей предложила дать в долг на ремонт бабушкиного домика.
— Щедро, — заметила Лиза.
— Ну родные ж люди! Мне, правда, неудобно перед племянницей и сестрой, что Ромка в квартиру уже въехал, живет там, даже жениться собрался, а Ане вот такие заботы достались. Аня обрадовалась очень, благодарила меня, обещала отдать долг, как можно скорее. Через два года, говорит, крайний срок, отдам обязательно. Я перевела ей деньги на счёт. Инга тоже благодарила. У нас, говорит, денег нет, чтобы дочери помочь, хорошо, что тётя такая заботливая у Ани имеется. На день рождения мне они сюрприз сделали, корзину цветов заказали и прислали на дом, знают, что я цветы очень люблю. Так приятно было… Ещё, знаешь, я Аню просила фото прислать, как бабушкин домик будет выглядеть после ремонта. Интересно же! Там крыша совсем провалилась и…
— А какую сумму ты ей дала, если не секрет? — спросила Лиза.
— Миллион. Как думаешь, на ремонт хватит?
Лиза покачала головой, вздохнула и ничего не сказала. Но подумала о том, что зря подруга предложила племяннице деньги. Очень часто с этого начинается разлад между родственниками.
***
Прошло два года. Те самые, по прошествии которых Аня клятвенно обещала отдать долг. За это время Рома, сын Кати, женился и у неё появился внук.
— Молодая бабушка, — по-доброму шутила Лиза над подругой.
— Эх, не дожила бабушка Геля, увидела бы праправнука, — вздыхала Катя. — Какие они миленькие, когда маленькие, я уже и забыла! Забавный такой малыш-карапуз.
— Помогаешь им? — спросила Лиза.
— Не особо. Они сами хорошо справляются, — улыбнулась Катя. — Супруга у Ромки такая хваткая девчонка, умница. Она ещё и работать умудряется в декрете. Хотим, говорит, мебель поменять, ремонт сделать. Они же как в бабушкину обстановку въехали, так ничего пока не ремонтировали, не меняли.
— Молодцы. А племянница как твоя? Отремонтировала бабушкин домик?
— Не спрашивай даже, — расстроено махнула рукой Катя. — Дело тёмное. Молчит, глаза отводит. Так-то мы с ней не видимся, только на семейных посиделках, вот на новый год встречались. Уходит от разговора. Все сроки прошли, не знаю уже, как им напомнить.
— Так всегда и бывает, — вздохнула Лиза. — Вроде свои. И неудобно спрашивать, напоминать. А им нормально…
Прошло ещё время. Катя набралась смелости и завела разговор с сестрой насчёт долга. До племянницы она так и не дозвонилась.
—Инга, ну это не дело! Я звоню Ане, она сбрасывает мои звонки! Сообщения не читает. Это как вообще?! Ты сама-то хоть в курсе? Сделала она ремонт-то в бабушкином доме? Может она там уже живёт? В принципе там можно жить, автобус ходит, удобно вроде…
— Да какой автобус! Ей теперь не нужно, она машину купила, — вдруг сказала Инга.
— Машину?! — Катя чуть не села мимо пуфика в коридоре. К слову сказать, в комнату пройти сестра её так и не пригласила.
У Инги забегали глаза.
— Ну… Да… Машину она купила, давно мечтала, вот и купила… Ты извини, мне некогда, скоро муж с работы придёт, надо ужин готовить, — Инга нетерпеливо мяла в руках кухонный фартук.
— А ремонт?
— Да зачем он нужен, ремонт твой?! Вот заладила, — заявила Инга.
— То есть, домик бабушки так и стоит запертый и разваливается ещё больше? — спросила Катя.
— Да что ты привязалась к этому домику?! Пусть стоит! Рухлядь! Бабушке следовало бы самой этим заниматься, а не на бедняжку Аню такие дела сваливать.
— Пусть Аня вернёт мне мои деньги! — твёрдо заявила Катя.
— Вернёт. Только пока не с чего… Подожди. Свои же люди! И вообще, как тебе не стыдно спрашивать! Как только язык поворачивается?! — возмутилась Инга. — Девочка всегда так любила тебя, тётя, тётя, открытки тебе рисовала, поделки делала… А ты товарно-денежные отношения развела, стыдно!
— Два года давно прошли. Передай ей, если не вернёт в течении месяца, я в суд подам! — заявила Катя.
— Чего?!
— Чевочка с молочком! Помнишь, как мы в детстве говорили? — прищурилась Катя.
— Жадина! Ты и в детстве была такой, и сейчас не изменилась! Помощница хpeнoва!
***
— Короче разругались мы с сестрой в пух и прах, — сказала Катя Лизе. Они сидели на работе в столовой. Был обеденный перерыв. Лиза молча налила себе кофе и, достав бутерброд, присела за стол рядом с подругой.
— Мама звонила, — обжигаясь горячим борщом, проговорила Катя. — Стыдила меня. Представляешь, Инга ей пожаловалась, они теперь все атакуют меня своими звонками. Даже муж Инги гневное сообщение прислал. Сроду не писал мне, а тут гляди что, нарисовался!
— Мда… Нешуточное давление на тебя родственники оказывают.
— Это ничего не изменит, — заявила Катя. — В понедельник иду в суд.
Подала Катя заявление, как и планировала. Суд состоялся.
На заседание пришли все родственники: поддержать Аню, и осудить Катю. Аню жалели, а в Катю тыкали пальцем и хмурились.
Только невестка и сын Рома её поддерживали. Катя сильно нервничала и чувствовала себя не в своей тарелке. Уже за два дня перед заседанием её буквально трясло от волнения.
— Ты правильно поступила, мама, — в который раз повторял Рома. — Шутка ли! Миллион рублей просто так подарить! С чего бы? Ты его не на дороге нашла. Работала, себя не жалела, пока тётя Инга со своей Аней прохлаждались.
— Катерина Ивановна, не слушайте никого, мы с вами! — горячо заявляла невестка, прижимая к себе годовалого сына Егора.
— Спасибо, вам, ребята, — говорила Катя, смахивая слёзы. Ей было ужасно неловко от того, что она плачет, но она ничего не могла с собой поделать.
— Это нервы, мам, — говорил Рома, обнимая мать за плечи. — Вот закончится всё это и езжай в санаторий, отдохни.
— На какие шиши? — нервно улыбалась Катя. — Мои деньги все на вкладах, трогать их не хочу.
— Ну тебе же сказали, дело выигрышное… Вот на те деньги и поедешь, которые в долг давала, — улыбнулся Рома, чмокнув мать в щёку. — Выше нос!
***
— Нехорошая тётка, дурная — такое сообщение мне прислала Аня после суда. Так и слала разные гадости, пока я её не заблокировала, — рассказала Катя Лизе, когда они встретились на работе через месяц после заседания суда. Лиза была в отпуске и потому подруги ещё не успели поговорить на эту тему.
— Что решил суд? — спросила Лиза, включая свой компьютер и садясь за стол. — Боже мой, так не хочется работать… Мысленно я ещё отдыхаю на море…
— Бабушкин домик оценили в четыреста тысяч, машина тоже на удивление дешевая оказалась, довольно старая, куда она остальные деньги дела, я не знаю, — ответила Катя. — Но в общем большую часть суммы мне возместят с продажи дома и машины. Остальные будут вычитать из зарплаты Ани…
— Родственники, наверное, тебя возненавидели, — усмехнулась Лиза.
— Не то слово… И, знаешь, что обидно? Бабушке Геле памятник никто ставить не захотел. Я поставила его полностью на свои деньги. Никто не согласился поучаствовать, все отмолчались, — грустно сказала Катя.
— Они наверняка считают, что бабуля вас очень облагодетельствовала своей квартирой, той, что Роме досталась… Вот вы и ставьте, мол, сами…
— А где тут человеческое отношение, хочу я спросить? Где? — грустно спросила Катя.
— Не стоило тебе эти деньги давать племяннице, — вздохнула Лиза.
***
Бабушка Геля не просто так завещала Ане ветхий домик, а Роме свою квартиру. Она знала, что Аня — не родная дочь Инги. Но обещала хранить тайну.
Инга не всегда жила рядом с родственниками: бабушкой, матерью и сестрой. Некоторое время после замужества она жила с мужем в другом городе. Там и выяснилось, что Инга бесплодна. Подумав, супруги решили взять девочку из дома малютки. Чтобы малышке никто не рассказал о её происхождении, они решили переехать. Вот с тех пор прабабушка Геля и стала принимать активное участие в жизни правнучки.
Интуиция подсказала бабушке Геле, что девочка неродная. У них с Ингой состоялся откровенный разговор. Бабушка Геля обещала сохранить тайну. О том, что Аня не родная, не знала даже мать Инги и Кати — Лариса.
***
— Противная тётка Катя! Всего меня лишила! — ныла Аня, жалуясь матери.
— А ты сама, чем думала, когда те деньги тратила? — возмущалась Инга. — Мы-то тебя поддержали, по-человечески, да и тётя Катя некрасиво поступила, но в самом деле, куда ты столько спустила-то?
Аня молчала, закусив губу, она не хотела говорить правду.
А выяснилось всё случайно. Оказалось, что Аня всё это время встречалась с мужчиной по имени Аркадий, гораздо старше себя. Красивым, и как казалось девушке, состоятельным.
Внешне так и было. Аркадий производил впечатление успешного человека: дорогие часы, машина напрокат, фото в соцсетях из люксовых отелей, он внушал Ане, что она особенная, редкой красоты и достойна большего. А на деле, Аркадий тянул из девушки деньги, чтобы отдавать свои долги, которых у него оказалось очень много. Он любил красивую жизнь и набрал кредитов. Аня идеально подошла на роль спонсора.
Первое время она тратила на нужды Аркадия большую часть своей зарплаты. Потом, получив помощь от тётки, Аня стала для Аркадия ещё привлекательнее. Он заговаривал ей зубы, включая обаяние на полную мощь.
Сначала суммы были небольшими: «одолжи на пару дней, пока не поступят деньги от клиента», «помоги с лекарствами или ремонтом телефона». Иногда была оплата ужина в ресторане «по карте, я потом переведу».
Аня не видела в этом проблемы: она верила, что это временные трудности, а мужчина скоро вернёт всё с процентом. Потом суммы стали значительными, Аркадий перестал стесняться и врал напропалую.
Аня верила, что спасает любимого от неминуемой гибели если не за решёткой, то от рук нехороших парней, которые разными способами выбивают деньги из «честных граждан».
Единственное, что ей удалось купить себе с тех денег — это подержанная машина, о которой она давно мечтала. А о домике прабабушки Гели Аня и не вспоминала, да и не хотела она там жить.
Реальность оказалась жестокой. Однажды Аркадий пропал, на связь не выходил, а Аню вызвали в суд, как свидетельницу по делу Аркадия. Ко всем своим «достоинствам» он оказался ещё и брачным аферистом.
— Ну и кто ты после этого? — спрашивала Катю Инга. — Злобная, нехорошая тётка и есть! Из-за тебя моя девочка в такую беду попала!
— Не делай добра, не получишь зла… — мрачно проговорила Катя, наученная горьким опытом и зарёкшаяся никогда больше не помогать родственникам деньгами.
— Из-за тебя Аня попала в беду?! — удивилась Лиза, когда Катя ей рассказала. — Ну и дела!
— Из-за меня. А этот её aльфoнс белый и пушистый. И не виноват ни в чём. Зазря, говорит, его посадили, злые завистливые люди оклеветали.
— Ну это ясно. Его-то Аня небось любит до сих пор, вот и выгораживает, — заметила Лиза.
— Конечно. А я нехорошая тётка, — грустно проговорила Катя.
Жанна Шинелева
Другие истории на канале:
Подборки на канале: